свисток

— У меня горе!
— Ого, что случилось? Ты здоров?
— У меня свисток застрял в пылесосе…
Пауза повисла в воздухе, густая и почти осязаемая. Казалось, даже назойливое жужжание трансформатора за окном притихло, чтобы не нарушать момент вселенской трагедии, развернувшейся в скромной кухне панельного дома.  Лицо Ивана, объявившего о своем горе, выражало глубочайшую скорбь, сравнимую разве что с утратой последней заначки за неделю до получки. Сергей, его друг и невольный слушатель, с трудом подбирал слова, опасаясь усугубить и без того, казалось, безнадежную ситуацию.
— Свисток… в пылесосе? – переспросил Сергей, стараясь придать голосу максимально нейтральную интонацию, но внутренне уже предвкушая развязку этой абсурдной истории.
— Да! – трагически воскликнул Иван, разводя руками. – Мой любимый свисток! Тот самый, который мне дед подарил на десятилетие… с гравировкой в виде мамонта!
Сергей прекрасно помнил этот свисток.  Грубая работа, массивный кусок металла, издающий звук, больше напоминающий предсмертный хрип умирающего динозавра, чем мелодичный свист.  Но для Ивана это был символ, реликвия, связующее звено с детством и дедом, царствие ему небесное.
— И как же он туда попал? – осторожно спросил Сергей, стараясь скрыть улыбку, которая настойчиво просилась наружу.
— Ну, я… как бы это сказать… решил пропылесосить его! – признался Иван, почесывая затылок. – Думал, пыль с него смахну, а он как подскочит, да прямо в трубу!  Да там, в трубе и застрял! Я даже моргнуть не успел!
Картина происходящего стремительно складывалась в голове Сергея. Иван, вооруженный стареньким пылесосом "Буран", героически сражался с пылью, скопившейся на любимом свистке. Свисток, будучи не в состоянии противостоять напору технического прогресса, совершил отчаянный прыжок в жерло пылесоса, оставив Ивана в состоянии глубокого и неконтролируемого горя.
— И что теперь? – спросил Сергей.
— А что теперь? – обреченно повторил Иван. – Теперь у меня пылесос со свистком внутри. Гляди!
Иван нажал на кнопку и по квартире разнёсся рёв пылесоса перемежающийся с высоким, надрывным, непрекращающимся свистом. Безуспешно пытаясь подавить рвущийся наружу хохот, Сергей  пытался выдернуть, непослушными от гомерического смеха руками, штепсель из розетки.
Розетка, словно заколдованная, не поддавалась. Лёгкие Сергея свело от смеха, глаза слезились, а неистовая какофония становилась все более невыносимой. Казалось, пылесос, под аккомпанемент свистящего сигнала, готовился взлететь, подобно ракете, оставив после себя лишь оплавленные стены и гору пыли.
Наконец, после отчаянных усилий, рука Сергея сомкнулась на штепселе. Воцарилась тишина, оглушительная и непривычная. Лишь слабое потрескивание остывающего мотора напоминало о недавнем бедламе. Друзья, обессилевшие от смеха и напряжения, рухнули на стулья, пытаясь отдышаться.
— Это было… эпично, – просипел Сергей, вытирая слезы.
Иван молча кивнул, все еще не в силах поверить в произошедшее. Его любимый свисток, ставший причиной столь комичной трагедии, лежал теперь где-то в недрах пылесоса, пленником электрического монстра.
Но горечь утраты мгновенно сменилась новым приступом смеха. При одном только воспоминании о свистящем пылесосе, бьющемся в конвульсиях в центре кухни, их охватывала безудержная истерика.
После короткой передышки было решено предпринять новую попытку извлечения злополучного свистка.
В двери звонили. Настойчиво и, по всей видимости уже давно, потому что звон сопровождался гулкими ударами по той же двери.
— Соседи! – судорожно сглотнул Сергей.
Картина маслом: два идиота, оглушительный свистопляс и разъяренные обитатели коммунального рая, готовые разорвать любого, кто посмел нарушить их вечерний покой.
Перед дверью назревал небольшой, но очень злой митинг. Возглавляла его баба Клава, ветеран соседских войн, чей голос мог пробивать бетонные стены. За ней маячили остальные обитатели подъезда, готовые поддержать её, в этот раз, справедливые претензии.
— Сейчас милицию вызову! – проревел голос бабы Клавы.
Сергей и Иван переглянулись. Ситуация становилась критической. Нужно было срочно что-то предпринять.
— Открывай, придется объясняться, – сказал Сергей, стараясь казаться уверенным. – Иначе вынесут дверь вместе с тобой.
Иван, с видом приговоренного к смертной казни, медленно пошел открывать дверь.
На пороге стояла баба Клава, раскрасневшаяся от злости, с кулаками на бедрах. За ее спиной толпились остальные соседи, готовые к решительным действиям.
— Это вы тут концерты устраиваете? – заорала баба Клава, едва увидев Ивана. – Совсем совесть потеряли!
— Мы… мы тут это… – начал мямлить Иван, пытаясь придумать правдоподобное объяснение.
— Что "это"? – перебила его баба Клава. – Что за шум, как на пожаре? У меня кот от страха под диван забился!
Тут Сергей вышел вперед, стараясь успокоить разъяренную толпу.
— Извините, пожалуйста, – сказал он, стараясь говорить как можно вежливее. – У нас тут небольшая авария случилась. Свисток в пылесос залетел.
Толпа опешила и примолкла. Баба Клава прищурилась.
— Свисток в пылесос? Это что еще за сказки?
— Да-да, именно так, – подтвердил Иван, почувствовав надежду на спасение. – Пытались достать, вот и переусердствовали.
Сергей понял, что нужно действовать быстро. Он жестом пригласил бабу Клаву в квартиру.
— Пойдемте, сами все увидите, – сказал он. – Только, пожалуйста, не кричите.
Баба Клава, с подозрением оглядываясь, переступила порог квартиры. За ней, толкаясь, последовали и остальные соседи.
Когда они увидели пылесос, валяющийся посреди комнаты, на их лицах появилось недоумение.
— Вот!  — и Иван воткнул штепсель в розетку. Тайфун, ураган, вой разгневанной Сциллы* и оторопь на лицах ошарашенных соседей.
—С ума сошли что ли? – спросила одна из соседок, не удержавшись от смеха.
— Ну, понимаете, это свисток моего деда, – попытался оправдаться Иван. – Он мне очень дорог.
Баба Клава внимательно осмотрела пылесос.
— Ну, знаете ли…, – неуверенно протянула она
И тут произошло неожиданное. Вместо гневных тирад и угроз в квартире воцарилась атмосфера относительного взаимопонимания расцвеченная хихиканьем, подначками, смешками  и откровенным зубоскальством  — соседи начали давать советы, как лучше и эффективней добыть злополучный свисток.
— Да тут дело нехитрое, – сказал дядя Петя, сосед снизу — рукастый мужик и скорая помощь при непредвиденных поломках техники, – Сейчас мы его вмиг починим.
Через час пылесос был собран и работал как новенький. Свисток был спасён и  торжественно возвращен Ивану. Наконец соседи, довольные и примиренные, разошлись по своим квартирам, а те, у кого были дети — пошли прятать от отпрысков глиняные сувенирные свистульки и прочую мелочь.
И вот уже друзья сидят на кухне и пьют чай.
— Ну что, – сказал Сергей, – кажется, мы отделались легким испугом.
— Да, даже не верится, что все так хорошо закончилось, – согласился Иван. – И Маша сегодня на смене. Везуха, братан!
И, действительно, в итоге, всё закончилось хорошо, но надо твёрдо помнить, что, никогда ни при каких условиях не следует дарить мужчинам свистков! А, если уже такое несчастье случилось и кто-то из друзей его облагодетельствовал таким презентом, то ни за что, ни под каким видом нельзя оставлять их наедине — свисток, пылесос и мужчину!