Сны, которые нас выбирают I

Колёса шасси мягко коснулись посадочной полосы...
*«Уважаемые пассажиры, наш самолёт произвёл посадку в аэропорту города Н-ска. Просьба не вставать...»*
Он поймал себя на том, что не слышит слов бортпроводницы... Взгляд был прикован к зданию аэровокзала. Там, за огромным стеклом среди встречающих — две фигурки, две родные души, два милых сердечка, две красавицы: мама и дочка лет семи — копия мамы.
Сердце радостно забилось... Вновь ворвались звуки салона:
*«...со своих мест до полной остановки самолёта. К выходу вы будете приглашены»*, — закончила стюардесса.
Раскинув ручки, к нему навстречу летел самый замечательный ребёнок на свете и бесстрашно бросился в его раскрытые объятья.
Подхватив это маленькое чудо, поднял её высоко-высоко, прижал к себе и прошептал ставшим вдруг хриплым голосом:
— Здравствуй, майн шатц...
Спрятал в её волосы предательски блеснувшие глаза и опустил на землю.
— Ты почему так сказал? — прошептала она прямо в ухо.
— Как? — удивился он.
— «Майн шатц»... Это же мама, ты всегда её так называешь!
— Конечно, родная моя защитница. Мама твоя — сокровище. Но ты ведь тоже моё сокровище! Так как мне вас ещё называть?
— Ну хорошо, — согласилась она и, снова лукаво улыбнувшись, заговорщически зашептала ему на ухо: — А вчера вечером мама плакала... Когда я спросила почему, она как-то непонятно ответила, что спасибо боженьке сказала за меня и тебя... Что она только сейчас что-то там поняла в жизни... Я думаю, — добавила по-взрослому, — она тебя очень любит... И я тоже...
Они оба повернулись к подошедшей высокой, элегантной, красивой женщине, которая в мгновение обняла его, поцеловала, уткнулась ему в плечо и тихо спросила:
— А бывают пилигримы, которые всегда дома?
Девочка, отступив на шаг, со счастливой улыбкой удовлетворенно наблюдала за ними.
— Конечно бывают, моё сокровище, конечно... Бывают...
— А ещё у меня завтра в школе родительское собрание, — объявил вдруг ребёнок. — Оба пойдёте?
Вопросительно по очереди оглядела каждого и, обнаружив удивлённые взгляды, с улыбкой вздохнула, смешно всплеснула ручками:
— Ой, да что это я такие глупости спрашиваю... Что? Так и будем стоять и обниматься? — продолжила она и, взяв обоих за руки, решительно потащила к выходу. — Пошли-пошли, дома наобнимаетесь... Просто беда с вами, взрослыми, глаз да глаз нужен... Такие несобранные...
Переглянувшись, все трое рассмеялись.
Между этими взрослыми, не спускающими друг с друга глаз, держась за их руки, то на одной, то на другой ножке беззаботно подпрыгивало само Детство...