Карьерный взлет

Виктор опасливо смотрел на здание завода.
За годы работы на европейские компании он привык к современным бизнес центрам  типа "стекляшек".
Высоченное мрачного вида здание красного кирпича - наследие советской эпохи выглядело пугающе.
"Не так важна внешность, как само содержимое!", - утешал он себя. Да и неизвестно кто больше проиграл - он  с коллегами, в одночасье оставшимися без работы, или же европейцы, одномоментно лишившиеся множества высококлассных специалистов!
На проходной Виктора встретила неулыбчивая вахтерша.
Новый сотрудник? Вам на пятый этаж в отдел кадров.
Поднимаясь вверх на стареньком обшарпанном лифте, Виктор продолжал настраивать себя на позитивный лад.
Ты понимаешь, Витек, что тебе выпал шанс стать полезным своей стране реальными делами!
В ответ на вопросы:
"Родина взрастила тебя, дала образование, а что ты дал Родине?!"
"Если такой патриот, то почему тогда работаешь на иностранцев?!"
ты больше не будешь стыдливо отмалчиваться или же говорить штатную заученную скороговорку: "я плачу здесь налоги"...

После оформления всех необходимых документов в комнате с массивной советской мебелью такими же неулыбчивыми усталого вида женщинами Виктор получил пропуск и подробное напутствие, как добраться до своего цеха.
"Как я узнаю, что пришел куда надо?", - на всякий случай поинтересовался он?
"Вы это поймете", - ответила одна из женщин, "Не ошибетесь", - добавила другая.
После обе загадочно переглянулись: "Просто идите на шум".
Уже на подходе к участку Виктор понял, что они имели в виду.

В большом освещенном ртутными лампами зале носились бородатые мужики с красными воспаленными глазами - в воздухе стоял трехэтажный мат.
На полу в беспорядке были разбросаны детали и всевозможный инструмент.
В центре зала грозно возвышалась полуразобранная, а вернее полусобранная конструкция. В ней смутно проступали очертания пищевого миксера.
Михалыч, ети разъети, болгарку, срочно болгарку! Домкрат, скорее домкрат!
"А ты чего стоишь, как истукан?!", - накинулись на него мужики.
- Хватай ключ на 20 и прикручивай вот ту фиговину вот к этой!
- Но..., я новенький.., я пищевой технолог.., у меня первый день.., я не знаю зачем нужны все эти фиговины, я даже не успел прочесть проектную документацию...
- Какая нахрен разница кто ты и сколько работаешь?! И какая блин документация?! Видишь, что у нас тут происходит?! Полным составом уволилась бригада техников, оставшимся, кто хоть что-то понимал, подписали приказы на отпуска.
Мы тут все на испытательном сроке, Серега ИТшник, я из продаж, Митрич тот вообще завхоз. А сдавать работу надо. Поэтому  бери и крути!!!
Схватив ключ, Виктор втянулся в общую сутолоку.
Домой он вернулся ближе к полуночи. Из-за непривычной нагрузки и перенесенного стресса его мутило - желудок выворачивало от спазмов.
Лишь к двум часам ночи, выпив чая с мятой и, приняв горячую ванну, он смог успокоиться и уснуть.
На следующий день ситуация полностью повторилась.
Повторилась она и через день.
К концу недели Виктор начал с ужасом понимать, что, не смотря на титанический труд, силуэт миксера не меняется.
Одни детали прикручивались, другие уже прикрученные снова откручивались и заменялись предыдущими,  что-то приваривалось, что-то наоборот "отваривалось", но в целом конструкция оставалась стабильно не собранной.
Что действительно менялось так это их состав. Первым не выдержал и слег с инсультом Митрич.
Бригаду спешно усилили стратегическим резервом - ветераном производства возрастным полуглухим сторожем Василием.
Толку от него правда не было ровным счетом никакого. Первую половину дня тот слонялся по залу, спотыкался об инструмент, на все вопросы "Акал", после же обеда напивался и вплоть до вечерней развозки уходил отсыпаться к себе в подсобку.
Спустя пару дней, случилось ЧП - уронил домкрат на ногу и ушел на больничный молоденький субтильный ИТишник Серега.
Причем Виктор бы голову на отсечение дал, что тот намеренно все подстроил.
Уж слишком театрально Серега голосил: "О моя бедная нога! Я не хочу становиться инвалидом! Маме, только не говорите маме!" и сокрушался, что покидает колег "в такое трудное для всех время".
После ухода ИТишника нового человека так и не нашли, зато оставшихся заставили расписаться в журнале техники безопасности.

В середине третьей недели Виктора в коридоре поймал начальник участка и попросил зайти в своей кабинет.
- Вы, значит, тот самый новенький?
- Да.
- Видели уже наш новый импортозамещенный миксер?
- Разумеется и не только видел...
- Вы ведь раньше работали на европейцев?
- Все верно.
- Оборудование у них не чета нашему - меньше по размеру?
- Еще бы!
- Вы тот кто нам нужен! Какой толк от импортозамещения, если вся наша продукция гигантских размеров? Еще не появившись на рынке, она уже не конкурентоспособна! Заказчики предпочтут проверенное импортное оборудование. Да что говорить про внешнего заказчика. На днях мы дособерем миксер (при этих словах брови Виктора от удивления поползли вверх), но даже соседнему отделу внедрения в таком виде он будет бесполезен. Вы согласны?
- Да!
- Отлично! Возьмем, например, тот же миксер, но уже немецкий. Он такой же большой?
- Ну.., я не специалист по промышленным миксерам, но так уж получилось, что последние недели я гхкм активно вовлечен в процесс... Разумеется, европейское оборудования компактнее.
- За счет чего?
- Опять же это не мой основной профиль, но рассмотрим к примеру основную часть миксера - угловой редуктор. Если его повернуть под другим углом, для этого правда придется использовать усиленные подшипники....
- Ни слова больше! Я вижу - вы разбираетесь! Сможете сформулировать предложение по улучшению и отправить мне по почте?! Поясню. Нам нужно отчитаться, что в своей работе мы идем в ногу со временем и государство субсидирует деньги не за зря, если, конечно, мы не хотим остаться без финансирования. Вы же этого не хотите?
- Естественно!
- Вы умный человек! Главное не переживайте. Оформим заявку, отошлем куда надо, там ее рассмотрят, дадут новый грант, а после мы, не спеша, все доделаем. Если все пойдет хорошо, руководить этим направлением будете лично вы. Я могу на вас рассчитывать?
- Да, конечно. От открывающихся перспектив у Виктора закружилась голова.
- Сегодня среда. Жду от вас письма к четвергу.
Из кабинета начальника Виктор вышел окрыленным. Проходя через цех, он непроизвольно бросил взгляд на главную его доминанту - недоделанный миксер. От того больше не исходило угрозы.

В четверг утром Виктор передал черновые наброски начальнику.
Тот был в восторге, тряс ему руку, кричал: "Превосходно! Далеко пойдете по карьерной лестнице! Вы большой талант и патриот. Вот такие люди и поднимут Россию с колен - обеспечат нашу горячо любимую Родину технологическим суверенитетом!"
Утром пятницы Виктор получил письмо, что проект согласован и одобрен, срок сдачи в понедельник следующей недели, он же, как и было обещано, является его главным руководителем, а ... в связи с нехваткой ресурсов и единственным исполнителем...

Не успел он дочитать первое письмо, как получил еще одно уже из соседнего участка.
Дорогой коллега! Благая весть пришла из вашего отдела.
Всеми нами с нетерпением ожидаемое изделие под интеграцию которого у нас уже давно собрана команда наконец-то готово!
Отличная, просто отличная работа!
П.с. От успеха внедрения зависит закрытие вашего испытательного срока!

Искренне ваш,
Олег К.

Виктор бросился искать своего начальника, но оказалось, что еще с вечера четверга тот в отпуске "без связи с внешним миром".
Остаток дня Виктор провел словно в сомнамбулическом сне. Кругом сновали люди, он что-то прикручивал, откручивал, механически отвечая на вопросы.
Спроси его, чем он весь день занимался, он и сам не знал.
Рабочая смена завершилась, коллеги разошлись, оживленно обсуждая планы на грядущие выходные.
Виктор же остался в цеху один, погруженный в свои невеселые мысли.
С рабочего места он не мог видеть миксер, но он ощущал его неумолимым нависшим над ним роком!
Как мне сдать проект к понедельнику?! Как?!
Кто-то легонько тронул его за плечо.
Обернувшись, Виктор увидел Лидию Павловну. Крупную не молодую уже женщину из соседнего отдела с добрым лицом и грустными глазами.
Пару раз они обедали вместе в заводской столовой.
- Виктор Петрович.
- Можно просто Витя и можно на ты.
- Витя, дорогой, да не переживай ты так из-за этого миксера. Сразу чувствуется, что ты у нас новенький. Послушай моего совета. В понедельник прямиком с утра отправляйся на соседний участок к Олегу К и запрашивай требования к изделию.
Если начнет что-то возражать, стой на своем. А после попроси контакт ответственного за внедрение.

Утром понедельника Виктор поступил ровно, как ему советовали.
Соседний участок он тоже нашел по шуму.
Но то был шум другого толка. Не ставшая ему привычной отчаянная матерщина, а праздничный гомон и гвалт.
Войдя в цех, Виктор увидел толпу людей.
Кто-то обедал прямо за рабочим столом, кто "рубился" по сетке в Quake2.
Глубоко погруженным в рабочий процесс казался лишь один из сотрудников, корпевший над какими то схемами и графиками, как впоследствии объяснили Виктору - подрастающая смена, надежда завода - стажер Ярослав. Вся стена рабочего места Ярослава была увешана грамотами "За ударный труд", "Лучший сотрудник года" и прочее прочее. Очевидно, чтобы не отвлекаться на шум, тот был единственный, кто сидел за столом в наушниках. Мешать ему не хотелось, поэтому Виктор докричался до одного из обедавших и узнал, где находится кабинет Олега К.
"Виктор Петрович, тот самый?", - Олег К стремительно выскочил из кабинета ему навстречу. Уникум из соседнего участка! Наша палочка выручалочка!
Сделал за половину испытательного то, что другие не могли осилить месяцами.
Заходите, милости просим, будьте, как дома. Итак понедельник наступил, мы ждем от вас готовое изделие. Как вам удобно будет его передать? Нужна ли помощь с доставкой? Главное не стесняйтесь, спрашивайте, обеспечим всем необходимым!
- Это я с вами и хочу обсудить. Все верно - изделие фактически готово. Осталось лишь утрясти маленькие нюансы, а именно свериться с требованиями, чтобы убедиться, что мы все сделали правильно.
При слове "требования" шум в помещении, как по мановению волшебной палочки стих - в комнате наступила звенящая тишина.
Олег К вздрогнул и заметно побледнел.
- Но, позвольте, какие требования, к чему такие формальности? Мы же здесь все свои. Работаем вместе, цель у нас общая. У нас был старый миксер. Просто сделайте новый - аккурат, как старый, только новый. Вот и все наши требования!
- Непременно. Но все же хотелось бы свериться с требованиями и человека из вашего отдела, кто примет работу.
Комната начала пустеть на глазах. Боковым зрением Виктор увидел, как кто-то ласточкой сиганул в окно.
Пару секунд и из сотрудников оставался лишь он сам, Олег К и одиноко сидящий погруженный в работу стажер.
Олег К еще больше побледнел, судорожно сглотнул воздух и сделал последнюю попытку.
- Но вы же профессионал, работали в зарубежной фирме, если ваша часть выполнена качественно, то и при интеграции все будет хорошо.
Просто доставьте нам готовое изделие, а мы... мы всем отделом примем и дадим заключение.
- Разумеется. Но перед этим я бы хотел свериться с требованиями, и узнать фамилию ответственного за приемку человека.
- Ну хорошо, сдался Олег К, я попробую найти вам кого-то и расписать требования. Вы ж поймите, у меня все люди наперечет, продолжал он все более заискивающе. Есть Ярослав, но он еще стажер, работает не полную неделю и ... он уже расписан на пол года вперед.
Наступил понедельник следующей недели, за ним еще один, а за ним еще, закончился сезон отпусков.
Про миксер больше никто не вспоминал... Через месяц был подписан приказ об успешном прохождении Симоненко Виктором Петровичем испытательного срока.
Проходя мимо кабинета начальника, Виктор поймал через открытую дверь его взгляд - тот глядел на него с уважением.

Как-то днем к ним на производственную площадку вбежала высокая худая женщина с растрепанными волосами. Едва завидев его, она бросилась в атаку.
Виктор Петрович, как же так, я пишу письма, звоню, а мне из вашего отдела никто  не отвечает!
Простите, а кто вы, что вы?
Я из отдела по работе с заказчиками.
Потенциальный клиент уже месяц, как пытается получить полную проектную документацию по всем нашим изделиям, но в ответ приходят одни лишь отписки.
Опыт последних месяцев подсказывал Виктору - появление женщины не случайно, ровно как и то, что должен быть какой-то выход. Не смотря на это, он оказался застигнут врасплох. Та же продолжала наступление и практически приперла его к стенке.
"Позвольте, что за заказчик", - только и смог выдавить из себя Виктор? Я не юрист, но подписано ли соглашение о сотрудничестве, о неразглашении? Имеем ли мы право давать людям извне подобный доступ. Не столкнемся ли с актом промышленного шпионажа? - речь его постепенно набирала обороты.
- Ах вот как! И вы туда же! Расскажете лично генеральному, как мы, благодаря вам, потеряли ценного клиента!
"Совещание, организуйте совещание", - легкий шепот, словно дуновение ветра прошелестел возле самого его уха. Обернувшись, Виктор успел заметить знакомый грузный стремительно удаляющийся силуэт Лидии Павловны.
- Я вас услышал. Мы изучим вопрос и возьмем его в проработку. Но вы должны понимать, что подобного рода решения не могут приниматься единолично. Мы все должны обсудить коллегиально!
Совещание было назначено на послеобеденное время следующего дня.
В назначенный час оказалось, что часть приглашенных в отпусках, у других внезапно обнаружились пересекающиеся встречи.
Из тех кто явился Василий был уже навеселе и прямо посреди встречи громко захрапел, уснув. Двое же коллег сцепились и едва не устроили драку.
Так ни до чего и не договорившись, встречу тем же составом решили перенести на "более удобное время" .
Через месяц в день зарплаты Виктору пришел приказ о начисление ему премии в размере трех месячного  жалования, за подписью начальника.

Понедельник следующей недели встретил Виктора темным цехом.
Питание приборов функционировало, но освещение (кроме пары аварийных ламп) приказало долго жить.
Работать в таких условиях было невозможно.
Сунулись искать штатного  электрика, но, как оказалось, в связи с "реорганизацией и оптимизацией в рамках всеобщей цифровизации и внедрении инноваций в целях повышения эффективности труда на производстве" того уже пару месяцев как перевели в ново созданный отдел, отвечающий за электрификацию всего завода.
Как пояснил сам электрик, когда его сумели разыскать, "он бы и рад им помочь, но начальство надает ему за это по шапке".
Все заявки должны теперь заводиться через специальный портал, а дальше им на помощь придет любой освободившийся сотрудник нового отдела.
"Возможно этим сотрудником окажется он сам", - продолжал электрик, но это теперь решает система.
Сгрудившись всем отделом у слабо мерцающего монитора, единственного на участок компьютера, коллеги, чертыхаясь, составляли заявку.
"Виктор Петрович, вы представляете", - к нему подбежал субтильный юноша, по виду брат близнец так и не вернувшегося ИТишника, они еще снабдили эту свою систему роботом. Создаешь запрос, например: "Освещение не работает", так оно печатает какие-то иероглифы, а после заявка автоматически закрывается с комментарием: "Если у вас нет света, вам надо его включить. Оцените ответ по 10ти бальной шкале". Да они над нами издеваются!
Не дали свет ни во вторник, ни в среду. В четверг сотрудники начали приносить из дома керосиновые лампы...

А вскоре на заводе случилось новое ЧП.
Молокопродукцией смежного производства, официально входящего в заводской холдинг, отравились работники генпрокуратуры!
"Разруливать" ситуацию отрядили лично Виктора Петровича.
Когда он прибыл в производственную зону, там царила неразбериха.
Звонили телефоны, туда и сюда сновали сотрудники - все ждали прибытия санэпидемконтроля.
Пробираясь сквозь шум и гам, Виктор пытался выяснить, что же именно произошло.
Сделать это было не просто. Часть нужных ему людей оказалась в отпусках, другая на больничном.
Единственным человеком, хоть как-то владеющим вопросом, была немолодая уже женщина сухощавого телосложения. Выглядела она растерянной.
Понимаете, у нас тут опытное производство. Поступил приказ разработать новый дизайн упаковки нашей продукции - глазированных сырков. Основной акцент сделать на воспитании патриотизма в массах. В качестве демонстрации запросили вручную подготовить пробную партию. Ну мы и подготовили. Не успели оглянуться, а уже прилетает Госзаказ о поставке в промышленных масштабах. Вот и выкручиваемся, как можем.
Все это она успела скороговоркой протараторить на пути к производственному участку.
Войдя в него, Виктор опешил.
Производством оказался обычный гараж на территории бывшей "промки".
В центре него прямо на полу восседали 2 субъекта восточной наружности.
Перед каждым стояло по два эмалированных ведра и картонка.
В первом ведре готовая продукция их завода - сырки в заводской упаковке.
На картонке сырки, вынутые из упаковки.
Во втором ведре сырки в новой патриотичной упаковке с портретом Юрия Гагарина.
На стене гаража висел плакат "Наша продукция теперь без асбеста".
"А причем здесь асбест?" - не найдя других слов, ошарашенно вымолвил Виктор.
- Не обращайте внимания. Это историческое наследие. Помещение довольно старое. Раньше здесь был шиферный завод.
- А как, как у вас поставлен контроль качества? Виктор постепенно начал приходить в себя. Как проверяется продукция на сальмонеллу и прочее?
- Пока никак. Но мы рассчитываем, что на головном производстве вы и так все проверяете. Ребята у нас здесь дисциплинированные - перед началом рабочей смены обязательно моют руки. "Вот, можете убедиться", - махнула она рукой в сторону дальнего угла, где действительно висел допотопный рукомойник.
Назир и Юсуф они хоть и мигранты, но дело свое знают. С временной регистрации у них тоже все в порядке. Желаете проверить?
Виктор понял, что продолжать разговор бессмысленно. В голове вырисовывался дерзкий план...

Кабинет гендиректора располагался в дальнем крыле.
Подойдя к его двери, Виктор замешкался.
Как посмотрит его начальство на подобное нарушение субординации? А что если...
Была ни была!
Постучав, он вошел и очутился в неком подобии предбанника.
Сам кабинет находился за еще одной запертой дверью, возле которой за рабочим столом сидела секретарша.
- Вам назначено?
- Нет я по поводу ЧП на производстве. Это срочно.
Секретарша удалилась.
Вскоре он услышал резкий властный голос: "Пусть войдет!"
Дверь распахнулась. В центре кабинета за массивным столом из красного дерева восседал немолодой уже дородный мужчина в очках с толстой роговой оправой.
На столе помимо привычных письменных принадлежностей прочно обосновался 27 дюймовый монитор.
Едва Виктор вошел, на нем включилась заставка.
Но он бы мог поклясться, что за долю секунды до успел заметить промелькнувшую карту мира, подозрительно похожую на Цивилизацию 5.
- Так, значит, вы тот самый Виктор Петрович? Входите, секретарша сообщила мне цель вашего визита. Итак в двух словах объясните мне причины ЧП и ответьте сколько юнитов требуется для устранения последствий?
- Позвольте, Евгений Вениаминович. Тут дело не в кадр.., как вы изволили выразиться юнитах. Вернее и в них тоже. Но главная проблема в том, что нарушена вся производственная цепочка. Не соблюдаются элементарные требования безопасности, отсутствует как таковые: приемка, контроль качества...
Глаза гендиректора холодно блеснули сквозь линзы очков.
- Т.е. вы в условии оптимизации и тотальной экономии ресурсов предлагаете мне взять и переделать всю производственную линию!?
- Виктор понял, что совершил роковую ошибку.
- Евгений Вениаминович, вы меня неправильно услышали. Я лишь перечисляю варианты. Разумеется есть более дешевые и доступные решения. Я лично посетил производственную площадку. Процессы не идеальны, но не столь уж плохи.
Да, можно было бы перестроить всю линию. Но основная проблема не в этом!
Гендир выглядел заинтересованным.
- А в чем же?
- Все дело в том, продолжал Виктор, что сотрудникам в отделе переупаковки не хватает элементарной культуры. Например, их форма. Она отсутствует, как класс. Люди работают в чем попало. Нет формы, нет галстуков. Зачем галстуки, спросите вы? На первый взгляд действительно незачем. Но давайте смотреть на вещи шире. Зачем одежда, когда в помещении жарко? Зачем соблюдать приличия в общественных местах? Зачем мыть руки после туалета?
Культура - то, что отличает нас от животных. Культура поведения, культура быта, все это неразрывно связано с культурой производства.
Вот, положим, мы имеем достаточное количество юнитов, обладаем необходимыми технологиями, наша казна полна, но все продолжает стремительно лететь в тар тарары. Почему, спросите, Вы? А все потому, что культура растет недостаточно быстро;
На фоне наших конкурентов мы, уж простите за прямоту, просто превращаемся в какой-то лагерь варваров.
- Так что вы предлагаете?
- Начать стоит с формы сотрудников. Это первооснова.
И что самое важное в условиях экономии ресурсов обязать сотрудников самим купить себе форму, если, конечно, они хотят остаться у нас работать.
Далее постепенно год от года, из месяца в месяц, из недели в неделю повышать уровень культуры, пока мы не окажемся достойны гордого звания "производства высокой культуры".
Гендир встал из-за стола, подошел к Виктору, пристально посмотрел тому в глаза, а после горячо пожал руку.
- Мне недаром описывали вас, как грамотного специалиста.
Да, поначалу я был настроен скептически, особенно узнав про этот ваш опыт работы на иностранцев. Я считал, что он не соотносим с ценностями нашего производства. Но, признаюсь, я ошибался! Действуйте! Вам карт-бланш!

Эпилог:
Три года спустя, Виктор в отличнейшем расположении духа возвращался с совещания, на котором присутствовало все высшее руководство.
На встрече обсуждали ужесточение режима экономии ресурсов. Утвердили дизайн новых наградных грамот. Премировали особо отличившихся сотрудников: самого Виктора Петровича "за короткий срок построившего головокружительную карьеру - прошедшего путь от рядового сотрудника до руководителя подразделения", начальника отдела электрификации, "за проявленный профессионализм", Олега К "за поддержание здоровой атмосферы в команде внедрения" где на фоне всеобщей текучки за последние три года никто не уволился.
Оставшаяся часть совещания была отдана под доклады.
Наибольший фурор произвел доклад Виктора Петровича, особенно слайд где Юзуф с Назиром сидят на полу в новенькой форме с галстуками, на заднем же плане красуется плакат "Один за всех и Никто ни за что!"
Скомпоновал плакат собственноручно Виктор Петрович из обрывков двух найденных старых, что позволило "избежать ненужных трат на дорогостоящего художника".
Ситуацию едва не испортила молодая дотошная сотрудница из отдела контроля качества, спросившая по телемосту, что делать с готовой партией продукции, если в одном из изделий был найден брак.
Выправлять ситуацию пришлось лично взявшему слово Виктору Петровичу.
Перво-наперво он поблагодарил ее за вопрос, отметив его, как своевременный и правильный "поскольку основная их цель - выпуск качественной, конкурентоспособной, отвечающей всем современным требованиям продукции".
"А для этого каждому из них нужно работать с должным уровня самоотдачи", - продолжал Виктор. "Это позволит искоренить брак, как класс",- завершил он свою мысль. После его ответа все еще долго рукоплескали.
Как известно, успех притягивает успех. На днях он в послеобеденное время на арене набил в Quake больше "фрагов" чем сам Олег К. Этим он заслужил неподдельное уважение всей команды внедрения. В коридоре они теперь норовили пожать ему руку.
В кармане его пиджака лежало два приказа. Один об увольнении очередного "не справившегося с импортозамещением промышленного миксера" специалиста; второй о расширении его собственного отдела "по переупаковке готовой продукции" за подписью лично гендира.
Путь его пролегал по заводскому коридору, тускло освещенному лучинами. В неверном их пламени на стенах играли причудливые тени.
Лучины были его Виктора Петровича "ноу хау", которым он втайне гордился.
Не так давно он собственнолично, показав метрики и графики, убедил совет директоров во главе с генеральным, что использование керосина есть чрезмерное потребление ресурсов. Ничего же не стоящие лучины - отходы производства - дают не меньше света, а экологически более безвредны.
В полумраке он заметил Лидию Павловну.
В последнее время он всячески старался избегать ее, а если даже видел, ускорял шаг, делая вид, что не замечает.
Лидия Павловна напоминала ему о первых днях на производстве, о которых он искренне хотел забыть. Днях когда он был похож на беспомощного кутенка.
С момента последней их встречи она сильно изменилась - вся как-то похудела осунулась, только глаза ее были те же и взгляд их в данный момент был устремлен на него.
Поняв, что разминуться не удастся, Виктор остановился, словно только сейчас ее заметил, предварительно напустив на себя строгий деловой вид.
- Лидия Павловна, какая встреча! Как поживаете? Хорошо выглядите.
- Витя, у меня к тебе разговор.
- Не Витя, а Виктор Петрович.
- Виктор Петрович. Даже не разговор, а просьба.
- Я вас слушаю.
- Поймите, на заводе я проработала много лет, но официально, как выяснилось, так и не была устроена. Еще в далекие годы после развала союза нас наняли через какую-то стороннюю организацию по договор подряду. Уже и людей то этих нет - никто не помнит. Я последняя оставалась, 25 лет здесь проработала, а по факту будто и не работала - заводского стажа с гулькин нос, и никакие льготы мне не положены. А мне ведь скоро выходить на пенсию...
Витя, Виктор Петрович я вас никогда ни о чем не просила, а сейчас прошу.
Пожалуйста замолвите за меня слово! Вы ведь напрямую общаетесь с генеральным.
Ни один мускул на лице Виктора не дрогнул.
- Лидия Павловна, гхм, мне кажется, вы переоцениваете мои возможности. Да, пару раз на совещаниях я действительно пересекался с генеральным, но наше общение было исключительно формальным. Вы ошибочно полагаете, будто я знаю его настолько хорошо, чтобы просить о чем-либо лично. Вы поймите, я бы и рад вам помочь, но увы!
Развернувшись на каблуках, Виктор Петрович продолжил свой путь по коридору пружинистой уверенной походкой человека, знающего себе цену и занимающего прочное место в социальной иерархии.