Глава 86. -Маленький дорожный анекдот

Посвящается дяде Леве

Глава 86, речь в которой пойдёт о дорожной обстановке на Москве в конце 90-х.

У автора есть друг, немного помоложе его, хотя с годами разница в возрасте стирается, как, впрочем, и всё остальное.
Друга зовут Миша. Когда-то автор учил его математике, но со временем, как это обычно случается, автор от Миши тоже немало узнал — тем более человек он непростой, поучиться точно есть чему.
Если придерживаться версии, что всемогущий Господь в одном случае из миллиона раздаёт какие-нибудь таланты — делает кого-то гениальным физиком, художником, поэтом, — то на этой раздаче Мишу сделали водителем.
Автор никогда. Никогда и нигде не видел, чтобы кто-то так, как Миша, водил машину. Более того, если бы сам Господь сел за руль, он водил бы машину либо так же, как Миша, либо чуточку хуже — мешала бы осторожность из-за ответственности перед созданным им миром. Кстати, создал он его не так хорошо, как Миша водит машину.
Трудно даже сказать, что Миша передвигался по Москве и другим городам пребывания быстро. Ладно бы только быстро. То, что происходило, нельзя описать, это можно только вспоминать тем, кто видел или ехал с ним в одном авто. Вспоминать обычно с чувством ужаса.
Пейзаж вокруг превращался в стёртую, кошмарную картинку, в которой мелькали пешеходы, какие-то детские коляски, полосатые палочки, меняющиеся сигналы светофора — обычно красный, время от времени раздавались звуки сирен, частенько сзади случался скрежет металла и слышался нехороший, но характерный хруст.
В машине у Миши блевали все — ваш любимый автор, девушки редкой красоты, неосторожно согласившиеся покататься, лётчики, считающие, что после фигур высшего пилотажа «это их не касается», усмехавшиеся на предложение взять гигиенический пакетик полковники госбезопасности, — все.
Вашему любимому автору лично пришлось пережить поездку на скорости километров 140 по обочине встречной полосы МКАДа, выезд на МКАДе на развязку тоже, разумеется, по встречке, езду на какой-то безумной скорости задом, в раскачку, шашками (это когда автомобили, увидев мчащуюся на них задним ходом машину, от страха раздвигаются).
Мишины машины не попадали в занос. Они практически постоянно передвигались в управляемом заносе. То есть на любом повороте и в любом обгоне только в заносе Миша и находился. А из заноса он выходил, сказать по правде, редко и неохотно. Обычно — когда приезжал, куда было нужно. По этой причине Миша предпочитал лысую резину, а любимое время года — это, разумеется, зима.
Следует ещё сказать, что так, как Миша знал Москву, на мой взгляд, в теории её должны знать какие-нибудь профи из КГБ — зубрившие карты проходных дворов, прокладывающие маршруты отсечения хвостов и что-нибудь в этом роде.
Миша знал наизусть, мимо какого киоска «Союзпечати» он проходит, а мимо какого — не вписывается.
Как-то Миша вёз вашего автора в Шереметьево, тогда по Ленинградскому проспекту ещё ходили трамваи. Он привычно объезжал вечную пробку, раскачиваясь между встречной трамвайной полосой, «своей» и «околотрамвайной», раздвигая поток движущихся там машин.
Автор до сих пор помнит глаза встречного водителя трамвая, когда Миша в сантиметре проскочил под ним, уворачиваясь от другого трамвая на, так сказать, «своей» стороне.
Кстати, вам, наверное, хочется спросить, а сколько у Миши было аварий. Ответ — ноль. То есть их не было вообще. Не готов сказать про число аварий, инфарктов и инсультов у других участников движения, но именно у Миши аварий не было. Никогда и никаких. Даже царапин, по-моему, не случалось.
В описываемые благостные времена дорожных камер в Москве ещё не понаставили, зато гаишников в городе каталось и стояло — хоть отбавляй. Иногда, увидев мчащуюся по встречке, частенько в крайне левой полосе машину, менты со своими сиренами начинали погоню.
Миша на предложение остановиться никогда не реагировал. То есть совсем никогда — это было просто ниже его достоинства. Прямая погоня не имела никакого смысла, но менты имели некоторое преимущество — радиосвязь. Они время от времени передавали Мишу другим постам вперёд, ну или назад, как придётся — Миша есть Миша.
Как-то раз очередные гонки, проходившие по московским дворам, переулкам, с объездом мусорных баков и проскакиванием между сараями, закончились тем, что менты таки загнали сохатого.
Миша резко свернул на заброшенную стройку, поставил машину, запер её, отошёл метров на десять и начал прогуливаться со спокойным видом. Через несколько минут примчались менты с дикими сиренами и включённой красно-синей люстрой.
Из раскрашенной в грозные тона гжельской фабрики фарфоровой игрушки гаишной машины вышло два представителя правопорядка — один молодой, худой и высокий, другой — пониже, старше и поплотнее. Толстенький находился в звании приличном, а молодой — сержант, только начинающий свой путь в искусстве взимания денег с податного населения.

Оба грозно уставились на Мишу.

— Что ты здесь делаешь? — взвился молодой, голос у него сорвался почти на визг.

— Да так, — лениво отозвался Миша, — по стройке гуляю.

— Ты кого-нибудь видел?

— Видел, — после короткой паузы сказал Миша, будто нехотя. — Из машины выскочили негр и китаец. Сказали, что вот-вот подъедут уважаемые милиционеры, и велели передать: у них есть только одна тысяча рублей.

— Какой негр? Какой китаец?! — сержант буквально захлёбывался от возмущения; лицо у него налилось красным, и казалось, что ещё немного — и он взорвётся.

— Подожди, — спокойно остановил его напарник, слегка подняв руку. — А они не говорили, что у них может быть хотя бы… ну, скажем, три тысячи?

— Нет, — уверенно покачал головой Миша. — Речь шла только об одной.

Молодой смотрел на него безумными глазами, метался взглядом то к Мише, то к коллеге, словно пытаясь ухватиться хоть за какую-то логику.

— Какая тысяча? Почему негр? Где он? Куда делся?!

— Ну… — примирительно протянул старший, словно сглаживая углы. — Может, китаец отдельно хотел подбросить хотя бы ещё одну тысячу?

— Нет, — Миша был непреклонен. — Оставили мне одну тысячу и убежали.

— Они нарушили что-нибудь?

— Да не особо, — офицер взмахнул рукой. — Ладно, раз уж негр такой жмот, тысяча так тысяча…

Занавес.

11.09.2025