И этим больше, чем поэт

Мне говорил сосед мой Вася:
Стих, он быть должен из души.
Как будто ты полночи квасил,
А утром бог велел: пиши!

А ты, пардон, о чем кропаешь?
Про мотыльков, про ручейки,
И про благоуханье мая?
Ну, скулы сводит от тоски!

Насочинял, пардон, болото.
Где в строчке пламень, где металл?
Абракадабра! Словно кто-то
Тебя елеем пропитал.

Сдается мне, с соседской Нинкой
Таким страшком - тушите свет
Полночи ты тянул волынку,
А утром выдал этот бред.

Твои сентенции осилить
Охотников особых нет.
Имей в виду: поэт в России
Намного больше, чем поэт.

Не так, дружок, творить ты должен.
Стих должен бить, сродни ядру,
И пробирать людей до дрожи,
И душах прошибать дыру.

Вот я, - едва ночь с днем на грани,
Чуть свет, налью, опустошу
Простой граненный, и потянет.
Спешу к забору и пишу.

И встанет день, и принцем с трона,
Мой вещий стих пойдет в народ.
И струны в душах так затронет.
Иной замрет, раскрывши рот.

Но мне заборов мало, стены
Домов окрестных исписал.
О сколько я своих нетленок
По околотку разбросал!!

Мой стих не брызжет водопадом,
Мой опус – не словопоток,
Естественно, немного мата.
Для благозвучья, связки строк.

Ханжа воскликнет: что за ужас!!
А для меня запоров нет.
Забор, он для того и нужен,
Чтоб душу выплеснул поэт.

Я не подписываю строки.
Я знаю: в злобной нищете
Бывают критики так строги,
Что в миг забелят мой шедевр.

Конечно же меня печатать
Никто не станет. Я - изгой!
Редактор избегает матов,
Хоть не в печати – гнет дугой.

Тебя ж печатать, ясно, будут.
Твой стих, он как шампунем мыт.
Что, мытый, он в душе пробудит?
Скучищу, скажем без обид.

Твои слова, что те телята.
Пасутся на лужке, но мой,
Пусть он шершав, почти с плаката,
Поет трубою боевой.

Поет серебряной валторной,
Как горн, фанфара, как корнет!
Я мэтр поэзии заборной!
И этим больше, чем поэт.