Перекрахмаленный воротник не давал свободно дышать, но это не имело никакого значения: где-то совсем рядом, хоть и отделённая от него членами королевской семьи, эфиопами с серебряными подносами, неохватными статс-дамами с эублефарами на руках, статуями, подсвечниками, креслами и ещё чёрт знает чем — где-то совсем рядом снова стояла она. Больше всего он любил момент, когда церемониал подходил к концу. Все фрейлины, едва заметно присев перед августейшим Лорентином, томительной вереницей проходили прямо вдоль колонны пажей и скрывались за хризолитовой дверью, ведущей в задние покои. Каждый раз он ловил её взгляд и пытался угадать, о чём она думает.
А ей было тринадцать лет, и думала она в основном о себе.
Мы используем файлы cookie для улучшения работы сайта. Оставаясь на сайте, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cookies. Чтобы ознакомиться с Политикой обработки персональных данных и файлов cookie, нажмите здесь.