Тексты Книги Екклесиаста

изм. 14.05.26.

Ряд исследователей библейской книги «Екклесиаст, или Проповедник» [1] полагают, что стихи «Слова Екклесиаста, сына Давида, царя в Иерусалиме» (Екклесиаст 1:1) и «Я, Екклесиаст, был царем над Израилем в Иерусалиме» (Екклесиаст 1:12) представляют собой литературную фикцию. Согласно их мнению, автор книги — не царь Соломон, а проповедник, прибегнувший к образу царя, чтобы придать своим словам больший авторитет. В качестве  аргумента они указывают на различие в отношении к знанию у Соломона и Екклисиаста.

Соломон ценил знания и мудрость выше любых земных благ:

«И сказал Бог Соломону: ты не просил богатства, имения и славы, и души неприятелей твоих, и также не просил ты многих дней, а просил себе премудрости и знания <...> премудрость и знание дается тебе» (2-я книга Паралипоменон 1:11-12).

У Екклесиаста, в отличие от царя Соломона, 

«во многой мудрости много печали; и кто умножает познания, умножает скорбь» (Екклесиаст 1:16-18).

Что предлагает человеку Екклесиаст?

Запись: Альтернатива знаниям человека

Вот его слова:

«Да будут во всякое время одежды твои светлы, и да не оскудевает елей на голове твоей. Наслаждайся жизнью с женою, которую любишь, во все дни суетной жизни твоей, и которую дал тебе Бог под солнцем на все суетные дни твои; потому что это — доля твоя в жизни и в трудах твоих, какими ты трудишься под солнцем. Все, что может рука твоя делать, по силам делай; потому что в могиле, куда ты пойдешь, нет ни работы, ни размышления, ни знания, ни мудрости» (Екклесиаст 9:8-10).

Высказывания Екклесиаста не далеки от взглядов мудрецов Талмуда (трактат «Брахот»):

«Три вещи приносят человеку удовлетворение: красивое жильё, красивая жена и красивая одежда».

Запись: Мудрец Екклесиаст и знания

Екклесиаст приходит к выводу, размышляя о действиях Бога:

«Всё сделал Он прекрасным в своё время и вложил мир в сердце их, хотя человек не может постигнуть дел, которые Бог делает от начала до конца» (Екклесиаст 3:11).

В еврейском редакторском переводе [2] этот стих звучит:

«Все создал Он прекрасным в своё время, даже вечность вложил в их сердца, но так, чтобы дела, творимые Богом, не мог постичь человек — от начала и до конца» (Когелет 3:11).

По мнению Екклесиаста человек не способен постичь дела Бога. Так задумано Богом. Если это утверждение справедливо, то каким образом оно становится очевидным? Почему "дела, творимые Богом" не может понять человек? Иносказание непонимания действий Бога с вечностью или миром, вложенные особым образом в сердце человека, не позволяют получить  вразумительный ответ. 

Философ Бенедикт Спиноза писал:

«Все познание Писания должно заимствовать из него одного.  <...> общее правило толкования Писания таково: не приписывать Писанию в качестве его учения ничего, чего мы не усмотрели бы самым ясным образом из его истории. <...> Она должна содержать природу и свойства языка, на котором книги Писания были написаны» (Богословско-политический трактат. Об истолковании Писания).

Логично предположить, что ответ следует искать в самой книге Екклесиаста.

Запись: Вечность или сокрытие?

В библейском стихе книги:

«Все создал Он прекрасным в свое время, даже вечность вложил в их сердца, но так, чтобы дела, творимые Богом, не мог постичь человек от начала и до конца» (Когелет 3:11)

слово «вечность» есть перевод слова библейского иврита  «;;;;;» (словарь Стронга — H5956, значение: тайный, скрытый, быть сокрытым или спрятанным, скрывать, прятать, закрывать, покрывать. Транслитерация: alam, «алам»). Слово «;;;;;» не содержит букву «;;» («вав»). 

Но само слово библейского иврита «;;;;;;» («вечность») содержит букву «;;» («вав»). Вот библейский текст со словом «вечность» (Словарь Стронга — H5769: ;;;;;;.  Значение: долгое время, долго; вечность, вечно, вовек. Транслитерация: олам):

«И будет завет Мой на теле вашем заветом вечным» (Берешит 17:13).

Итак, в стихе (Когелет 3:11) слово библейского иврита «;;;;;» («алам») переведено как «вечность», а не "тайный". Почему?

Слово «;;;;;» («алам») (Когелет 3:11), без буквы «вав» (;)имеет значение «скрытость, тайное». Мудрец Раши [3] объясняет, что в слове «;;;;;» («алам») (Когелет 3, 11) буква «;;» («вав») была пропущена. Поэтому, если слово «;;;;;» («алам») прочитать как «;;;;;;» («олам») с буквой «;;» («вав»), то слово «;;;;;» («алам») можно перевести как «вечность». 

Слова "вечность" и "скрытность" на иврите звучат   почти неразличимо, соответственно, «олам» и «алам» .

Вот библейский текст со словом иврита «;;;;;», звучит «алам», перевод «скрытость, тайное» :

«Ибо всякое дело Бог приведет на суд, и все тайное, хорошо ли оно, или худо» (Екклесиаст 12:14).

«Ибо все дела Б-г приведет на суд, а также все сокрытое, будь то хорошее, будь-то плохое» (Когелет 12:14).

Итак, принято считать, что слово библейского иврита «;;;;;» («алам») (Когелет 3:11) в тексте стиха написано с пропущенной буквой «;;» («вав»). Поэтому  библейское слова «;;;;;» («алам») без буквы «;;» («вав») читается как с буквой «;;» («вав»)и переводится: «вечность».

Но прочитаем слово «;;;;;» («алам») (Когелет 3:11) так, как оно есть в библейском тексте, то есть без буквы «;;» («вав»). Тогда слово переводится как «утаение», «сокрытие» .

Если стих:

«Все создал Он прекрасным в свое время, даже вечность вложил в их сердца, но так, чтобы дела, творимые Б-гом, не мог постичь человек от начала и до конца» (Когелет 3:11),

слово библейского иврита «;;;;;» («алам») перевести не как слово «вечность», а как «сокрытие», то смысл стиха меняется:

Бог всё сделал прекрасным в своё время, и это «всё» сокрыл, утаил в сердце человека.

В таком случае слова Екклесиаста:

«Человек не может постигнуть дел, которые делаются под солнцем. Сколько бы человек ни трудился в исследовании, он все-таки не постигнет этого; и, если бы какой мудрец сказал, что он знает, он не может постигнуть этого» (Екклесиаст 8:17)

не отрицают возможности познания законов мира. Екклесиаст выразил мысль, что полноты знаний у человека не будет никогда. От человека скрыто устройство мира. Начало мира и его конец — тайна для человека. Полнота знаний о мире — у Бога. Начало и конец бытия — тайна, которую человек не способен раскрыть. Но эта мысль Екклесиаста, не финальная, а философская прелюдия к его выводу. А полная основная мысль Екклесиаста такова: законы мира познаваемы. Только начало и конец бытия — тайна. А тайны в естествознании будут отнрываться из века в век. Познание — путь трудный, сопровождаемый разочарованиями, сомнениями в собственных силах и в полезности достигнутого. Но всё это — не случайность, не каприз разума. Это — указание Бога: человеку заповедано познавать мир.

Слова Екклесиаста объясняют им сказанное:

«во многой мудрости много печали; и кто умножает познания, умножает скорбь» (Екклесиаст 1:16-18).

Запись: Стремление человека к знаниям определено в Библии

Мысль Екклесиаста: законы мира познаваемы. Начало и конец бытия — тайна. Тайны естествознания будут открываться из века в век. Познание — путь трудный, сопровождаемый сомнениями в своих силах и в полезности достигнутого. Но всё это — указание Бога: человеку заповедано познавать мир. Какие доказательства приводит мудрец? Он не ссылается на пророков, не апеллирует к авторитетам. Екклесиаст не приводит длинных рассуждений:

«Выслушаем сущность всего: бойся Бога и заповеди Его соблюдай, потому что в этом всё для человека» (Екклесиаст 12:13).

Выражение состоит из двух утверждений. Первая — «бойся Бога». Вторая — «заповеди соблюдай».

О каких заповедях идёт речь? Екклесиаст в своей книге не упоминает ни библейского Авраама, ни Исаака, ни Израиля. Он не ссылается на Синайский закон. Значит, речь идёт не о ритуальных или юридических предписаниях. Выскажем предположение, что речь — о первых заповедях Бога, сразу после сотворения мира.

Животным дана простая биологическая программа:

«Благословил их Бог, говоря: плодитесь и размножайтесь» (Бытие 1:22).

А человеку дана программа развития, познания и ответственности:

«И благословил их Бог, и сказал им Бог: плодитесь и размножайтесь, и наполняйте землю, и обладайте ею, и владычествуйте» (Бытие 1:28).

Это — заповеди человеческого бытия. Их смысл можно раскрыть так:

Плодитесь — сейте семя, утверждайте мужественность.

Размножайтесь — рождайте, воплощайте женственность.

Наполняйте землю — создавайте семьи, народы, цивилизации.

Обладайте ею — используйте силы природы, развивайте естествознание.

Владычествуйте — осваивайте богатства природы, стройте науку и технику.

Таким образом, стремление к знаниям — не отдельная заповедь, а естественная потребность, вытекающая из самой сути человека. Познавать природу — значит исполнять волю Бога.

Комментарии к Книге Екклесиаста

Автор «Книги Екклесиаста» не просто размышляет о жизни — он ведёт читателя через лабиринт сомнений, используя литературные приёмы, чтобы утвердить основную мысль мудреца: «бойся Бога и заповеди Его соблюдай, потому что в этом всё для человека» (Екклесиаст 12:13). Мудрец рассуждения начинает с вопроса, который звучит как вызов разрушить привычные представления:

«Что пользы человеку от всех его трудов, над которыми трудится он под солнцем?» (Екклесиаст 1:3).

Этот вопрос — не риторика, а отправная точка. Далее следует мрачное, почти безысходное описание человеческого бытия: глупость, ошибки, относительность радости, торжество зла, пустота удовольствий, бессмысленность богатства и подвигов. Даже мудрость и безумие — равны в своей конечной бесполезности.

Создаётся впечатление, будто автор склоняется к выводу: знание — тщетно. Но это — литературная ловушка. Потому что сам Экклесиаст не отрицает знание, а говорит о его ценности:

«Это тяжёлое занятие дал Бог сынам человеческим, чтобы они упражнялись в нём» (Екклесиаст 1:13).




Знание — не путь к радости. Но это путь, данный Богом. И в этом — ключ к пониманию всей книги.

В финале Экклесиаст произносит слова, которые расставляют все его размышления по местам:

«Послушаем всему заключенье: Бога бойся и соблюдай Его заветы, потому что в этом — вся суть человека» (Екклесиаст 12:13).

Гипотическая ситуация

Мировозрение мудрецов Иова (см.  в блоге "Тексты Книги Иова") и Екклесиаста можно определить как отклик на гипотическую ситуацию, сформулированную немецким поэтом и мыслителем Готхольдом Эфраимом Лессингом (1729–1781):

«Если бы Бог предложил мне на выбор в правой руке всю истину, а в левой единое вечное стремление к истине, соединенное с постоянными заблуждениями, я принял бы во внимание, что сама истина существует только для Бога, и почтительно попросил бы Его отдать мне то, что лежит в Его левой руке».

Истина "существует только для Бога", она принимается, а не достигается человеком. Поэтому высказывание мыслителя: "стремление к истине", возможно, следует понимать "стремление к полноте знаний".

Если в афористическом высказывании Г. Э. Лессинга слово "истина" заменить на "знания", то можно сказать: мудрец Иова, до Откровения Бога, выбирал то, что было в «правой руке» Бога — представление о возможности полного знания. Мудрец Екклесиаст, осознавая неполноту человеческого знания выбирает то, что лежит в «левой руке» Бога — стремление к знаниям.

***

А. П. Чехов (1860–1904), повесть «Огни»

Литературные персонажи повести: горный инженер Ананьев и его помощник студент ведут разговор. Ананьев рассуждает о том, как понимают молодые люди соображения о жизни. Слова инженера можно отнести к идеям книги «Екклесиаст», которую, видимо, он знает. В финале книги Екклесиаст произносит слова: «Послушаем всему заключенье: Бога бойся и соблюдай Его заветы, потому что в этом — вся суть человека» (Екклесиаст 12:13). Если бы Екклесиаст не произнёс эти слова то, цель написания его книги была бы непонятна, а может вредна. Такую мысль, возможно, уловил А. П. Чехов в своей повести.

Вот тексты из повести:

«— Да, — пробормотал студент в раздумье. — Когда-то на этом свете жили филистимляне и амалекитяне, вели войны, играли роль, а теперь их и след простыл. Так и с нами будет. Теперь мы строим железную дорогу, стоим вот и философствуем, а пройдут тысячи две лет, и от этой насыпи, и от всех этих людей, которые теперь спят после тяжелого труда, не останется и пыли. В сущности, это ужасно!

— А вы эти мысли бросьте... — сказал инженер серьезно и наставительно.

— Почему?

— А потому... Такими мыслями следует оканчивать жизнь, а не начинать. Вы еще слишком молоды для них.

— Почему же? — повторил студент.

— Все эти мысли о бренности и ничтожестве, о бесцельности жизни, о неизбежности смерти, о загробных потемках и проч., все эти высокие мысли, говорю я, душа моя, хороши и естественны в старости, когда они являются продуктом долгой внутренней работы, выстраданы и в самом деле составляют умственное богатство; для молодого же мозга, который едва только начинает самостоятельную жизнь, они просто несчастие! Несчастие!

<...> Если мы нашли способ взбираться на верхнюю ступень без помощи нижних, то уж вся длинная лестница, то есть вся жизнь с ее красками, звуками и мыслями, теряет для нас всякий смысл. Что в ваши годы такое мышление составляет зло и абсурд, вы можете понять из каждого шага вашей разумной, самостоятельной жизни.

Положим, что сию вот минуту вы садитесь читать какого-нибудь Дарвина или Шекспира. Едва прочли вы одну страницу, как отрава начинает уж сказываться: и ваша длинная жизнь, и Шекспир, и Дарвин представляются вам вздором, нелепостью, потому что вы знаете, что вы умрете, что Шекспир и Дарвин тоже умерли, что их мысли не спасли ни их самих, ни земли, ни вас, и что если, таким образом, жизнь лишена смысла, то все эти знания, поэзия и высокие мысли являются только ненужной забавой, праздной игрушкой взрослых детей. И вы прекращаете чтение на второй же странице.

Теперь, положим, к вам, как к умному человеку, приходят люди и спрашивают вашего мнения, например, хоть о войне: желательна, нравственна она или нет? В ответ на этот страшный вопрос вы только пожмете плечами и ограничитесь каким-нибудь общим местом, потому что для вас, при вашей манере мыслить, решительно всё равно, умрут ли сотни тысяч людей насильственной или же своей смертью: в том и в другом случае результаты одни и те же — прах и забвение.

Строим мы с вами железную дорогу. К чему, спрашивается, нам ломать головы, изобретать, возвышаться над шаблоном, жалеть рабочих, красть или не красть, если мы знаем, что эта дорога через две тысячи лет обратится в пыль? <...> Согласитесь, что при таком несчастном способе мышления невозможен никакой прогресс, ни науки, ни искусства, ни само мышление. Нам кажется, что мы умнее толпы и Шекспира, в сущности же наша мыслительная работа сводится на ничто, так как спускаться на нижние ступени у нас нет охоты, а выше идти некуда, так и стоит наш мозг на точке замерзания — ни тпру, ни ну...

Я находился под гнетом этих мыслей около шести лет и, клянусь вам Богом, за всё это время я не прочел ни одной путёвой книги, не стал умнее ни на грош и ни на одну букву не обогатил своего нравственного кодекса. Разве это не несчастье?».

О литературных аллюзий

Alla Mitelman, Rabbinical student, Abraham Geiger College // Potsdam University School of Jewish Theology.  On Fri, 8 Nov 2024, Leonid Tsalman wrote:

«По поводу литературных аллюзий, конечно, их нельзя математически прикладывать к библейскому тексту и определять «истинно-ложно», потому что они скорее про природу человека задаваться вопросами о смысле жизни и всех прикладываемых усилий, чтоб оставаться живым и действовать не автоматически, но понимать свое место и роль в системе, управляемой Богом. Уныние не одобряется ни одной религией, но все мы периодически сомневаемся в нужности и ценности того, на что мы тратим свою жизнь. Экклезиаст как бы присоединяется ко всем уставшим от жизни, перечисляя все возможные очарования и разочарования человека, и приводит их тонкой тропой к нетленному смыслу в служении Непостигаемому».

ИСТОЧНИКИ

[1] «Книга Екклесиаста, или Проповедника» в синодальном издании Библии, «Коэлэт» в ТаНаХ .

[2] ТаНаХ ; перевод на русский язык Давида Йосифона.

[3] Тора с комментарием Раши.