Не звони сюда, осень

За окном безраздельно властвовала она — рыжая, холодная, пахнущая мокрой листвой и дымом. Осень. Она пришла незваной, как дальняя родственница с тяжелым характером, и принялась наводить свои порядки. Ветер, её верный и грубоватый помощник, гнал свинцовые стаи туч по небу, а те проливались на крыши и тротуары холодным косым дождём. Он же срывал с деревьев последние медные листья и швырял их в окна, будто настойчиво стучал в гости.
Внутри старого дома время, казалось, остановилось. Или, вернее, выбрало для себя единственно верный, летний ход. На каминной полке тихо тикали старые часы, но их бой не отсчитывал унылые осенние минуты, а скорее отбивал ритм какого-то бесконечного, солнечного дня. На подоконнике стояли розы. Яркие, ещё свежие, они упрямо цвели, будто и не замечали, что за окном давно хозяйничает осень. На столе в хрустальном кувшине стояла чистая вода, и в её поверхности отражался тёплый свет комнаты.
Дверь была заперта на два оборота, и тяжелая щеколда надежно отделяла этот мир от внешнего. Пусть там, снаружи, ветви скребутся по стеклу, словно костлявые пальцы, выстукивая похоронный марш по лету. Пусть серость пытается просочиться сквозь щели. Здесь, в этих стенах, ей нет места.
Потому что в этом доме всегда царила жара. Не та, что плавит асфальт, а та, что согревает душу. Из старого проигрывателя лилась музыка, заставляя ноги сами пускаться в пляс прямо посреди комнаты. Стены впитали в себя смех, жаркие споры до рассвета и тихие признания в любви, сказанные шепотом. Здесь воздух был наэлектризован драйвом, творчеством и ощущением, что все возможно. Это был не просто дом, а крепость, выстроенная из света, мелодий и счастья.
Иногда ей казалось, что снаружи звонит телефон. Звонка она не слышала, но почему-то чувствовала его всем нутром — холодная, настойчивая тоска пыталась дозвониться сюда, пробиться сквозь стены вечного лета.
Она подошла к окну и прижала ладонь к холодному стеклу. В отражении за её спиной пылал тёплый свет, а впереди, за стеклянной преградой, бушевала жёлто-красная осень.
— Алло? — тихо, но твёрдо произнесла она, словно отвечая на тот самый беззвучный звонок.
— Слышу тебя, осень. Это я. Не трудись. У меня своя линия и своё вечное лето. Не звони сюда больше.