Кина не будет!

Тётя Галя копала картошку, когда из дома напротив в окошко высунулась соседка и громко закричала: – Галюнь, привет!

Галя разогнулась и, сделав ладонью навес над глазами, закричала в ответ: – Привет!

– А где твои? Что-то тихо у вас! – А чего нам шуметь-то? Муж умер, сама знаешь, зять женился на другой, а внук ушёл на СВО! – А я-то думаю, чего это у вас так тихо стало! Никто не дерётся, не скандалит. Скушно прямо стало! Смотреть нечего! – Вот сучка крашеная! Кино ей подавай! – пробурчала в ответ Галя и снова согнулась над грядками. – Не будет кина!

Ночью тётя Галя проснулась от шума во дворе. Выскочила на крыльцо. Соседи напротив бузили. Вернее, пьяная молодая соседка. Каталась на вскопанных тёти Галиных грядках и орала благим матом: – Я без него жить не могу! Ааа! Люблю! Люблю! Люблю!

Парни и девчонки топтались вокруг неё, растерянные, не понимающие, что тут можно сделать с несчастной. – Ну хватит, Наташ, вставай, пошли домой... – делали они робкие попытки по поднятию влюблённой Наташи. – Как вы не понимаете, я люблю его, люблю! Я без него жить не могу! Не мо-гу!!! – орала в ответ Наташа и каталась по сырой земле.

Ребята отступали и снова наступали, отступали и снова наступали. Прилив, отлив, прилив, отлив... В какой-то момент несчастная вскочила и понеслась к забору. Ребята ринулись за ней: ну мало ли, что она захочет сделать с ни в чём не повинным забором, – повеситься на нём или ещё что. Но Наташа ошеломила всех, даже самых драчливых ребят, треснув вдруг со всей дури по деревянной планке своим аккуратным лобиком. Потом ещё и ещё, и ещё раз, пока та не треснула. Перешла на следующую. – Я люблю его! Люблю! Аааа! Аааа! Аааа! Я без не-го жи-ть не мо-гу! Аааа! – ревела раненным медведем на всю округу несчастная крушительница тёти Галиного забора.

– А ну пошли все вон отсюдова! Заборы они мне ломают! Жить без него не могут! – загремела на всю округу тётя Галя, засучив рукава и выскочив во двор.

Схватила первого попавшегося шкета и бросила его в сторону калитки, для скорости наподдав бедолаге пинка под зад. Остальные побежали сами, организовав небольшую стихийную пробку у узкого выхода. Наташа осталась валяться на ботве. Тётя Галя подняла её за огромную всклокоченную гриву и швырнула в сторону двери: – А ну пошла домой! Любит она его! Жить без него не может! А мы тут причём?!

Наташа всхлипнула в ответ, попыталась пригладить волосы ладонью и, шатаясь, поплелась к дому. Тётя Галя застучала модными своими шлепками на небольшом каблучке по деревянному тротуару в сторону выхода на дорогу. Вышла, окинула взглядом тихую родную улицу. Посмотрела в ту же сторону, в какую и луна. Окна из дома напротив были настежь распахнуты, но, сколько тётя Галя ни пыталась напрячь зрение, никого в них не разглядела.
– Ну вас в баню! – бросила Галя, закинула крючок на калитку, вдохнула полной грудью свежий ночной воздух и громко закричала: – Кина не будет! Всем спать!