Домик у моря. Исповедь инцела

   Я сидел в пластиковом кресле на плоской крыше своего дома и смотрел на млечный путь над морем. Морская гладь заворачивалась в сторону Турции, скопление звезд – в неизведанное, моя память – в недалекое прошлое…

   Меня зовут Вадим Логинов, и эта (un)реальная история о женщинах, которых я любил в разное время. Здесь не обозначен точно год, когда произошло то или иное событие. Из уважения к объектам страстей все имена и фамилии изменены. Из уважения к себе все рассказано так, как все было на самом деле.
   Я родился и вырос в, здесь обычно пишут в «славном» и называют город, но для меня ничего славного в городе с тюркским названием Самара не было и нет. Родился-то я в городе Куйбышев и это название за полтора десятка лет настолько впечаталось в мозг, что до сих пор для меня «мы говорим Самара – подразумеваем Куйбышев…». При этом название Куйбышев никак не ассоциируется с партийным деятелем, скорее с великой войной, запасной столицей и советской действительностью. Помню, впервые прочитав «Хождение по мукам», поразился, насколько А.Толстой точно охарактеризовал город: «пыльная, грязная Самара». Такой она и осталась, как не переименовывай. Это еще А. Толстой про аборигенов постеснялся написать.
   1
   Несколько лет назад.
   «У природы нет плохой погоды». Это из той же оперы, «Где родился, там и пригодился». У меня имеется стойкое убеждение, что часть русских пословиц и поговорок изготовлена в кабинетах тайной канцелярии трясущими буклями пропагандистами. «Всяк сверчок, знай свой шесток», «Не зная броду, не суйся в воду» (ладно, эта еще куда ни шло), короче, сиди и не высовывайся!
   Может, про природу и позже придумали, но с той же целью. Всякая погода – благодать. Да конечно, люди страдают, а им (в теплых кабинетах) – благодать! Это вы чукчам и бедуинам расскажите! Вся современная цивилизация, технологии возникли и развились именно в Европе и позже в Северной Америке, то есть там, где комфортно жить и летом и зимой. А здесь: зимой или мороз под тридцать, а потеплеет – сразу снег по пояс, летом духотища, в июне пух тополиный вместо снега, жара до середины августа хуже, чем в Краснодаре. В августе и сентябре разве что жить хорошо. И грязь! Сплошная пыль и грязь! Даже зимой снег серый вперемешку с черной бурдой у дорог.
   – О чем ты опять думаешь? – спрашивает жена. Ее зовут Лилия, но я зову Лили или Лилиан. Нравятся мне герои произведений Рекса Стаута.
   Я сидел за кухонным столом и смотрел в окно на заснеженные ветки дерева, передо мной стояла наполовину пустая чашка чая.
   – Давай переедем.
   Лили бросает тряпку, которой протирала столешницу, и прямо таки шипит:
   – Ты одежду покупаешь в секондхенде! Переезжать собрался!
   Отворачивается, через пару секунд говорит:
   – Нет, я так больше не могу! Давай разведемся!
   В то время я работал водителем в поликлинике недалеко от дома. А до этого год не работал. Потому что на прежней работе травмировал плечевой сустав, не вовремя обратился к врачу, понадеявшись на то, что «само заживет». У меня и раньше были подобные травмы, но в молодости, восстанавливался за полгода. А когда тебе под полтинник, все намного хуже – правой рукой я разве что мог крутить руль да переключать передачи. Устроиться юристом не получилось: в частные конторы по причине внешности, в госструктурах уже работал, и за 20 лет выросла прямо-таки классовая ненависть к начальству.
   Водителем работал 2 дня по 12 часов, два дня отдыха. Автомобили легковые и Газель в качестве неотложки, зарплата 22 тысячи рублей. Лили никогда за квартиру не платила, а у нас еще малолетняя дочь. Пришлось продать рабочий автомобиль ВАЗ 2109, восстановленный своими руками, чтобы погасить долг на кредитной карточке. Очень выручал доход от сдачи другой квартиры, доставшейся в наследство от дядьки, но все равно этого не хватало: мне действительно приходилось покупать джинсы и куртки в магазинах поношенной одежды. Рука работала вполсилы, лопатка торчала на спине, надежды на восстановление оставались только у меня, а Лили, похоже, меня списала полностью. Она после операции восстановилась быстро, вышла на работу. Однажды краем глаза я видел в ее телефоне смс от банка – зарплата у нее была в четыре раза больше моей. Спали и питались мы отдельно, дочь содержали совместно. В нерабочие дни я занимался с Викой, Лили с работы (надеюсь, с работы) приходила в 11-м часу ночи. Кроме занятий с дочерью, пытался освоить новую специальность – электротехническую. Вика хоть и маленькая, но уже явный интроверт, любила играть и учиться одна, а я очень беспокоился за ее безопасность после одного случая. Поэтому выкроил денег и купил видеорегистратор и дешевые аналоговые камеры, установил в большой комнате и кухне. Таким образом, сидя на диване в своей комнате, через монитор наблюдал за дочерью. Конечно, в поле зрения попадала и жена. Камера в кухне направлена на обеденный стол, я часто видел, как Лили шевелит губами, машет рукой. Поэтому нельзя сказать, что был сильно удивлен предложением развестись.
   – Давай разведемся. – сказал я. – Если тебе так будет лучше.
   И мы продолжали не разговаривать. Лили стала оформлять документы о переводе дочери в другую школу с начала третьей четверти.
   В предновогоднюю субботу Лили собрала вещи и с дочерью уехала к своей маме. Там, в трехкомнатной квартире освободилась комната – Лилина старшая сестра Елена купила квартиру в ипотеку. В трешке, кроме тещи, проживает еще Сергей – сын Елены. Он выходит из своей комнаты только в туалет и на кухню за едой. Через неделю Лили перевезла диван и все свои бытовые принадлежности. Даже кондиционер сняла (это в декабре!) – пригласила какого-то мужика, предварительно договорившись, что меня не будет дома. Я потом смотрел запись на видеорегистраторе: не похоже, что это был ее хахаль.
   Новый год я встречал один – для меня это нормально, сколько их таких праздников было. Более того, со временем пришел к выводу, человек проживает свою жизнь всегда в одиночку. Точнее, свою боль проживает в одиночку – именно боль никому не передашь. Да и не надо ее никому передавать! Боль душевную берут близкие люди, но от этого она только умножается. Мой самый близкий человек – это дочь, и, слава Богу, она еще не в том возрасте, чтобы понимать, как мне тяжело.
   Лили с дочерью теперь жили в 20 минутах езды, я забирал Вику со школы, отводил к теще, а на выходные брал к себе. Так что дочка, как мне казалось, по поводу нашего развода не переживала. А развели нас в конце января. В заявлении Лили написала: «… близких отношений нет около года, дочь не содержит…». Надо отдать должное, материальных претензий, кроме алиментов, бывшая не предъявляла. В этом плане Лили всегда была, скажем так, справедливой: чужого не надо, своего не отдаст. Однако, заботясь о будущем дочери, кое-какой контракт мы все же заключили.

   К СССР по-разному люди относятся: кто славит за колбасу и мороженое, кто проклинает за очереди и ГУЛАГ. Но факт остается фактом – давали бесплатное жилье, хотя это, как по мне, самая естественная функция государства – обеспечить граждан жильем, а потом что-то требовать с них. В наследство от советского прошлого мне досталось две единицы приватизированного жилья. В 90-е годы был у меня период, когда я занимался недвижимостью. В процессе околокриминальных занятий я и выменял отличную двухкомнатную квартиру. За несколько лет до травмы плеча в наследство от брата покойного отца мне досталась убитая двухкомнатная хрущовка. Два года, выкраивая крохи из зарплаты, сделал евроремонт своими золотыми (сама себя не похвалишь, как говорится) руками. Выгодно выменял на однокомнатную квартиру в хорошем районе. К моменту развода, таким образом, у меня в собственности были две хорошие квартиры. Однокомнатную я продал почти сразу. В феврале после нескольких лет бедности у меня появились деньги. Я вздохнул с облегчением, появилась возможность купить одежду себе и баловать дочь.

   Пока продавалась двухкомнатная квартира, я занимался вопросом приобретения дома на побережье Черного моря. Интернет и юридическое образование в помощь. В фильме это, наверно, выглядело бы так: ускоренная съемка смены дня и ночи, мужчина с всклоченными волосами в разной домашней одежде смотрит ролики на мониторе, стучит пальцами по клавиатуре, делает заметки в тетради, читает кодексы… В принципе, все так и было – Ютюб, сайты, форумы, изредка реальные звонки. Так уж получилось, перестал я людям доверять от слова совсем. Как известно, самые большие циники вырастают из больших добряков. Поэтому к любой информации я отношусь критически, пока не проверю. Проверка – это изучение нескольких источников, в том числе и на иностранных сайтах, благо в браузере имеется встроенный переводчик. Это касается любой информации, кстати. Давно заметил, насколько доверчивый у нас народ. По телевизору так называемые эксперты трясут бородами, глазками заплывшими сверкают, руками машут – попробуй только не поверь, это же эксперты в самом телевизоре, а вы кто? Сидите перед экраном и ничего не знаете! Сейчас «эксперт» вам все объяснит! А сколько таких экспертов и коучей! Коуч! Любит российское ухо звучные слова! Произнес «коуч», и, вроде, как сам умный.
   Меня до сих пор поражают такие объекты, как, например, высоковольтные линии электропередач. Смотрю на стометровые металлические конструкции с гроздями изоляторов, на провисающие провода от арматуры до арматуры… Это ведь люди сделали, не роботы! Вот когда все эти эксперты и коучи сделают что-нибудь подобное, построят Беломорканал или БАМ или Крымский мост, вот тогда я, может, и послушаю кого-нибудь из них. А когда с экранов меня – человека, у которого столько за плечами, будет учить жизни какой-то Вассерман (бородатая флэшка на хилых ножках), чьи подвиги – правильные ответы в балаганшоу, я всегда вспоминаю народную фразу, так смачно использованную господином Ройзманом в свое время.
   Вскоре понял, приобрести домик у моря без изучения вопроса на месте невозможно, ни о каких точных цифрах в плане затрат речи быть не может, но все же приблизительные суммы в голове отложились.
   Квартира продалась в середине мая, цену я не завышал, район в целом престижный, евроремонт, а самое главное, как пишут в объявлениях, хорошая транспортная развязка. А еще во дворе всегда можно поставить машину: в свое время жильцы скинулись и установили шлагбаум на въезде во двор. Сразу после перевода денег на счет, начались звонки. Такой-то, такой-то? С вами говорит дознаватель капитан полиции Вероника Романова. Или майор экономической безопасности Артем Басаргин… Бедные мошенники… Не бедные, конечно, но все же наглость и ограниченность интеллекта богатством тоже не назовешь. Не знаю, на каком уровне сливается информация, возможно, в банке, но кроме ФИО хитрецы больше ничего не знали. Первыми звонками, не скрою, «дознаватели» поднимали мне давление, но очень скоро давление им стал поднимать я. Звонки быстро прекратились после нескольких бесед, в которых я ненормативной лексикой объяснил собственное видение ситуации с переходом на личности.
   Все ценное (уж не знаю, можно ли назвать ценностью тот же телевизор или электромясорубку) я перевез Лили, спортинвентарь продал через Авито. Загрузил автомобиль одеждой и пожитками на первое время, инструментами и запчастями. Автомобиль у меня хороший – Додж Авенджер, 2,4 литра, автомат. Я приобрел его давно на деньги, вырученные с продажи опять-таки наследной дачи. Помню, как изменилось тогда отношение начальничков: как же – у простого опера и такой автомобиль. Не по Сеньке шапка! Вот вам и Советский Союз: все ценное, что я имею, если упростить, родом оттуда. И авто и квартира. Не размотал я наследное жилье. Сейчас же никакая другая крутая иномарка без кредитов мне не светит. Это я понимал и всегда заботился и забочусь о Доджике, как я его ласково называю. Есть деньги – покупаю запчасти. На всякий случай. А он все не ломается (стучу по дереву).
   Я попрощался с квартирой. 25 лет в ней прожил, все делал своими руками, а сколько воспоминаний о людях, побывавших в ней… Но впереди ждала мечта!
   Я заехал к Диману – лучшему и единственному оставшемуся в результате естественного отбора другу. Речь о нем еще впереди, а тогда мы посидели у него на кухне, покурили, пожали руки, пообещали друг другу всегда быть на связи. Диман также клятвенно пообещал приехать в ближайший отпуск. Потом я заехал к дочери и Лили. Все прослезились, чего уж там, так же все договорились быть на связи, но приехать никто не пообещал. Во всяком случае, в ближайшее время.
   Поездка заняла два дня. Рулить я люблю и умею, дорога знакомая – до рождения дочери, ездили почти каждое лето и чаще всего именно на авто. С друзьями, с первой женой, потом со второй, а когда дочка повзрослела, то втроем. Одному ехать пришлось впервые. Зато никто не просил убавить Металлику, Раммштайн и Сектор Газа. Переночевал в придорожной гостинице возле Волгограда. Во время остановок на второй день пути я просматривал объявления о съеме жилья в Краснодаре, так что к ночи уже вселился в однушку на окраине. Для меня главным условием было наличие по близости охраняемой автостоянки – лучше заплатить и спать спокойно.

   В Краснодаре купил симку, ибо прекрасно сознавал, риэлторы от меня не отстанут никогда! Насчет риэлторов. Они мне не нужны от слова совсем. Какой-никакой, а я юрист, пользоваться поиском в интернете умею, механизмы продажи -покупки жилья в настоящее время отработаны. Знали бы заносчивые дяди и тети, наблатыканные в плане втюхивания жилья разного сорта, как в 90-е вступали в рукопашную в очередях БТИ, сколько справок надо было собирать в те годы, как передавалась наличность… Но такой опыт имеется далеко не у всех, и профессия риэлтор, конечно, имеет право на существование, и, само собой, при поиске заветного домика приходилось иметь с ними дело. А поиск оказался делом совсем не простым.
   На моем банковском счету лежала приличная сумма. Цены на домики из разряда «заезжай и живи» в окрестностях Анапы и Геленджика оказались совсем неприличными. Покупать развалину, после чего сносить и строить заново не хотелось, хотя несколько выгоднее. Пришлось изрядно погонять своего «мстителя» по горным дорогам, прежде чем я нашел подходящий вариант. Уже в конце июля в одном из поселков под Анапой я нашел то, что искал. Недостроенный двухэтажный дом на участке 3 сотки. По документам на участке присутствовал одноэтажный дом из так называемых «экспериментальных материалов», достраивать и оформлять двухэтажное строение придется уже новому владельцу. По каким причинам собственник продавал недвижимость я вдаваться не стал, ибо всё это слова, меня больше интересовали документы на землю и материалы, отсутствие долгов и залога, нет ли несовершеннолетних, и не был ли задействован материнский капитал. По всем предоставленным и заказанным мной документам причин для беспокойства выявлено не было. В начале августа мы оформили сделку, через две недели я стал собственником неоформленного недостроя. На счету оставалась сумма, как я надеялся, достаточная для строительства. Здесь я выдохнул и взял недолгую паузу. Наступил бархатный сезон, какая-никакая крыша над головой была, место для парковки имелось, электричество, газ и водопровод уже проведены и официально оформлены. Рука, кстати, почти полностью восстановилась: сказались положительные эмоции, солнце, море, здоровое питание.

   В конце сентября, когда в дневные часы солнце уже не жгло, а ласкало, я принялся за работу. Первым делом я купил автомобиль для работы – знакомый до последнего винтика ВАЗ 2109. Потом заменил забор по периметру участка. Вместо деревянного штакетника поставил алюминиевый профлист высотой 3 метра. С соседями сближаться не стал, но и не конфликтовал. Как я понял, в поселке большинство были такие же понаехавшие, мои ближайшие соседи – военные пенсионеры, судя по порядку и по высказываниям. На шум от стройки, конечно, положительных отзывов не поступало, но и явного недовольства тоже не наблюдалось. Более того, так случилось, что в это же время до поселка добрался известный интернет-провайдер, поставил коммутаторы на каждой улице, и в дома потянулся кабель – наконец-то появился проводной интернет. Я сразу подключился и поставил видеокамеры по периметру своего забора. Понаблюдав за моими действиями, соседи поинтересовались, разбираюсь ли я в этом деле. Ответил положительно, проконсультировал по всем вопросам в плане покупки камер и подключения. Соседи купили камеры, я бесплатно установил и настроил. После этого на временные неудобства от строительства они закрыли глаза, а по поселку разошелся слух о моих навыках – стали поступать заказы на установку.

   Что сказать, построить дом из блоков вполне возможно в одну каску, тем более, когда первый этаж уже построен. Но, к сожалению, я уже совсем не мальчик, поэтому, прикинув соотношение рисков в плане финансов и здоровья, было принято решение о привлечении местных специалистов. Чем хорошо строить в южных широтах, так тем, что процесс строительства возможен круглый год. Зимой был достроен дом. Весной я избавился от лишней травы и замостил участок, летом построил летнюю кухню и навес для машин. Осенью, то есть спустя год проживания в заветном месте, я принялся исполнять сопутствующую мечту – строить крытый бассейн в окружении тропической растительности. Или теплицу, как я для краткости назвал это сооружение.
   Опять же, в киношном варианте, если скачать видео с диска моего видеорегистратора и просмотреть с забыстренной скоростью, то на экране выглядело бы так: дни сменяют ночи, изредка идет дождь, распускаются листья на деревьях, растут фрукты-ягоды, бегаю я, бегают строители, подъезжают грузовики, сгружаются материалы, то тут, то там искрит сварка, возносится коробка, появляются стропила, крыша, окна, снова бегают рабочие, рядом с домом появляется огромная яма, подъезжает бетономешалка, заливается фундамент… Но не один видеоряд не покажет мою усталость, пот, мозоли и кровь. Про кровь, может, я несколько преувеличил, но производственные травмы случались, и не раз. Кстати, работал я в каске, даже когда был один.

   Конечно, я не упахивался 24/7. Организм требовал отдыха, ломило суставы, сказывались спортивные и околоспортивные травмы. Я смотрел фильмы на ноутбуке, интересовался новостями, разговаривал с дочерью по видеосвязи, плавал в море, потягивал вино, закусывая воздухом и восхищаясь закатами. Сам себе начальник, делаю то, что мне нравится. Я был счастлив. По мере выполнения самых тяжелых работ, в моем счастье стало чего-то не хватать. Но перед этим надо рассказать о моем друге.

   Диман.
   В десятом классе я завел общую тетрадь, куда зарисовывал упражнения, приемы борьбы. На первую страницу я наклеил вырезанные из журналов фото суперменов: Сталлоне, Шварцнегера, Дольфа Лунгрема, Ван Дамма. А еще фломастером внизу вывел «Диман Бардуков 10 класс». Тогда он занимался железом, и начал также как и я после поездки в трудовой лагерь. Он почти на голову выше меня, мышцы накачал быстро, потому что придерживался правила день занятий, день отдыха. На уроках физкультуры казалось, у него под загорелой кожей змеи извивались. И кличку ему тогда придумали под стать – Удав.
   И с именем ему повезло – Дмитрий. Сколько к нему вариаций можно использовать в зависимости от ситуаций и субъекта использования: Диман, Димон, Дима, Димасик, Димочка… У меня, кстати, есть версия про необычные имена. Человек с необычным именем будет почти всегда не слишком умным. К примеру, у нас есть Владилен, имя которому дали не фанатичные коммунисты, а мать, которой просто слово понравилось. То есть у глупых родителей будут глупые дети. Но тут как раз применимо правило про исключения из правил: растет такой Владилен, смотрит на глупых родителей и удивляется их словам и поступкам. И хочет быть умнее – развивается, становится умнее массы. А уж если у такого Владилена синдром Даннинга-Крюгера, тогда вообще пиши-пропало!
   После объединения восьмых классов в один девятый оставшиеся мальчишки группировались по интересам, но не категорично, общались все. С Диманом я сошелся, потому что он умный, сильный и красивый. Был образцом для подражания, но не зависти. К слову сказать, не согласен я с такой пословицей «Друг познается в беде». В беде познается, человек ли ты, другом совсем необязательно быть. А друг познается в радости. Сможешь радоваться за человека, за его счастье, достижения, достаток? Значит, этот человек твой друг, если он поступает также. Хочется надеяться, Диман всегда был моим другом, а не только с начала совместного распития алкогольных напитков.
   По сути, что связывало меня и одноклассников после того, как все отслужили, отучились, устроились на работу? Совместные пьянки, что уж притворяться! Собрались, выпили, закурили и сразу складывался разговор обо всем на свете: политиках, девушках, кино, девушках в кино и тд, а до этого все молчали, то ли стремно трезвым об этом говорить, вроде как умничать, то ли ждали блеснуть умищем, когда выпьем. Собирались частенько у меня на квартире, потому что я был счастливым обладателем наследной от бабушки однокомнатной хрущёвки.
   Не всех одноклассников я приветствовал у себя дома. Не всем нравился сам. Всех, с кем пил, терпел только из-за их дружбы с Диманом. А с ним мне было интересно и с трезвым. С развитием событий, а именно: совместными мечтами о телках и приобретением мной автомобиля ВАЗ 2107 нас можно было считать «молочными братьями», если вы понимаете, о чем я. Да, так бывает! Мы спали с одними и теми же девушками, но никто никого не отбивал, не предавал. Более того.
   У Димана есть сестра Инга. Двоюродная, проживает в Минске. Впервые Диман упомянул о ней в самом начале нашей дружбы, основанной тогда на девушках и алкоголе. Инга раз в два-три года приезжала с отцом в Самару. Я еще тогда удивился, зачем приезжать из красивой чистой столицы в наш грязный город. А Минск я как раз-таки знал, потому что срочную службу отбывал в части поблизости. Диман познакомил Ингу с нашей компанией по той простой причине, что с отцом минчанке было уже скучно в Самаре, ей тогда было чуть за 20. Диман сказал мне тогда: эх, не была бы она моей сестрой! А я в то замечательное время занимался секс-спортом с Надькой. Много позже я узнал, Надька тренировалась не только со мной. Впервые увидев Ингу, я не понял, насколько она крутая. А может, подсознательно понял, что не моего она уровня. Для меня и тогда и позже одежда не имела особого значения. Я придерживался лозунга: бронзовость мускулов и чистая кожа – лучшая одежда. У Инги одежда была скромной, качественной и надета на чистую кожу и спортивную фигуру. Беларусь, как ни крути, это не Россия. Это уникальная страна: все говорят по-русски, а люди не русские. Другие. Культурнее, если одним словом. Инга к тому же наполовину полячка, но не блондинка – брюнетка. Чуть выше меня. В компании тогдашних моих приятелей она была неделю-две, когда приходила с Диманом ко мне на квартиру. Либо мы выезжали на природу. Понятное дело, все уже тогда работали, встречались не каждый день. Не думаю, что наша компания оставила благоприятное впечатление.
   – Инга, дай мне расческу, я свою забыла. – Надька у меня гимназиев не заканчивала.
   – Нет, – спокойно с улыбкой отвечает белорусская пани. – А вдруг у тебя вошики.
   Год спустя после того, как я наконец избавился от Надьки, Инга с отцом в очередной раз приехала в Самару. Наша уже поредевшая компания также собиралась у меня, только уже в новой квартире. Диман в то время начал встречаться с Верой – веселой длинноногой девицей. Камерон Диас для бедных, как я ее для себя назвал. Однажды вечером я, Диман с Верой, Инга и еще одна парочка выпили, закусили, решили остаться ночевать. А из спальных мест – раскладной диван в большой комнате, диванчик в кухне и матрас в маленькой комнате. Как хозяин я предложил заграничной штучке диван в большой комнате и свою компанию. Две другие пары соответственно заночевали в другой комнате и в кухне. К моему удивлению, Инга согласилась на мое шуточное предложение прилечь рядом. Если бы я был трезв, моему удивлению не было бы предела! Но я был пьян! Гусар, одним словом. Мы легли. Лежали на спине, одновременно повернулись друг к другу и начали целоваться. Я признался, что влюблен в нее. Этого делать было не надо! Мы могли бы вполне ограничиться дружеским сексом. Я не ожидал от Инги ответных чувств. Она же утром объявила, что мы теперь пара. Я воспринял это как чудо. Еще неделю мы прожили вместе. Договорились , что ближе к осени я сделаю ответный визит познакомиться с родителями.
   Я на одну четвертую белорус, чем очень горжусь. В Минске я служил срочную. Беларусь люблю за ее удивительных людей. Поэтому дать такое обещание мне составило труда. Родство с Диманом окрыляло. Так что до знакомства с первой женой я ни с кем не встречался.
   Я съездил на смотрины в Минск. Неделю жил у Инги. Родители от меня в восторге не были, но и не препятствовали нам спать вместе. Я не чувствовал себя в своей тарелке, ибо был в гостях. Уехал с чувством выполненного долга, но не больше. С Ингой договорились созваниваться. А дальше я повел себя как урод.
   А Диман не перестал со мной общаться. Вот такой у меня друг.
   Сейчас, по прошествии стольких лет, я понимаю, что расставание с Ингой было самой большой ошибкой в моей жизни.

   Общение с Диманом для меня было своего рода разрядкой после тяжелого трудового, нет, не дня – периода. Не буду же я каждый день беспокоить лучшего друга. Зато уж как наберется эмоций, тут я его, каюсь, и использовал как бесплатного психотерапевта. Мы связывались в телеге, перед сном, то есть моим сном, в Самаре на час позже. Ему я вываливал все – и говно и бриллианты. Если когда-нибудь враждебная разведка захочет узнать все мои секреты, ей достаточно будет украсть Димана и пораспрашивать различными методами – вся моя поднаготная будет как на ладони. Иногда он тоже рассказывал о работе и происшествиях, но жизнь его была стабильна, здоровье в норме, поэтому в основном солировал, конечно, я. Порой чувствовал, ему не до меня или у него нет настроения. Тогда быстро завязывал разговор, и мы никогда не обижались друг на друга. Обычно, после недолгих приветствий я сразу переходил к делу. К примеру, в начале лета вечерком, когда свежий ветерок дул с моря, я впервые пожарил мясо в остове летней кухни и решил поделиться эмоциями:
   – Я тут вина выпил. Завтра решил не работать – отдохнуть. И вот сижу и ничего мне не надо. Сплошное блаженство – момент счастья. То есть то, ради чего мы и живем вообще-то.
   – Ты не спейся там, друг! – побеспокоился обо мне Диман.

   В конце лета поздним вечером состоялся очередной сеанс связи:
   – Хочу похвастать, я перехожу к чисто отделочным работам! Сам себе дизайнер!
   – Поздравляю! Унитаз в доме будет хоть?
   – Обижаешь! И унитаз и джакузи, все будет, я же антисептик установил, люк огородил забором, чтобы ассенизатор даже без меня мог приезжать и отсасывать. Так что в этом плане все как в квартире. Давай лучше о прекрасном. Сейчас полегче стало, и возникла у меня потребность.
   – Бабы?
   – Как догадался, слушай? Сам знаешь, сколько времени у меня никого не было.
   – Помню, ты говорил, с Лилей еще у тебя год секса не было.
   – Вот-вот. Сегодня сижу на камушках, закатом любуюсь, на море смотрю, и выходит оттуда…
   – Русалка?
   – Почти. Ундина! Такая, знаешь, стройная, спортивная, волосы длинные, ноги длинные! А солнце мне в глаза…
   – Ну и? – поторопил Диман.
   – И! – отозвался я. – И подходит она ко мне, а я, оказывается, рядом с ее полотенцем сижу, так вот, подходит, а там бабулька лет 70!
   Диман засмеялся.
   – Договорись, чтобы она в следующий раз ночью приходила купаться, на рассвете убежишь.
   – Нет, серьезно, – честно говоря, я тогда уже стакан сухого вина принял. – Стройных дам можно до старости трахать.
   И добавил:
   – Наверное.
   Сентябрь. Бархатный сезон. Солнце обмазывает медом, миллиарды звезд на черном полотнище неба, воздух просится на продажу, море… Море – это чудесный лекарь! Нырнешь вечером в синий космос, плывешь в пучине морской и прямо чувствуешь, как вода смывает кору усталости, суставы смазываются – выходишь на берег помолодевшим.
   Я сбавил обороты в строительстве – все главные работы завершены, в доме евроремонт, теперь пришла очередь удовольствий. Я начал строить крытый бассейн. Казалось бы, зачем – море в 20 минутах ходьбы. А вот именно для удовольствия поплавать с утра вместо зарядки и зарядившимся идти на работу. Там же у меня будет оранжерея, спортивные тренажеры и железо. И диван, конечно. Такие были планы. А пока я сварил каркас из профильных труб вокруг забетонированной прямоугольной ямы и вечерами сидел в этом периметре, смотрел на далекие горы и мечтал. Все чаще в мечтах стали проявляться женщины. Очередной всплеск тестостерона.
   А с прекрасным полом не все так просто. В поселке все на виду. Все привлекательные дамы замужем. Есть тут одинокие толстухи – заигрывали со мной, когда им видеокамеры устанавливал. Названивали потом – проводок отвалился… Но нет, не могу на это пойти, по мне лучше гладить теплые камни, чем хлюпать в волнах жира. Остается вариант с сайтами знакомств.
   В конце сентября звоню Диману пожаловаться:
   – Не знаю, говорил ли я тебе, но 20 лет назад я уже имел опыт в интернет-знакомствах. Мой контингент тогда был от 25 до 35, плюс-минус, так никаких проблем! Списались, пригласил в кино, понравились-потрахались. А сейчас!
   – Сейчас это двадцать лет спустя – жир, морщины, растяжки. – угадал Диман.
   – И не говори! Возраст я ввел от 42 до 52, и какие там экземпляры! Толстые, сам понимаешь, сразу свайп влево, а таких большинство, для невысоких пара лишних килограммов – это беда! А еще – первыми поставят фото начала века, хорошо не ленился листать. Красотка, красотка, последняя фотка бац – жиробасина!
   – Не знаю, с возрастом на рост вы уже должны подзабить, нет?
   – А вот нет! – я загорячился. – Чем сами ниже, тем Сабонисов подавай! Ладно, я бы понял, для продолжения рода, но не в нашем же возрасте. Сам знаешь, я не Брэд Питт, но хоть без пуза и с волосами на голове. А тут Моники Белуччи такие: «Я только в ресторанах знакомлюсь!… Кем работаешь? Сколько получаешь?» Олигархов ищут! А олигархи прям все на мамбе собрались и счастье свое ищут!
   – Не прибедняйся, ты чем не олигарх – с таким-то домом у моря.
   – Тут все у моря живут, и я не прибедняюсь, просто не хвастаюсь. Все думаю, может, кто моей прекрасной душой заинтересуется. А ты, кстати, домик только на картинках видел. Когда приедешь?

   Две недели я выкладываю плиткой бассейн. Попутно общаюсь с дамами на мамбе. И снова делюсь впечатлениями с другом.
   – Дамы почти все с детьми живут, но это нормально, хотя в таком возрасте уже отдельно должны жить. Кто пишет, детей нет, те вообще королевны!
   – Принцессы. – уточнил Диман.
   – Дрябленькие такие принцесски.
   – Курага не вишня.
   – А цена дай боже! – мы всегда понимали друг друга с полуслова.
   – А еще, знаешь, может, самое главное – такое вот чувство, это же совсем чужой человек со своей прошлой жизнью, со своими тараканами! В этом возрасте им уже не только любовь, но и какие-то мало-мальские чувства не нужны! Главное – комфорт! Для них разумеется. Ну а уж если сделаешь им хорошо, то они, может, так и быть отблагодарят. Трудно полюбить в нашем возрасте, чего уж там.
   – М-м-м… – я услышал, как Диман затянулся сигаретой, выдохнул.
   – Всех красивых и умных берегут мужья. Что ты заморачиваешься? Вызови профессионалку.
   – Ну, нет! Даже думать не хочу!
   С проститутками я не хотел связываться. Дело тут не только в брезгливости. Мне претил сам факт, что чужой человек, далеко не облико морале, будет расхаживать в моем доме. К тому же еще и разговаривать надо о чем-то! В экономическом плане профессионалка, конечно, выгоднее. Но, откровенно говоря, что я там не видел? В моем возрасте гораздо ценнее эмоциональная составляющая. Тянет поговорить, понимаешь.
   Человеку ведь что надо? Чтобы его любили, уважали за то, какой он есть, с его недостатками и достоинствами, забесплатно. Полюбила же жена большого чиновника Маргарита бедного Мастера. Хотя, о чем я, это же дурацкая песня: «… в каждой любви земной!» На земле как раз у каждой Маргариты райдер только за первое свидание. Да оно мне надо? Я же не пишу: нужна барышня стройная, с четкими чертами лица, не шумная, но веселая, с высшим образованием. В итоге я пришел к выводу: лучше смотреть на то, что не можешь иметь, чем иметь то, на что смотреть не можешь.
   В молодости все девушки для меня были приятными созданиями. Мне в голову не приходило грубить, тем более обижать действием. Возможно, поэтому некоторая часть приятных созданий отвечало мне взаимностью. С возрастом у этих созданий приятного оказалось маловато, что стало для меня открытием. А поскольку я считаю себя человеком-зеркалом, в моей голове установки поменялись. И видимо таких, как я, неприятные создания называют инцелами.

   Так прошла осень. Я заканчивал отделочные работы, устроился электриком в одну из управляющих компаний в Анапе. Ходил на море, прикупил спортинвентарь, потихоньку начал заниматься, читал книги, смотрел сериалы. Жажда женщин отступила. Пришла зима. Это конечно сильно сказано – зима! Чуть похолоднее, чуть ветренее – октябрь средней полосы. Но биологические часы не переведешь. И к морю каждый день ходить расхотелось – неласковое оно зимой. Как раз к Новому году закончил отделку, теперь приезжал в новенький как с картинки дом, обустроенный по своему хотению и очень удобный. Иногда я приходил, выпивал стакан другой вина, садился в кресло и чувствовал, что мне ничего и не надо. И это были минуты блаженства. Но тестостерон никуда не делся. И слава Богу, конечно. В голову снова полезли мысли о теплом женском теле.
   Отбросив мысли о сайте знакомств, стал вспоминать бывших подруг. В голове забрезжила мысль, что если кто из бывших сейчас свободна, и не пригласить ли ее в сезон к морю, соблазнив бесплатным жильем? Кто-то отвечала, кто-то нет, кто-то отвечал грубо. А у меня сложилась теорийка, почему мужчины написывают своим бывшим. Потому что видят в них тех самых девчонок-девушек, а не вот это все желеобразное в ровесницах, а в моем случае и на десяток лет моложе. А вот дамам в возрасте наоборот – чтобы вспомнить молодость, нужны юные плейбои с накаченными телами. Своих бывших я находил через соцсети, тем, кто отвечал, хвастал домиком у моря, вроде как в шутку приглашал в гости. Беседы были не особо длинными: «Привет-привет, как дела? Все норм. Приезжай, если что, вот адресок… Ха-ха, может как-нибудь…» этим все и заканчивалось. И, как я думал, закончилось. А получилось, наоборот – с этого все и началось…
   2
   Наступила весна и практически сразу лето. От местных и «понаехов» в преддверии сезона и благодаря сарафанному радио стало поступать много заказов на установку систем видеонаблюдения. Чему я был только рад – деньги от продажи квартиры почти закончились, а планы по обустройству участка все совершенствовались. Я сварил навес для автомобилей, сделал летнюю кухню, в теплице заканчивал строить бассейн. Так что свободного времени не оставалось, сублимировать было куда, мечты о стройном женском теле на время покинули разум.
   Одним прекрасным днем, когда на краю крыши я устанавливал камеру, пиликнул телефон. Спустившись, прочитал смс: «Привет. Решила остановиться у тебя. Встреть, пожалуйста, на вокзале завтра в 11-00. Если не сможешь, напиши сразу. Лена Смирнова.»
   Знаете то чувство, когда кажется, что внутри все падает? Так вот во мне все упало, но исключительно в положительном смысле! Сердце заухало по ребрам, а в животе, как пишут в женских романах, запорхали бабочки. Стыдно признать, даже руки задрожали. Деревянными пальцами набарабанил ответ: «Привет! Очень рад, конечно, встречу!»

   Ленка, Леночка, Леночек. Моя первая жена.
   4 года после Елабуги я проработал опером в РОВД. Зарплата – копейки, времени на развлечения нет, решил попробовать себя в бизнесе. Бизнес – это архигромко, конечно, сказано. Место на рынке, палатка, знакомая женщина – продавец. Но денег получалось заработать больше, чем служа народу – зачеркнуто – начальству. Я выменял двухкомнатную квартиру в новом доме, расстался, наконец, с чемпионкой по сексу – Надькой. В квартире малую комнату превратил в спортзал. Решил получить высшее образование на платном отделении коммерческого ВУЗа. Тогда считалось, этот ВУЗ по статусу был вторым после госуниверситета. Сдал какие-то несерьезные экзамены, оплатил год учебы и меня зачислили на второй курс – среднее юридическое образование у меня уже было. Пришлось напрячься потом, и некоторые предметы с первого курса сдавать отдельно. Я съездил в Минск к Инге, отметился перед ее родителями, выдохнул и приступил к учебе. Приехал на занятия, а в аудитории сидит Юля! И я и она распахнули глаза, у обоих улыбка до ушей! Юля – это мой служебный роман. Тогда она работала следователем в том же РОВД, и не будет преувеличением сказать, самым красивым следователем! В то непростое время к следственной работе допускались студенты юридических факультетов. Случалось, мы вместе дежурили, выезжали на места преступлений, на следующий день я отвозил ее домой. Если бы она не была замужем, либо была, но не за нашим экспертом-криминалистом, хорошим добрым парнем, моим приятелем, возможно, она стала бы моей женой. Уж не знаю, чем я ее привлекал, но не материальным достатком точно. Папенька ее был областным прокурором. Об этом я узнал много позже, когда уже немножко погусарил. В чем это выражалось? Как-то ночью в одно из совместных дежурств из ближайшего ларька я притащил бутылку шампанского. Перевалило глубоко за полночь, по обыкновению, в такое время уже не должно было ничего случиться, мы и распили бутылку – каждую чашку на брудершафт. Поприжимались друг к другу, посмеялись. Я сказал, что она самая красивая и что влюбился. Это все соответствовало истине. Юлия, как выяснилось много позже, к моим словам отнеслась всерьез. Хотя, возможно, тогда, после моего первого развода, а ее – второго, ей просто захотелось драйва – мы встретились на одну ночь.
   Я уволился, пути наши разошлись, сотовых телефонов в то время не было, связь оборвалась. А тут, бац – вторая смена! Юля учится вместе со мной! Но мой орлиный взор сразу выделил еще двух красоток в аудитории. Чуть позже узнал, как их зовут. Ольга Кожанова – натуральная пантера, черные волосы, черные глаза, гибкий стан, плавные движения. Яне Кошкиной тогда лет 8-9 было, само собой про нее никто не знал, но ее взрослый двойник уже существовал. И Ленка Смирнова – моя будущая жена. В любительском спектакле по пьесе «Обыкновенное чудо» ее без обсуждений назначили на роль принцессы – такое вот сходство с Евгенией Симоновой.
   Юлия в то время была еще замужем за экспертом, к тому же редко присутствовала на занятиях из-за работы, Ольга выше меня на полголовы, поэтому внимание переключилось на веселую, непосредственную Лену.
   К Ленке подкатил не сразу. Сначала переглядывались, я умничал на лекциях, стараясь произвести впечатление. Учились мы по вечерам: когда до 8-ми, когда до 9-ти. 5 декабря предложил подвезти ее домой. Я гонял на белой восьмерке, еще свежей, не потрепанной перевозками стройматериалов. Лена быстро согласилась, села у всех на виду в машину. Выехали из двора, спросил, где живет. Ленка говорит:
   – Далеко, на Управе.
   Это в пригороде, я там и не бывал толком. Поехали.
   – Может, давай прогуляемся? Завтра не на учебу. – говорю.
   Мне завтра вставать в 7 утра, но, само собой, это не беда.
   – Давай! А где?
   – В парке Гагарина можно.
   Парк рядом с моим домом, а ей не совсем по пути. Мороза нет, падают снежинки, дорожки освещены. Ленка в дубленке, без шапки, щечки красные.
   – А у меня сегодня день рождения.
   Я не поверил. Как так, день рождения, а она не празднует дома, согласилась со мной по холоду шарахаться. Ничего такого не сказал, конечно,
   – Правда? – спросил. – Давай тебя мороженое подарю.
   Мороженое в подарок! До чего же я был прост, если не сказать – глуп.
   – Давай! – смеется.
   Успел в магазинчике купить мороженое, идем кусаем, улыбаемся.
   – Я тут живу рядом, кстати. – ненавязчиво так намекаю.
   – Угу!
   Повез на Управу. 25 километров примерно. Пробок по вечерам не было, камеры в то время только на магистралях ставили, долетели быстро под «Сектор Газа». С того времени, когда мы не ссорились, я наматывал километры до ее дома. Привозил и увозил на занятия. Мне это было в радость.
   До нового года успел Ленку соблазнить на посещение своего холостяцкого гнездышка, наполовину спортзала. На третье посещение соблазнил в прямом смысле. На тот момент я уже влюбился.
   Я познакомил ее с Диманом, который тогда серьезно встречался с Верой – будущей матерью его сына. На празднование Нового года Вера пригласила свою подругу – Свету, Диман пригласил Костю – нашего одноклассника. Таким образом, в моей квартире Новый год праздновали три пары.
   В углу у окна наряженная елка, на журнальном столике водка, лимонад, нарезка колбасы, салаты. Все вплотную сидят на диване, Костя не поместился – сидит в кресле. На 51 дюймовом экране кубического «Самсунга» пляшут вприсядку актеры из «Улиц разбитых фонарей»
   – Они скоро по городам будут ездить, концерты давать. – комментирует Диман.
   Хорошие были времена! Рюмка-две водки (ок, чуть больше), и мы уже веселые!
   И какой же я был тогда дурак! То, держась за перила, на руках висел с балкона 7 этажа, то на скорости 140 км/ч разворачивался на 2Х360 градусов, буквально чудом избежав столкновения с кольцевым бордюром (18 мая у меня второй день рождения, у Димана тоже, кстати), то переплывал Волгу (трижды в разные года, из которых один раз без страховки, когда Диман не справился с управлением резиновой лодки – подлец!) На Новый год у меня совсем невинная забава – голым, в одних плавках и ботинках, выбегать во двор, растираться снегом и смешить, может, пугать, людей. Тогда Костя снимал на видеокамеру. Иногда я пересматриваю оцифрованную запись. Вот я открываю дверь, Ленка с серьезным лицом пытается меня остановить, испугавшись за мою адекватность. У нее не получается, я выбегаю, Диман ей говорит, ничего, он так каждый год делает. Ленка улыбается, закрывая рот тыльной стороной ладони. Вскоре прибегаю я, весь в каплях, кидаюсь снежком и требую одежду:
   – А штаны-то мои – украли!
   А это они спрятали мою одежонку, значит, пока я закалялся!
   В то время официально я числился женихом Инги. Диман поначалу смотрел на Ленку, как на мое увлечение, не более. Да и я не сразу был настроен серьезно. Но с Ленкой я как раз чувствовал себя в своей тарелке, ментально тогда она была ближе. И потом завертелось…

   Ленка жила с матерью, старшей сестрой и младшим братом. Пришло время знакомиться с семьей. Взял бутылку вина, Ленка сказала, можно у них остаться переночевать. Встретили меня очень тепло. Так получалось, девушки, с кем я жил, были лет на 10 моложе меня. А тут получилось мать Ленкина лет на десять старше меня. Незадолго до краткого романа с Ингой у меня были отношения с дамой такого возраста. Очень приятные, надо отметить, отношения. Типаж Ленкиной матери – киношная милфа. Такая сочная, побуждающая на мечты сексуального характера. Не прочь выпить.
   Подвыпив за знакомство, милфа так смотрит на меня, как будто говорит: «Иди ко мне, брось пока мою дочь…». И здесь же я видел тревожные Ленкины взгляды. Ночью, оставшись на постой в Ленкиной комнате, лежа рядом с ней, у меня перед глазами милфа. В голове фантазии порнографические.... Но Бог миловал, совладал с соблазном.
   Тем летом поехали на поезде в Туапсе. Я с Ленкой, Диман с Верой и Костя. Сняли комнату в квартире, на большее денег не было. Мы с Ленкой на балконе спали, Диман с подружкой на кровати, Костя на полу. Косточка вина нажрался, как обычно, к ночи, захрапел. Мы с Ленкой лежим на балконе, она поднимается, всматривается в окно, говорит:
   – Там Димка с Верусиком трахаются.
   И ко мне подваливает, а я уже засыпаю. Утром предложила вместе зайти в ванную комнату. Становится задом ко мне, говорит, давай по-быстрому. Надо сказать, раньше у нас все довольно скромно и традиционно было, а тут прям сцена из порнофильма. Ленку я никак за порноактрису не держал, зело был удивлен. Виду, конечно, не подал, справился. Вот такая принцесса была.

   Приезжала Инга из Минска, поговорить, расстаться. С начала зимы я ей звонил все реже, думаю, Диман давно поведал ей о Ленке. Инга пошла ко мне, Диман скинул сообщение на пейджер. Я испугался встречаться, куда-то уехал на машине. Приехал очень поздно, само собой, Инга не ждала так долго. И теперь она навсегда для меня напоминание о несмываемом позоре….
   И все было хорошо, и возможно у нас с Ленкой сейчас было бы двое детей, а может и внуков. Но случилась история, за которую мне тоже стыдно. Очень стыдно.
   23 февраля занятия закончились пораньше, отмечать я ничего не планировал. Решили с Ленкой заехать ко мне ненадолго, а ночевать отвезу ее домой. Мы сели в восьмерку, и отечественный автопром сломал мне жизнь. Порвался тросик сцепления. И планы изменились. На первой скорости мы приехали ко мне во двор, завтра мне предстояло съездить в авто магазин за тросиком и поменять. А так как сегодня выпадает свободный вечер, позвонил Диману, пригласил отметить праздник. Диман пришел с Верой и с коллегой по работе, который был к тому же одноклассником. Надя позвала подругу. У одноклассника с подругой ничего не получилось, но разговор не о них.
   Было у меня какое-то смутной чувство, что тросик порвался не спроста. Это я всегда подтасовываю факты, чтобы верить в мистику. Так интереснее жить. Не надо было просто подслушивать и ничего бы не произошло.
   Все выпили, Верка с подругой пошли в кухню курить, Ленка увязалась с ними. Она покуривала за компанию. Чуть позже я пошел в туалет, а он в наших квартирах очень «умно» располагается рядом с кухней. Из-за закрытой двери я услышал Ленкин голос:
   – Меня на вписке изнасиловали…
   Она говорила громко и даже с каким-то то ли вызовом, то ли хвастовством.
   Я не мог и представить себе, что мою Ленку изнасиловали несколько человек, и никакого заявления она не писала, чтобы никто не узнал о ее позоре! А сейчас еще и рассказывает таким тоном.
   Когда она вышла и увидела мое лицо, все поняла и уехала на такси. Я заледенел, перестал с ней общаться, как будто она была виновата. У нее тоже были психологические проблемы, но в то время я не обладал достаточной эмпатией. Через некоторое время я позвонил Ленке и сказал «прости». Она не спросила за что, обрадовалась – простила.
   Если раньше у нас не было даже намека на ссору, теперь могли поссориться по пустякам. Я надувался как индюк, по нескольку дней не разговаривал, не понимал, как это ее ранит, думал, если она также понеразговаривает, не замышляя расставания, то вполне нормально. А это было ненормально. Я не мог выкинуть из головы картину изнасилования, ей уже надоедали мои психи, но что-то не давало расстаться со мной навсегда. Каждый раз прощала меня. Или замены не было. Однажды мы не виделись два месяца летом, Диманова Вера как-то обмолвилась, что Ленка очень хорошо дружит с сыном маминой подруги, прямо таки спят вместе, так дружат хорошо! Ленка сдала на права, приезжает в сентябре на учебу на материной синей девятке, с сигаретой в губах, крутая такая. Я смеялся в душе над таким простодушием. И ревновал. И вновь втерся в доверие. Да до такой степени, что позвал замуж и женился.
   На свадьбе теща, уже подвыпив, как водится, стала настойчиво приглашать меня на танец. У меня от ее прикосновений штаны колом и к тому же танцевать я не умею. Отказал ей несколько раз. И вот после этого она меня невзлюбила.
   Мы с Ленкой живем вместе. Когда учились, меньше проводили времени вместе, и это было хорошо – успевали соскучиться. А теперь иногда стал раздражаться, хотя сцены с изнасилованием и с ее дружбой с героем второй чеченской в голове не возникали. Я уже подумывал о ребенке, но Ленка заявила: «Сначала отучусь, найду работу, поработаю года два…»
   Так прошло два года, мы отучились, а летом на каком-то пустяке поссорились, Ленка собиралась на месяц на турбазу с матерью и сестрой, я был против, учитывая тещин характер.
   Ленка собрала вещи и уехала к маме, потом, соответственно, на турбазу. Я тоже время не терял в плане путешествий – мы с Диманом и его Верусиком сгоняли на машине в Туапсе. Я приглашал Ленку, она отказалась, и больше мы не созванивались.
   Я уже стал мечтать о других женщинах, даже пытался соблазнить продавщицу из ближайшего магазина. А кто не без греха – покажи!
   В середине ноября Ленка приехал домой. Так и сказала: «Я домой приехала», и посмотрела виновато. Я же снова индюком: «Я так сразу не могу». Она уехала тогда. Представляю, как ей было обидно, кляну сейчас себя за идиотизм.
   Снова не общаемся. Но в это время я устраивался во второй раз в ментовку, у меня хоть было оправдание!
   5 декабря у нее ДР, поздравлять я не собирался, уже понимая, что натворил, и боялся, оттягивал время. Вера, с которой Ленка близко сошлась на фоне нашей с Диманом дружбы, позвонила и говорит, езжай, поздравь ее. Я взял 500 р. в подарок и поехал, цветы даже по дороге купил. Звоню в дверь, открывает жена – губы опухшие, взгляд одновременно и виноватый и счастливый. У нее в гостях герой второй чеченской. В ее комнате сидит на диване, раскрасневшись. Переместились в кухню, там накрыт стол, теща пьяненькая. Сестры и брата не было дома, где они, мне не доложили. Сидим, подняли рюмки за Ленкино др. ситуация неловкая, все понимают момент, молчат. Теща такая:
   – Ну, вот мент родился.
   Герой войны:
   – И кто их только рожает?
   Неловкость еще сильнее, плюс нарастающая злоба. Я встал, попрощался и уехал. На следующий день позвонил Ленке, объявил, что нам надо развестись. Она взвизгнула: разводимся! Я положил трубку, поехал в ЗАГС, узнал, как технически производится расторжение брака. Перезвонил, предложил подъехать на определенное число, чтобы совместно подать заявление. В ЗАГСе Ленка сделала вид, что даже имя мое забыла, стала коверкать издеваясь.
   Через месяц нам в паспорт поставили новые штампы.
   На следующий день или через неделю, может через месяц я понял, что скучаю по ней. Стал названивать изредка, смс слать. Совсем потерял лицо – просил прощения и предлагал попробовать снова. Ленка трубки не бросала, но всегда в ответ – нет. В апреле она звонит сама, говорит, мы с подругой тут рядом, сейчас заедем. Я обрадовался – конечно, заезжайте, сгонял в магазин за шампанским. Мы втроем выпили, подруга поехала домой, а Ленка предложила переспать. Я же спал все это время один и поэтому не совладал в постели, слишком быстро удовлетворился. Второй шанс мне не дала, утром резко собралась и ушла. Я-то дурак воспринял проведение ночи в одной постели как вестник мира, возвращения в родную гавань… Только спустя несколько лет – вот такой я наивняк – понял, что так она меня бросила, а не я ее. Надо было ей в этом самоутвердиться.

   Вернувшись с работы, весь вечер посвятил уборке по дому и участку. Прибирать особенно нечего, так у меня всегда все на своих местах, разве что в своей комнате творческий беспорядок: книжки, видеокамеры, паяльная станция, инструменты разные. Домик у меня двухэтажный с плоской крышей, где можно загорать и просто сидеть на пластиковом стуле ночью, смотреть на звезды. На первом этаже кухня-гостиная, комната, где провожу основное время и сплю, туалет, ванная комната с джакузи. На втором этаже три спальни. Не скрою, были у меня мысли о пассивном доходе, поэтому все три комнаты имеют отдельный санузел с душем и стандартно оборудованы для отдыхающих: кровать, шкаф, телевизор, кондиционер. Лепить на стены разрисованную бумагу мне претило еще в 90-е. Стены заштукатурил-зашпаклевал, покрасил водостойкой краской в светлых тонах. В доме светло и воздушно, никаких штор, только жалюзи на окнах.

   Позвонил заказчику, сказал, приезжают родственники, почти не соврал. Договорились, приеду под вечер.
   Утром следующего дня поехал на ЖД вокзал. Знакомым серпантином доехал до Анапы. Поставил Доджик на парковке, вошел в здание вокзала. Походил по залам, поглазел на туристов. На табло загорелась: Прибытие поезда №.. на .. путь через 5 минут. И через 10 минут я уже встречал первую бывшую жену.
   Уже и не вспомнить, когда видел ее в последний раз. Да это и ни к чему. То, что я увидел сейчас, вполне удовлетворяло моим желаниям. Ленка чуть погрузнела, да и только, все что надо было выпирало, живот плоский, улыбка в 32 зуба. Но Ленкой уже так просто не назовешь – Елена!
   –Только учти, мы просто друзья! И давай прошлое вспоминать не будем.
   – Конечно. – улыбнулся я. А бабочки в животе превратились в коней и заржали. Конечно, друзья. Старинные, хорошо сохранившиеся сексуальные друзья.
   Я подхватил сумки, мы пошли к машине.
   – Какой автомобиль у тебя! – оценила Лена Авенджер. – Это же американский? В фильмах полицейские на таких ездят.
   – Ес, мэм, – начал я с глупой шутки и не стал уточнять, что копы гоняют на Чарджерах. – Проедемте в участок!
   В салоне тихо и прохладно, за стеклами залитые солнцем зеленые холмы, блестит море и коленки бывшей. Ехали молча, Лена смотрела в боковое окно. Через 30 мы подъехали к дому, я поднял пульт к лобовому стеклу, нажал кнопку, ворота поднялись, Доджик въехал в стойло.
   – Здесь я и живу!
   – Круто! – справедливо оценила Лена.
   – Сейчас я тебя заселю, сам пока на работу отъеду. Вот ключи от всех дверей, осваивайся, чувствуй себя как дома, если что – звони.
   Я отнес вещи на второй этаж, в комнату для гостей.
   – Кухня на первом этаже, там разберешься. Захочешь пойти на море, там, где мы свернули последний раз, направо повернешь и прямо минут десять, может, пятнадцать.
   Лена кивнула, я сел в девятку и уехал.
   С заказа я приехал уже затемно. Лена сидела в летней кухне.
   – Не ходила на море?
   – Да что-то устала с дороги, здесь и так хорошо.
   – Это точно. На побережье везде хорошо.
   Я поставил пакет на стол, достал бутылку вина, купленный по дороге шашлык, фрукты.
   – Натур-продукт, клиент вино сам делает и не для продажи – для себя! Давай по стаканчику за приезд.
   – Давай.
   Лена улыбается, я пьянею без вина. Мы выпили, слово за слово, Лена рассказывает о себе:
   – Муж уехал давно к дочери от первого брака в Казахстан, сын служит. Тоска какая-то, я и сорвалась отдохнуть, на месте хотела квартиру снять, а потом вспомнила о тебе в поезде – ты же приглашал, я и написала. Честно говоря, не думала, что ответишь.
   – Почему?
   – Мало ли. Ты же давно приглашал, может, у тебя уже жена появилась.

   – Как видишь, ни жены, никого.
   Коротко рассказываю о своей семейной драме.
   – А ты все гантелями занимаешься? – Лена меняет тему, а у самой глаза уже пьяненькие.
   – Я помню, какой ты накаченный был. Да и сейчас тоже.
   Так, думаю, торопиться не надо. Днем раньше, днем позже, а у самого аж зубы ломит, но вида не подаю. Да совестно к тому же – даму слишком развезло. Завтра сходим на море, будем надеяться, не обгорим, вечером еще вина попьем, только Ленка уже не такая уставшая будет, там и решим, только ли мы друзья. Это было ошибкой.
   Мы разошлись спать, а утром позвонила Таня. Моя первая настоящая любовь.

   В этот день работать я не планировал, все заказы перенес, на момент Таниного звонка собирал сумку на пляж. Лена еще не выходила из своей комнаты. Написал записку: «Лена, я уехал – срочное дело, скоро буду. Не жди, сходи на море, ключи от калитки у тебя на связке». Ничего умнее выдумать не смог, надо было скорее смотаться во избежание вопросов. Понадеялся придумать что-нибудь позднее.
   Ку сказала, прилетает в 14-00, время еще много.
   Я вырулил со двора и поехал в Геленджик. По пути размышлял, как представить первой жене первую любовь. Конечно, можно и правду сказать: это Лена, это Таня, обеих любил, приглашал в гости и хочу с вами переспать, а так как женщины у меня не было уже три года… Здесь я еле успел затормозить, Авенджер чуть не отомстил «Яндекс такси», тормознувшему на красный на перекрестке…, то готов переспать с вами обеими и по очереди и одновременно. От этих мыслей джинсы стали тесными в районе паха.
   В Геленджике я пообедал и поехал в аэропорт.
   В терминале сразу бросилась в глаза невысокая блондинка со спортивной фигурой.
   – Привет!
   – Привет!
   Мы обнялись. Достаточно крепко, надо сказать!
   – А ты не меняешься!
   – А ты все сексуальнее становишься!
   Я подхватил чемодан, и мы двинулись к выходу на парковку.
   – Извини, что так неожиданно – бронировала в отеле, но цену загнули!
   Я на сайт зашла вчера ночью и офигела! А билет на самолет уже купила! Подумала о тебе и утром позвонила. Ничего?
   – Не надо было бронировать, сразу бы звонила.
   – Тут такое дело, – я замялся. – Вчера моя бывшая жена приехала погостить.
   – Ой! – Таня остановилась.
   – Если неудобно, то не надо, я в отель тогда.
   – Что ты! Я очень рад, что там цены повысили! А с Ленкой мы лет 20 не виделись-не слышались! Целая жизнь прошла! Она замужем давно.
   Мы пошли дальше.
   – Как ты меня представишь?
   – Как старую знакомую, которая приехала отдохнуть на море, но в отелях нет свободных мест.
   На парковке Ку провела пальцами по крылу Авенджера, сверкнула зубами в улыбке .
   – Помнишь, как ты меня на зеленом уродце катал?

   Ку
   После службы в армии, насмотревшись на ровесников, управляющих тяжелой техникой, решил, что я тоже должен так уметь. Поступил в школу ДОССАФ №1 – тогда получить категорию «С» можно было только так. Отучился полгода.
   В мае отец устроил на работу водителем в транспортный цех завода «Прогресс». Начало 90-х, дороги ужасные, зато сводные, на Газ-53 я развозил какие-то детали по разным заводам. У отца как раз тогда прав, или точнее сказать водительского удостоверения, не было, зато ему удалось купить автомобиль для охоты – тентованный ЛуАЗ. Этим чудом инженерной мысли до поры до времени управлял я. И так оказалось, что в нашей компании школьных друзей у меня у одного из первых появился автомобиль. Мне 21 год, и я был девственником. Да, чего уж там скрывать. До службы в армии мое общение с девушками в сексуальном плане ограничивалось обниманцами с 17-летней официанткой в заводском доме отдыха. Другая официантка постарше тогда меня поцеловала ради прикола. Вот и все.
   С Ку меня познакомил Диман. Уже второй год он работал художником-оформителем на заводе «4 ГПЗ», в мае того года сразу по совершеннолетию туда же малевать плакаты приняли Таню Куракину.
   Потом я часто думал, знакомиться надо было начинать с замухрыжек, а не с королевы. Таня через несколько лет и сменила, кстати, фамилию на «Королёва» – вышла замуж за одного криминала. Блондинка, волосы до попы, голубые глаза, большая грудь. Мало? Спортивная фигура, улыбашка, смеялась с таким придыханием, что сердце замирало. Почему с ней Диман сам не замутил с самого начала? Почему не женился позже? Но уж точно не потому, что она на голову ниже его, и не из-за меня, а потому что тогда встречался с Людмилой. Так вот, если бы не Ку, скорее всего моя жизнь сложилась бы иначе. Я не уехал бы в школу милиции в другой город, где два года был лишен женского общества в плане секса. Не отвергал бы потом девушек, не отвечающих моим завышенным запросам. Как говорится, все мы долюбливаем первую любовь. Может быть. Возможно, это была не любовь, а влюбленность, но это чувство было такой силы, которой больше не испытывал никогда. Пережив расставание, из сомнительных плюсов разве что могу отметить, именно тогда зародились ростки цинизма в отношении ко всему женскому полу. А расставание было неизбежным. Что я мог ей предложить? Поездки на отцовском «ЛуАЗе» ( такого уродца еще поискать, как Таня соглашалась в него сесть, до сих пор не пойму), домашние посиделки за просмотром видака, неуклюжий секс. Конечно, очень скоро все это ей надоело. И я все понимал, но что мог сделать – средств для достойного ее образа жизни не было. В августе она меня бросила. Я не вскрывал себе вены, не бросался с крыши, даже не плакал. Ограничусь тем, что скажу: переживал очень сильно. Никогда больше от расставаний так не переживал. По косвенным признакам, понял, что Таня стала встречаться с Диманом. Что значит «встречаться»? Они каждый день работали вместе. Спать она стала с ним. Но мы с Диманом делали вид, что такого не происходит.
   Я вступил в стадию принятия, но продолжал мечтать. И не только мечтать! Время от времени я действовал. Поздней осенью после всех проверок и медкомиссий поступил на службу в милицию. Водителем. А что? Вполне себе престижная профессия, как я думал. К Танюшкиному дому то на одном уазике, то на другом подъеду. Она на первом этаже жила, видела меня, конечно. В феврале, во многом потому, что хотел уехать подальше, уехал в Елабужскую школу милиции учиться на опера. Через год приехал в отпуск, и захотелось показать, какой я стал важный крендель. Решил на завод, где она плакаты малевала, проникнуть. А завод, между прочим, «4 ГПЗ» – строго режимный. Стал я курсантским удостоверением на проходной махать, требуя пропустить по причине особой важности. Какой, даже пришедшему особисту не сказал. Наплел, что есть основания подозревать, в чем не могу сказать, некоего Дмитрия из оформительского отдела, в чем именно, «тоже сказать не могу». Особист меня к себе в кабинет завел, попытал что-где-как учусь, возможно, принял за учебное задание, пропустил! Я поспрашивал, куда идти, нашел-таки на огромной территории свою художницу. Димана по какой-то причине в тот день на заводе не было. Таня здорово удивилась, а я сделал вид, что теперь везде ходить могу. Эту операцию с проходом на режимный объект можно смело назвать «Слабоумие и отвага!» Уже получив звание и некоторый опыт, так вот, на шару, без соответствующего постановления следователя, мне больше никогда не получалось проходить в подобные места.
   Отучившись и вернувшись в Самару, от Димана узнал, наша Таня вышла замуж и уехала в Архангельск. Видимо, они созванивались, и через лет 5 так же узнаю – развелась, но жить осталась на Севере, зато частенько приезжала к родителям. Звонила Диману, и вместе они приходили ко мне в гости. Когда я выменял однокомнатную хрущевку на двухкомнатные хоромы и установил туда телефон, Диман сообщил нашему общему, скажем так, другу номер.
   Помню, Ку приехала в очередной раз из Архангельска. Связалась со мной по телефону, я звоню Диману. Он в то время уже жил с Верой, с которой потом вместе прожил еще лет десять, Надя родила ему сына, но официально Диман так и остался холостым. На тот момент я ни с кем в отношениях не состоял, конечно, пригласил Ку в гости. И Димана с Верой. В те времена все выходные мы проводили вместе: Диман с Верусиком, я с кем-нибудь у меня на хате. Надо ли говорить, что без алкоголя времяпровождение не обходилось. Были ли возлияния умеренными? Все относительно, конечно, но ничем криминальным они никогда не заканчивались, особого вреда молодым организмам не приносили, разве что голова побаливала.
   И вот остались мы вчетвером ночевать у меня дома в новой квартире. Диман со своей Верой в одной комнате, я с Ку на надувном матрасе – в другой. Не знаю, кто кого больше хотел уесть: я Димана или Ку Веру, но нам было весело! Может, и не хотели никому ничего доказывать, я был в отличной форме, Ку сексуальна как никогда. Хотя почему «как никогда»? Мы встречались еще два раза, когда она прилетала летом позагорать на Волге, Таня также была хороша, в сексуальном плане я многому у нее научился.

   Ку предоставил вторую спальню.
   Ленка вернулась с моря, я представил гостью. Дамы поздоровались: Ку с улыбкой, Ленка без.
   На закате Ку попросила показать ей дорогу к морю. Я с Ленкой сидел в летней кухне, Таня, обустроившись, вышла к нам.
   – Я тоже с вами пойду, чего я здесь одна буду. – надулась Ленка.
   – Конечно, пошли! – искренне улыбнулась Таня.
   Море поздним тихим вечером особенное – вода обнимает, ласкает тело и душу.

   Вернувшись, сели пить чай. Предложил вино.
   – Мы вчера пили, я сегодня не буду.
   – А я бы выпила.
   – Тогда и я выпью чуть-чуть.
   Мы с Ку засмеялись, Ленка нахмурилась было, но не выдержала и присоединилась.
   За сколько опустела бутылка, я не засекал, но очень быстро. Все осовели и улыбаясь переглядывались.
   Слышимость в доме приличная, потому ни я, ни Ку, ни, тем более. Ленка не решились продолжить вечер вдвоем.
   Мне же надо было поделиться ситуацией. В теплице уселся в кресло, достал телефон. Роутер у меня мощный, интернет и в доме и на участке минимум 300 мб в секунду. В телеге в профиле Димана ткнул на видеозвонок. Через пару секунд на экране появилось лицо друга.
   – Можешь себе представить, – стараясь говорить тихо, начал я. – У меня дома сейчас две женщины! Приехали на море отдохнуть, понимаешь!
   – Сезон отпусков, заграница закрыта, у вас там цены втридорога на жильё. – не удивился Диман. – Ты же сам хотел дополнительный доход.
   – Боюсь, тут одни расходы будут! – я специально говорил загадками, куражась.
   – Красивые хоть женщины?
   – Неописуемые!
   – Да ты пьян, как я погляжу! – догадался друг. – С ними накидался?
   – С Леной и с Таней! – тут я приблизил лицо экрану телефона и выпучил глаза.
   – Уже подружился?
   – С бывшей женушкой и Куракиной! – закончил я.
   Теперь Диман выпучил глаза.
   – Ничоси! Татьяна какая сейчас? Не растолстела?
   – Ты что! – возмутился я. – Она умная! А выглядит…
   Я чуть призадумался.
   – Как Мадонна Луиза Чиконе 20 лет назад. Да ты ее в ВК можешь найти запросто. Татьяну в смысле, не Мадонну.
   – Мне она Памеллу Андерсен напоминала. Они в один день приехали?
   – Ленка вчера, Ку сегодня прилетела. А я их зимой приглашал – ни ответа, ни привета!
   – Вот тебя и вспомнили в сезон. И многих ты еще приглашал?
   – И не сосчитаешь! – попытался спародировать донну Розу Дальвадорец.
   Сосчитать, конечно, я мог. Я помню всех женщин, с которыми встречался. Не со всеми я переспал, но в каждую был хоть немножко, но влюблен. Такова уж моя мужская природа: инструмент для секса не работал без настройки. А тут «кого приглашал». Конечно, помню! Всех, кто мне отвечал в соцсетях, тех и приглашал.
   – Я же не виноват, что кто-то разведен, кто-то от мужа отдохнуть не против.
   – Смотри, приедет еще кто-нибудь, будешь как Фигаро скакать.
   – Ты ситуацию понимаешь?
   – Две женщины в доме, не знаешь с кем спать? – смеется друг.
   – Угу!

   Я проснулся в 7-30, как обычно. В доме тишина, дамы спят. Домашнее вино плюс морской воздух равно ноль похмелья. По утрам у меня физические упражнения, а делаю их в так называемой теплице. Хотя никаких растений сейчас там нет – идея выращивать фрукты-овощи на гидропонике сошла на нет по той самой причине, что здесь и так все прекрасно растет. Но не могу же я называть покрытый поликарбонатом каркас спортивным залом. В молодые годы заниматься утром совсем не мог, а здесь, на море, только утром и получается – днем слишком жарко, вечером надо отдыхать. Хотя сейчас уже не накачиваю мускулатуру, а пытаюсь сохранить форму.
   Я начал заниматься физкультурой (атлетической гимнастикой, бодибилдингом – как ни назови, суть одна – поднятие тяжестей и преодоление трения для роста мышц и укрепления связок) в 10 классе. Даже чуть раньше, сразу после приезда из трудового лагеря. В лагере на меня произвело неизгладимое впечатление, как атлет из десятого класса, но не из нашей школы, одним ударом уложил предводителя местной шпаны. Тот аж подлетел. Выходили стенка на стенку, впереди – вожди, но после такого финта местные признали поражение, и всю смену была тишь да благодать. Атлет наш был хоть в кино снимай: высокий, лицо вытянутое, гитлерюгондовская челка. А время было – середина 80-х, гонки на лафетах закончились, с экрана телевизора махал шляпой молодцеватый краснобай, даже фильмы иностранные показывать стали с действительно мускулистыми героями.
   В спортивном магазине купили с отцом разборные гантели, тащили их пешком, на автобусе, потом снова пешком. Дома у меня была своя комната, а такой роскошью в те времена не каждый подросток мог похвастать. Соорудили скамью для разводки гантелей, руками само собой, турник сделали в коридоре из сантехнической трубы и пары деревянных брусков. Отец на заводе работал снабженцем, достал победитовые сверла, но перфораторов тогда не знали, сверлить советской дрелью в советских бетонных стенах то еще было удовольствие. Но родители моему начинанию не противились, даже наоборот, за что им большая благодарность. И уж не помню, откуда взялась книжка по физкультуре. Про Железного Самсона. Про Александра Засса то есть. Все, что после этого читал, было просто детализацией принципов. А принципы простые: заниматься весами 60-80% от максимального, 8-10 повторений, 3-4 подхода. При этом три основных упражнения: жим лежа, становая тяга и приседания, остальное для прорисовки мышц. И самое главное: мышцы растут в дни отдыха. Заниматься надо через день. И почему я тогда не поверил Самсону? Почему стал умничать? Потому что была куча лицемерных советских книг, где говорилось: чем больше будешь работать, тем лучше для тебя (и партийных деятелей, разумеется). Я решил, чем больше буду заниматься, тем стану сильнее. Качался каждый день, кроме субботы, по 2-2,5 часа на разные группы мышц. Там же в книге говорилось о питании. С тех пор для меня пища стала пищей, а не удовольствием. От пословицы «Путь к сердцу мужчины лежит через желудок» просто тошнит. Наверняка, придумано толстухами. До сих пор считаю: женщины готовить здоровую еду не умеют! Конечно, если будет выбор между вкусно и полезной едой и просто полезной, я выберу первый вариант. Но если этот вариант будет сильно трудозатратнее второго, не сомневаясь, выберу второй. С тех пор так и питаюсь. А тогда магазины разнообразием продуктов не баловали, но то что продавалось, было натуральным и вдоволь до конца восьмидесятых. И я боялся переесть, зажиреть боялся. Поэтому, думаю, я и не вырос, насколько было запланировано в генах. Мой рост 170 см. По этому поводу не комплексовал тогда, тем более сейчас, но, будь у меня сын, тяжелыми весами разрешил бы заниматься только после 20 лет. Особой мускулатуры тоже за тот год не нарастил. По той же самой причине: надо было больше есть и отдыхать.
   В классе двое были с мышцами поболее моих: будущий мой друг Диман и Леха Кольчугин. Диман тоже занимался железом, как раз день через день или два, а Леха боксировал, но богатырская стать у него была от природы.
   Второй этап моей карьеры бодибилдера стартовал после службы в армии. Начало 90-х, в комке за бешенные деньги куплен видак, кассеты на обмен, боевики со Шварцем, Сталлоне, Лунгремом. В квартире куча железа… И все равно не в коня корм! А виной тому приятели и алкоголь. Потом два года в школе милиции в другом городе опять же на казарменном положении и казенном питании. И вот уже после, вернувшись новоиспеченным опером домой, я начал заниматься правильно. Каждый месяц покупал журналы: «Flex» и «Manhealth», банки со спортивным питанием стояли на кухне и в сейфе на работе. Вот тогда в спортзалах я раскачался до приличных размеров. И с удовольствием заметил, что мускулы очень даже котируются у девушек. Некоторым я напоминал Ван Дамма, некоторым литовского актера, героя советского сериала «Долгая дорога в дюнах»: тогда по одному из центральных каналов его показывали. Хотя у Юозуса Киселюса и мускулов-то особых не было. А свои мышцы девчонкам я с удовольствием демонстрировал. А те богемные девицы, которые нос воротили, мне и самому были не нужны.
   И не могу не отметить одну вещь. Мои занятия спортом раздражали всех начальников. Потому что начальники не занимались спортом. Это если коротко. А уж если говорить откровенно, всех неспортивных парней раздражали. Порой слышал: «Подумаешь, захочу, тоже накачаюсь!» Получается, ты таким хочешь быть – жирным щекастым «жизнелюбом»? Или тощим умником, как ты сам о себе думаешь? И женщины должны любить не за внешность – за наглость, деньги и комфорт. Как человек-зеркало презирал и презираю таких лицемеров. Я никогда не завидовал ничьему благосостоянию, ибо лучший капитал – это здоровье. К сожалению, поднятие тяжестей – травмоопасный вид спорта. Случались растяжения связок, рвались мышцы. Через травмы приходил опыт. Сейчас вполне мог бы тренировать в какой-нибудь качалке. Но качалки в прошлом, сейчас везде залы фитнесса, куда приходят поселфиться для соцсетей. А еще залы, где машут ногами бородачи, которые потом на улицах практикуются. С возрастом занятия физкультурой стали профилактикой болезней. Сейчас по утрам делаю упражнения для поддержания формы без фанатизма. В сезон много плаваю. Я не курю, из алкоголя пью только сухое вино, ем простую пищу, по возможности готовлю сам и никогда ничего не солю. Здесь, на море очень надеюсь дожить до пенсии и наказать пенсионный фонд еще лет на двадцать!

   Я уехал работать работу. Приезжаю вечером, загоняю девятку во двор, дома никого. Ушли на море, со стопроцентной точностью сдедуктировал я. И тоже решил искупаться. Пока шел, думал, а что если одна из прелестниц ушла в город, а другая на море… вот тогда можно воспользоваться шансом и договориться о свидании в звукоизолированном месте. Где найти такое место еще предстояло придумать, но дорога к морю короткая и мозгам такая работа не потребовалась: обе красотки загорали, лежа на одном большом полотенце.
   – Э, привет, красауицы! – изображаю кавказского мачо.
   – Привет, орелик! – получаю в ответ дуплетом.
   Вечер дома прошел по вчерашнему сценарию: вино, мясо, фрукты. И снова никакой возможности уединиться с одной из постоялиц. Более того, в голове, даже несмотря на алкоголь, возникла грустная мысль, что при данном положении вещей не смогу ни с одной переспать. А потому что вроде как другой изменю. Тем временем дамы стали чуть ли не лучшими подругами.
   Также прошел и следующий день. И следующий.
   В четвертый день совместного проживания с подругами дней моих беспечных во втором часу пополудни телефон выдал давно забытую мелодию, на экране контакт абонента: «Лили».
   – Привет. Забери нас с дочей с вокзала!
   Смешанные чувства после такого звонка! И радость – дочка приехала в сопровождении тоже далеко не чужого человека. И, мягко говоря, нерадость – могла бы заранее позвонить, а вдруг я отдыхать уехал! В Сибирь на Байкал, например! Хорошо, хоть выходной день!
   – Сейчас приеду.
   Пока ехал, радостные чувства перевесили негатив, на вокзале я сиял уже как медная пряжка дембеля.
   – Вика, коток! Какая ты большая! – я слегка приобнимаю дочь. Ей 14, ростом чуть ниже меня.
   – Привет, – говорю второй бывшей жене. – Все нормально? Вы отдыхать?
   – Привет. Конечно, отдыхать, что еще тут делать? У тебя же можно пожить родной дочери? Или нам гостиницу искать?
   Подъехали к дому, дистанционно открываю ворота, открывается вид на дом и участок.
   – Круто! – радуется дочь.
   Лили молчит, поджав губы.
   – У меня сейчас две постоялицы живут. – объявляю только сейчас, в дороге не решался.
   – Второй этаж для гостей.
   Лили впивается в меня взглядом.
   – Чего! – не то чтобы оправдываюсь. – Здесь все так делают – комнаты сдают.

   Лены с Таней дома не было.
   Заселил вторую бывшую с дочкой в третью гостевую комнату.
   – Располагайтесь, если что, я внизу.
   Вскоре с пляжа пришли первая и несостоявшаяся бывшие. Дамы сели в летней кухне перевести дыхание, и тут состоялось явление Лилии народу. Взглядом шерифа, зашедшего в салун за беглым преступником, окидывает нашу компанию:
   – Вадим, можно тебя?
   И дамам:
   – Я его бывшая жена!
   Ленка нахмурилась, Ку расплылась в улыбке. Я вздохнул и пообещал придти через пару минут – не подкаблучник же какой, чтобы мигом срываться.
   Когда я вошел в комнату, Лили уже складывала чемодан.
   – Наприглашал своих шлюх! – Лили говорила громко, а дверь я не успел закрыть.
   – Мы здесь не останемся, собирайся, дочь!
   Я прикрыл дверь.
   – Мама, я хочу остаться с папой!
   Вика сидит на кровати, взгляд беспокойный, но глаза сухие.
   – Как хочешь, помни это твой дом.
   Не так я представлял себе эту встречу, говорю дочери:
   – Вика, иди пока во двор, мы поговорим.
   – Иди, познакомься с гостями твоего папы!
   Когда дочь вышла и закрыла дверь, я спросил:
   – Вот ты что сейчас делаешь? Даже если это мои знакомые, мы не виделись 20 лет! У них давно свои жизни. И ты вроде как развелась со мной.
   – И что 20 лет, думаешь, мне приятно – ты тут с красотками живешь и меня еще приглашаешь с дочерью!
   Понятно, думаю, будь они пострашнее, ты бы заговорила по-иному.
   Лили стояла ко мне спиной, я дотронулся до ее плеча. Бывшая жена вздрогнула и отодвинулась. Меня это сильно покоробило: надо же, насколько чужим стал!
   – Ты сразу с чемоданом пойдешь? Можешь вообще-то в интернете посмотреть и позвонить.
   – Ты тут самый умный, как всегда?
   Вот так – озвучиваешь очевидные вещи – «самый умный», предлагаешь переехать к морю – дурак.
   – Вика перед тобой лебезит, а это я ее обуваю-одеваю! С тобой нормально общается, а мне в ответ одни грубости! Ты здесь развлекаешься, а я работаю по 12 часов! И сейчас мог бы сразу сказать, что нам здесь не место!
   Я молчал, сначала потому что разозлился, потом потому что понял – ничего не изменилось.
   – Тебе надо было не постесняться и развестись когда меня из полиции «ушли»! – на прощанье сказал я.

   Лили
   К концу нулевых сотовые телефоны перестают быть ценностями, краж и грабежей в отношении данного имущества становилось все меньше. Соответственно меньше становилось незамужних красивых потерпевших. Или:
   – У меня есть парень!
   Как будто это когда мешало им сменить на лучший вариант. И я не молодел. Сам-то я в это не верил, продолжал считать себя великолепным – занятий тогда не бросал, мускулы стабильны. А в личном плане беда. Уже стал напрягать тот факт, что ни с кем не встречаюсь, семьи, детей нет. Решил, знакомства в интернете – вполне нормальный способ, может, даже лучше реальных знакомств. Заполнил анкету на известном сайте, начал знакомиться. Я отмечал пункт «Без детей, но хочу». Таких было немного, а встретиться готовых и того меньше. Много раз встречался, но дальше первого свидания дело не шло. По разным, а иногда и по обоюдному желаниям сторон. Бывало, галочку с того пункта снимал, и встречи проходили в более гостеприимном формате.
   А однажды продавщица из ближайшего магазина сказала мне утром в постели:
   – Тебе никто не нужен.
   Это твои целлюлитные булки точно никому не нужны, подумал тогда, но фраза запала в душу. Я возомнил себя этаким одиночкой по жизни. И при этом мечтал о ребенке. Попытался возобновить отношения с Татьяной Беловой, инспекторе ИДН, которую бросил ради одной интернетзнакомой по имени Наташа. Вот, кстати, тоже случай! С Натальей вроде все, как мне хотелось: образованная, замужем не была, без детей, лицо красивое, разве что попа большая и ноги коротковаты, но не критично. Казалось бы, вот оно счастье семейное, только куй! Вот и нет! Довела меня своими романтическими, как она думала, прибабахами: то ей свечи в 12 ночи купи и зажги, то еще что-то… Как-то садится в машину и с ходу:
   – Ну, куда меня развлекать повезешь?
   Иди-ка ты на … подальше, думаю, лучше бы спортом занялась! Отвез ее на вокзал, она с подругой в заграничный вояж уезжала, и больше не звонил, на сообщения не отвечал. А ведь это был первый звоночек: с возрастом женщинам в первую очередь от мужчин комфорт подавай, а не мускулистое тело.
   Позвонил лейтенанту милиции Татьяне, говорю, может, встретимся. Не думал, что согласится, но согласилась. Сидим в машине, по банке пива выпили, поцеловались. Танька мне конфету при поцелуе передала, смеется, а мне неприятно. Спрашиваю, встречается с кем? Она: да так, ничего серьезного. Выясняется, ее все-таки сделал полевой женой начальник нашего отдела милиции. Жаль, говорю, теперь нам неловко будет встречаться. Она согласилась. И ее карьера пошла в гору, последнее, что о ней знаю – работает начальником отдела в звании майора. На пенсию точно полковником выйдет.
   Замутил было с двумя пустоголовыми птушницами. По очереди, само собой. Одну в лифте хотели ограбить и изнасиловать, но отбилась. У второй ничего особенного – украли телефон. Насильника, кстати, я нашел, он сознался, благополучно уехал на зону. Телефон второй не нашел, подарил свой, когда встречались. Обе на полтора десятка лет младше меня. Ни поговорить, ни потрахаться. Расставались с обоюдным удовольствием.
   И вот я снова листаю анкеты. Диана. Пишу, восторгаюсь красотой, разумеется. Кажется, заинтересовал, назначили свидание на 8 марта.
   Подъезжаю к подъезду, сижу в «Ниве», жду Диану, она же Лилия по паспорту. Звонок, на дисплее «Блэккэт». Так у меня Чернова Катя была записана. Я перед этим смс послал с поздравлением. Ответа я никак не ожидал, а тут она еще в гости зовет: «Я тут с подружками, мы песни поем, приезжай к нам спеваться!» шутит так. Я наплел, что машина на спущенных колесах, не доеду. Ничего умнее выдумать не смог. Тут по-другому не мог поступить – Лилия уже собиралась выходить из дома. Она вышла, я разглядел ее вживую и остался доволен. Мы поехали в ТЦ «Космопорт» кино смотреть. Я еще ее с Джулией Робертс сравнил, когда думали, куда пойти. У Лилии такой же тип лица и рот. Она была польщена. Выбирали фильм, она согласилась на мой выбор: «Хранители» Зака Снайдера, чем польстила мне. Первое свидание удалось, казалось бы. Подвожу к дому, поцелуя в щеку нет, зато прямо и честно:
   – Я еще с одним человеком встречусь, потом решу.
   Надо сказать, несмотря на ее прелести, больших планов я не строил. Бывало так: встретил девушку, она тебе улыбнулась, ты в мыслях уже с ней детей растешь. С Лили таких мечтаний изначально не случилось, зато вышло все в реальности. Но далеко не скоро.
   Через день или два я позвонил, предложил отвезти домой с работы. Лилия – фармацевт, уже в ту пору числилась заведующей аптекой. Она согласилась, по пути невзначай предложил заехать ко мне. Не согласилась. Согласилась в следующий раз, когда я уже решил расстаться с такой недотрогой. Вот на третье свидание поцеловались, наконец.
   За несколько дней до 7 апреля Лилиан ставит ультиматум:
   – Я отмечаю день рождение в кафе с друзьями, если мы всерьез будем встречаться, тебя тоже приглашаю.
   Так я познакомился с ее друзьями – однокурсницами Наташей и Ирой. И мужьями однокурсниц. Все примерно на 10 лет моложе меня. Особых тем для разговоров не нашлось, просто пили, веселились. Маленький, еле слышный звоночек прозвенел, когда на улице подвыпившая Лилия прикрикнула на меня при всех без какого-либо повода. Промолчал, списал на неопытность. В далеком будущем, мы покрикивали друг на друга, но в отличии от меня она всегда злилась. Но до этого было еще далеко.
   Мы стали с Лили встречаться все чаще. С сайта знакомств я удалился. В начале мая мне написала «Привет» в «одноклассниках» Зоя Базанова. Мы с ней вместе не учились, за пару лет до этого у нее украли телефон, я собирал материал проверки. Подкатывал к ней, но без успеха. А тут сама навязывается на свидание. Договорились, подъехал, выпили по банке пива в машине. Зоя веселая девушка тогда была. Пригласил продолжить знакомство у меня дома. Согласилась. Еще выпили, легли спать, а спальное место у меня одно – раскладной диван. Приставать не в моих правилах, даже когда пьяный, а тут мы почти трезвые легли. Утром мне на работу, собравшись, я смотрел на спящую Зою и делал выбор. Приехал в обед, Зоя собралась, отвез ее домой. Она поцеловала меня в щеку, под вечер написала: «Я еще ни к кому в первое свидание домой спать не приходила». Ха-ха. Я ответил, мол, все бывает впервые. Получается, Зоя – предпоследняя женщина, с которой я обнимался.
   С Лили мне было хорошо – она образованная, культурная, в меру начитанная. Смеялась над тем же, что и я, даже на мои шутки. Но слишком прагматична. И тогда и сейчас думаю, она сошлась со мной из-за наличия у меня квартиры, работы и какого-никакого положения в обществе – оперуполномоченный УР, не слесарь какой. Страсти ко мне у нее не было. В сексуальном плане, конечно, знавал девушек на порядок приятнее и веселее. С Лили только классика и неглубоко, потому что «немножко больно». Не знаю, что у нее не так, а меня прибор не такой уж большой, во всяком случае, до нее никто не жаловался на размер.
   В то лето мне вырезали паховую грыжу – результат подъема штанги стоя на бицепс. Несложная операция, но тренировки пришлось отложить, я сидел дома на больничном. И размышлял о будущей семейной жизни. Позвонил Кате, предложил встретиться – хотелось взглянуть на нее. Подъехал, куда она сказала, поехали на озеро принять солнечные ванны. Я разлил шампанское по пластиковым стаканчикам, выпили. Мне плавать нельзя, загорал по пояс, Катя в купальнике лежала на полотенце рядом. Мы смотрели на небо, Катрин спрашивает:
   – Зачем мы встретились? У меня парень, ты тоже с девушкой. Зачем?
   – Не понимаешь? – отвечаю вопросом на вопрос.
   – Понимаю, но нет.
   Тогда мы расстались, чтобы больше не видеться. Но я примерно раз в год заглядывал на ее страничку в ВК. И тогда же принял решение связать свою жизнь с Лилей. Которая, в свою очередь, видимо, еще не приняла такого решения, не спешила съезжаться, антизачаточные таблетки принимать не переставала.
   В целом, у нас было все хорошо. И так продолжалось почти год. Я восстановил физическую форму. На выходных Лили ночевала у меня, мы смотрели фильмы и сериалы, иногда катались на природу. Меня все устраивало, а Лили, как я сейчас понимаю, нет. Ей хотелось карьерного роста как своего, так и моего. Оклады тогда ментам еще не подняли, простые исполнители жили от зарплаты до зарплаты, я к тому же по простоте душевной рассказывал, как работаю до ночи за себя и за того парня. Хотя и это меня устраивало, не лукавя могу сказать – работал за идею. Есть во мне такое качество: завышенная тяга к справедливости. Поэтому так и ходил в капитанах который год. Эх, себя не похвалишь, никто не похвалит. И Лили не хвалила. Потому что денег за лишние часы не платили.
   Лили уехала с подружкой в турпоездку – в Хорватию. Я дежурный опер по отделу. Поступил вызов утром, поехал на кражу в детский дом, а там юристом – молодая красивая женщина. Елена Климова, записал я в протоколе опроса, приятного года рождения, не замужем («и не была» – добавила), номер телефона такой-то. Не помню, что украли, так кражу и не раскрыли – других дел было много. В том числе и составление плана, как пригласить на свидание Елену Прекрасную. Она действительно мне очень понравилась! Бывает так: увидишь человека женского пола, немного совсем пообщаешься – и влюбился! Вот здесь именно так и произошло. Лили еще неделю отдыхать заграницей, я ищу в ВК любовницу? Даже не думал ни о каких статусах, ни о каких изменениях, просто взял и списался с объектом. Елена ответила, согласилась встретиться и познакомиться. Тем же вечером мы гуляли по Московскому Шоссе, разговаривали. Елена жила одна в хорошей квартире, из родни – один отец, мамы с детства не было. Нагулявшись, проводил до дома, предложил снова встретиться завтра-послезавтра. Согласилась. Я заехал за ней, поехали в парк Гагарина, выпили по банке пива. Пиво я не любил никогда, больше банки и не выпивал, а покупал, потому что барышни предпочитали с банками сидеть в руках, а не со стаканчиками и бутылкой. Хотя, когда как. К тому же, когда за рулем, банка пива быстрее выветривается из организма. Так вот, сидим на скамейке, время к полуночи, я говорю:
   – Я недалеко здесь живу. Может, зайдем, посмотришь, как я живу, чаю выпьем или кофе.
   – Ой, нет, мне завтра надо с утра дома быть.
   Елена это сказала так, чтобы стало понятно, она не против.
   – Ничего, – говорю. – С утра отвезу.
   Елена давала себя уговорить, а у меня в душе проснулась совесть: «Ты же с Лилией еще не расстался!» Вот насколько я влюбился! В Елену Климову.
   Я представил Лилию, как ей, наверно, радостно и хорошо сейчас в Хорватии, и не подозревает, как ей дома делают больно, и боль эта отсроченная. И сейчас не могу понять, кого же любил в тот момент больше. Елену не мог обманывать, потому что встречался с Лили, а Лили – по той же самой причине. Подсознательно, скорее всего, все же выбор тогда сделал.
   Я пробормотал, что и мне завтра с утра на работу. После этого мы пошли к машине, в дороге я наплел, что не хочу серьезных отношений. Сейчас вспоминаю, думаю, реально ли дураком тогда был? Неужели нельзя было придумать что-нибудь? А тогда Елена, думаю, здорово обиделась. С тех пор мы только списывались примерно полгода. А потом она меня заблокировала.
   Приехала Лили, мы зажили, как жили. Я стал холоднее в отношениях, Лили это заметила. Иногда я хотел, чтобы она разочаровалась и бросила меня. Я думал о Климовой, но не предлагал встретиться. И провидение наказало меня. Зимой, просидев на бетонном ограждении, ожидая конца следственного действия, обеспечил себе простатит. Острый приступ, скорая, больница, анализы. Результаты анализов такие, что чуть в обморок не упал. Не буду вдаваться в подробности, решил, если жив буду, женюсь на Лилии, которая меня не бросила в такое время. Собственно, свое обещание я сдержал. Пожалуй что и не жалею об этом. Биопсия показала: все норм, я ожил. Сделал Лили предложение, наметили свадьбу на сентябрь. А я как раз этим летом купил Авенджер, и в августе, когда у нас совпал отпуск, мы съездили на юг. В сентябре сыграли свадьбу: она красавица, а я снова в коротких черных штанах и белой рубашке, да еще свежепостриженный, когда волосы торчат, из-за чего лицо теряет последние черты серьезного мужчины. Да и ладно. В ноябре Лили показывает тест – две полоски:
   – Ты скоро станешь папой.
   Как я обрадовался! Но вскоре случился выкидыш. К этому времени меня затравили на работе. Не выдержав, я написал рапорт на увольнение. До пенсии не дали доработать два года. За что затравили? За то, что смел перечить новому начальнику. Кто затравил? Вчерашние радушные коллеги.

   В своей жизни я ненавижу двух человек. Я не желаю им смерти, хотя признаюсь, с удовольствием бы сплясал на их могилах. Я желаю им того, что они сделали со мной: первому – слететь с работы, лишившись всех регалий и почестей и нажить панкреатит с простатитом, второму – сломать правую руку в нескольких местах. Первого зовут Зайсунцев Денис Александрович – мой последний милицейский, хотя на тот год уже полицейский начальник. Из за него впервые моя жизнь не просто перевернулась, а шлепнулась об асфальт и сломала хребет. Мне оставалось доработать до пенсии два года. Всего два года и у меня в кармане всегда была бы сумма, позволяющая сносное существование плюс еще достаточно молодой возраст, чтобы взяли на любую работу. Все это я прекрасно сознавал, когда увольнялся. Вот как умеет доводить ментовская система, когда ей, а точнее отдельному начальнику надо. За свою ментовскую карьеру я сменил столько начальников, насмотрелся и на самодуров и на реальных сыщиков. И себя я считал не самым плохим опером. Когда-нибудь, возможно, не корысти ради, а для гимнастики ума и справедливости я напишу правдивый рассказ о работе в органах внутренних дел. Но сейчас пепел Клааса стучит в моем сердце не о службе. Есть такие крупные мальчики, которые в силу своих размеров полагают, им все позволено. Ломать игрушки в детском саду, обзывать и толкать одноклассников, наслаждаясь первенством в буллинге. Родители гордятся такими детками, следят, чтобы в плохие компании не попали, в армии не служили. Такие детки, никогда не получавшие звездюлей ни во дворе, ни на службе, даже не знают такого слова «эмпатия». Ни к чему им это – главное, у них все хорошо, а остальные – навоз. Вот таким и был господин Зайсунцев – огромной жестокой картофелиной с глазами. В той же самой армии кого ставят на сержантские должности? Тех, кто может заставить солдата выполнить приказ офицера или прапорщика. Умственные способности и образование в расчет не принимаются, точнее, желательны, но совсем не обязательны. Умственные способности даже наоборот, скорее не желательны. Так и Зайсунцев за несколько лет из простого опера вылупился в начальника отдела полиции. Не могу сказать, что он был безграмотным или совсем уж неумным начальником – откровенного дурака на такой пост не поставят. Но отсутствие опыта в управлении людьми и, вероятно, непомерные амбиции превратили начальника отдела в вершителя судеб, в полубога. Как он сам о себе думал. Массивная туша первое время металась по отделу и отделениям, нагибая нижестоящих начальников по ордынскому принципу: нужны только преданные лично полубогу, остальных в расход! Надо сказать, ему удалось всех нагнуть. Не потому что он был какой-то особо страшный, нет. В тот год изменили систему премирования – теперь весь фонд в распоряжении начальника отдела. Какой отмерит тебе начальник кусочек, такой ты и получишь. А как оказалось в декабре, суммы начальники, а в первую очередь сам Зайсунцев, поимели немалые. Поговаривают, себе Денис Александрович один миллион рублей отписал. Когда зарплата опера со стажем на руки была 39 тысяч. А тогда в конце октября случилось следующее.
   Промышленный район в Самаре обозначен от реки Волга до реки Самарка. Отдел полиции находится на Безымянке, отделение полиции, в котором работал я, находилось возле парка имени Гагарина. Отдежурив, опера отделений, не стесняясь выражений, отчитывались местным начальникам. Новоиспеченный начальник-солнце, господин Зайсунов, издал указ о прибытии оперов из отделений лично к нему для отчета о проделанной работе. К 9 часам, неважно каким способом, неважно, что на дорогах пробки, неважно, что еще на пороге стоят потерпевшие – они потерпят еще, главное, чтобы прибыл вовремя. И вот в самом большом кабинете, где на самом видном месте красовались пудовые гантели, начальник всея полиции Промышленного района принимает дежурную смену. Смотрит материалы возбужденных уголовных дел:
   – Почему в поквартирном обходе нет номеров телефонов жителей… Где список полученного элемента, где список ломбардов, где опросы работников ломбардов, где фотографии ломбардов и книги учета (насчет этих ломбардов у него прям бзик был). Почему не опрошены и не проверены алиби ранее судимых? Судимые должны быть сфотографированы и дактилоскопированы!
   Было еще много нереальных требований к оформлению происшествий. Зайсунов, конечно, сам понимал всю нелепость своих запросов, но ему нужна была заискивающая реакция и блеющие оправдания подчиненных. И, само собой, все это ему доставляло удовольствие.
   В конце октября в понедельник утром вот и сидел в кабинете Зайсунова и смотрел на все эти издевательства.
   – Логинов! Где опрос жителей дома по краже у Пупкина?
   Пупкин с женой приехал с дачи домой поздно вечером и не обнаружил крупную сумму денег и драгоценности, замок в квартиру аккуратно  взломан. В это воскресенье происшествий было вагон и тележка, я не успевал опрашивать потерпевших, к Пупкину мы со следователем прибыли уже за полночь. Баранка вырисовывалась очевидная: даже точного времени кражи не установить – Пупкиных два дня дома не было, а дверь прикрыта. Ближайшие соседи, кто открыл, ничего пояснить не смогли.   А господину Зайсунцеву понадобились опросы жителей подъезда и опросы ранее судимых. Я простыми словами и объяснил, что в 2 часа ночи провести качественный поквартирный обход не представилось возможным – не убийство же, чтобы народ будить. Ох, как же Зайсунцев взбеленился! Когда я уже собирался уезжать из отдела, подошел начальник уголовного розыска господин Пантелеев, мелкий мерзкий тип весом 50 кг:
   – Логинов, пиши рапорт на увольнение.
   Я удивился и, естественно, отказался. После этого со среды меня начали сживать со службы. Отписывали все мутные заявления граждан, по которым надо провести проверку и принять решение о возбуждении уголовного дела или отказать в возбуждении. И вот мечусь я весь в мыле, пока мои так называемые товарищи над роликами в ютюбе смеются, кого-то опрашиваю, сочиняю рапорта и постановления об отказе. Приношу материал на возбуждение – начальник следствия:
   – Здесь того не хватает, здесь опрошен не так..
   Два месяца таких издевательств, потом меня вызывают в главное управление, и начальник отдела кадров начинает меня пытать, почему в моем профиле «Вконтакте» присутствуют комментарии международных событий, не соответствующие политике партии и президента. Предлагает уволиться. Я уже был на столько взвинчен, что будь у меня при себе ПМ… Не знаю, чтобы я сделал, но оружие на входе сдаётся, да и носил я его только на дежурстве… Дело кончилось тем, что я написал рапорт об увольнении, и был уволен сразу же на следующий день без отработки – побоялись, вдруг передумаю.

   Здесь меня нашел панкреатит. Приступ, глотание кишки, лечение. Ночами почти не спал, голова как сваренное яйцо. Лили далеко не в восторге от моего безделья, но морально поддерживает. А в сексуальном плане мы отдалились – какой тут секс, какая страсть? Пытаюсь намекнуть на новое зачатие – психует: «Не торопи меня!» Думаю, нам уж лет сколько, чем дальше, тем выше вероятность родить больного ребенка. За то, что я сейчас скажу, мне совершенно не стыдно. С панкреатиновой диетой мой организм хорошо почистился. Я вычислил дни овуляции, соблазнил Лилю. Очень старался тогда, она и сдалась. Чудо свершилось – Лиля забеременела. К этому времени я устроился на работу по профилю, пошел работать в судебные приставы. Зарплаты там совсем невысокие, но стабильные. Снова все стало хорошо.
   А потом еще лучше! Родилась Вика. Лучше прежде всего стало мне – основная работа по выхаживанию младенца, конечно, на Лили. Но я старался, как мог!
   Лили сидит в декрете, тратит накопленные средства и недовольна. При этом за квартиру плачу я, питаюсь на свои, новую одежду не покупаю, на ребенка тратим пополам. Дочь спит на новом широченном диване с маменькой, я от секса практически отлучен.
   Скоропостижно скончался мой дядя, в наследство оставил двухкомнатную хрущовку. Дядя здорово пил, проживал один, квартира в убитом состоянии, но я благодарен ему за то, что не пропил ее, не разменял. Квартира просилась под сдачу в аренду, но сначала надо было сделать ремонт. Опыт в этом деле у меня имелся, не было денег на материалы. Благо была кредитная карта. Самыми дешевыми материалами и прямыми руками можно добиться приемлемых результатов. Два года я тратил все выходные на ремонт. К выходу Лили из декрета закончил. Вику она записала в детский сад возле своего дома с расчетом, что забирать будет ее мать – «первая бабушка», как ее называла Вика. В детский сад до самого выпуска отвозил я.
   Казалось бы, жизнь налаживается. Но история повторяется: один из вышестоящих руководителей ФССП не нашел должной преданности в моем взгляде, не понравился недостаточно подобострастный ответ, и прямое начальство стало меня сжирать со свету, то есть с работы. Меня перевели из дознавателя в должность рядового пристава-исполнителя, вместо отдельного кабинета я очутился в серпентарии. Злые, некрасивые женщины в форме, тупящие в монитор и при этом считающие себя царицами, когда приходят просители – вот что такое основная масса судебных приставов. Слухи о переводе службы из гражданской в специальную, наподобие полицейской со всеми сопутствующими плюшками, сошли на нет, зарплату поднимали каждый год на 0,05% от оклада. Я написал заявление об увольнении. А через год ФССП действительно приравняли к МВД. Вот такой я невезучий анархист.
   Я стал работать руками – устроился к одному индивидуальному предпринимателю работать монтажником металлоконструкций. ИП – Коля Потапов, многодетный отец, очень хитрожопый предприниматель. Пообещал официальное трудоустройство, но сначала – испытательный срок! Через две недели говорит, у него сложности с налоговой, официально оформить не может. Коля вежливый такой поначалу был, ладно, думаю, поработаю так, соблазнившись каждодневной оплатой. У Коли еще человек пять таких же неудачников. Коля находит клиентов: в области много поселков ИЖС, каждый участок имеет забор и ворота. Кто побогаче, хочет, чтобы ворота открывались автоматически. Вот установкой ворот мы в основном и занимались, в сезон Коля неплохо зарабатывал, нам платил ровно столько, чтобы не ушли искать другую работу. Я же продал отремонтированную хрущовку, купил однушку в приличном районе опять же с целью отремонтировать зимой и сдавать. При этом получилась срубить немного деньжат на разнице в цене.
   Лили, выйдя из декрета, вся ушла в работу. Домой приходила к 11 вечера, изредка не ночевала – говорила, всю ночь переучитывала товары. Я верил в ее порядочность. Забирал Вику от бабушки и остаток вечера с удовольствием проводил с дочкой. До чего же приятно было видеть, как она росла и развивалась. Лили все это пропустила. Работая на износ, нажила себе болячку по женской части, в чем впоследствии обвинила меня. Но сначала беда приключилась со мной.
   Народ в Самаре жесткий и некультурный. Бескультурье во всем: в быту, в работе, в дорожном движении. Выбросить на ходу мусор из машин – пожалуйста, включить поворотник – руки телефоном заняты, пустую бутылку выбросить из окна – как не фиг делать, про окурки на каждом шагу можно и не упоминать. Разумеется, далеко не все такие свиньи. А вот мне со свиньями пришлось работать. Один из работников Коли Потапова разбросал сварочные приспособления на крыльце, я же, стоя на приставной лестнице, красил балки. По правилам ТБ лестницу должен придерживать напарник, но кто же правил придерживается на шабашках. Лестница пошатнулась, ушла из под ног. Я решил управляемо спрыгнуть, благо высота не большая. Чтобы не раздавить сварочную маску, схватился правой рукой за балку. Щелчок в плече, боль, темнота в глазах.
   – Сухожилие порвал. – сказал я сквозь зубы. – Теперь на полгода.
   Как же я ошибался! Восстановление, да и то не полное, заняло три года! Первый год я не работал совсем, Коля Потапов с товарищами слился сразу, за что я его люто ненавижу до сих пор. Жили на сбережения и доход со сдачи квартиры, продал отремонтированный ранее рабочий автомобиль за бесценок, одежду покупал в секонд-хенде. Лили зарабатывала прилично, скорее всего, тогда у нее и возникла мысль развестись – ее зарплаты хватало на себя и дочь. Каждое преддверие выходных Лилия находила повод поссориться. Она поняла, насколько я обидчив на некоторые вещи, а именно: на несправедливый упрек, на тупое упрямство… Обиду я выражал тем, что не разговаривал с ней, занимался своими делами. Как я сейчас понимаю, этого она и добивалась – поменьше быть в моем обществе.
   Несколько месяцев думал, боль пройдет сама. Травма не первая такого рода, только прежние я получал в молодости, когда полное восстановление занимало два-три месяца. Я уже долго жил в отдельной комнате, как сосед, спал на диване. Точнее, пытался спать – каждую ночь мне снились кошмары. Видимо, как-то связаны повреждения волокон, нарушение нервной проводимости плечевого сустава, мышц шеи с мозгом. Лили говорила, я иногда кричал во сне, не давал ей спать. Сделал МРТ, как и думал, куча повреждений, дегенеративные изменения суставной сумки. Неужели инвалидность? Снова кошмары, давление под 200. Ходил по врачам и платным и бесплатным. И лишь одна молоденькая физинструктор сказала: «Вам только упражнения помогут. Соседние мышцы разовьются и возьмут на себя поддержку сустава».
   Здесь позволю небольшое отступление. Я не смотрю телевизор, точнее эфирные программы с 2012 года. Все, что нужно, скачиваю с сети и смотрю без рекламы. В прямом эфире смотрю только чемпионаты мира и Европы по футболу. Иногда щёлкаю программы, но для того, чтобы лишний раз убедиться, как деградировало телевидение. Самое важное из искусств – кино! Якобы так поговаривал Ленин. Понимал, электорат через видеоряд гораздо проще зомбировать. Не дожил он до телевидения, а так бы повелел вместе с лампочками в каждый дом зомбоящик поставить. Ничего, другие поставили. Так и ничего, все смотрели и радовались. И в СССР и в 90-е вполне можно было телепрограммы смотреть. Не знаю, каким полушарием жопы думают нынешние менеджеры телевизионных наук, но так испоганить эфир, это надо сильно постараться. Меня, например, корежит от стиля ведущих новостных программ, от криков и резких движений этих психопатов давление поднимается! И совсем бесит реклама через каждые пять минут. А всякие эксперты? Дом-2, программы про здоровье, судебные заседания? Все орут, выкаблучиваются, а зритель все за чистую монету принимает! Это я к чему веду: сколько фильмов и сериалов наснимали, и про войну и про ментобандитов, где герою прострелят руку-ногу-плечо, тот подорожник к ране приложит, максимум в больничке 2 дня полежит, и как новенький снова голыми руками вражеские танки крошит. Это так режиссёры-сценаристы, попивая вискарь в московских пенатах, ничего тяжелее этого самого стакана с вискарем в жизни не поднимавши, решили. У них самих из больничного опыта разве что аппендицит в детстве вырезали, а зрителю внушают таким образом: идите на войну, подумаешь ранят, там делов на 2 копейки – перебинтуют врачи, «Трамадол» кольнут, и ты как новенький! А ампутируют если руку ногу, так сейчас протезирование такое, как киборг будешь! Ага, щас! Тут пустяковая, относительно, травма плечевого сустава без дробления костей и инородного вмешательства жизнь переворачивает. Ролики стали появляться в сети, как радостные щекастые чиновники дарят безногим героям автомобили. Подвозят коляску к авто, чик – монтаж – герой уже за рулем. Телевизионщики, видимо, считают, сейчас инвалид разулыбается, начнет благодарить за проявленную щедрость! В глазах героев тоска и в голове, руку даю на отсечение, мысль: «Нах*я мне ваш автомобиль! Ноги мне верните!» вот и я был готов отдать все, что имел за прежнюю здоровую руку. Но билет на машину времени мне никто не предлагал купить. Характер у меня испортился. Если раньше у меня шутки и ирония чуть ли не из ушей лились, после осознания тяжести травмы стал раздражаться по малейшему поводу. Естественно, семейные отношения от этого не улучшались.

   Вика пошла в первый класс, я устроился водителем в поликлинику в двух шагах от дома. Работа два через два, зарплата копейки. В школу дочь отводил и приводил я. Лили каждый день до ночи руководит аптекой. Питаемся и спим раздельно, за квартиру плачу я, Вику содержим совместно. Я пытаюсь найти способ разбогатеть: выращиваю зелень на гидропонике. Занял лоджию и подоконники. И сладкий перец и клубника, опыленная вручную, выросли. Но маленькие, даже по три рубля не продашь. Стал изучать электротехнику, записался на бесплатные курсы по госпрограмме переобучения, получил «корочку» электромонтера. Все это при минимуме общения с Лили. Да и вообще из-за травмы я выпал из социума. Даже с Диманом встречался раз-два в год. Светом в окошке для меня была и остается Вика.
   В наш дом снова постучалась беда. У Лили долго болел низ живота. В один несчастный день позвонила из аптеки, попросила отвезти ее в больницу. При наших отношениях и ее отношении к работе такая просьба – это как если бы араб попросил помощи у еврея. Вызвал «скорую», приехали в аптеку с Викой. Лилю сразу положили в больницу, взяли анализы, приговор – срочная операция в онкоцентре. На несколько дней Лилю отпустили домой. В эти дни и после операции мы сблизились, я уже решил, что никогда больше не расстанемся. Слава Богу и врачам, операция прошла успешно, результаты биопсии показали пограничный результат в лучшую сторону. Через пару месяцев Лили снова вышла на работу. А отношение ко мне снова развернулось на 180 градусов, скорее всего именно тогда она окончательно решила развестись.

   Вот я сижу в своем доме, в своей комнате и думаю, что меня беспокоит? Мне плохо от осознания мысли, что не будет уже семьи с тем человеком, с которым столько пережил, столько затратил эмоций. С человеком, который стал частью меня, который подарил самого дорогого человека на свете. Этот человек совсем ничего ко мне не чувствует, даже более того, ей противны мои прикосновения. Что теперь? Посторонние люди со своими старыми жизнями? Я не могу общаться с посторонними! Даже опьянение вряд ли исправит ситуацию. Наверно. Слишком бойкие и активные женщины меня напугают, сдержанные – ударят по самолюбию. И не хотел я новой жизни никакой, хотел стариться с той же – из прошлого.
   То, что мы развелись, я не воспринимал, как прекращение связи, а как перерыв в отношениях с возможностью на личную жизнь, но только в сексуальном плане, вроде, как, погуляй немного, но возвращайся. Я строил дом с тайной мыслью: Лили с дочкой переедут, мы сойдемся, снова будем семьей. Мне даже все равно, имела ли она с кем близкие отношения. А ей, похоже, не все равно – вон как вздрагивает, когда касаюсь. Помню, после развода я леживал в кровати и формулировал: «Любовь – это удовольствие от физического и духовного соприкосновения. Ключевое слово – соприкосновение». Даже записал на стене. А потом оказалось, Станиславский уже говорил такое: «Любовь – это прикосновения». И вот тебе – пожалуйста – не прикоснись!
   А может, я загоняюсь? И Лиля и дочь вполне себя хорошо чувствуют без меня? У меня дома гостит первая любовь, а я даже не попытался вспомнить вкуса прикосновений.
   Я встал и вышел из комнаты.

   Вика сидела за столом в летней кухне одна.
   – Пойдем сходим на море.
   – Ок. Сейчас только переоденусь!
   Дочь вскочила и упорхнула к маменьке.
   Мы вернулись уже затемно. Во дворе смотрела на звезды Ку, сидя за столом в кресле. Перед ней бутылка вина и бокал. Ку улыбнулась нам и ничего не сказала. Дочь поднялась на второй этаж, я прошел в свою комнату.
   Утро началось с того, что посигналил авто за воротами, ко мне постучалась Лили.
   – Я уезжаю в отель, Вика спит, как надоест, привезешь ее. Адрес я ей оставила.
   Колесики чемодана запрыгали по бетонной дорожке, щелкнул замок калитки, стукнула дверь такси – Лили уехала.
   На работу я не поехал – позвонил, сказал, приехала дочь, отпросился на день.
   Я лежал на кровати в своей комнате и смотрел в потолок. Мечты о воскрешении брака и совместном проживании лопнули как старый газовый баллон на заправке. Секс на повестке дня не стоял от слова совсем. Перед глазами вернисаж картин: вот мы с Лили радуемся дочери, вот я пытаюсь с одной рукой заработать деньги, вот Лили злится, развод, строительство дома… а потом картины стали меняться: вместо воссоединения и переезда Лили с Викой в комфортные условия – одинокая старость. Да, когда я переезжал и строил дом, и зависал на сайтах знакомств, и написывал бывшим подружкам, все равно думал о том, что Лили выздоровеет головушкой, и мы снова будем жить семьей. До последнего мне не верилось, что расстались навсегда – она же мать моего ребенка. А ребенок не должен быть без отца.
   В дверь постучали. Думал Вика, оказалось – Ленка. Одета не по пляжному и по серьезному накрашена.
   – Можно?
   – Конечно.
   Елена вошла, я закрыл дверь. В моей комнате она впервые, предложил присесть.
   – Нет, я на минутку. Я уезжаю.
   Вот так, и эта туда же! Я вздохнул.
   – Что случилось?
   – Знаешь, я когда решила к тебе приехать, думала, все забыла….
   Я молчу, мне и так не сильно радостно.
   – Мне неприятна эта ситуация! Я тоже могла представиться бывшей женой. Не знаю, кто тебе Татьяна, но я решила, что не могу здесь. Короче, я нашла, где остальное время поживу. Сейчас приедет такси. Прощай!
   День прошел в некотором смятении. Мы с Викой сходили на море, съездили на рынок в Анапу. Вечером сели ужинать. С моря пришла Ку.
   – Ничего, если я с вами? Я по дороге поесть купила.
   Мы сидели за столом втроем. Вика поначалу дичилась, но не устояла перед обаятельной блондинкой и вскоре они улыбались на пару. Завтра мне надо было на работу, договорились, Таня присмотрит за Викой, искупаться сходят вместе. Ку и мне улыбалась, думаю, ее все устраивало в сложившейся ситуации. А мне все же было тоскливо. Вино не пили по понятной причине, посмотрели комедию по телевизору и разошлись по своим комнатам. Заснул с многополярными мыслями, начиная от целибата заканчивая предложением руки и сердца Ку.
   Утром я уехал, строя различные планы на вечер, да не тут то было. Под конец рабочего дня позвонила Таня. Не Куракина-Королева. Позвонила Онегина-Калашникова-Макарова. «Такого просто не может быть!» – подумал я.

   Порой думаю, если бы мою первую любовь звали не Таня, а, скажем, Света, стал бы я выделять Светлан среди прочих равных. Конечно бы стал. Я помню всех Татьян, к которым у меня были хоть какие-то чувства. С Татьяной Онегиной чувства в последний раз были столь сильными, что можно писать поэму.
   Онегина это ее девичья фамилия. Потом Таня стала Калашниковой, потом Макаровой. А могла бы взять мою фамилию. Но, как она сказала, две зануды Боливар не выдержит. Мы оба Девы, дни рождения у нас с разницей в два дня. Насчет зануд и тогда и сейчас я бы поспорил, я-то как раз считаю, из нас получилась бы крепкая, кулацкая такая серьёзная семейка. Но не получилась. И вовсе не по моей вине.
   В то лето я встречался с Катей, автомойщицей на 13 лет меня младше. Суперсерьезными отношениями наши регулярные встречи вряд ли можно было назвать, но и расставание далось мне нелегко.
   С Татьяной познакомился, как обычно знакомился с девушками в середине нулевых – собирая материал предварительной проверки. Позвонил дежурный: сейчас к тебе девушка подойдёт. У нее телефон похитили, собери материал, мы потом ее к следователю отвезем.
   Интересно, думаю, сразу к следователю, даже без попытки попридержать материал в расчете на отказной. Не знаю, как сейчас, раньше ерундовые происшествия старались до возбуждения уголовного дела не доводить ради положительной статистики. Но исполнителям безотлагательное возбуждение как раз на руку – меньше телодвижений и писанины.
   Стук в дверь, заглядывает милое личико:
   – Можно?
   Девушка заходит, я обомлел. Представьте, вы сидите, дежурите, строчите бессмысленные рапорта, а в кабинет заходит Кайли Миног. На лицо, может, и не совсем двойник, а фигурка точь-в-точь. Стильная причёска, обтягивающая майка, короткая джинсовая юбка .
   – Конечно, – говорю секунду спустя. – Проходите, что произошло?
   Девушка садится, коленки вместе, кладет на стол коробку от телефона.
   – Вчера вечером в подъезде у меня отобрали телефон.
   Заполняю бланк опроса. Так, Татьяна Калашникова, на 9 лет младше, разведена, работает инженером на Куйбышевской Железной Дороге. Как потом узнал, сидит в офисном здании на ЖД вокзале за пультом с кнопками и разноцветными лампочками, поездами рулит.
   – Проживаете одна?
   – Да.
   Значит, детей нет, думаю. Заполняю нужные бумаги, спрашиваю:
   – Грабителя запомнили, описать можете?
   Таня старательно описывает жулика. Она все делает старательно.
   – Как вы насчет того, чтобы вечером попатрулировать в районе, может, опознаете.
   – С вами? – смотрит оценивающе.
   На мне короткая форменная рубашка с капитанскими погонами, бицепсы тогда 42 см в обхвате были.
   – Давайте попатрулируем.
   И улыбается. И тут я влюбился. Серьезно! Таких сильных чувств больше ни к кому не испытывал.
   – Сейчас вас к следователю отвезут для возбуждения уголовного дела, я вам завтра вечером позвоню, поедем патрулировать.
   – Хорошо.
   Надо ли говорить, что патрулирование закончилось неудачно? В смысле поиска грабителя. В смысле первого свидания все прошло благополучно – Таня согласилась встретиться еще раз, уже действительно как девушка, а не потерпевшая.
   Таня жила в соседнем микрорайоне, поэтому встретиться вечером никаких проблем не возникало. Через пару дней встретились на бульваре возле кинотеатра «Шипка». Как водится, взяли по банке пива, глаза бы мои его не видели. Я бы сухого вина предпочел, но на лавочке распивать из стаканчиков – это моветон. Если вместе с прекрасной дамой, конечно. Август, теплый ветерок, темнеет рано. Таня рассказывает о себе:
   – Я недавно развелась, знаешь, какая у меня фамилия до замужества была?
   – Какая?
   – Онегина! – с гордостью говорит. – Это папа меня Татьяной назвал.
   – А променяла на Калашникову.
   Дальше уже только про мужа и говорила. Про Максима своего и его маму. Я понял, от развода папина дочь еще не отошла. Максим то, Максим сё. Что меня еще покоробило – стала интимные подробности рассказывать, будто я ей давний друг или даже подружка. Сижу, помалкиваю, потом домой проводил, даже поцелуя в щеку не удостоился. Зато договорились созвониться. Через пару свиданий приняла приглашение в кино. Я купил билеты на «Пиратов Карибского моря», заехал за Татьяной. До сеанса еще пару часов, пригласил к себе домой. Тогда мы впервые поцеловались. В кино опоздали. Билеты у меня до сих пор в коробке с памятными вещами хранятся.
   Катя названивала, мы встретились, я прямо сказал, извини, встретил другую. Это далось тяжело – Катя уже привязалась ко мне. Я же трезво, как мне тогда казалось, смотрел на вещи: Татьяна старше, красивей, образованнее и потомство от нее будет здоровее. Вот такой я был продуманный урод. Возомнивший о себе невесть что. Кстати, припоминаю, Таня в это примерно время поинтересовалась у меня, чтобы я делал, если бы она не согласилась встречаться. Я подумал и ответил:
   – Занимался бы спортом.
   В самом деле, тогда я был так увлечен Танюшкой, что не представлял себе другой на ее месте. Казалось бы, все прекрасно, мы подходим друг другу как пазлы, Таня уже рассчитывает бюджет, планирует жить у меня, а свою квартиру сдавать, но не тут то было. Пазлы пазлами, да не совсем.
   Второй поход в кино мы спланировали иначе: сначала фильм, потом ко мне в гости. Таня осталась ночевать и в постели прямо и в то же время витиевато сказал:
   – У меня такая особенность организма – я не могу получить оргазм классическим путем. Только при помощи кунилингуса.
   – При помощи чего? – не понял я.
   Таня вздохнула:
   – Ну это когда там языком.
   «Блин», подумал я.
   Не нравилось мне это делать! А Таня это чувствовала. У нее были сложности с достижением оргазма. А когда она дарила оргазм мне, то наездницей сдувала волосы, падающие ей на глаза, слишком как-то по-деловому: мол, ничего, сейчас отработаю и по своим делам. Вот такой пазл наоборот! И у меня снижалось либидо. Всем было неловко в постели. И Тане первой не захотелось каждый день встречаться. Скоро начали видеться раз в неделю. По Таниному желанию. Я ревновал, стал караулить ее приход домой. Сижу в восьмерке, уже спать идти пора, смотрю, к ее освещенному подъезду подъезжает авто (не такси). Далековато, метров 100, не видно толком с кем и как прощается, но явно со знакомым. Попрощавшись, Таня замечает мою белую ВАЗ 2108, почти сразу звонок:
   – Ты зачем меня караулишь!
   Голос злой, мне аж не по себе. Начинаю молоть чушь, лучше бы молчал. Так мы поссорились, не звоним друг другу. Середина ноября. Я решил придти к ней домой, поговорить. Звоню в дверь, открывает вся такая Кайли Миног на свадьбе президента Австралии.
   – Сейчас не могу, ко мне Максим в гости зашел. Приходи завтра.
   Ничосе! К ней бывший муж продолжает захаживать! В гости!
   Начинаю барабанить в дверь, хоть на гостя посмотреть, что там за красавец такой! Из-за двери слышу басовитый такой злой голос:
   – Дай я с ним поговорю!
   И Танин:
   – Не надо, Максим, я тебя прошу!
   Не открыли, я уехал, взял бутылку водки и напился. Так в кино всегда делают, типа, когда герою совсем плохо и ему надо забыться. Ерунда какая-то! Мне было плохо, но забытья никакого не было. И стало еще хуже утром – к душевной боли прибавилось похмелье. А надо было идти на работу. Тогда у меня случился первый приступ панкреатита, но название болезни тогда я не знал. Кое-как отработал, болел потом еще два дня. Татьяне не звонил. Она мне тоже.
   В конце декабря поехали в баню с коллегами, в том числе и женского пола, отмечать наступление Нового года. Я уже почти пришел в себя, начал чокаться с инспекторами ИДН. Обе симпатичные и обеих зовут Татьянами! Одна замужняя, вторая не замужем. Со второй я и начал целоваться. К ней в этот же вечер начал клеиться наш начальник отдела, которому она отказала, отдавшись мне. В итоге это стоило мне карьеры, но сейчас не об этом.
   Инспектор ИДН Татьяна Беловаа чуть похожа на Дженнифер Лопес. Слегка. В подкрашенном состоянии, то есть в макияже очень похожа. Фигура точно один в один. В сексе не знаю, с Лопес не могу сравнить, но очень хорошо! А уж по сравнению с Онегиной – вообще огонь!
   Я не знаю, что это было. С Татьяной Беловой мы даже встретили Новый год вместе, правда, на дежурстве в отделе милиции. В январе и феврале у нас проходили вечерние операции по отлову негодяев разного возраста в притонах. Инспектор ИДН Татьяна оставалась у меня ночевать – отдел находился в 100 метрах от моего дома. И все-таки я не считал это за роман. Ей удобно и весело ночевать у меня – и хорошо, ничего не имею против. Татьяна ничего не говорила, ни о чем не спрашивала в плане будущего, я соответственно тоже. И не потому что Белова некрасивая, а потому что Онегину любил. Хотя уже вырезал ее, из чего там вырезают романтики, – из сердца.
   Раз моя коллега ни о чем не спрашивает, впервые залез на сайт знакомств больше из интереса. И познакомился с Наташей. Голубоглазой училкой физики. Беловой перестал предлагать ночевать.
   С Натальей роман продлился 3 или 4 месяца. Ее натужная романтика привела к тому, что, уехав в турпоездку, по возвращении она меня больше не увидела.
   А я решился позвонить Онегиной, по мужу – Калашниковой.
   Конец июля, теплые ночи, арбузы на перекрестках, фруктовый запах – бархатный сезон возможен и в наших краях. Ровно год, как я влюбился в Татьяну Онегину. Она ответила на звонок, ровным голосом согласилась встретиться.
   Таня стала еще женственнее. Дорогая одежда и косметика, но я смотрел только в зеленые бархатные глаза. Немного на грудь и ноги – это она сама виновата.
   – Привет.
   – Привет.
   Будто не расставались. Я воспрял духом, как оказалось позже, совсем преждевременно.
   Мы катались на моей старой восьмерке, ездили к ней на дачу, точнее я отвозил ее на дачу, даже с ее отцом поздоровался. Сходили в кино в начале сентября в день ее рождения. Но все это без прикосновений.
   – Мы с тобой только друзья. – в самом начале объявила Таня.
   – Хорошо, – отвечаю. – Мне и так с тобой приятно быть вместе.
   Я продолжал быть Пятачком при Винни Пухе, надеясь, конечно, что количество потраченного времени перейдет в качество – нельзя же быть столько времени вместе и не поцеловаться, в конце концов!
   Оказалось, можно. Хотя Таня спустя некоторое время на прощание стала целовать меня в щеку. Когда?
   – Я хочу машину купить, у меня есть немного денег и папа поможет, на курсы записалась.
   С теорией у нее проблем не возникло, а водительского опыта не было совсем. Я предложил услуги инструктора и свой любимый ваз 2108. Учил ее поздними вечерами на пустых улицах. Таня жгла сцепление – я скрипел зубами, машинка дергалась как пулемет в начале движения – я молчал… Сколько мы собрали ям, сколько раз наезжали на бордюр… и все это за прощальный поцелуй в щеку. Надо признать, у Тани отличная тактильно-сенсорная система, управлять автомобилем инженер путей сообщений научилась за месяц. Причем, действительно управлять, а не держаться за руль с выпученными глазами.
   Наступил ноябрь, я сменил восьмерку на Ниву, управлять которой удовольствие ниже среднего, а Таня уже получила права. Отвожу ее на работу в вечернюю смену.
   – Таня, как дальше будем? Давай попробуем сойтись.
   – Как ты себе это представляешь – две зануды в одной квартире?
   Занудой меня назвали впервые. Видимо, тогда это меня обидело. Высадил Таню у здания дирекции КЖД и уехал. Потом позванивал иногда, списывались в соцсетях, но любовь скукожилась и засохла. И больше так я никого не любил.

   – Ох, ничего себе, у тебя автомобиль! – восхитилась Таня.
   Я высмотрел ее фигурку среди вышедших из ворот жд вокзала и подкатил прямо к ногам. Загрузил вещички в багажник, а Таня все глаз не сводит с машины.
   – Можно я поведу? – спрашивает она, хлопая ресницами.
   Автомобиль с автоматической коробкой передач полегче в управлении, но все же требует некоторого привыкания. Говорю:
   – Автомат. Справишься?
   – У меня «Киа» на автомате.
   – Тогда садись, поехали. – не раздумывая передаю ей ключ.

   – Таня! Это Таня. И наоборот. – так я познакомил Онегину и Ку.
   Дамы рассмеялись. Они, можно сказать, подружились с первого взгляда. Одна – блондинка с голубыми глазами и мягкими чертами лица, другая – амазонка с зелеными глазами.
   – Это Вика – моя дочь.
   Дочурка нахмурилась, но улыбку состряпала вполне гостеприимную.
   – Как раз есть свободная комната, пойдем заселяться.
   Я потащил чемодан новой гостьи на второй этаж, Ку проводила нас лукавой улыбкой.
   Поздний вечер, Вика в своей комнате зависает в планшете, я объявил, что выпью с Татьянами вина и ее по причине несовершеннолетия за стол не приглашаю.
   Все вечера, когда я пил со своими женщинами, дело ограничивалось максимум парой бокалов вина. В этот же вечер позволил себе третий. Татьяны тоже не стеснялись. Им было весело, под конец застолья и моя тоска сказала «До свидания». Не вдаваясь в подробности, мы вспоминали былые годы. Эх, как же хорошо быть молодым! Конечно, своим настроением я должен был поделиться с Диманом.
   – Пардон, мадам, я отойду.
   Мадамы в этот момент говорили о своем, мою отлучку и не заметили.
   В теплице связался в телеге с другом.
   – Физкультпривет!
   Я приблизил лицо к экрану смартфона, видимо, на другом конце мои выпученные глаза произвели впечатление.
   – Лиля приехала?
   Диман всегда думал на несколько ходов вперед. Таких как он и сжигали на кострах в свое время вместе с ведьмами.
   – Она уже уехала, Вику оставила.
   – С Ленкой подралась?
   Я засмеялся.
   – Ленка тоже уехала. Нет, обошлось без драки. Но у меня сейчас две Тани в доме!
   – Нажрался – в глазах двоится?
   – Помнишь Таню, с которой мы у меня дома пили, еще Сашка Тихонов с нами был?
   – Маленькая, худенькая?
   – Вот она сегодня приехала!
   – Везет тебе! Сиди себе между ними и желания загадывай.
   – Только это и остается. – Загрустил я. – Они, может, и не против каждая по отдельности, а тут дочь еще в доме… так что снова обломинго!
   – Да ладно, выпей еще – разберешься.
   – Фу, как грубо! – лицемерю я. – Нет, Танюшки, конечно, не бывшие женушки, уже такие тепленькие, сами подкатывают слегка.
   – Ох, смотри! Приехали, окрутят тебя – женятся, домик отожмут!
   – Ха! Как быть нам, султанам…– смеюсь, а пьяные мозги разные картинки рисуют. – А ты думаешь, Лилиан так просто меня отпустила, ни на что не претендуя? Домик-то Вике принадлежит, она собственник, мы так перед разводом договорились. так что пусть поохотятся, я не против.
   Возвращаюсь, время второй час ночи. Дамы курят и смеются, судя по обрывкам фраз, вспоминают самарскую бытность.
   – Танюшки! Хорошо с вами! Но мне завтра на работу, могу вас попросить присмотреть за Викой?
   – Конечно, не беспокойся, она у тебя умненькая, с ней интересно. – говорит Ку.
   – Втроем еще интереснее. – добавляет Онегина. – Все твои тайны узнаем.
   – Это вряд ли. – я свою дочку знаю – лишнего не скажет.
   В пятом часу на следующий день сижу у клиента, настраиваю видеорегистратор. Инсталляция обычная – 4 камеры по углам дома, 2 над воротами, камеры проводные, простые в настройке. Звонок, номер незнакомый.
   – Вадим, здравствуй, это Катя.
   Слух у меня более чем немузыкальный, но голос я узнал сразу. До того как ответить, цифры ип-адресов и прочая компьютерная информация со скоростью движения нейронов сменились буквенным набором: «Она тоже приехала? Или прилетела? Куда ехать?»
   – Не узнал? Катя Чернова.
   Я непроизвольно кашлянул.
   – Катя, привет! Конечно, узнал! Не ожидал никак просто. Ты где?
   – Я у твоего дома, позвонила – мне женщина открыла. Извини, что я так без предупреждения. Это твоя жена?
   По голосу можно было предположить, что Катя сейчас заплачет.
   – Извини, я сейчас уеду.
   – Нет-нет, Катя, они у меня жилье снимают. Сейчас позвоню, чтобы тебя приняли, и сам через час приеду. Там какая женщина была – светлая или темная?
   – Брюнетка.
   Через час приехал домой, загнал девятку под навес. Подходит Катя. Разглядывал ее фото в ВК, но не думал, что она настолько повзрослела. Живьем ее видел больше 15 лет назад, тогда она еще на девчонку была похожа. А сейчас выросла в настоящую женщину: там, где надо прибавилось мяса, одета стильно и, насколько я понимаю, дорого, в глазах, похоже, линзы (тогда она носила очки), и глаза, нет – глазища – залиты слезами.

   – Катюша, что случилось?
   И вот тут Катя разревелась.
   – Пойдем в дом, расскажешь.
   Мы прошли в мою комнату, усадил барышню на кровать, метнулся в гостиную, принес минералки из холодильника.
   – Попей.
   Сам сел напротив, подкатив компьютерное кресло.
   – Спасибо – Катя глотнула вода и стала рассказывать.
   Она была замужем за татарином по имени Ильдар, который на 10 лет младше нее. Со временем стали ссориться – Ильдар хотел ребенка, а у Кати оказались проблемы с деторождением. Развелись. Катя переживала, потом встречалась с кем-то некоторое время. Потом снова сошлась с Ильдаром. Два дня назад они разругались, Катя психанула, вызвала такси и поехала ко мне.
   – По дороге купила симку новую, чтобы он не доставал. Уехала подальше.
   Вот это сюжет, подумал я, бедная Катя!
   – Ну и хорошо, Катюша, поживешь у меня, отдохнешь, море знаешь как успокаивает.
   У Кати снова слезы из глаз.
   В этот момент дверь открывается, входит Вика с мокрыми волосами.
   – Ой, кто это? Я не во время?
   – Нет-нет, все нормально. Это Катерина – моя давняя знакомая, в гости приехала.
   – Еще одна. – фыркает Вика.
   – Так! – командую я. – Катерина идет в твою комнату, а ты сюда. Ок?
   – Папа!
   – Что? Давай-давай, быстренько иди возьми все и переселяйся.
   – Я что с тобой в одно комнате буду жить? – возмущается дочь.
   – Нет, конечно, я в теплице буду спать.
   Вещей у обеих девиц немного, быстренько сделали рокировку. Я нашел надувной матрац, устроил ложе в теплице. Решил поужинать в летней кухне. Включил чайник, принес из холодильника хлеб с мясом. Подсели Татьяны, но настроения пить вино не было. Катя из комнаты не выходила, Вика как затарилась бутербродами, так из моей комнаты и не вылазила – там ей даже больше понравилось, ибо компьютер стал полностью в ее распоряжении. Ку сходила к себе в комнату и принесла бутылку вина, Онегина сходила в гостиную, принесла из холодильника фрукты, колбасу и сыр. Я решил, Татьянам без меня скучно не будет, сказал, мне рано утром на работу, и ушел проведать дочь. Пожелал Вике спокойной ночи, из окна гостиной глянул, как веселятся Танюшки. Вышел незамеченным из дома и проскользнул в теплицу. Не включая свет, разделся, лег на надувной матрас.
   Мне не спится, и дело вовсе не в надувном матрасе.

   Хороший ли я человек? Время от времени задавался таким вопросом. В школьные годы думал, а вот если бы все такие, как я, были, у нас бы уже коммунизм был. Это когда видел, что кто-то чужое берет или работу не работает. В то время, если сказали взрослые вот это надо сделать, значит, надо делать. Если не будешь делать, значит, надо так и сказать, а не обманывать. Позже стал понимать, что «взрослые», то есть начальники и командиры могут ошибаться, издеваться и не всякую работу надо делать сломя голову и рискуя здоровьем. Совсем позже пришел к простому выводу: работать надо на благо себя и близких людей, работать, чтобы не стыдится за результат. И не работать за кого-то. Я -анархист. Не хочу никого неволить и сам не буду подневольным. С детства мне говорили: «Будь хитрее!» Я тогда думал: да зачем? Сами же говорите, надо правду говорить! А оказывается, правда у всех своя. У сильного своя правда (все мне должны, потому что могу заставить), у слабого – своя (хочешь жить, умей вертеться). Так что правда никакой не показатель хорошего человека. Тут скорее десять заповедей пройдут в качестве мерила. И что у нас этим?
   Не укради. Здесь все понятно – взял чужое, не важно, тайное хищение, открытое, с применением насилия – ты поимел чужой труд. Это плохо. Помню, в конце перестройки выплыл какой-то Розенбаум. По телевизору: «На ковре из жёлтых листьев в платьице простом…», а на кассетах: «Я взял ломбард, а он такая сволочь…» Песни залихватские, простые, запоминающиеся, конечно, я подпевал, но что-то смущало. Это вор поет. А мне в ту пору больше герой Юрия Богатырева из «Свой среди чужих…» импонировал: «У всех, кто своего брата бедняка обманывает, рога вырастут!» я даже чуть-чуть ему поверил тогда. Хороший фильм Михалков снял. Каждая фраза запоминается. Про ментов все фильмы тогда нравились. Не было в союзе плохих милиционеров. Судя по фильмам. По ним я и судил, и, пожалуй, тогда и выбрал профессию. На деле все оказалось совсем не так, как в кино.
   Ок, другая заповедь – Не убий. Само собой, как можно человека убить? Только если отражая нападение, не преступая пределов необходимой обороны. Тут все ясно. Или вот еще: субъекты, которые любят пытать, всегда выиграют в войне с теми, кто способен просто уничтожать. поэтому такие субъекты должны быть уничтожены. Так что, по моему, заповедь «Не убий» совсем не о запрете смертной казни. С этой стороны я хороший человек.
   Следующая заповедь – Не прелюбодействуй. Гм. Вот женам своим я не изменял. В плане физического акта любви.  Ленке с момента регистрации брака, Лили со времени первого свидания и до описываемых событий. Но мысленно изменял. Или так не считается?

   Катя.
   После развода с Ленкой и потери лица в неудавшемся возврате отношений я пережил еще один роман. Возлюбленную звали Евгения.
   Занятная история, я действительно мог жениться на ней. Был бы счастлив, кто знает?
   Первое лето, когда я снова опер. В дежурные сутки выехал на квартирную кражу. Потерпевшие говорят, в соседней квартире проживает квартирантка, которой на тот момент дома не было. Формально ее надо опросить. Воткнул в дверь обезличенную повестку, не надеясь, что придет. Но она пришла. Через день сижу в кабинете, стук в дверь.
   – Можно? Я по повестке. – голосок приятный, так и хочется написать «ангельский».
   Входит худенькая девушка. Пшеничные волосы до плеч, белая блузка, коричневые широкие брюки.
   – Присаживайтесь. – говорю.
   Она садится на стул. Я посмотрел ей в глаза и поразился глубине зеленой радужной оболочки и белизне склеры (специально посмотрел в википедии, как эта часть называется).
   Заполняю анкетные данные: Евгения Д., 26 лет, незамужем, бухгалтер, родом из села за сто верст от города.
   – Номер сотового?
   – У меня только домашний. – в то время действительно не у всех были мобильные телефоны.
   По факту кражи ничего пояснить не смогла, перед уходом спрашиваю шутливо:
   – Можно я вам позвоню как-нибудь?
   – Если только не по краже. – отвечает с улыбкой.
   Вот тут я начал влюбляться. Позвонил на следующий вечер, договорились встретиться, прогулялись по парку. На следующее свидание сходили в кино. На третье тоже в кино собрались, но не попали. Перед сеансом пригласил к себе на чай. Женя, кстати, не пила спиртного и не курила. Журнальный столик у меня стоял перед диваном, но Евгения садилась в кресло. Попили чаю, я уже не рассчитывал на близость, но проходя в коридор, столкнулись плечами в дверях, и нас словно торкнуло! Судя по нижнему белью, Женя как раз рассчитывала на близость в это свидание. Скорее всего, у нее тоже давно никого не было – говорю же, в кино мы так и не пошли. Я Евгению в плане секса, наверно, до конца жизни буду вспоминать. Ей нравилось это дело. И вроде все у нас хорошо, но вместе жить нам не довелось. Встречались мы не так уж часто – оперативная обстановка не позволяла, бывало, работали до ночи, дежурил через каждые два дня. Иногда даже железо тягать времени не было. При встречах ходили по киношкам, выезжали на природу по выходным. А вот ночевать у меня она не оставалась, от нее я уезжал рано утром, пока она спала. Я ей телефон подарил для связи. Не айфон, конечно. Как-то осенью звоню поздно вечером, спрашиваю, можно ли приехать.
   – Приезжай. – несколько замявшись говорит.
   Припарковался в ее дворе, поднимаюсь на лифте, звоню, дверь открывается… Я аж отшатнулся: открывает старушка лет 50! Это Женя без макияжа. Читаю в ее лице: «Я так и знала!» Уж не знаю, что она в моем прочитала, быстро строю улыбку, сую цветочек в руки, обнимаю. Чуть позже лежим в кровати (какая же она скрипучая была – ужас), Женя плачет, рассказывает, как тяжело ей по утрам в зеркало смотреть. К этому моменту я-то уже к ее естественному лицу привык, на дефекты кожи забил, да и не так все плохо у нее было. Но Женя мою первоначальную реакцию запомнила, встреч стала избегать. Я пытался впарить ей обручальное кольцо, но она мудро сказала «нет», ибо кроме секса мне от нее ничего не надо было. Как она думала. Я же так не думал. В предновогоднюю ночь звоню, не отвечает, потом «вне зоны действия сети». Решил заехать – никого нет дома. Сел в машину, думаю, что делать. Машину возле подъезда не удалось поставить, но сам подъезд просматривается. Пока думал, смотрю, к подъезду подъезжает такси, выходит Евгения с каким-то кренделем, они вместе заходят в подъезд. Крендель долгое время не выходит. Я все понимаю. На этом наш роман закончился.
   Евгении я в соцсетях не писал, соответственно, в гости не приглашал.
   Надо сказать, в ту пору был расцвет хищений сотовых телефонов. Большая часть потерпевших – девушки. Так с Катей и познакомились. В конце зимы прямо на улице ее ограбили. Отобрали телефон с применением насилия. Ст. 161ч. 2. В данном случае насилием, с ее слов, был толчок в грудь и вырывание драгоценности из рук. Ни на какие уговоры, мол, поищем по серийному номеру и вернем, только не пишите заявление, Екатерина не поддалась. Она внешне походила на Евгению – такая же худосочная, и также приехавшая из села. Только еще на 5 лет моложе. Со мной разница 13 лет. Выглядел я молодецки, Катя согласилась повстречаться как-нибудь. Под выходной я позвонил, покатал ее на авто и пригласил в гости. Катя осталась на ночь. Как джентльмен, я сильно не приставал, чем завоевал доверие. Мы стали встречаться. Катя училась на заочном отделении в коммерческом вузе, одном из тех, где собирают деньги за учебу, выдают список учебников, автоматом ставят за зачёты и в итоге вручают диплом менеджера широкого профиля. Работала на автомойке, снимала комнату. Ночевки у меня для Кати были сродни отдыху от всей этой круговерти. Переехать на постоянное проживание не могла – ей надо сидеть с ребенком арендодателя, и я не предлагал. Почему не предлагал? Потому что реально смотрел на вещи – Катя слишком молода. Но время шло, я все больше привязывался, ей тоже было неплохо со мной. Катрин делилась переживаниями, я давал ей деньги на что-нибудь, как дают дедушки любимым внукам. И все равно я не решался предложить совместное проживание. Скоро скажу, почему и снова буду терзаться вопросом, хороший ли я человек. Мы встречались почти год. Однажды она поехала в деревню к родителям и слегла там в больницу от истощения. Я звонил, обещал навестить, но нашел тысячу причин не поехать. И тут появилась Таня Онегина. Еще одна потерпевшая. Постарше и поухоженнее. И перспективнее в плане деторождения. Вот я и дошел до той самой причины, почему тянул время с Катей. Мне до сих пор стыдно. Катюша отдавала мне себя всю, никогда ни на что не жаловалась, в сексе была зажатой, но куда было спешить – опыт дело наживное. Катя худенькая и маленькая, а я хотел продолжение рода, боялся, ребенок от нее не вырастит, скажем так, богатырем. Вот и вопрос, хороший ли я человек? Как смягчить расставание? Сказал, схожусь с бывшей женой. Катя, я не поверил своим ушам, предложила себя в качестве любовницы. Я чуть со стыда под землю не ушел, отказался, конечно. И после этого сложилась странная ситуация: мы звонили друг другу. Я звонил, когда ни с кем не встречался, она в это время была занята. Она звонила, делилась неприятностями в жизни, плакалась в жилетку. И постепенно взрослела. Однажды, 8 марта, она позвонила мне и предложила приехать, как она попыталась скаламбурить, «мы с девчонками тут пьем и песни поем, приезжай, будем вместе спеваться». А я в это время сидел в «Ниве» у подъезда Лили. И случилась точка бифуркации. Я наплел про спускающие колеса, мол, не смогу доехать, какая жалость.
   Такой заповеди как «Не лги» нет. Этак обтекаемо там: «Не произноси ложного свидетельства на ближнего своего» То есть на дальнего норм, сойдет, можно и наврать чего. И смертного греха, такого как враньё нет. Это объяснимо: те товарищи, которые распространяли заповеди, конечно, тоже где-то да соврамши, и напрямую запрещать ложь, видимо, считали слишком уж лицемерным. Мне с детства внушали: «Надо быть хитрее!» я думал, для чего? Для того, чтобы услужить, чтобы получить выгоду. А зачем мне такая выгода, когда я себя буду чувствовать униженным? Это вовсе не гордыня. А обостренное чувство справедливости. Если намеренно обманываешь, не важно, словом, умолчанием, делом с целью получения материальной выгоды – это все равно, что украсть, присвоить частицу чужого труда. А если врешь с целью морального удовлетворения? Да то же самое! Все равно отнимаешь у другого человека энергию. Более того, возносишься над ним. Ложь во спасение допустима. Иногда необходима. Понимаю, казуистика – каждый трактует такую ложь в свою пользу, ищет оправдания.
   Вот так я наврал Кате про невозможность свидания. Кто знает, возможно, в ту минуту, когда она смогла бы снова принять меня. Было ли это правильным решением? На тот момент, скорее всего, да. В том же году ближе к осени, когда с Лили уже закончился цветочно-конфетный период, и мы были в очередной размолвке, я позвонил Кате, пригласил на свидание. Она согласилась. Мы выехали на озерцо, выпили бутылку шампанского. Катя была холодна, видимо, хотела самоутвердится, сказала, у нее есть парень, с котором она в отношениях. На что я ответил: Ок, звони если что. Катя не звонила несколько лет. Иногда я заходил на ее страницу Вконтакте. У меня уже родилась дочь, когда Катя вышла замуж за татарина, младше ее на 10 лет. И вот после замужества она позвонила – похвасталась. Через несколько лет позвонила поплакаться, врачи запретили рожать по состоянию здоровья. После этого я и начал рефлексировать. В чате после «рефлексировать» стояли бы вот такие скобки – ((((. Мне доступно счастье иметь ребенка, Кате – нет. Была ли в том моя вина? С другой стороны после наших отношений у нее была возможность завести ребенка, она же не сидела взаперти, не ждала меня в башне.

   Если уж зашел разговор о заповедях, моя любимая: «Не создавай себе кумира». Суть ее – мыслить всегда критически. Что сказать, много лет приходится прожить, приобрести опыт и знания, разочароваться во многих кумирах, прежде чем поймешь, нет кумира, кроме тебя самого и твоего ребенка – плоть от плоти, твоего продолжения.
   Так вышло, после развода с Лили, когда я был некоторым образом в прострации, жил один и даже несколько тосковал, в соцсети совершенно неожиданно от Екатерины Валерьевны пришло сообщение «Привет». Я, конечно, ответил. Катя написала, умер отец, и она развелась – два события одновременно. Как мог, стал утешать, не часто, но мы стали переписываться. Я чаще и чаще думал о ней в плане возобновления отношений и даже заведения семьи. Прошло время, фото ее стали повеселее, я предложил встретиться. Ненавязчиво. Раз, два, три.. Она отвечала уклончиво, потом на прямой вопрос ответила: «Я в отношениях». Что ж, сказал «Гуд бай». Но после переезда похвастал домиком, написал адрес и пригласил в гости.

   Почти сплю, слышу голоса: а ты что тут делаешь? И смех.. Танюшки смеются… А я все правильно тогда сделал – вон как сейчас Катька выглядит, староват я для нее…

   Проснулся в 7 часов, тихо на участке, как 1 января утром. Но в январе утром темно и холодно, а у меня тепло, солнечно, букашки ползают. Вчерашняя депрессия выветрилась, я немного позанимался с гантелями, решил, вечером все образуется. В принципе, так оно и произошло.
   Я вернулся с работы в 5 вечера. Заехал в ворота, а меня ждет Вика.
   – Папа, давай на море сходим!
   – Пошли, конечно, сейчас плавки надену.
   Я заскочил в комнату, никого не встретил, переоделся, и вот мы с дочкой вышагиваем на пляж.

   Дочка. Котя-котенька-коток. До сих отношусь к ней как к чуду. Выращивал сладкие перцы на балконе, поражался, как из крохотного зернышка на воде и свете вырастает метровое растение. А тут такое! Вот не было человека и появился! И из чего? Яйцеклетка и, скажем помягче, головастик! Поздний долгожданный любимый ребёнок. Модное сейчас слово «экзистенциальный» – экзистенциальное то, экзистенциальное сё. Так вот, для меня с рождением дочери никакой экзистенциальный кризис больше головушку не мучил. Когда выяснилось на УЗИ, что будет девочка, я обрадовался. Чтобы воспитать из мальчика мужчину, способного быть успешным в нашей реальности, у меня нет достаточной жёсткости. А вот девушку, способную выжить и не зависеть от мужчины, то есть самодостаточную, что в моем понимании означает счастливую, вполне возможно я смогу. Мне хотелось, чтобы Вика была похожа на Рэйчел из «Друзей»: не нуждалась бы в детстве, встретила бы хороших людей, была бы мягкой, но смогла постоять за себя, сама добилась бы успеха, не была ханжой. Пока не знаю, насколько сбудется мечта, но Вика уже красивая. Той самой мягкой природной красотой: светлые волосы, большие серые глаза, пока еще подростковый овал лица, но уже четкие очертания вздернутого носика и губ.
   Когда Лили вынесла малышку посмотреть в роддоме, та еще еле разлепляла глазки. Дома в первый месяц мы с женушкой поразились, какие кругленькие у дочери глаза. Как сова! Нет, как котик! И с тех пор я так и называл дочь. До 3 лет, пока Лили была в декрете, я как-то особо и не возился с Викой. Все был занят ремонтом и продажей наследной квартиры. А потом жена вышла на работу, стала на скользкий путь карьерной лестницы, приходить домой в 10-11 часов вечера. В детсад за тридевять земель, отвозил я, забирала Лилина мать, от нее забирал я. Все вечера мы проводили вместе, что меня очень даже устраивало. Я радовался, наблюдая как она росла, постоянно что-то делала: лепила, рисовала, смотрела мультики, да, да, это тоже дело – смотреть и понимать. Она часто простужалась, но никогда не плакала, когда болела. Конечно, мы тряслись над ней. У семи нянек дитя без глаза. Поговорка из серии, что написаны кровью. До «без глаза», слава Богу, не дошло, но трижды у меня чуть инфаркт не случился. Даже наверняка отметки на сердце остались. не хочу вспоминать… Вика пошла в школу, стала делать уроки, всегда сама, очень редко просила помочь. И ей ставили пятерки, иногда четвёрки. И двойки иногда, но их исправляла. Я всегда разговаривал с ней как со взрослым, но менее опытным, так скажем, человеком. И конечно с учетом, что можно знать, а что нельзя в ее возрасте.
   У Веллера есть выражение: Если не за что умирать, незачем и жить! В моем случае это про Вику. Понимаю, высокопарно, но как есть.

   Мы сидим на берегу моря, волны шевелят гальку под нашим ногами.
   – Почему вы с маменькой разошлись? – спросила Вика. – Ни ты, ни она ведь ни с кем не стали встречаться. Или вот эти твои гостьи приехали, чтобы ты выбрал жену себе?
   В голосе дочери чувствовалась обида, не знаю, за себя или за маменьку.
   – Ну что ты! У этих дам в своих городах своя жизнь. Я и не думал снова жениться – лучше, чем раньше не будет, а сожительствовать, чтобы было кому «скорую» вызвать – это не ко мне.
   С малых лет я знакомил Вику со своими жизненными установками. Считаю своим правом как родителя воспитывать дочь так, как считаю нужным. Мое отношение к российской действительности не всегда совпадает с требованиями школьных учебников, поэтому иногда я читал дочери лекции в авторском исполнении. И сейчас меня занесло в сферу семейных отношений.
   – Не знаю, почему она никого не нашла, хотя, может, ты не знаешь просто.
   – Да нет у неё никого
   – Ну ладно, нет так нет. – сказал я, хотя очень в этом сомневался.
   – Я один, потому что никого лучше не нашел. Маменька твоя в целом правильная женщина. Только слишком прагматичная. У нее в основе отношений принцип «ты мне – я тебе». Не самый плохой вариант, конечно, бывает еще «только мне». Но когда вот так, чуть ли не с письменным подтверждением гарантий… Рюмантизму нету, как в одном фильме говорили.
   Если бы Лили слышала наш разговор, сильно бы разозлилась. Она-то как раз считала, романтики не было во мне. В ее представлении, все лишние деньги я не должен был тратить на разную, в ее представлении, бессмыслицу, а она свою зарплату должна была беречь. Хорошо, что не слышит.
   – Знаешь, что тебе хочу посоветовать?
   – Что?
   – Не выходи замуж по расчету. Хотя бы первый раз. И за альфачами, как вы их называете, не гонись. Те парни, которые кажутся крутыми, так же круто и в отношении тебя поступят не задумываясь.
   – А мямля мне зачем?
   – В крайности не впадай, пожалуйста. Разберешься с возрастом. Главное, чтобы твой избранник тебя не обижал. И физически и морально. Физически тут даже не обсуждается – хоть Райан Гослинг – сразу уходи!
   – Когда морально, бывает, сильнее больно!
   Я напрягся:
   – Вика, ты откуда это знаешь?
   – Это я теоретически. – успокоила дочь. – Так вы почему развелись? Ты маменьку морально обижал?
   – Почему сразу я ее, может, она меня?
   – Ты же мужчина! – произнесла универсальное заклинание дочь.
   – Мужчина тоже человек, если хочешь знать! – я выставил блок. – И способов сделать ему нервы со стороны вашего брата и не сосчитать.
   Мы помолчали, рассматривая море.
   – Маменька, когда замуж выходила, видимо, прикинула – вот подходящий мужчина с квартирой при должности, здоровый. А вышло – должность потерял, руку изувечил, семью обеспечить не может. Тогда и любить не за что. Это ее выбор. Она испугалась снижения уровня жизни, как она сказала, работала не щадя себя и заболела от перенапряжения. Помнишь? А по мне: лучше кашки не доложь… Что у нас прежде всего?
   – Здоровье. – вздохнула Вика.
   – Конечно, здоровье! Мы работаем, чтобы жить, а не наоборот. Маменьке твоей никогда не нравились мои затеи: гидропоника, видеонаблюдение, переезд. Она работала на износ, чтобы на две недели выбраться из болота, а я хотел из болота уехать навсегда. В этом наша принципиальная разница. Но ей лучше там, чем со мной здесь. Она даже представить, наверно, не может, как это – сменить место жительства, где ее работа, где друзья, с которыми она в лучшем случае два раза в год встречается. Когда дни рождения празднуют. Ну, может, 1 или 2 января еще встретятся.
   Дочь молчала, перебирая мокрые камушки. Не знаю, слушала ли она, но я не мог не продолжить. Конечно, я не стал говорить о физическом влечении двух особей противоположного пола как основе отношений. А такое влечение я действительно считаю основой на том простом основании, что не станешь ты через пару лет обсуждать, скажем, Льва Мышкина, ну, или Гену Букина с человеком, от которого тебя воротит. И, конечно, не будешь обсуждать все это с подобием резиновой куклы без мозгов. Насчет резиновых кукол, кстати. Иногда думаю, вымрет человечество, когда куклы будут как в сериале «Мир Дикого Запада».
   – Вика живи всегда своей жизнью, – продолжал я. – Делай то, что тебе нравится. Но тут есть ньюанс – твои хотения не должны нарушать права других и отражаться на здоровье. И всегда соотноси риски. Ты хочешь жить хорошо, значит тебе нужна хорошая зарплата, но при этом надо думать о здоровье, а работа здоровья не прибавляет никогда. Понимаешь о чем я? Нужно заиметь такую работу, которая меньше всего отбирает здоровье и при этом интересная и денежная. Такая работа возможна только при определенном уровне знаний, например, врач. Чтобы стать врачом, надо учиться, понимаешь?
   Я еще многое хотел сказать. В основном про то, что надо учиться! И, конечно, про то, какая нервная у врача работа, грязная бывает, пациенты лезут со своими болячками, мол, давай быстрее лечи, а потом врача и винят в своих болячках, про то, как маменька хитро устроилась – вроде и врач, а в кишках не ковыряется, за лечение ответственности не несет. Вот так я был еще зол на нашу маменьку, что мог и напраслину понести. Но Вика меня прервала:
   – Сегодня ночью ко мне стучались твои подружки. Думали, ты в комнате.
   – Что, все трое?
   – Нет, плакса с коровьими глазами же знала, что ты в теплице ночуешь. Сначала блондинка, я еще не спала. Она из этих троих мне больше всех нравится, милашка такая. На эту похожа, американскую певицу старинную. Я сказала, что ты уехал в город.
   – Машины же во дворе.
   – Ну, не знаю, сказала и сказала. Она улыбнулась и ушла. Через полчаса темненькая постучала, извинилась, говорит, хотела с тобой насчет поездки в город договориться.
   Интересно, думаю, вот почему их смех слышал во сне.
   – Вообще-то, все твои тянки имбовые – подтянутые такие.
   У меня в голове промелькнуло: «А и правда, толстых я никогда не обнимал».
   Вика помолчала и выдала:
   – Маменька звонила, соскучилась, отвези меня к ней.
   Уже в сумерках мы вернулись в дом. Вика ушла собирать рюкзачок. Я уже сидел в Доджике, когда подошла Онегина. Я вышел из машины.
   – Екатерина твоя уехала. – объявила Таня.
   – Когда, куда? – забеспокоился я.
   – Да только что. За ней парень приехал на машине. Нерусский – татарин, скорее всего.
   Ильдар, понял я.
   – Покричали друг на друга, она за сумкой сбегала, и уехали.
   Экие страсти-мордасти. Зато в теплице ночевать не придется. Если еще кто не пожалует.
   – Ты что смеешься? – тоже улыбнулась Таня.
   – Да так.
   – Кобыла с возу?
   – Вику к матери сейчас отвезу. – Меняю тему. – Скоро приеду. Звоните если что.
   – Еще кого-то ждешь? – Таня уже не в силах сдержать смех.
   – Тьфу-тьфу-тьфу.
   Выскочила Вика с рюкзачком, мы погрузились и поехали в Анапу. Передал дочь из рук в руки. Лили – ни здрасте, ни до свидания.
   Поздним вечером в курортном городе чудесно: прогуливаются женщины в летних платьях, дороги свободны. Я припарковал у супермаркета, пошел за продуктами. Прилетает смс: «Вадим, извини, я уехала домой. Все хорошо». Порадовался за Катю, сунул телефон в карман джинс, только стал выбирать сыр – звонок. Катя, подумал я, и ошибся.
   – Вадик, привет, это Ольга Трошина!
   Вот тебе и тьфу-тьфу-тьфу. Кстати, я и не удивился почти. А как Танька-то смеяться будет, промелькнуло в голове.
   – Привет! -отвечаю. – Ты где?
   – Я в Геленджике отдыхаю, давай завтра в гости заеду, повидаемся.
   – Конечно, приезжай! Адрес прислать?
   – У меня есть – ты же писал.
   Вот это водевиль!
   Приехал домой к полуночи. Татьяны не могли не услышать мое прибытие, но видимо уже спали – не встретил их ни во дворе, ни в гостиной. Зашел к себе в комнату, разделся, лег спать. Лежу во тьме с открытыми глазами и думаю…

   Ольга
   Когда вспоминаю Ольгу, сразу в голове поет Кузьмин «Симона – девушка моей мечты!» сколько мы знакомы – три с половиной десятка лет!
   Ты пришла в 8 «Б» класс 1 сентября. И стала самой красивой девушкой в классе. И в «Б» и в «А» классах! В нашем и до нее были девочки, которые и мне нравились и другим мальчишкам. Но они оказались просто симпатичными на твоем фоне. Ты такая носатенькая, глазастенькая, такие четкие черты лица. И фигура уже не девчачья, а прямо модельная: грудь, узкая талия, попа, ножки. И при этом невысокая: все мальчишки могут ухаживать. Конечно, все влюбились. А ты и не выпендривалась, всем улыбалась, даже мне. А я тогда был очень стеснительный. И вот когда улыбалась, у меня в голове всякие мечты, клип Кузьмина про прибалтийскую девчонку.
   Ходили слухи, тебя «завалил» Куделин Андрюха, один из двойняшек, тот который понаглее был. Андрей сам рассказывал, как ты пришла к нему домой, он стал тебя «мацать» (тьфу, слово-то какое мерзкое) и целовать, повалил на диван… Я не хотел этому верить. Просто не стал слушать. Не может такого быть – мы же только восьмиклассники. Да и как ты могла сама к нему придти!
   Потом классы объединили, пришла еще одна красавица – Лена Киселева, но ее красота какая-то хищная, и сама она уж больно выпендрежная. И еще одна пришла считающая себя красивой корова – Конюхова Оксана – мощная грудастая, пальцы веером! А еще в «А» классе была Маринка Янакиева – красивая, но с неблаговидной репутацией барышня. И вы организовали звездный кружок. И уже сами выбирали себе парней. Потом выпуск. Ты родила в 18 лет от парня на год старше.
   Мы видели тебя в окнах джипов. Помню твое лицо…
   Середина 90-х, поздняя осень. Мы с Диманом сидим в моей «семерке» на улице «Победы» напротив ряда коммерческих киосков. Диман пьет пиво, я Кока-Колу, хотя точно не могу сказать, был ли это безалкогольный напиток. Каюсь, в то время я злоупотреблял служебным положением – пил спиртные напитки за рулем, имея в кармане «индульгенцию» красного цвета. При этом правил ПДД я не нарушал, кроме того памятного случая с превышением скорости 18 мая, общался всегда уважительно, поэтому служители культа полосатых палок если и останавливали, когда я был в нетрезвом состоянии, отпускали с миром. Да, в те времена мент гаишнику еще был кент. Так вот, сидим в машине, пьем, разговариваем, в зеркало смотрю – сзади навис «Крузак». Тот старый еще, бандитский. С пассажирского сиденья вышел мужик в кожаной куртке. Мужик прошелся по киоскам, купил все что надо для веселого вечера, сел обратно в джип. «Крузак» выруливает, набирая скорость, проезжает мимо, а в заднем окне твое растерянное лицо. Даже не стал думать, куда и с кем ты поехала.
   Ты пришла ко мне нежданно-негаданно от слова совсем. У меня тогда жила Надька – молодая, тупенькая, к сексу относящаяся как к спорту девица. Ей только-только восемнадцать стукнуло. Звонок в дверь, открываю – ты! Я был сильно удивлен, подумал, что случилось? Ничего не случилось, ты пришла в гости. Много позже, я узнал, в то время ты уже развелась, дома – мать, с которой жить плохо, но можно оставить сына и где-нибудь погулять. И вот ты на пороге, ситуация прямо огонь! Ты говоришь, не против и втроем посидеть, но моя Надька разозлилась, как дура и собственница, какой она и была, впрочем, мне стало стыдно, ты ушла. Как я от Надьки отбивался спустя пару лет, это отдельная история, даже вспоминать не хочу.
   Потом долгий перерыв, я только от приятелей-однокласников слышал о тебе после очередной встречи выпускников. Сам-то я не ходил никогда. А вот однажды в середин нулевых пришел. Ученые проводили исследования, уж не знаю каким образом, и выяснили, чем чаще женщина занимается сексом, тем моложе выглядит. Скорее всего, это соответствует действительности. Ты уже не девочка, но фигура девичья, грудь, попа – как будто кто из одноклассниц свою дочь на встречу привел. Голос и смех заставляют вспомнить мем с двумя привязанными матросами и Сиреной. У кого продолжим? «У Вадика, он один живет». Тогда я с первой женой развелся. Приехали, вмазали вискарика. Я-то знал, что близко от тебя живу, а ты только сейчас узнала, что живешь в 10 минутах ходьбы. Пьяненькая никуда не пошла, мы проводили гостей как семейная пара, я разобрал диван, мы легли. Я пробовал целоваться, но ты мягко отстранялась. Зато всего другого позволяла через край… После мы ведь так и не целовались ни разу. До того, как я стал встречаться с Лили, такие ночевки несколько раз повторялись. Я заметил, ты попиваешь с удовольствием. И в постель трезвая не ложишься. При чем не только со мной. Ты придерживалась немудреного правила: «Лучше дружить и трахаться, чем любить и плакаться». Твой оптимизм я всегда уважал. Однажды ты предложила жить вместе. Мы были пьяны, но не настолько. Я спросил, как ты себе это представляешь? В моей голове вопрос стоял более детально: какой мы будем парой, когда тебе уже рожать сложно, а у меня еще детей нет, и ты переспала почти со всеми моими приятелями? Ты замотала головой и попросила забыть.
   После этого уже ко мне не приходила и сама не звонила. Стала приходить к Диману. Точнее, стала чаще приходить к Диману. Горемыка-Стрекоза.
   Хотя совсем не горемыка – каждый год за границу, непонятно на какие доходы, куча приятелей, куча фотографий в обнимку с молодыми турками, сын – писатель почти, самостоятельный.
   Предпоследний раз мы виделись года за два до моего развода с Лили. Тогда уже с женой отношения начали подмерзать. Встретились случайно на мини-рынке, я предложил выпить в машине у моего дома. Выпили две бутылки красного вина, рядом растущие кусты помогли продлить время посиделок. Я выдал, как любил тебя в школьные годы, повспоминал постельные отношения, льстил, как ты отлично сохранилась, что было лишь наполовину правдой. Фигура и почти все остальное оставалось девичьим, а возраст налицо в прямом смысле – лицо уже давно не юной леди. Говорили об общих знакомых, конечно. Об одноклассниках. О Димане. И не сойти мне с этого места, на сто процентов уверен, что в разговоре ты почти прямо намекнула о возможности, даже более того, желании секса втроем: я, ты и Диман. Но к такому я, пожалуй, не готов. Вот если бы подругу свою, из тех, кто помоложе.
   Последняя наша встреча состоялась, когда я уже жил один. Созвонились, встретились, прошлись, посидели на лавочке, и черт меня дернул заговорить о политике! Оказалось, в некоторых моментах мы придерживаемся противоположных точек зрения. Тогда ты еще заметила, как я возомнил о себе. Вот так всегда: не принимаешь общепринятое мнение, значит, «возомнил». Я попрощался и ушел. Не задалась последняя встреча, но с тех пор много воды утекло…

   Ольга приехала во второй половине дня. Сколько я ее не видел, три или четыре года. То ли она нашла хорошего косметолога, то ли сделала косметическую операцию, то ли пить бросила. Но выглядела она намного лучше, чем я ее запомнил со времени последней встречи. Прямо Моника Беллучи с некоторой натяжкой. Познакомил с Татьянами. На лицо Оля, конечно, выглядит постарше, но фигура все та же, так что со спины все дамы выглядят лет на 35.
   Решил, что в данном случае сухим вином вечером не обойдемся, съездил купил вискарь. Дамы организовали стол. Долго думали, какой будем праздновать праздник.
   И тут Ольга выдала:
   – Девочки, я так понимаю, мы все очень близкие друзья нашего Вадика! Давайте прекратим стесняться! Мы все с ним спали!
   – И напьемся!
   – А может, – Ольга достает косячок…
   Минут через 30, может 40, а может через час мои покрасневшие глаза наблюдали, как Онегина целует Куракину. Мы с Ольгой сидели напротив. Ольга придвинулась плотнее, приобняла меня. Моя голова поворачивается к однокласснице.
   – Мы к ним потом присоединимся. Я уже договорилась.
   И Ольга целует меня. Впервые в жизни!
   Это была волшебная ночь. Но я вам о ней не расскажу. Еще неделю мы жили веселой счастливой семьей. Или можно сказать так: я блаженствовал в гареме. А потом дамы разъехались. И мы договорились, что теперь они будут приезжать в разное время.