Недремлющая империя. Ч1. Серебро и кости. Гл. 1

Глава 1. Бессонница

     Городок Ньюфорд, прославленный окружающими его полями и пастбищами, насчитывал тысячу шестьсот пятьдесят семь домашних хозяйств, церковь, тюрьму и несколько кабаков, пиво в которых было довольно сносным. Протекающий по его земле ручей с ледяной водой именовался Лейна и обыкновенно служил для купания в жаркие дни. Обширные леса, отгораживавшие Ньюфорд от близлежащих деревень, были полны жизни, и в них не умолкал гомон птиц, а после заката жителей окраины порой будоражили далекие отголоски ночной жизни, и люди невзначай проверяли, крепки ли ставни и запоры на дверях их домов. По краю лесной полосы шел широкий тракт, и несколько дорог вилось под сенью древесных крон, но с приближением вечерних часов суеверные жители спешили избежать лесной территории, будто слышали в голосе листвы вкрадчивые искушения самого дьявола. 
            
Но не все жители округи поддавались суеверному страху. Солнце уже почти отошло ко сну, и осенний лес погрузился в долгожданные сумерки, когда пыль на одной из его троп взвилась под конскими копытами. Прекрасная всадница, пренебрегавшая, однако, удобством дамского седла, летела по утоптанной земле в направлении отдаленных поместий. Ее темные вьющиеся волосы, связанные на затылке в тугой узел, открывали изящную бледную шею, а искрящиеся задором темные глаза девушки зорко выхватывали любое движение по обеим сторонам дороги.
Вдруг скакун, прежде спокойный, прянул в сторону, взметнулся на дыбы – казалось, наезднице с трудом удалось справиться с ним – и, чудом не сбросив седока, нервно перебирая копытами и фыркая, глядел на широкоплечую фигуру человека, показавшуюся впереди на их пути. Нахмурившись, наездница напряглась, и под ее уверенной рукой конь обошел незнакомца. Из-под темных волос на них сверкнули недобрые глаза, но девушка, резанув человека надменным взглядом, пришпорила лошадь и, только отъехав на значительное расстояние, убрала руку с ножа на поясе. Высокий крепкий мужчина, глядя им вслед, не шелохнулся до тех пор, пока не улеглась вспугнутая на лесной дороге пыль…    

Эта ночь поздней осени почти ничем не отличалась от других часов тьмы под ясным лунным небом, если бы не одно происшествие. Спешащая группа всадников, не меньше восьми человек, разбудив ночной лес, торопливо пересекла границу территории одного из больших поместий и, пролетев по главной дороге к самым воротам, замешкалась. Стража не сразу впустила их: лишь имя главы дома, громко произнесенное в отчаянии, распахнуло ворота. Внушительная каменная стена отделяла величественное здание поместья от остального мира, и всадники почувствовали себя в безопасности, едва тяжелые ворота сомкнулись за их спинами. На их счастье, в доме то там, то здесь блуждали огни. Всадники спешились, бросив поводья – отчего-то слуги не спешили подходить к лошадям – и один из них настойчиво стукнул в тяжелую дверь. Она оказалась не заперта, и толпа мужчин и женщин почти ввалилась в просторный холл.

Сумрак поместья разгоняло пламя нескольких свечей в тяжелых канделябрах возле главной лестницы. Лица хозяев и хозяек дома недовольно взирали на незваных гостей из тяжелых рам. Выбежавшая на грохот служанка тут же юркнула обратно, чтобы предупредить господ. Она привыкла не задавать вопросов, но все же ей показалось странным, что на внезапных гостях не было дорожных плащей. Дворецкий, как и прочие слуги, так и не появился. Группа вошедших, переводя дух, оглядывалась на окна, напряженно прислушиваясь к ворчанию лошадей снаружи. Наконец, снова появившаяся девушка уже менее пугливо предложила проследовать за ней в гостиную для встречи с главой семейства. Четверо мужчин и четыре женщины прошли в сумрачную комнату, обставленную массивной мебелью. Тяжелые шторы отделяли наружную ночь от вечера внутри поместья. Встревоженная этим визитом, служанка торопливо зажигала свечи, желая поскорее уйти, но почтительно склонила голову перед хозяином и хозяйкой, прежде чем юркнуть в коридор. Останься она, то увидела бы, что все гости как один замерли, завидев Кита и Летейю Мак-Лейн.
Сумрачный хозяин поместья обвел собравшихся надменным острым взглядом; один из гостей вышел вперед и отвесил низкий поклон – его примеру последовали и другие прибывшие, – принеся глубочайшие извинения за непрошеный визит. Голос хозяина зазвучал холодно:

– Что же стоит за этим, Кристиан? Если не ошибаюсь, здесь почти все семейство Рот? Оливер, Вильям, Ланг, Кэтлин, Розалия, Роуз и Розмари…
– Увы, четверых мы сегодня потеряли, – горько сообщил Дориан, возглавлявший упомянутое семейство. – Остальные – перед вами и смиренно вверяют себя в ваши руки. Мы в отчаянии, наше сообщество и без того немногочисленно.
– Что же произошло?
Из-за спины хозяина дома выплыла его жена, прекрасная Летейя, чья свадьба с одним из рода Лейнов стала залогом объединения с родом МакНоэллов. Эти два самых крупных рода издревле жили по соседству; более мелкие семейства, такие, как Рот и Стейн, занимали более скромные отдаленные территории. Лицо хозяйки дома было словно выточено из камня, но его острые черты являли гармонию, а ее пронзительному взгляду будто бы открывались чужие помыслы. Мужчины с почтением поцеловали протянутую им руку, женщины поклонились, и Летейя жестом, не допускающим неповиновения, пригласила гостей сесть.

– Они напали внезапно, мы едва успели спастись, – вновь заговорил Дориан. – От имени всего семейства Рот умоляю вас о помощи и защите.
И он снова склонился в знак уважения.
— Вот как? Значит, дикие звери решили, что им позволено все?

Через боковую дверь в гостиную вплыла молодая девушка с цепким взглядом, одетая в бордовое платье, ее темные волосы были рассыпаны по плечам. Пламя свечей выхватило несколько драгоценных искр в ее прическе, точно капли росы на утренней траве. Старшая дочь хозяев дома проследовала мимо собравшихся и с видом превосходства остановилась перед Кристианом, который поспешил коснуться и ее руки. Один из членов семейства Рот, светловолосый юноша, не сводил с вошедшей взгляда и задержал ее холодные пальцы у своих губ дольше, чем следовало. 
 
 — Значит, следует преподать им урок, верно, отец? – продолжила девушка, метнув на Кита смелый взгляд, зажегшийся недобрым огнем. – Говорят, грядет холодная зима, нам необходимо запастись коврами из звериных шкур…
— Умерь свой нрав, Сильвер. Мы не принимаем скоропалительных решений. Сядь, Дориан. Уверяю, на нашей земле вы в безопасности, но пока лучше их не покидать. Наши стены высоки и не думаю, что у лесного народа хватит решимости напасть сейчас. Если, конечно, они не хотят войны.
— Это привело бы к большим потерям с их стороны, – вполголоса заметила Сильвер с усмешкой, исчезая в дверях. 

С ней на пороге едва не столкнулась вторая девушка с водопадом светлых волос, с приветливой улыбкой и взглядом холодным, точно ручей Лейна. Она вежливо поздоровалась с гостями, и снова дамы поднялись, застыв в поклоне, и снова все мужчины поспешили запечатлеть легковесный поцелуй на ее ледяных пальцах. Младшая дочь здешнего семейства, Рагнелле, была опечалена утратой, постигшей Рот, и выразила это самыми подходящими словами. Вскоре с большим серебряным подносом показалась Сильвер и с почтением начала обносить гостей хрустальными бокалами с темной красноватой жидкостью. Кит с укором взглянул на дочь, осведомляясь, почему Мэри не помогает ей.

– Мэри попросила выходной, чтобы навестить семью, – не колеблясь, отвечала Сильвер, оставляя поднос и беря собственный бокал. – Боюсь, путь неблизкий.
— Это была последняя служанка? – со вздохом также тихо спросил Кит.
– Осталась еще стража, но они пока нам необходимы, – спокойно отозвалась Сильвер, облизывая губы. – Однако разве сегодня не достойный повод?    
– Их было втрое больше! – хмуро бросил Оливер. – Силы были неравны, иначе ни клочка бы от них не осталось!
Лицо Летейи стало еще более бледным, и они с мужем обменялись короткими взглядами. 
– Втрое? – суровое лицо главы омрачилось еще больше. – Они настолько хорошо подготовились?
– Нужно проведать семейство Стейн. Если нас взялись уничтожать, то это прямой повод к войне! – горячо произнес светловолосый юноша.
Кристиан поджал губы, взвешивая его слова.
– Ланг прав, но сейчас такая вылазка будет опасна! Что если они ожидают этого? Мы не можем так рисковать!
Остальные Рот переглядывались, молча сжимая свои бокалы. Рагнелле, застывшая за спинкой кресла отца, подала голос:
– Вы знаете, кого можно отправить на разведку. Уверена, она не откажется, верно, сестра? 
– Перестань ее раззадоривать! Она не поедет! – резко оборвала ее Летейя. – Все уже готово к торжеству!
– Меня не пугает возможность встречи с дикарями! – перебила ее Сильвер, и в ее глазах зажглась ярость. – Звери настолько осмелели, что появляются у границ нашей территории. На днях наткнулась на одного, испугал мою лошадь. Нужно что-то делать, отец, мы не можем жить на вулкане! Соберем армию, сожжем волчьи поселения! Уверена, многие меня поддержат!
– И чем это закончится? Бесконечными убийствами, пока не падет последний из нас?
– Или из них! – в гневе вскочила рыжая Роуз, потерявшая возлюбленного этой роковой ночью. Ее сестры, с огненными волосами и очами, горящими жаждой мести, как одна вызвались ехать до поместья семейства Стейн и дать врагу бой, если потребуется. Остальные члены семейства Рот напряженно ждали ответа главы. Взгляд Кристиана перебегал с одного лица на другое, внешне спокойная Кэтлин Рот застыла в тревожном ожидании, сжимая локоть светловолосого юноши, Оливер и Вильям высказались в поддержку рыжей Роуз. 
– Такие решения быстро не принимаются, – настойчиво вторила мужу Летейя. – Мы не должны позволять себе мгновенно реагировать насилием на насилие.
Скривив губы, Сильвер молча вернула опустошенный бокал на серебряный поднос.
– Тогда я вас оставляю предаваться миротворческим мечтам. К тому же, плоть быстро портится на воздухе…
Когда Ланг Рот внезапно решился предложить свою помощь, Сильвер бросила на него быстрый взгляд и, усмехнувшись, величественно удалилась:
– Благодарю, но мне не в первый раз.
Кристиан неодобрительно покосился на него и снова обратился к главе:
– Я понимаю вашу позицию. Насколько мне известно, скоро в вашей семье большое событие, поэтому полагаю, что стычки с недругом сейчас – совершенно лишнее…
Остальные Рот хмуро взглянули на него, рыжие сестры, нахохлившись, недовольно поджали губы, лицо светловолосого юноши омрачилось.
– Верно, – медленно ответил Кит Мак-Лейн. – Через месяц состоится свадьба Сильвер и моего племянника Дзина. Не будем торопить события.

  Едва Сильвер, покинув мятущееся собрание, миновала половину коридора, как мрак, охватывавший лестницу, всколыхнулся и обратился к ней:
– Что там происходит?
– Дикари решили, что семейство Рот слишком многочисленно, – коротко ответила та, не сбавляя шаг. Тень, отделившаяся от ступеней, последовала за ней.
– Само собой, уважаемый дядюшка изъявил горячее желание помочь…
– Таков мой отец, – Сильвер быстрыми шагами вошла в кухню. – Несмотря на то, что продолжает придерживаться линии ненападения. Это очень раздражает!
— Значит, на несколько приглашенных на нашу свадьбу меньше, – прошелестел мрак, оставляя легкое дыхание на темных волосах девушки.

Нахмурившись, та повязала поверх платья огромный тяжелый фартук, украшенный вышитым гербом Лейнов, и выбрала подходящий нож. 
– Меня больше печалит, что проклятые звери останутся безнаказанными!
Фигура, выступившая за ней из мрака коридора, обнесла огнем свечи в массивном канделябре, и в помещении поднялись потусторонние тени, дополняя и без того ужасную картину. Высокий статный человек, теперь стоящий за спиной Сильвер, окинул взглядом обстановку и плотоядно ухмыльнулся. С самого начала их разговора на его губах блуждала улыбка превосходства, а в глазах играла насмешка, когда он воображал, какие горячие споры ведутся сейчас несколькими этажами выше. 
– Так, может быть, уважаемый дядя не откажет любимой дочери в свадебном подарке? На стенах нашего поместья, дорогая кузина, предостаточно места для охотничьих трофеев…
– Будто вы не знаете отца, кузен. Его планам по переустройству мира нет конца. Но если объединение наших родов было встречено с одобрением, то нынешнее положение дел устроит далеко не всех… Не исключаю, что и мелкие семейства скоро вольются в славные роды Лейнов и МакНоэллов.
— Это было бы опрометчиво, – отозвался Дзин, приближая губы к уху Сильвер, уже развернувшей на кухонном столе привычное кровавое действо.  – Какой нам прок от малых фамилий? Разве что перекладывать на них всю грязную работу. Вроде этой.
И он провел пальцем по потемневшему лезвию ножа, а затем обхватил ладонью руку Сильвер, сжимавшую рукоять.
– Они хотят отправить кого-нибудь к Стейнам… Вдруг их еще не всех перебили.
Дзин Лейн брезгливо фыркнул.
– Стейны портят нашу репутацию. Чего стоят их вылазки в соседние деревни! А, может, они и зверям кровь попортили? Если так, то понесут заслуженное наказание.
– Завершите начатое, кузен, – вдруг сказала Сильвер, ловко вкладывая нож в его руку. – Мне нужно кое-что уточнить у собравшихся. И не забудьте о фартуке: сводить пятна пока будет некому.

Рагнелле, изнывавшей от накрывшей гостиную неопределенности, не терпелось сесть за письма, чтобы самым убедительным образом оповестить родителей последней служанки о ее переводе на хорошее место в соседнем графстве (внушительная сумма вознаграждения должна была стать весомым доказательством); кроме того, следовало обеспокоиться набором нового штата служащих. С этой ночи семейству Рот было предложено разместиться в огромном поместье Лейнов, которое словно росло с каждым годом, а его комнаты и лестницы множились, постоянно перестраиваясь и дополняясь. Успокоенное семейство, получив извинения за временное отсутствие прислуги, собиралось отправиться самостоятельно позаботиться о лошадях. Кроме просторных конюшен, в их распоряжении теперь была бесконечная библиотека, внушительная оружейная – вместилище холодной и огнестрельной смерти – и огромная площадь внутреннего двора под надежной защитой высоких стен, которая обычно использовалась для ночных прогулок и оттачивания боевых навыков. За стенами простирались огромные земли, принадлежавшие Лейнам: спокойные рощи, тихие пруды и богатые пастбища, но лесной народ, обычно уважающий чужие границы, до сих пор не проявлял дерзости и не заступал на чужую землю. В самой дальней части огороженной территории полог вековых деревьев скрывал сумрачное здание фамильного склепа Лейнов. Здесь тяжелые плиты берегли молчание славных представителей рода, павших в стычках с лесным народом. Фамильный склеп был велик, и блуждающая по его углам пустующая тьма хорошо держалась в памяти тех Лейнов, что еще бродили в лунном свете мимо его строгих дверей.      

Именно поэтому никто из более чем пятидесяти членов рода Лейн, собравшихся со всех уголков поместья в гостиной для обсуждения возникшей проблемы, не спешил вызываться в неблизкий путь до поместья Стейнов. Яростные предложения, исходившие от семейства Рот, их глава Кристиан резко отверг, не желая дальнейшего сокращения численности своей фамилии, и теперь члены семейства пребывали не в самом лучшем расположении духа, а мрачное лицо Ланга говорило о том, что его недавний разговор с хозяйкой дома тоже был далеко не самым приятным. Летейя вежливо, но сурово напомнила, что для ее старшей дочери уже все решено, и, несмотря на уважение, которым пользуется семейство Рот, их союз был бы невозможен в любом случае. Заметив, что госпожа Мак-Лейн отошла, Кристиан мгновенно занял ее место:

– Я был бы тебе признателен, если бы ты держал при себе свое неуместное влечение. Не забывай, что мы тоже приглашены на их семейное торжество, и ты будешь там присутствовать, если не желаешь нанести оскорбление высшему роду.
– Мне только что напомнили об этом, благодарю, – холодно отозвался Ланг, напряженно о чем-то размышляя и внимательно глядя в сторону главы Мак-Лейна. К сожалению, тот был занят разговором: воспользовавшись поднявшимся в комнате гулом, мрачные Кит и Летейя тихо переговаривались, умело скрывая возрастающее недовольство.

      Даже Дзин Лейн, завершив начатое и приведя себя в порядок, наконец, соизволил присоединиться к собранию и теперь, прислонившись к стене у двери, лениво наблюдал за всеми, наслаждаясь витающей в воздухе тревогой. Заметив его, Рагнелле отвлеклась от привычных дум и подошла осведомиться о сестре; спустя мгновение она быстрым шагом вышла из комнаты, а когда вернулась через несколько минут, на ней не было лица, и ее неожиданно звонкий голос рассек клубок чужих голосов:
– Конь Сильвер исчез. Стража выпустила ее из главных ворот. Похоже, она, наконец, сделала то, на что никто не отважился!
Гостиную накрыла тревожная тишина, собравшиеся напряженно переглядывались.
– Своенравная девчонка! – тихо прошипела Летейя, и в ее острых чертах появилось что-то отталкивающее.

Несколько мгновений спустя, вооруженные всадники вылетели из главных ворот, держа путь к западным территориям, до этой ночи принадлежавшим семейству Стейн. Рагнелле, наконец, покинув шумную толпу и поднявшись на каменную стену, огораживавшую внутреннюю территорию поместья, с тревогой всматривалась им вслед. Серебристое одеяние Летейи в последний раз мелькнуло во тьме среди деревьев, и Рагнелле с тяжелым вздохом возвела глаза к небу: там, в прогалинах, холодно мерцали их еженощные спутницы. На стене призраком возникла темноволосая Кэтлин и тихо призналась, что Ланг намеревался, нарушив все запреты, отправиться к Стейнам в одиночку, но госпожу Сильвер опередить не успел. «Не к добру», подумалось каждой, но вслух никто этого не произнес.