Негр глава 27

Места здесь были паскудные, гибельные, топкие. С ловчими ямами,с кольями на дне, острием вверх. С петлями под потолком, с киллерами, с душителями, с отравителями. Чисто пропетлять никому не удавалось.

А если кто и думал, что пропетлял, и вот она, желанная награда, _как тут же ему или пуля в башку, или полет из окна с двадцатого этажа, для надежности исхода и отрубания всех хвостов и ниточек.

Умудрились даже высокопоставленного в своих кругах ,неприкосновенного еврея грохнуть на улице в Днепропетровске, средь бела дня. И ничего. И тишина. Как будто так и надо было.

В администрации президента Януковича только поулыбались:а мы -то при чем? Пусть сами евреи разбираются. И вся Украина так же. Сионисты и антисемиты разве когда-то договорятся? Ни в жизнь!

Так и будут до гроба ненавидеть друг друга и мечтать о мести.
С той лишь разницей, что у тех триллионы, а у этих носки дырявые. И кто в итоге выиграет и попляшет на костях врага?

Кристиан понимал это слишком хорошо, чтобы обольщаться справедливостью. Справедливость стала делом одиночек. Людей маргинальных. Мечтателей, эдаких доморощенных философов.

Вот бы такого встретить и тут. И поговорить по душам. Может быть, что-то такой и знает сокровенное, шаманское о современном положении дел? Может быть. И один такой нашелся. Редкий тип. Выживавший одной своей философией. Без руля и без ветрил.

Сидел он в пионерском, некогда бывшем, парке  на газете из прошлого года, по виду даже свежей, совершенно не читанной.Одет он был в джинсы потёртые, с дырками на коленях, в зеленую защитную куртку, на ногах потрепанные военные высокие ботинки, берцы,На голове шерстяная шапочка -гондончик с гульфиком.

Он смотрел в даль, видимую лишь ему одному. И шевелил губами, будто считал. Вид его не располагал к общению. Не ухоженная борода с проседью прятала рот, густые брови нависали над щелями глаз. Зрачки были темные, глубокие колодцы, И там на глубине что-то поблескивало, плескалось, какая-то своя жизнь.

Думал уже раз к нему подкатить Холмс,с бутылкой водки, да в самый момент позвонил Джон Фриман, с поздравлениями по поводу удачного исхода дела совокупления с важными дамами скопом .

_Тебе и степень присвоили, знаешь какую? А отгадай!... Масонскую. Третью ,третий градус, степень.Прошел второе испытание. Первое помнишь? А?... Херсон, правильно! Там и было первое. Сейчас прошел второе. Инициация состоялась.Тебе и выплаты подняли, получишь вскоре.Так что ,не зря работаешь, параллельный, так сказать, у тебя рост начался. Градусы пошли и дело наше заодно. Одно без другого не канает!

_И долго мне еще ждать чемоданчик разведчика? Когда основная операция?

_Все в свое время, не торопись, аналитики работают. Они мастаки, не лажают, можешь быть уверен, у них все козыри в колоде и даже лишка есть.Слышал, там тебе молодушку обещали? Смотри, не завались. Эти мокрощелки такие прыткие!Подставят на раз! А эта директриса на рашку работает, чтобы знал. Можешь ей втюхивать всякую дезу при каждом удобном случае, она все докладывает, даже какой у тебя ***, и то доложила! ****ь есть *****!

Разговаривали они по закрытому для постороннего уха спутниковому каналу. ЦРУ, понятное дело, слушало и сохраняло.Любая информация содержит в себе дополнительную информацию, кроме своего прямого смысла, даже построение фразы может содержать неизвестные коды и смыслы.Обработка шла напряженная и плодотворная.

Надо признать, что Кристиан Холмс не обольщался ни масонским присвоенные ему градусом, ни повышением выплат. Это было как само собой разумеющимся и где-то
на подкорке он понимал, что так и будет, что так и должно быть всегда в его случае.Что его заметили и отличили от толпы. Он сомневался, есть ли масонские ложи с неграми, обычно там одни белые, в ложах. Но может быть, что уже и есть, и негров берут, пускают. Или это даже свои уже, чисто негритянские ложи, где одни негры, и ими созданы для цветных, и тогда понятно, почему Фриман в курсе.

А Фриман Джон был в курсе, ох как он был в курсе! У самого был двадцать первый градус с отличными видами на пенсию. Он мог уже не беспокоиться о будущем. Оно поедставлялось надежным как факел в руке статуи Свободы. Каждый день Фриман интересовался жизнью Кристиана Холмса на подопечной территории. В Жидкое и в окрестностях. Каждый день мониторил оперативную ситуевину. И получал кайф от узнанного.

Холмса Кристиана между собой они стали назыаать Волшебник. Так появилось кодовое имя.Почему Волшебник? Точно не знает никто. Так, вырвалось в общей беседе это слово и прилипло намертво. Наверное, каким-то волшебством Кристиан Холмс все таки владел.Необъяснимым и призрачным.Но и таким реальным одновременно.

 
В этот день философ пребывал на своей привычной скамейке и что-то пережевывал. Рядом пустой болотного цвета бумажный промасленый пакет. У философа крошки на одежде.Очки, придававшие ему тревожный и даже где-то испуганный вид.Борода смотрелась независимо.Он словно пережевывал само время. Скулы, желваки шевелились, видимые даже сквозь редкие волосы.Сам он был мыслями далеко отсюда.Не хватало рядом таблички "Не трогать. Не мешать."
...
23.09.2025 г.