Просперо. Фантазия на тему

                «Просперо». Фантазия на тему.
(В процессе работы, текст будет выкладываться по мере написания)


Действующие лица:
Просперо – герцог Миланский,
Антонио –  его брат,
Просперо ребёнком,
Антонио ребёнком,
Маддалена – жена Просперо, сестра Неаполитанского короля,
Эльза – дочь Просперо,
Алонзо – король Неаполитанский,
Себастьян, брат Алонзо,
Фердинанд – сын Алонзо,
Гонзаго – советник Неаполитанского короля,
Калибан – дикарь, шут при Просперо,
Ариэль – дух ветра,
Капитан корабля,
Боцман,
матросы, придворные и слуги на корабле.
толпа вдоль дороги,
дикари,
Мастер – по сути это голос автора.

                * * *
Эпиграф и пролог подряд, перекрывая все прочие звуки
Мастер:
"Мы созданы из вещества того же,
Что наши сны."
              (Шекспир «Буря», пер. М.Донского)

Начнём со списка действующих лиц:
Мы каждую из этих
фигур  перфоменса,
мы каждую из этих
игральных карт
небрежно, наугад
достанем из колоды
и швырнём на стол.
«Дуй ветер, дуй
пока не лопнут щёки!»
Игра пошла!

                * * *

     Всё спеленала тьма. Возник словно ниоткуда и разросся тяжёлый гул.
Вспышки молний разорвали небо, освещая вздыбившиеся громады волн.
И  вся органная мощь, грозная и ликующая обрушилась на оказавшиеся под её ударом жалкие скорлупки.
Стихия беспощадная, всесокрушающая вершит свой суд  и приходит как прозрение понимание неминуемости погибели. Среди запредельной красоты, среди ужаса и хаоса парит Ариэль. Под ногами кренится оказавшаяся такой ненадёжной палуба и корабль, захлёстываемый громадами волн, словно ничтожая щепка, втягивается в воронку Хаоса.

Ощущения счастья и ужаса слились воедино.
Кто это на огромных распахнутых крыльях пронзает тьму и всполохи небесного огня? К кому обращён властный голос: – Ариэль! Ариэль! Ариэль!?

     Луч выхватывает высокую фигуру в белом плаще. – Просперо. Воздев руки он взывает к стихии, повторяя слова пролога:

     Просперо:
– Дуй ветер, дуй
пока не лопнут щёки!
Игра пошла!

Мастер:
Вступил хоралл безумный, злобный, дикий:
Вой гарпий, пляска фурий – стон и визг,
Врезающийся в уши,
Рвущий души
Тоской и ужасом.
Фальцеты и басы
Сплелись как змеи
В космах у Горгоны.
Обрушился на мир
вселенский хаос.

Просперо:
– Я это пережил,
я это промолчал наедине с собой,
я этим захлебнулся в надрывном крике,
 я давно прошёл свой крестный путь,
и надо отпустить ушедшее.
Да только ничего не отпускается,
не хочет забываться.
И снова я стою бессильный пред толпой
 глумящейся,
и снова чернь орёт проклятья вслед ,
и снова в страхе жмётся ко мне моё дитя.
И снова предаёт меня мой брат.
Тот что казалось был
всех ближе и дороже.
Снова. Снова. Снова.
Все эти годы,
все двенадцать лет
во мне копилась боль непониманья,
и что-то вызревало в глубине
моей души
нарывом воспалённым,
чтоб наконец прорваться.
Эта буря должна была случиться.
Ну же, ветер, дуй,
неистовствуй пока не лопнут щёки!

                * * *               
     Действие перемещается на корабль, попавший в шторм. Вокруг беснуется морская стихия. Сверкают молнии и грохочет не умолкая гром. На опасно кренящейся палубе Капитан и Боцман.

Капитан (пытаясь перекричать грохот и вой): – Полундра, нас несёт на рифы! Свистать всех наверх!
Боцман: -- Есть, мой капитан! (Резко свистит в дудку)
На палубу выбегают матросы.
Капитан: – Убрать паруса!
Боцман:-- Есть, убрать паруса!
(Матросы засуетились, выполняя команду)
– Поворачивайся веселей! Не спи на ходу!

Из своих кают выползают пассажиры – Алонзо, Себастьян, Антонио, Фердинанд, Гонзаго и другие.
Алонзо (вцепившись в боцмана): – Каналья,  что тут происходит?
Боцман:– А вы ослепли? – Вот это всё что вокруг, вся эта весёлая свистопляска называется Бурей. Ураганом. Страстью Господней! Так что под ногами не путайтесь! Живо в каюты! Живо!
Гонзаго: – Ты на кого орёшь, скотина? Забыл кто перед тобой?
Боцман:– Представляешь, забыл. И ты забудешь, когда поймёшь что здесь и сейчас все ваши цацки и титулы не стоят и плевка.

Фердинанд: Где этот чёртов капитан?! Где эта пьяная рожа? (пытаясь ухватить капитана за грудки) – Куда нас занесло, сукин сын!
Себастьян (прикладывая бутылку к гудящей с похмелья голове): – Мы так славно погуляли! Боже, как же гудит башка!

Внезапно всё вокруг замирает,  среди вздыбленных волн, как бы в свете прожектора, вновь встаёт величественная фигура в белом плаще.
 
Просперо: – Дуй ветер! Дуй!

Пенная громада обрушивается на палубу, мачты ломаются в щепу,  Алонзо, Себастьяна, Антонио, и Фердинанда сносит за борт.

                * * *
     Проворачиваются зубчатые шестерёнки часового механизма, огромный медный маятник медленно отматывает время назад.
На авансцене появляются мальчишки – старший лет двенадцати, младший –  восьми. Перед ними огромная книга с красочными картинкам, которую они, голова к голове, увлечённо листают.

Старший мальчик:
– «Дзимпангу» словно медный голос гонга
Плывёт под небесами долгий звук.
«Дзимпангу! – край далёкий, край волшебный,
Блаженный остров!
Там дома и храмы
украшены искусстною резьбой,
И крыты черепицей золотою.
Там из фонтанов льётся 
нектар цветочный,
Там у всех ворот
стоят корзины с фруктами, –
Бери любой прохожий и угощайся.
Люди там красивы, беспечны и мудры...
А знаешь, милый брат,
Вот вырастем с тобою
И однажды
Мы снарядим корабль,
пусть он нас унесёт
к тем берегам неведомым, желанным…

И снова зубчатые шестерёнки огромного часового механизма и качается огромный маятник.

Мастер:
Отматываем время
назад, к истокам:
Жил да был
Миланский герцог,
Звался этот гусь
Просперо.
А при нём был младший брат
ходил за ним как нитка за иглой
и в рот заглядывал.
А старший перед ним павлинил хвост,

Был старший брат влюблён во всё волщебное,
В его мозгу сплетались
Зелёная гермесова скрижаль,
Легенды о ходивших за три моря
искателях сокровищ,
карты стран полнощных,
Рассказы нянюшек, –
Из этой мешаины
Он вылепил драконово яйцо
В котором жил,
А младшенький глотал
безумный этот бред.
О как его глазёнки горели от восторга.
Но потом
братишка стал взрослеть,
И понимать вдруг стал,
Что жизнь совсем не так
устроена,
и в ней совсем иные
приоритеты, –
сказки для младенцев и дураков,
и для таких нелепых любителей фантазий
как его
безумный брат Просперо.
Ну а жизнь,
а жизнь, она стократ трезвее и жёстче.

                * * *
     Со скрипом проворачиваются зубчатые колёса, маятник отсчитывает время.

Зал суда. Непримиримый судья, рвущийся к трибуне обвинитель, невнятно что-то бормочущий и не находящий слов защитник.
В клетке на гнилой соломе лежит подсудимый и это миланский герцог, теперь уже бывший, –  смещённый герцог Просперо. Руки его связаны и рот залеплен наглухо.
Судья стучит молотком требуя внимания:
Судья:
– Встать, суд идёт!
(Стража просовывает в клетку копья и заставляет Просперо подняться.)
– Просперо, некогда сиятельный и самовластный правитель великого герцоства Миланского, волею Создателя низвергнутый с высот, как некогда был низвергнут его тёмный покровитель, Просперо, – недостойный высокого престола и лишённый всех титулов и прав, готов ли ты правдиво и честно отвечать перед праведным и непредвзятым судом?!
(Просперо пытается извернуться и сорвать повязку с лица, что-то мычит сквозь ткань. Стражник бьёт его древком копья по рукам.)
– Вижу, что не готов. Но суд всё равно вытянет истину на беспощадный свет.
(Снова стучит молотком.)
– Объявляю заседание судебного трибунала открытым.
Город и народ против чернокнижника и искателя тьмы Просперо.