Буддистская трилогия. Дыхание-3... касание

                ДЫХАНИЕ-3…КАСАНИЕ

                рассказ

                Этот факт, прочувствованный мною лично и описанный
                в этом  рассказе, не только невероятен в человеческом
                понимании; он необъясним самой современной наукой….


         Как-то, за год до восьмидесятилетнего юбилея нашего Еравнинского 
района Бурятии его глава, Дамби Базарович,  предложил мне уникальное дело: совершить конный поход от границы с Монголией до нашего Эгитуйского дацана. Тем самым символически повторить путь, по которому наши ламы (буддистские священники) больше столетия назад привезли из Китая мировую реликвию этой конфессии – скульптуру Зандан Жуу (в переводе – всеобъемлющая мудрость).
 
         Созданная из сандалового дерева более двух с половиной тысяч лет назад с реально жившего тогда человека, индийского принца Гаутамы Шакьямуни (в последствии-Будды), украшенная драгоценностями, она и сейчас стоит в своём великолепном храме, построенном в восточном стиле специально для неё в каких-то тридцати  километрах от моего села. Паломники практически со всего мира присутствовали на открытии этого храма...

    ... Взлетавшие и садившиеся вертолёты, многие сотни легковых машин, автобусов, национальная борьба, стрельба из лука, конные скачки и всюду разноцветие  национальных костюмов –  такой красивейшей картиной представлялась в тот день  просторная долина Эгитуйского дацана...

         И погода, которую сотворили сильнейшие буддистские священники для этого праздника, была тоже великолепной: яркое летнее солнце  с единственной, прямо в зените, вращающейся на месте небольшой тучкой. Хотя с утра небо было плотно закрыто серой свинцовой  облачностью и предчувствовался дождь...

         Своими глазами видел, как точно над  местом, где совершался тот сильнейший молебен, в сплошной серой небесной хмари появился округлой формы  небольшой участок голубого неба! По мере продолжения молебна этот небольшой круг всё расходился и расходился во все стороны!...
 
         Это было над ГОндой, расположенном от нас в шестнадцати километрах  бурятским селом, при въезде в которое установлен субурган (буддистская ступа) человеку, организовавшему и совершившему более ста лет назад вывоз скульптуры Зандан Жуу во время "боксёрского" восстания из охваченного огнём Пекина...
   
         Там и шёл молебен в его честь, в честь Соржо-ламы Эрдынеева...

         Буквально через час небо над западной частью Еравнинского района очистилось и в небе засияло солнце!
 
         Для рядового читателя, не соприкасавшегося  с буддизмом, это выглядит невероятным!
         Мне же, прожившему в этом удивительном и благодатном регионе основную часть своей жизни, установление ламами  нужной погоды в тот знаменательный день, не показалось фантастикой:  был уже знаком с трудами Бидии Дандарона, Гомбожапа Цыбикова - первого паломника в тибетскую Лхасу...

         Прошу прощения у уважаемого читателя за подобные отступления. Они просто необходимы, чтобы суть рассказа была кристально понятна...

         У читателя уже сложилось представление об уникальности и мировом значении скульптуры Зандан Жуу и поэтому, надеюсь, стала  понятна значимость и связанная с нею ответственность предстоящего предложенного мне дела.
 
         Не буду задерживаться на подробностях и описании того уже ставшего историей нашего конного перехода протяжённостью более семисот километров с шестью девятиклассниками по всем районам юго-востока республики.

         Не буду отвлекаться и на его скурпулёзную полугодовую подготовку и на то, какие удивительные знамения и знаки меня сопровождали тогда...
         И самое главное, пока не остановлюсь на первопричинах моего согласия на тот поход! Согласия человека,  во-первых – не наездника (!), во-вторых – не буддиста! Оно, это согласие, пришло ко мне только через полгода…

         Это, уважаемый читатель, будет темой отдельного рассказа.

         Итак.
         Подготовка конного похода уже шла полным ходом...
         Не раз и не два я уже съездил в Улан-Удэ. Были отобраны ученики с западного куста района из пяти сёл, поставлены им необходимые прививки. Были объезжены кони из Усть-Эгитуйской конефермы. И много чего ещё другого было сделано и готовилось...

         И тут Жаргал Доржиев, мой заместитель по переходу, заявил, что нам просто жизненно необходимо благословение Хамбо-ламы Дамбы Аюшеева!

         Для непосвященных объясняю, что Хамбо-лама – высшее звание в буддистской конфессии России, резиденция которого находится в 30-ти километрах от Улан-Удэ, в Иволгинском дацане. И попасть к нему на приём, на аудиенцию, очень непросто  А мой заместитель, Жаргал Пунсыкович, умный, доброжелательный человек, мой друг, не раз бывавший со мной в горных походах, был истинным буддистом.
               
         Так было и задумано, что моим замом будет только истинный буддист. И Жаргал не попросил, а просто потребовал от меня высочайшего сыржИма (благословения)...

         Делать нечего и, бросив кучу подготовительных дел и мероприятий, связанных с походом, я выехал в город.
               
         Я понимал, что к Хамбо-ламе можно попасть только через кого-то. По простому - нужны были серьёзные связи...
               
         Этой связью и послужил наш депутат в Хурале (высший законодательный орган в республике) Цырен Эрдынеевич Доржиев. Цырен никогда не отказывал землякам из Еравны и принял меня сразу же.

         Поняв суть вопроса, он тут же позвонил в Иволгинский дацан. Время было назначено и в десять утра следующего дня на его служебной «Волге» мы выехали в сторону ИволгИ...

         Исключительное гостеприимство, присущее бурятскому народу, ещё сильнее выражено у служителей его  духовной составляющей – буддистов.
         К нашему приезду в особом зале резиденции Хамбо-ламы был накрыт стол с изысканным угощением.
         Дамба Аюшеев,  встретивший нас у входа с традиционными белыми хадАками (гостевые приветственные шарфы), сразу же проводил в дом и угостил вкусным обедом.
         И во время чаепития в восточном стиле, как я понял - традиционном для всех принимаемых гостей - выслушал суть моего  обращения.

         Вопрос был решён за минуту: поняв чрезвычайную значимость предстоящего конного перехода, он сказал, что лично приедет в Кяхту в день нашего старта и благословит наш путь, по другому - совершит сыржим.
Для меня и моей команды, лучшего и не надо было желать!

         Я внимательно, с определённой робостью, слушал дальнейший разговор Дамбы Аюшеева с нашим депутатом о Зандан Жуу, его уникальности и значимости для всего буддистского мира в целом, о тайных  планах Китая вернуть эту реликвию к себе...

         Когда заговаривал сам Хамбо-лама, все, включая обслуживавших стол монахов в красных одеяниях, с видимым почтением внимательно его слушали…
Время трапезы заканчивалось и тут, будто кем - то подтолкнутый извне,  извинившись, я обратился к главе буддизма России.

       - Уважаемый Хамбо-лама, покажите мне, пожалуйста, Итигэлова?           Дамба Аюшеев, вытерев салфеткой руки, встал из-за стола.

       - Пошли - коротко произнёс он.

         Мой протеже, Цырен Эрдынеевич, с несколькими ламами  тоже пошёл с нами.

         Обогнув дом резиденции и подойдя  к красивому, великолепно отделанному большому зданию, поднялись на его второй этаж...

         Вошли в просторный зал, освещённый лишь небольшими окнами.
     Стоял определённый полумрак. Прямо напротив входа, у противоположной стены, ровно посередине, на  подставке высотой примерно до пояса, в позе лотоса сидел человек.

        С трёх сторон и сверху он был закрыт, вернее экранирован стеклом… передняя стенка отсутствовала. Непонятная и необычная тишина зала ничем не нарушалась...
   
        В сопровождении на полшага отставших от меня Хамбо-ламы и Цырена Эрдынеевича, сложив приветственно руки перед собой, я медленно приблизился к главе буддизма Восточной Сибири более ста лет назад.

        Поклонился, как положено и повернулся к стоявшему чуть позади Хамбо – ламе. Он сразу, по выражению глаз, понял меня, мою просьбу и разрешительно кивнул головой!...

        Сделав последний шаг, отделявший меня от человека в позе лотоса, ещё раз поприветствовав, я смело взял ЕГО за руку! И тут!...

     ...Тут остатки моих волос поднялись дыбом (!), а сердце так быстро и громко застучало под рубашкой и костюмом, что, как мне казалось, его было слышно всем!

       Я явственно и чётко ощутил ТЕПЛО, идущее от руки Итигэлова!
 
   Мой разум отказывался верить в это!

          Моё сознание просто кричало:  – ЭТОГО НЕ МОЖЕТ БЫТЬ!!

        Как поверить в то, что человек, похороненный и пробывший в земле почти сто (!!) лет, сидит сейчас передо мной в позе лотоса и по всем внешним признакам он – ЖИВОЙ!...

        Седые волосы, кожа лица и рук – всё, всё говорило об этом..!
До этого мельком я где-то читал об этом феномене, который не подвластен объяснениям современной науки. Но не придал значения...

        И вот я, продукт ещё советского, атеистического воспитания, инженер-геофизик, изучавший верх высшей математики – теорию полей, плотно знакомый с теорией относительности, стою в полной растерянности...

        И в этой растерянности и полной прострации, сложив руки лодочкой,  медленно-медленно пятясь и не сводя взгляда с Итигэлова, я вышел вместе со служителями из этого зала...

        Ни яркое полуденное солнце, ни свежий воздух  и лёгкий, по летнему, тёплый ветерок не вывели меня сразу из той прострации...

        Даже по дороге в город после вежливого «баяртээ» (до свидания) Хамбо-ламы и служителей, я всё пытался мучительно осмыслить увиденное и прочувствованное.
 
        Но так и не мог дать хоть какой-то вразумительный ответ на роящиеся в моей сущности десятки вопросов...

          Кто это может объяснить? Не знаю...

          Пока, не знаю.
 
                Иркутск. 24 ноября 2023 года
                Ефиркин Геннадий, Поющая Струна