Добыча

 Ветка! Она споткнулась об нее и полетела кубарем, сдирая руки и лицо в кровь. Шишки и иголки заботливо впились в мягкие ткани, заставив девушку вскрикнуть от боли и выдать своё местоположение. Она зарыдала. Не от боли, хоть и было невыносимо, а от обиды. От того положения, в котором она была. Как она оказалась здесь. Почему всё должно закончиться именно так… Вадим… Тварь! Он был таким милым. Он обещал, что выдернет ее из этого ада. Заплатит сутенёрам и увезет ее на теплые берега Эмиратов. Казалось бы, вот она, сказка. И он же заплатил. Прям при ней. И они поехали в его шикарной машине. А потом была острая боль в шее. Онемение всего тела. Странные крепкие люди, которые перегрузили ее, словно мясную тушу, в микроавтобус. Долгая дорога. Лодка. Да что ж это такое… А самое ужасное, что сам Вадим был здесь. Где-то рядом. Возможно, даже слишком близко…
    Она привстала, игнорируя боль в разбитой коленке. Вроде бы тихо. Девушка снова побежала, вытирая кровь и слезы на лице. Надо бежать. Надо прятаться. Они обещали, что к утру всё закончится. Дожить до утра. Она снова попыталась стащить с себя яркий жилет. Нет, в нем было несколько металлических тросиков, которые плотно обвивали ее стройное тело и не давали стащить наряд через голову или ноги.
      Где-то вдали раздался охотничий горн. Они близко! Карина снова забилась куда-то под куст. Только бы не было видно яркого жилета. Стараясь не шуметь, она накидала на себя прелой листвы и попыталась хоть как-то замазать кричащий цвет землей. Всё тщетно – лютая синтетика отказывалась взаимодействовать с природными материалами. Девушка снова беззвучно заплакала. Ей стало невыносимо себя жалко.
      Ее начало трясти. От стресса, истерики и холода. Короткие шорты и топик – явно не та одежда, в которой стоит бродить по ночному лесу. Хорошо еще хоть в кроссовках, а не на каблуках. Где-то вдали раздалось радостное восклицание. Вероника не смогла… Выстрела не было слышно. Вроде бы как у них не обычные ружья, а пневматические. Стреляют транквилизаторами. Как им рассказали на «брифинге» - охотник должен обездвижить жертву. А дальше она в его власти. Если «дичь» доживает до рассвета – ее отпускают. Впрочем, последнее было озвучено слишком иронично, чтобы быть правдой.
    Их было трое. Карина, Вероника и Нэля. Причем последняя отличалась от девчонок тем, что ее не «выкупили», а просто сняли в одном из баров. Как она рассказала, ее папа депутат, и он быстро решит всю эту ситуацию. Карина видела ее… Бесстрашно вышедшую к «охотникам». Она спокойно назвала себя, чем вызвала лютый смех. А потом… Потом ее всадили прикладом под дых так, что она несколько минут просто выла, корчась на земле. Наконец ее поставили вновь на ноги и пинком отправили бежать. После такого получалось плохо, видимо, ей что-то сломали… В общем… Карина закрыла глаза, когда вспоминала эту картину. Ее насиловали… Охотников было трое, и они себя не сдерживали… К концу действа Нэля была практически мертва. Но… Страшное не это. Ей… Ей отрезали голову и долго смеялись над трофеем. А потом отдали «леснику», который увез тело, чтобы приготовить праздничный обед…
      Вот тогда Карина испытала безграничный ужас. Она пролежала час или даже больше не в силах сдвинуться с места. Потом шок сошел, оставив место лишь злости. И она твердо решила, что выберется отсюда. И так ей везло уже долго. И вот теперь это… Вторая добыча. Надо бежать…
    Укол она не почувствовала. Просто внезапно отнялась левая нога, подломившись, словно ватная. От этого она опрокинулась на бок так, что увидела стрелка. Мужчина. Лет сорок. В настоящей охотничьей одежде, отличавшейся от «нормальной» только откидным гульфиком брюк. В его глазах горел азарт, а лицо сияло от радости. Он снял с плеча медный рожок и продудел в него, символизируя свою победу и окончание охоты. Потом отбросил его и ружьё. Сознание не покидало Карину, но из-за стучавшего в висках сердца, она почти не разбирала того, что он лепетал себе под нос, опускаясь рядом на колени и расстёгивая гульфик.
      Он упал мешком набок. Голова взорвалась фонтаном тёплых брызг после негромкого хлопка откуда-то сбоку. Словно открыли бутылку шампанского.
    - Рига, скворец – двести, зелёный – триста.

     - Рига, мы выходим.
     - Рига принял. Дуб в три два ноля на запад. По маршруту ждем три красный.
     - Принял. Дуба опознал. Начинаем.
     Трое бесшумно поднялись у воды недалеко от прекрасного песчаного пляжа. До рассвета оставалось ещё пара часов, поэтому вокруг царило сонное спокойствие. Пройдя открытую полоску песка неизвестные присели и быстро стащили резиновые заглушки-надульники с толстых труб глушителей. 
     - Прямо сто, пошли.
     Слов было очень мало. Шума не было вовсе. Три тени то собирались в одну большую, то растягивались в три едва заметных. Брось взгляд кто сюда и сразу бы ничего не заметил. А затем было бы поздно. Вверх по уложенной плиткой дорожке они поднялись выше по склону до небольшой беседки. Там скучал, совершающий обход охранник. Хорошая накаченная форма, дорогой костюм. В руках у него было помповое ружье. Согласно данным – первые три пули резиновые. Дальше уже идет картечь.
     Тени замерли, собравшись в одну. Внезапно хлопнуло сразу четыре вскрытые бутылки от шампанского. Почти сразу послушались удары тяжелых пуль об плоть. Одна из теней, та что оказалось самое непоседливой – рванула вперед и подхватила оседающего охранника под руки, не дав ему поднять шум.
     - Красный – двести. – Сообщила тень шепотом.
     - Дуб у скворечника. Скворцы на воле. – Раздалось в ответ.
     Тени двинулись дальше. Они видели всё. И даже больше – тепловизоры на автоматах позволяли предвосхищать появление любого человека.
     Одна из теней подняла кулак вверх, потом ткнула стволом на дерево. Две другие посмотрели через прицелы – в них ярким белым пятном горела земля.
     - Внимание. Красный рядом.
      «Красным» оказался один из Охотников, который, насвистывая, шел в сторону дома – удовлетворенный сегодняшней охотой и предвкушающий грядущее угощение. Две Тени синхронно вскинули оружие и дали по два коротких залпа. Тело упало навзничь.
     - Скворец – двести. Роса.
     - Дуб принял. Росу уберем.
     Тени двинулись дальше, мимо остывшего костровища в сторону леса. Как только под ногами появился подлесок, они стали двигаться ещё медленнее, стараясь слиться со звуками окружающей природы. Несколько раз мимо пробегали Охотники, увлеченные поисками своей добычи. Это позволяло двигаться быстрее, скрываясь за общим шумом. Через час они наконец услышали звуки горна. Это стоило им ещё сотни метров быстрым шагом. Наконец, они заметили яркое пятно, что буквально горело в приборе ночного видения, отражая инфракрасный свет. Это был яркий жилет Добычи. Группа тут же замерла.
    - Три скворца двести. С ними зеленый двести. Уходим к скворечнику.
     Наконец из кустов, пыхтя, появился Охотник, трясущийся от предвкушения верного выстрела. Добыча вскочила и тут же получила дротик в ногу. Мужчина подскочил к ней, побросав свое снаряжение и был тут же срезан парой выстрелов – в голову и спину.
     - Рига, скворец – двести, зеленый – триста.


    - Всем Тапкам, Грач уходит водой. Внимание! Грач уходит водой.
      На другом конце острова от причала, проревев мотором, рванула одна из лодок – небольшая, но быстроходная. Две тени резко вскочили и, подбежав к самой кромке воды, выпустили в ту сторону целый столб дыма и искр, сопровождающиеся гулкими ударами затвора.
    - Пустой!
    - Принял!
    Одна тень сменила вторую. Где-то вдали закашлял мотор и затих. От причала вылетела почти бесшумная черная молния с двумя тенями внутри. Пять минут, и Грач – с разбитым лицом и окровавленным плечом – висел между двух крепких Теней, что сопровождали его по пути к дому.

      Карину нежно несли на руках, в то время как ее преследователя, обхватив веревкой за ноги, тащили по земле. Три человека так и не назвали себя, не объяснили, что происходит. Просто молча подошли, сгребли обоих и куда-то направились. Как оказалось, к сторожке – небольшому, но богато обставленному внутри дому, где как раз и должны были собраться Охотники для празднования. Внутри был включен свет. В центре, где должен был стоять большой стол, лежали вповалку тела. Карину уложили на диван, от чего она поняла, что весь кошмар наконец-то закончился. Но говорить она не могла, так как действие препарата ещё не закончилось. Ей пока оставалось лишь наблюдать. Все тени уже были здесь. Двенадцать человек суетились по всему дому в поисках необходимых бумаг, флэшек или каких-нибудь ещё доказательств. На полу, стоя на коленях с завязанными за спиной руками, стояли двое – Грач, Лев Валерьянович Грачев, и повар, хлипковатого вида мужичок, целиком покрытый тюремными наколками. Оба стояли в луже собственной мочи и крови, которые от количества уже смешались и стали их общим началом. Лицо повара превратилось в опухшую кровавую кашу, и он то и дело надувал отвратительного вида пузырь тем местом, где должен был быть нос. Лев Валерьянович выглядел не в пример лучше – ему забинтовали плечо и даже не били по лицу.
       - Лев Валерьянович Грачев? Шестьдесят седьмого года рождения?
      Один из Теней снял шлем и стянул балаклаву, открыв светлое, румяное лицо.
      - Я… Не…
      - Да-нет?!
      - Да… - Выдохнул без голоса Грач, понимая, что врать сейчас очень глупо.
      - Улыбочку!
      Его схватили за мокрые волосы и силой задрали лицо к свету. Щелкнул фотоаппарат.
      - Стой! Херня. Размазано. Давай ещё разок.  Есть!
      - Вы помните, как два года назад организовывали подобное… мероприятие. 25 июля.
      - Я… Помню, но не в деталях.
      - Там была девушка. Семнадцатилетняя Виктория.
      - Наверное… Если так важно, можно найти записи… Я…
      - Её отец просил Вам передать…
      С этими словами «Румяный» достал нож и, заломав, весьма упитанного Грачева начал умелыми движениями перерезать ему горло. Карина слышала хруст, когда позвоночник треснул, и голова оказалась в руках мужчины. Грузное тело всё ещё сучило ногами и пыталось ухватиться за что-то непослушными руками.
       - Улыбочку! – запросил новую фотографию боец с фотоаппаратом. – Стой! Он моргнул! Вот!
      После этого голова полетела в общую кучу тел, словно ненужная игрушка. Туда же выстрелом был отправлен и повар. Только сейчас, стараясь сморгнуть слезы, накатывающие от ужаса и счастья, Карина уловила едкий запах бензина.
       - Рига, у нас плюс. Один зеленый триста. Статус?
       - Тишина.
       - Принято.
       Девушка приготовилась оказаться в очередной раз в крепких объятиях, но вместо этого странные люди в черном развернулись и молча вышли один за другим, пропав окончательно из её поля зрения. А спустя какое-то время она почувствовала едкий дым и увидела, как тени начали плясать вокруг, подгоняемые разгорающимся пламенем. Двигаться она не могла.