Приключения Ништы и Нышты. Ухный фокус

   
Братья, предвкушая долгожданный отдых у родника, деловито укладывали вещи в чемоданчик, когда в дом заглянул инспектор жилконторы. Не удостоив мальчишек даже взглядом, он тщательно осмотрел розетки на предмет «левой» проводки, затем, взобравшись на шаткую табуретку, засунул голову под абажур и принялся изучать лампочку. Уходя, он озадаченно потёр лоб, погружённый в сложные расчёты, потом небрежно махнул рукой и выписал квитанцию на оплату электроэнергии. Нышта, проведя его взглядом, заметил:

— Мне показалось, что он выписал квитанцию наобум, «от лампочки».

— Угадал. Это так и называется.

— Но это же несправедливо! — возмутился Нышта.

— Может и так, но жилконторе это «до лампочки». Да и сельчане не жалуются. Зачем? Решили проблему мирным путём — перед приходом проверяющего меняют большие лампочки на маленькие, стирают с них обозначение мощности

— Надо бы узнать, как правильно считают электричество, — задумался Нышта. — Узнаем это в читалке. Заодно головастиков наловим.

— Ге наловим, в читалке? — съязвил Ништа. — И при чём тут головастики?

— Не цепляйся к словам. Говорят, если воздействовать на головастиков магнитным полем, их хвосты удлиняются. Давай проверим, правда ли это.

— Зачем, чтобы жаб разводить?

— Нет, осетров, — сказал Ништа серьёзно. — Головастики и рыбы похожи, значит, у них общие предки. Раз это так, то, воздействуя на осетров магнитом, мы сумеем вырастить их не за десять лет, а гораздо быстрее! Понял?

— Делать тебе нечего, — проворчал Ништа, хотя идея ему тоже понравилась. — А вот и папа идёт! — добавил он, взглянув в окно.

Увидев квитанцию, дядя Джаля с подозрением щёлкнул выключателем. Лампочка не загорелась.

— Так и знал! — возмутился он. — Опять он целую лампочку заменил на перегоревшую! — Затем добавил:

— Кстати, о свете! У нас керосин закончился. Сходили бы, ребятушки, в лавку.

«Вот тебе и отдых!» — огорчился Ништа. Однако выбора не было — забота о керосине лежала на плечах братьев. Для сельчан керосин был важнее электричества. Свет подавали по часам, и он был дорог. Керосин же всегда был под рукой. Его использовали не только для освещения и приготовления пищи, но и для обогрева, а также для борьбы с клопами, вшами и прочей нечистью.

Дотащив канистру до двора, ребята насторожились. Из дому доносились детские голоса.

— Чую — сегодня отдыха нам не видать, — тихо сказал Нышта, вслушавшись в визг. — Может, сбежим?

Словно услышав их мысли, из дома вышла мать Нышты.

— Вы уже вернулись? — обрадовалась она. — Как раз вовремя! Нам с тётей нужно отлучиться на часок. Присмотрите, пожалуйста, за детьми.

Сердце Ништы ёкнуло. Легко сказать «присмотрите». Если их двое или трое — ещё куда ни шло. А если их шестеро? Пять сорванцов и одна девчонка, Красотуля. Следить за такой оравой даже в четыре глаза было нереально.

Только тётки ушли, как начался настоящий бедлам. Пока Ништа втолковывал Непоседе, что советским детям не пристало засовывать кота в бурдюк с сыром, Красотуля успела достать из серванта антикварный фарфоровый сервиз, на который даже смотреть запрещалось, решив угостить всех чаем. Тем временем двое проныр обнаружили под клеткой с хомяком тайник с заначкой и затеяли шумную игру «в магазин», раскидав деньги по всему коридору. Попытки отвлечь их «тихими играми», такими как «Молчанка» или «Замри», оказались безуспешными. Минута тишины сменилась соревнованиями, кто громче закричит.

Но это было не самое неприятное. В этой суматохе, потеряв младшего ребёнка, братья перетрусили не на шутку. После продолжительных и лихорадочных поисков они нашли малыша сопящим в шкафу. Братья схватились за голову, не зная, как быть. Казалось, ничего не поможет унять эту неугомонную ораву. Вдруг Ниште в голову пришла спасительная мысль. Его глаза загорелись, и он торжественно объявил:

— Я знаю, что делать! Покажем детям фокусы!

Под заклинание «Шындыр-мындыр!» развернулось театрализованное представление. Только что носившиеся как угорелые дети вдруг затихли, с открытыми ртами следя за каждым движением артистов. Для малышей это было не просто зрелище, а настоящее волшебство. Особо их впечатлили два трюка: глотание мухи и спичка, исчезающая в одном ухе и появляющаяся в другом.

— А теперь, мои юные друзья, — с пафосом произнёс Ништа после показа, сбросив с себя мамин халат и чалму, скрученную из полотенца, — налегайте на кашу и порезвитесь во дворе. Устройте состязание: кто больше попрыгает на одной ноге!

Отправив детей на свежий воздух, братья облегчённо вздохнули, предавшись отдыху. Но их покой был недолгим. Вскоре послышался скрип двери, и на пороге появилась Красотуля.

— Непоседа победил, — известила она с обидой, топнув ножкой. — Он до сих пор прыгает, а я проголодалась.

— Но ты же недавно ела кашу! — с удивлением воскликнул Ништа.

— Да, но после прыжков она из живота провалилась в ноги, — ответила она. Затем, немного поколебавшись, спросила:

— Ништа, у тебя голова пустая?

Ништа опешил от такого вопроса.

— Не говори ерунды. Голова не бывает пустой, там же мозги!

— Тебе повезло, — завистливо вздохнула Красотуля. — У тебя мозгов меньше, чем у меня. Поэтому у тебя ухный фокус получился, а у меня – нет.

— Какой ещё «ухный фокус»? — переспросил Ништа, сбитый с толку.

— Ну тот, со спичкой! — напомнила сестра. — У тебя спичка сквозь голову прошла, а у меня застряла.

Ништа, не удержавшись, ехидно сказал:

— Уши мыть надо, вот и застряла!

Потом до друзей дошел истинный смысл сказанного. Слова Красотули, произнесённые с детской непосредственностью, вдруг приобрели зловещий оттенок. У них перехватило дыхание, а по спине пробежали ледяные мурашки.

— Что?! — в ужасе воскликнули оба.

Ништа испуганно потащил сестрёнку к окну и заглянул ей в ухо. Спички не было видно. Дутьё в ухо не помогло. Видимо, она застряла глубже, подумал он. Потом Нышта принёс велосипедный насос, надеясь выдуть спичку напором сжатого воздуха.

— Будете накачивать меня как воздушный шарик? — забеспокоилась девочка. — А вдруг я взлечу?

— Не взлетишь, — сердито произнёс брат, — тебя Нышта будет держать за ногу.

Насос тоже не помог. Нышта приготовился было применить грушу для клизмы, как вдруг Красотуля восторженно крикнула:

— Вышла! Получилось! — обрадовалась она, держа в руке спичку, сломанную пополам.

Братья ошарашенно переглянулись, не понимая в чём дело. Потом Нышта вкрадчиво спросил:

— Малышка, вспомни-ка, ты в какое ухо затолкала спичку, в правое?

 — Нет же — в левое!

— Почему сразу не сказала, что мы не над тем ухом колдуем? — взревел Нышта.

— Вы же не спросили! — невозмутимо ответила девочка.

Как только друзья выпроводили Красотулю, на сцене появился Непоседа с хитрой улыбкой на лице, непрерывно подпрыгивая то на одной, то на другой ноге.

— Хотите, покажу вам фокус? — пропищал он.

— Покажи, — снисходительно ответил Нышта.

Непоседа, как шаман, покрутился на месте, затем с возгласом «Шындыр-мындыр!» резко остановился и раскрыл ладонь. В ней была муха.

— Видите? — воскликнул он радостно и широко раскрыл рот.

Поняв, что малыш собирается проглотить насекомое, Нышта воскликнул:

— Выбрось эту заразу немедленно!

Непоседа замер, его улыбка сменилась обиженным выражением.

— Почему «зараза»? — спросил он, губки надув. — Я её помыл! Тебе можно их есть, а мне нельзя?

Продолжить спор не удалось. В этот момент во дворе показались родители.
Обвешанный ими «на часок», у них растянулся до самого вечера. Братья поняли, что в этот раз им не удастся отдохнуть у родника.

— Слава богу, что обошлось без серьёзных последствий, — с облегчением выдохнул Нышта, чувствуя, как напряжение покидает его. — Хорошо, что не показали детям трюк с выдуванием огня изо рта!

— Красотуля правильно сказала, — добавил Нышта, — нам с тобой мозгов не хватает! Нельзя показывать детям опасные цирковые трюки. Главное в магии — это осторожность!

Рисунок из интернета.