Вечная жизнь

Мой личный смысл — абсолютно нереален.
Он стоит вне времени, вне настоящего, вне любой логики. Я держусь за него, хотя он выглядит как бред, как иллюзия.

Вечная жизнь — это моя одержимость. Я живу этой идеей, пишу о ней, думаю о ней. Пусть кто-то назовёт это психозом, уходом, выдумкой. Мне всё равно. Эта штука горит внутри и плавит мозг. Я не могу не думать об этом, не могу не примерять это на себя.

Я питаюсь невозможным. Живу тем, чего нет. Но при малейшей мысли о том, что я когда-либо хотя бы на полшага приближусь к вечной жизни, — это уже делает меня бессмертной.

Мы бессмертны в каждом безумстве, в каждом крошечном рвании к мечте. Мы вечны, когда горим, когда болеем своими идеями, когда трясёт от желания. И если меня не поймут — не беда.

Если уж мечтать — то только так: абсурдно, дико, с невозможностью в основе, с невозможностью как топливом. Мир всегда был выстроен на невозможном — просто мы привыкли называть его историей, прогрессом, культурой.

Меня греют только сны, длинные, нескончаемые. Сны, где я успеваю прожить тысячу жизней: перечитать каждую культовую книгу, переслушать каждую легендарную песню, обойти каждую улицу и каждую деревушку, изучить каждое лицо. Влюбляться, страдать, творить, ломать, лечить, учиться — и снова. И снова. До бесконечности.

Я могу перечислять это вечно. Вечно, понимаете?

А вы — мечтайте.