Глава десятая. Вопреки невзгодам

 Книга четвёртая. В объятиях рынка.
 Глава десятая. ВОПРЕКИ НЕВЗГОДАМ.

 Даже в тяжелейший период их жизни, спустя два года после смерти мамы, двух младших братьев Гончаровых, особенно Олега, не оставляла навязчивая идея о приобретении ещё одного автомобиля. И они добились своего.
 Шёл тогда 1984 год. Олег давно уже бредил "жигулями". Сергей поддерживал его. Но пока это была у них довольно отдалённая мечта. Олегу нужно хорошенько было тогда овладеть вначале "Запорожецем", закрепить свои водительские навыки, а потом уже думать о будущей своей "ласточке", как он назовёт позже свой новый автомобиль. "Конёк-горбунок" должен был перейти к Сергею.
 К тому же, многое теперь в их жизни изменилось. Теперь Олег жил не здесь, в Крапивенке, а уже у своей жены Маши в Туле, в двухкомнатной квартире. Вместе с её мамой и братом Георгием, недалеко от Московского вокзала.
 Правда, при наличии теперь "Запорожца" добираться оттуда до "родового гнезда" стало ему намного проще и быстрее.
 Почти каждый день теперь он навещал их на своём красавце "коньке-горбуньке". Так он теперь прозвал свой уютный маленький автомобиль. Олег и без того частенько навещал их, особенно когда мама была ещё жива. А теперь вот его беспокойство переключилась на единственную сестру Веру с Егоркой и Олю, которых он тоже очень любил.
 Тогда в их родовое гнездо подселился не только один лишь Аркадий, а и Сергей, после своего развода с Людмилой. Так что все три брата стали значительно чаще встречаться.
 Одному Сергею, после развода, находиться в их старой квартире было нестерпимо скучно, одиноко и жутко. Это он хорошо почувствовал, как только остался там один. В стенах квартиры поселилось гулкое эхо, что было ему особенно неприятно.
 Живя теперь в Туле, Олег тоже, как и Сергей, испытывал чувство тоски по их родной Крапивенке. Так что теперь он тоже хорошо понимал всё, что испытывал Сергей. Потому и старался чаще бывать в Крутом Яру, встречаться с ним и Аркадием, сестрой и её детьми.
 Заезжать, ненадолго, после работы, перекинуться несколькими словами с родными и скорее к себе домой. Тогда ведь телефоны в их жилье были редкостью..
 Когда ещё отец был жив, да в силах, когда мог сам ездить проведать своего младшего сына в армии, то он всегда говорил ему и рекомендовал пойти работать после службы, именно, на стройку, а не сидеть в проектном сельскохозяйственном институте.
 - Там на стройке,- говорил он,- ты сможешь значительно быстрее получить квартиру для своей молодой семьи.
 И в этом он был прав. Отец советовал ему навсегда забыть вообще про всякие проектные институты:
 - Не мужское это дело,- говорил он,- в кабинетах штаны протирать!..
 Олег его слушался. Прав отец был или нет, этого он и сейчас не мог понять. Да и позже тоже. Но квартиру он себе, конечно же, получит. В этом он и тогда не сомневался. В этом отец окажется прав.
 Правда, самого отца тогда уже не будет. Перед самым уходом в армию Олег не только женился, но и уволился из своего "Тулсельхозпроекта", где они с Машей работали после окончания коммунально-строительного техникума.
 Так что ему ничто тогда не мешало воспользоваться советом Семёна Савельевича и после службы сразу же, причём по отцовской протекции, устроился работать мастером в отдел капитального строительства одного из крупных тульских научно-исследовательских институтов.
 Семён Савельевич на своём "ЗиЛу" развозил кирпич и другие стройматериалы по всем стройкам города и области. И потому был хорошо знаком со многими строителями, к которым он и обратился за помощью с трудоустройством своего сына. 
 Работа в ОКСе ТНИТИ ему показалась самым выигрышным вариантом. Так что пока у Олега на работе и дома было всё хорошо.
 Волнуясь за своего младшего сына, отец первое время, вместе с Сергеем, часто наведывался к нему на его стройплощадку, стараясь там его морально поддержать своим присутствием и добрым словом. Они оба видели, что Олег этому очень рад.
 Он тоже скучал без них. Отдел капитального строительства института, где теперь работал Олег, вёл интенсивно строительство не только жилья для своих работников, но и возводил свой опытно-исследовательский завод и другие производственно-бытовые объекты.
 Отец тихо радовался и гордился сыном. Это Сергей видел по его глазам, радостному лицу и даже по походке, которая становилась молодой. Он даже почти перестал хромать. Рад тому, что Олег его послушался, а теперь вот он не только осваивает настоящую свою мужскую профессию, но ещё и скоро обретёт своё отдельное жильё.
 Именно, это и должно принести его младшему сыну счастье. В это он верил свято. Но и здесь, в этом-то престижном институте, тоже была достаточно большая очередь на получение жилья. Придётся подождать. Однако же, здесь была и полная гарантия  его получения.
 В тёщиной двухкомнатной квартирке, где кроме неё и Олега с Машей, жил ещё и старший брат Георгий, тоже разведённый и ведущий неприкаянный образ жизни. 
 Когда же, перед самым возвращением Олега из армии, у него с Машей родился сын Рома, то Георгий стал открыто и часто выражать своё недовольство, возникшем в связи с эти увеличившейся тесноты.
 Недовольство усугублялось ещё и тем, что сестра и брат были от разных отцов и не всегда могли ладить друг с другом. Так что зять, видя это, всё чаще старался найти общий язык с шурином за стаканом спиртного, хоть Олег никогда раньше, особенно-то, этим не увлекался.
 Но в семье тёщи это и не очень возбранялось. Так что и она сама могла с ними тоже выпить. В дни праздников к ним присоединялась и Маша. Но это пока не могло сильно беспокоить Гончаровых. В дни праздников и они выпивали.
 Семён Савельевич, с Сергеем и Аркадием, тоже случалось, по родственному, могли посидеть у них в дни торжеств за столом за рюмкой вина. Иногда они тоже попадали в их компанию. И это очень беспокоило Тамару Васильевну. Но ради младшего сына она прощала им это.
 Только просила знать меру и следить за Олегом, чтобы он сильно не увлекался. 
Сергею не раз приходилось слышать недовольство Георгия по поводу тесноты в их двухкомнатной квартире, в том числе, и во время этих застолий.
 На что Олег старался отшучиваться, обещая в новую квартиру, которую вот-вот собирался получить, забрать с собой не только жену с сыном, но тёщу, которая в зяте души не чаяла.
 Олег терпеливо сносил всякие подобные наскоки-попрёки, был в новой семье всегда вежлив и старателен, покладист и на хорошем счету быть не только на работе, но и дома.
 И эта его покладистость, хорошее отношение со стороны тёщи, рождало у Георгия чувство ревности и неприязненного отношения к Олегу, хотя открыто он этого не выказывал, опасаясь гнева матери и сестры.
 Да, совсем не странным, казалось, теперь Сергею желание Олега обзавестись собственным жилищем и автомобилем. Это давало ему возможность чаще бывать в Крутом Яру, в своём "родовом гнезде". Как и Сергей, возможно, ему тоже нужна была аура родительского дома. Так ему, казалось.
 Олегу с каждым днём всё более и более хотелось поменять своего "конька-горбунька" на "Жигули". Но и "Запорожца" ему тоже жаль было бросать. И он решил предложить его за полторы тысячи рублей Сергею. И тот сразу же согласился. Две машины в их большой семье - это же прекрасно!
 И это желание Олега, однако же, не встретило никакого сопротивления не только со стороны его жены и тёщи, но и Георгия. В отличии от Вадима, когда Олег с Сергеем ещё не были женаты и решились, вместе с отцом, Семёном Савельевичем, купить с рук старенький "Москвич-401". Правда, в очень хорошем состоянии. Семён Савельевич это определил сразу.
 Вадим, узнав об этом, потемнел лицом и кисло улыбнулся: он хотел иметь не семейный, а свой личный автомобиль. Однако, эта сделка так и не состоялась. Но тогда был 1976 год и были ещё живы их родители. А вот теперь как быть с"Запарожецем"? Как Вадим к этому отнесётся ныне, когда родителей нет?! С тех пор прошло восемь лет.
 Вспоминая сейчас тот 1984 год, Сергей удивляется как это они всё тогда выдержали и пережили это тяжёлое для них время. Но в сравнении с началом девяностых это было почти золотое время. Но для них неимоверно тяжёлое.
 Четыре года как не стало отца и два года мамы. Сергей тогда ещё не был женат на Нине и только-только познакомился с ней в канун 1983 года. Так что он мог распоряжаться пока своими деньгами, как ему хочется. Аркадий и Вера не противились этому, Вадим же был, как всегда, в командировках, да и противиться братьям ему было не резон. Однако, он отделывался молчанием и не выражал восторга.
 Часть суммы Сергей с Олегом собрали в Крутом Яру, но для покупки требовалась ещё значительная сумма. И тут уже, неожиданно для них и вдруг, пошла навстречу своему зятю тёща, Раиса Захаровна, уговорив свою дочь, опять же, пока обойтись без новой шубы и вложить все имеющиеся деньги в "Жигули".
 Ведь у тёщи тоже была своя заветная мечта: построить дачу с помощью зятя-строителя. На сына у неё, конечно, надежда была в этом очень слабая. Дача ему, особенно, не была нужна. Тем паче, работа в грядках.
 Тульским работникам железной дороги, коим являлась Раиса Захаровна, давались дачные участки, правда, довольно далеко от города. Ей обещали выделить участок на станции Сумарково, где была очень плодоносная чернозёмная земля. И терять этот участок ей никак не хотелось.
 Хотя, и по отлогам большого оврага, где и были нарезаны дачные участки, по краям его, росла красовалась берёзовая лесопосадка. И тем она привлекла Олега. 
 Понравилась она и Сергею с Аркадием. Там строительство дач пока ещё не было начато. И потому надо было спешить с приобретением дачного участка.
 Только лишь шло пока их распределение. Но она уже получила согласие зятя и поддержку дочери, очень любящей копаться в земле. И это её стимулировало. Хотя заявление на шесть соток она подала уже заранее, не спросясь их согласия.
 Однако же, добираться туда по железной дороге было не очень сподручно. И Раиса Захаровна это хорошо понимала, хотя по железной дороге проезд у неё был бесплатный. Но на автомобиле добираться было бы неизмеримо удобнее. Потому она сразу же встала на сторону зятя.
 Маша тоже, для вида, вначале поворчала-поворчала и согласилась, уступив матери и мужу. Она тоже имела большое желание построить дачу. Ей нравилось заниматься земледелием, к тому же это было выгодно не только с очки зрения экономии семейного бюджета, но и отвлечения мужа от Крапивенки.
 С этим занятием по выращиванию овощей и корнеплодов, фруктов и ягод она познакомилась ещё в детстве на даче своего отца и его новой жены. Отец её, Максим Максимович, не прерывал с ней общения до сих пор. Но на свадьбе Олега и Маши не присутствовал. Максим Максимович одобрил это их решение по поводу дачи, пригласив Олега с Сергеем на свою дачу и показав им в каком она состоянии должна быть.
 Работал он заместителем директора по хозяйственной части на одном из предприятий Тулы и у него дача была в образцовом порядке, соответствующая его статусу.
 С мнением брата Маши, Георгия, особенно никто и не считался. Но и ему эта идея очень понравилась, он с готовностью тоже выразил своё желание всемерно помогать в строительстве. Георгий любил пикники на природе и показать свою сноровку в любой работе, особенно, перед зятем. В том числе, и в любом строительстве.
 Гончаровы тоже были все рады за своего младшего брата. Наконец-то, они тоже будут выглядеть не хуже людей. Пусть, хоть самый младший из них, добьётся успеха и большего благосостояния, что скажется на крепости его семьи.
 Они тоже все дружно выразили готовность помогать Олегу не только в строительстве дачи, но и в строительстве гаража. Ведь автомобиль Олегу становился теперь нужнее, чем им всем. К тому же, их мама, Тамара Васильевна, наказывала им всем всемерно помогать самому её маленькому сыну.
 Братья и сестра гордились своим младшим братом. Жаль, что этого уже не мог видеть сейчас их отец, Семён Савельевич. А вот Тамаре Васильевне довелось увидеть не только сына за рулём, но и прокатится с ним в его небольшом, но красивом, как игрушка, "коньке-горбуньке". Её не стало одиннадцать лет назад. Но боль от её потери и отца была в них до сих пор свежа.   
 В том же 1984 году, в феврале, тёще Олега посчастливилось взять участок под дачу, о котором она давно мечтала, и тогда выносливый "Запорожец" стал уже бегать на значительно большие расстояния. События 1991-93 года никак не повлияли на их жизнь. Но теперь уже на "жигулях" цвета "коррида" и любовно называемый им "ласточкой".
 Все они по-прежнему работали на своих местах. Московские события почти их не коснулись и не всколыхнули сильно страну, казалось, жизнь осталась прежней. Они даже и не поняли что произошло, за исключением Сергея. Но его никто не слушал и не воспринимал, считая, что произошедшее в стране далёкими от них внутрипартийными разборками.
 К тому же, сам Сергей тоже считал, что в изменившихся условия в начале восьмидесятых, когда упали цены на подержанные автомобили, не воспользоваться было этим просто глупо и не приобрести автомобиль. Он им был просто необходим. Ещё неизвестно было, как сложится их дальнейшая жизнь. И наступившие девяностые это подтвердили.
 Олег чувствовал себя за рулём настоящим асом, выглядел просто невозможно счастливым человеком. Этого его родственники не могли не видеть. Они желали ему счастья. 
 Казалось бы, всё в жизни у Олега складывалось достаточно хорошо. Свыклись со своим положением холостяков и старшие его брата, пока Сергей не обзаведётся своей новой семьёй. Сестра с не очень сложившимися взаимными отношениями с мужем. Дни их были наполнены работой, хлопотами по дому, в заботе друг о друге.
 Наверное, за них всех, её детей, молилась их мама, Тамара Васильевна, уже на том свете. В том числе, и за него, Олега, чтобы им всем в этой жизни повезло.
 По крайней мере, с такими мыслями она умерла, склонившись к Вере на плечо. Однако же, Сергею, почему-то, стало казаться, что у Олега не всё гладко в его семейной жизни. Он видел, что Маша не всегда любезно разговаривает с Олегом. А он лишь только отшучивался на её нелюбезности и на подозрения Сергея.
 Но что было у него на душе никто не знал. А Сергей чувствовал, как ему тяжко  бывает по неожиданно мелькнувшей грусти в его глазах.
 Сам же по себе Олег был человеком характера добрейшего, с чуткой и отзывчивой душой, в любой компании был в центре внимания. Весельчаком и балагуром. 
 Прекрасно играл на гитаре, неплохо пел, а в школьном вокально-инструментальном ансамбле "Крабы" был лидером и организатором всяких мероприятий.
 Точно таким же заводилой он был в их большой семье. В техникуме он организовал точно такой же вокально-инструментальный ансамбль, как и в школе. И назвал его "Рифы".
 На смотрах студенческих самодеятельных коллективов этот его ансамбль занимал главные призовые места. В армии он тоже не расставался с гитарой. И вокруг него всегда кучковались ребята, слышались вокруг смех и шутки.
 Да и внешне, Олег был просто красавцем. На него всегда и везде девушки заглядывались. Жизнь для него выглядела в розовых тонах. 
 А тут было что-то иное и не так? И потому, несколько прохладное отношение Маши к их любимому младшему брату несколько настораживало Сергея. Но он убеждал себя в том, что это ему только так кажется. Или же в том, что это он слишком любит своего младшего брата?
 И это было похоже на правду, Сергей привык опекать его с детства. История знакомства Олега с Машей тоже была необычна. И наводила Сергея на определённые размышления.
 По словам той же Маши: "не он выбрал её, а она его", так как они ею были сказаны, ему запомнилось. Точно также это случилось и с Аркадием. Марина сама выбрала его, едва он получил диплом художника. Вадим точно также выбрал Веру, а не она его, Людмила - Сергея?
 Но здесь было что-то иное и обоюдное. Возможно и любовь. Или он опять ошибается? Ведь им всем тогда, казалось, что всё наоборот: они ведущие,а не ведомые.
 Неужели же эта ошибка и есть основная причина непрочности их отношений. Борьба за власть, за доминирование в семье? Маша с первых дней старалась командовать Олегом.
 Не прямо, а исподволь, с помощью хитрости и показной своей женской слабости. Она во всех семейных вопросах настаивала только на своём и он неизбежно подчинялся.
 Особенно, это стало заметно после рождения в 1979 году их сына Ромки. Постоянно она уводила Олега из их "родового гнезда", едва только он располагался на лавочке перед входом в дом.
 Уводила под любым первым предлогом, обязательных срочных и неотложных дел. В том числе, к примеру, для гулянья с ней и сыном в тульском Центральном парке. 
 Хотя в их саду, в Крапивенке, было нисколько не хуже, чем в том же парке. Да и лес был тоже рядом, и река. Замечательная природа!
 Молчалива и скучна была Маша в общении со всеми Гончаровыми. Словно чужая. Особенно, после смерти их родителей. В разговорах почти не участвовала, пока к ней кто-нибудь ни обращался с каким-то вопросом.
 За праздничным столом сидела, чаще всего, поникнув головой, хотя отвечала на вопросы вежливо и кратко. Сама же она никогда никакую тему не затрагивала, ничего о себе и об их жизни не рассказывала.
 Всегда торопилась поскорее покинуть их дом. Только лишь: "Здравствуйте" и "До свидание". В чём же причина? Никто этого не мог понять. Только лишь один Олег, видимо, знал в чём причина и старался ей угодить, чтобы она не сердилась.
 А она держалась всё более отстранёно и холодно, хотя и вежливо. Впрочем, упрекнуть её было и здесь не в чем. Такое поведение можно было бы объяснить её скромностью. Но скромность ли это была?
 Познакомились они с Олегом на летней студенческой практике, что проходила на селе. Что-то они там днями строили, а вечерами развлекались на местных танцах. 
 Нередко, что и сам Олег играл и пел с импровизированной эстрады. В то время он был в большой дружбе с одной из девушек-однокурсниц, кажется, Наташей. Которая ему нравилась. 
 Видимо, и он ей. Однажды, в какой-то большой праздник, она побывала, вместе подружками-друзьями, однокурсниками Олега, в их доме, что в Крапивенке. И очень тогда понравилась Тамаре Васильевне. Нередко её вспоминала.
 Была она очень активна и внимательна к Олегу, а после застолья всю посуду перемыла и ловко поставила на место в серванте. Конечно, с помощью Веры и Олега. 
 Была она мила, весела, любезно общительна с хозяевами дома. И не могла тем им всем не понравиться.
 Всё были рады за Олега. Казалось бы, всё было у них хорошо и лучшего бы и не стоило желать. Но случилось так, что в том самом колхозе на летней практике Олег с Наташей, из-за какой-то ерунды-сплетни, поссорились.
 Прознав про это, Маша твёрдо сказала своей подруге:
 - Олег будет моим!
 Та удивлённо вскинула на неё брови:
 - Так у них же любовь!
 Маша пропела:
 - Любовь нечаянно нагрянет...
 Давно она уже обратила внимание на этого красивого парня с параллельного курса. И потому, в тот же вечер, сама первой пригласила его танцевать. С тех пор они как-то и сдружились.
 Маша не отходила от него ни на шаг. Характером, как, казалось, сейчас Сергею, Маша была сильнее Олега. Это и было определяющим в их отношениях. Хотя особых талантов за ней не было замечено, кроме настойчивости в жизни и в учёбе.
 "Всё это было бы довольно неплохо,- думалось Сергею,- если бы Маша, действительно, его любила. А если нет?".
 Вот это его сейчас и беспокоило. Сергей не был уверен в этом и потому очень боялся за своего младшего брата:" Как бы Олег не повторил мою судьбу?". Он не желал ему потерять свою семью.
 К сожалению, время для Сергея было тогда такое, что ему было не до долгих рассуждений. Собственная неудачная судьба и уход родителей ввергли его в полное в депрессивное состояние.
 Олег тоже был тогда в состоянии стресса после смерти родителей. Да весь, к тому же, ОН погряз в работе. Семейная жизнь навалилась на его юные плечи. Надеяться ему было не на кого. Но вот желание приобрести автомобиль его не покидало. Это было его второй страстью, после музыки. 
 Нужно было ему ещё рассчитаться с долгами за машину, обустроиться как-то в новой своей семье и подумать о своей собственной квартире. Потому и перешёл работать из мастеров в каменщики. Стал работать по договору за квартиру. Так было легче и быстрее её получить.
 А тут-то им всем ещё вдруг пришла в голову новая мечта-идея построить ещё один гараж. Первый стал художественной мастерской Аркадия. "Хватит держать "Запорожец" под брезентом!"- решили братья. Место для него в "родовом гнезде" избрали удобное: в конце садового участка. С выездом на "Аллейку". На месте бывшей трансформаторной будки.
 Шлакоблоковый кирпич Сергей приобрёл на комбинате ещё до прихода Олега из армии. Тамара Васильевна уже тогда, чувствуя свою слабость, всем им наказывала:
 - Нужно Олегу обязательно во всём помогать! Он же у нас самый младший в семье. И вообще, вам всем нужно держаться вместе и помогать друг другу. Жить дружно!
 Но и без того материнского наказа в семье все хорошо это понимали. Да и помнили отцовскую наказ-притчу про веник, который "по одной веточке легко поломать, а в связке - невозможно".
 Кроме того, все в семье очень любили своего младшего брата. Его просто его обожали, потому что Олега невозможно было не любить. Он был всеобщей радостью и гордостью. И дня не проходило, чтобы они о нём не вспомнили.
 Гараж решили строить большим, с расчётом на две машины. А потом над этим гаражом, как прикинул Сергей, можно будет сделать прекрасную летнюю комнату. 
 Сергей собирался превратить её в семейную библиотеку. Соответственно, утеплить, осветить и обустроить.
 За строительство взялись с энтузиазмом. Вчетвером: Сергей, Олег, Аркадий и брат Маши Георгий. Олег привёз цемент и песок, купил железные ворота для этого гаража, приобрёл балки для перекрытий, рубероид, а красный кирпич и доски у них уже в Крапивенке были.
 Сложили стены, накрыли рубероидом. Олег привёз железную бочку-печку. Провели они свет с Сергеем и были этому безмерно рады. Гараж ожил. Таким образом, "Запорожец" получил своё жилище, вместе с будущими "Жегулями"
 Сделали стеллажи, верстак, на стенах появились навесные шкафы. И гараж словно вечно был здесь в их "родовом гнезде", теперь и Сергей, для нужд их большой семьи, стал чаще пользовался "коньком-горбуньком".
 Не прошло и трёх лет, как младшие братья приобрели "Жигули". Решили, что Сергей покупает у Олега "Запорожец", к которому он тоже привык, а Олег проводит агитационную работу в своей семье, соблазняя красотой и удобствами иметь автомобиль более высокого класса.
 Эта агитация подействовала. Первой, опять же, поддержала Олега тёща: как ни замечателен "конёк-горбунёк", как ни верен он и вынослив, а им-то всем в нём тесновато. Багажник тесноват. Хотя над крыше тоже имеется. Но от хорошего всегда ведь хочется лучшего. И эта идея понравилась им всем.
 И вот уже Олег с Машей присмотрели "копейку" цветом "коррида". Глаз не могли от неё оторвать. Почти что и новая, в хорошем состоянии. Хозяин согласился продать за четыре тысячи рублей. Олег срочно опять приехал к Сергею:
 - Ищи срочно деньги!
 - Сколько?
 - Тысячу!
 - Хорошо...
 И он бросился в Тулу к двоюродной их сестре Веронике, дочери покойного брата мамы Сергея, в честь которого Сергей и был назван. Вероника занимались вместе с мужем, кроме основной своей работы, ещё и разведением на продажу ценных пород собак. Преимущественно догов. Так что деньги у них были, Сергей это точно знал
 Как ни боялся больших собак Сергей, но прямо с утра следующего дня направился к двоюродной сестре и выложил всё, по-честному, для чего ему нужны деньги.
 И она, без всяких колебаний и разговоров, выложила ему нужную сумму. Разумеется  с постепенной отдачей. Сергей был несказанно рад этому и был ей очень благодарен.
 Сердце его счастливо билось. Тут же он прыгнул в троллейбус и отправился к Олегу. Благо, что это было недалеко. И выложил всю сумму перед всей его новой семьёй. Теперь обратного хода уже не было.
 Кроме того, ещё пятьсот рублей добавил и Аркадий. Это был конец марта 1984 года. Субботний день. У Сергея было радостно на душе. Вокруг чирикали воробьи, пили из лужиц воду. Днём ручьи и капель, а по-утру и к вечеру мороз и гололёд.
 С зимы до лета "Запорожец" всегда у них отдыхал в гараже. Теперь там будет место и для "ласточки". Так Олег успел назвать ещё не купленные свои "Жигули".
 Потому Сергей и поспешил на свой автобус, чтобы быстрее добраться в свою Крапивенку. Взобравшись в него, он уютно устроившись на заднем тёплом сиденье. Свою миссию он выполнил. Теперь ему предстояло лишь рассчитываться с долгами.
 Но его это совсем не тревожило. Даже выплачивая алименты, он имел такую возможность погасить долг по сто рублей в месяц. И не кому-то чужому человеку, а своей двоюродной сестре. Его сердце было полно благодарности к ней: теперь в их большой семье было уже два автомобиля. И будут они теперь стоять в одном гараже.
 Значит, с Олегом-то они будут видеться значительно чаще. И это его радовало. Без него он скучал, как и все в их семье.
 Сергей тоже тогда был молод, здоров и холост. Автомобиль, пусть даже и не столь престижный, давал ему некий смысл жизни и иной общественный статус, наполнял его новой заботой.
 Теперь он мог значительно ускорить течение своей жизни, сокращая время передвижения и расстояния. Возможно, и для встреч со своей дочерью Светой, про которую он никогда не забывал.
 Кроме того, управление автомобилем доставляло ему истинное удовольствие. Хотя он ещё и не получил права, но несколько раз уже подъезжал в "Запорожце" к дому своей новой знакомой Нина Ивановны. Правда, не заметив в её лице особого восторга от его красавца "конька-горбунька".
 Но он не слишком обиделся на это. Со временем он и ей понравится. Так он думал. Это же не роскошь, а средство передвижения. Теперь из Крапивенки он стал значительно быстрее добираться до её дома, что в Крутом Яру. Но вот этакое его восторженное отношение к жизни сразу же померкло, когда он, возвращаясь от Олега, вошёл в их дом, что в Крапивенке, и увидел заплаканные лица Егорки и Оли.
 - Что случилось?
 - Ма-ма-а!- зарыдала Оля, протянув руки к Сергею,- хочу к ма-ме!...               
 - Так, говори же толком,- вскричал Сергей обратившись к старшему Егорке и взял на руки Олю. она продолжала плакать.
 Сквозь слёзы Егорка поведал ему о том, что Вера шла в сад с большим тазом в руках, наполненный верхом стиранным бельем, чтобы там вывесить бельё на просушку. Да ненароком поскользнулась о наледь, что накапала с крыши во дворе, и упала, ударившись головой о газовый стояк, выходящий из земли на углу их дома. Потеряла сознание.
 Аркадий, всегда спешащий на уроки в художественную школу, успел лишь вызвать скорую помощь и сам уехал вместе с ней в Тулу. В больницу им Семашко. Оттуда он должен был отправиться на работу.
 Сергей не знал, что предпринять. Не знал куда звонить. Оставить детей одних дома он тоже не мог. Но прошло немного времени, как приехали Олег с тёщей и сообщили ему, что они были уже в травматологическом отделении больницы, где им сказали, что Вера жива и находится в реанимации. О несчастье с Верой им сообщил Аркадий.
 Где же сейчас находится Вадим и как его искать никто не знал. Решили сообщить его матери. И это обещал сделать Аркадий.
А. Бочаров.
2020.