я

Занавес закрыт. На сцену осторожно пробирается клоун, который хотел быть лебедем.

Клоун, который хотел быть лебедем: я клоунесса, нет, я клоун. Мои зрители разошлись. Теперь я хочу поговорить с вами. Я клоун, я веселю людей, мастерю животных из шариков и неестественно смеюсь. У меня это правда получается. Я клоун, когда я плачу, люди смеются. Когда я падаю, люди смеются. Когда мне больно, люди смеются. Занавес закрывается, и я опять плачу, но уже никто не смеется. Я хочу быть лебедем, но я клоун. Я хочу парить по сцене как лебедь, но я гримасничаю и неуклюже хожу, потому что надо, чтобы люди смеялись. Я лебедь, нет, я клоун, но я лебедь. После того, как закрывается занавес, я представляю себя лебедем, но этого никто не видит. Я лебедь. нет, я клоун, и я веселю людей. Вообще я веселю детей, но взрослые веселятся куда живее. Иногда воооот такая девочка или воооот такой мальчик, затерявшийся в толпе неугомонно развеселившихся, смотрит на меня огромными мокрыми сочувственными глазами, пока его мама и папа тщетно пытаются впихнуть его поближе к клоуну, чтобы он тоже заливался задорным смехом. А он упёрто стоит и смотрит прямо на меня, прямо на лебедя. И я понимаю, это будущий клоун среди стаи лебедей.
 
Лебедь, который хотел быть клоуном: Я лебедь, да, я лебедь. Но я хочу быть клоуном. Когда я плавно приземляюсь на сцену после очередного виртуозного прыжка, люди плачут. Я задеваю сердца людей своим невинным крылом. Но они видят лишь то, что хотят видеть, а не то, что есть на самом деле. Я лебедь, но я хочу быть клоуном. Я хочу веселить людей, я хочу дарить им неподдельную радость, я хочу слышать их живой смех. Я хочу быть настоящим, я не хочу вызывать жалость любовной историей. Слезы – ничто. Смех – вот, что действительно ценно. Я клоун, нет, я лебедь, нет, я клоун. Я лебедь, когда мне удается сквозь рампу взглянуть в зрительный зал, я ненароком замечаю равнодушные глаза мальчика или девочки, они не хотят смотреть на то, как безжизненно опускаются мои крылья, они хотят шоу, хотят бурного действия. Они смотрят на лебедя, но видят клоуна.
 
Клоун встречается на сцене с лебедем.

Клоун, который хотел быть лебедем: Вот он, вот он лебедь, вот он я.

Лебедь, который хотел быть клоуном: Вот он, вот он клоун, вот он я.

Герои находятся на расстоянии, смотрят друг на друга как в зеркало и отражают движения друг друга. Между ними прозрачный занавес.

Клоун, который хотел быть лебедем: Почему, почему я не лебедь? Где мои прекрасные белые крылья, где моя длинная грациозная шея? Где моя трагедия? Во мне столько трагедии. В конце концов, жизнь – это трагедия. Мы все знаем, что в конце герой умрет, так почему, почему же мы заглушаем ее, трагедию, ее, жизнь, неуёмным смехом, пошлым смехом, отвратительным смехом. Вот я снимаю свой красный нос (снимает нос), вот я снимаю свой парик (снимает парик), разве я смешон? Разве я не трагичен? Я гол, а значит невинен. Вы не посмеете смеяться над невинным. Так плачьте, плачьте же. Очистите же свои дурные мысли, омойте же свои запылённые души. Жизнь - трагедия, жизнь – страдание.

Клоун, который хотел быть лебедем пытается грациозно исполнить партию лебедя.

Лебедь, который хотел быть клоуном: Так смейтесь, смейтесь же. Почему вы столь угрюмы? Человеку по праву рождения суждено страдать, но вы, вы смейтесь. Будьте выше страдания. Опуститесь на самое дно страдания и вынырнете оттуда под громогласный живой смех. Страдание – смерть, смех – жизнь. Будьте несокрушимы, будьте стойки, будьте живы. Смейтесь. Освободитесь от удушающих оков вселенской скорби, встряхните мир незабвенной радостью (лебедь снимает белую пачку, белые крылья и белые пуанты). Будьте свободны. Будьте храбрыми, чтобы быть свободными. Отриньте белизну страдания, будьте веселы.

Клоун, который хотел быть лебедем подходит к лебедю, который хотел быть клоуном

Клоун, который хотел быть лебедем: Твое прекрасное белое крыло. Чистое, невинное, дышащее самой сутью, источающее истинный свет. Истинность относительна, истинности не существует. Но твое крыло – сам воздух. Воздух – истин, воздух не нуждается в доказательстве. Воздух трагичен, если его нет – это смерть, если он есть – это жизнь. Само это условие заключает в себе всю трагичность жизни (клоун, который хотел быть лебедем надевает крыло лебедя, который хотел быть клоуном). Вот я прикоснулся к свету, я чувствую, как он очищает меня, и мне хочется плакать, мне хочется страдать, чтобы вознестись над людьми, чтобы укрыть их крылом, и чтобы они тоже почувствовали этот свет, чтобы они пусть на мгновение, но остановились и вдохнули этот свет в себя. Пусть он омоет их, и пусть они через страдания узнают счастье, узнают покой.

Лебедь, который хотел быть клоуном: Как чудесен твой парик, как он многогранен, как он таинственен и как же он смешон. Да, смешон, но в этом его истинность. Истины нет, но вот я надел твой парик, (надевает парик) и я больше не я (заливается громким смехом). Я никогда не я и это истина. Это суть. Мы все не те и в этом наша суть. Поэтому мы можем смеяться друг над другом, и никто не обидится. Потому что мы все равно не те, кто есть на самом деле. В этом радость жизни. Быть разными, быть смешными, быть не теми. Жизнь – игра. Ты думаешь – я это я, а это совсем не я (бегает по сцене, радостно кружась и смеясь). И как же мне от этого свободно и как же мне от этого хорошо. Сегодня я клоун комический, а завтра я клоун трагический. Разве это не истина? А вы, вы смейтесь, ваш смех – моя жизненная сила.

Клоун, который хотел быть лебедем: Как же мне нравится твое крыло, как оно мне идет. Я чувствую всю его мощь. Наконец, я – это я.

Лебедь, который хотел быть клоуном: Да пожалуйста. Я так рад, что оно принадлежит тому, кто его так ценит. А я так счастлив в твоем парике. Наконец я обрел настоящую радость.

Оба наконец счастливы.

Клоун, который хотел быть лебедем: Только почему-то мне становится так тяжело (отягощённое крыло тянет клоуна, который хотел быть лебедем вниз), и почему никто не плачет? Почему вы смеетесь надо мной? Мне так тяжело (постепенно опускается вниз). Как же это невыносимо. Как же тяжело, я чувствую, как во мне разливается жгучей лавой скорбь всех живущих. Нет (исступленно кричит, надрывается, пытается подняться), не смейтесь, я прошу вас, ваш смех убивает меня. У меня почти нет сил.

Лебедь, который хотел быть клоуном: Смейтесь, смейтесь громче (громко смеется). Вам ни к чему пустые страдания, жалостливые страдания. Жалость убивает, веселье возрождает. Отчего только мне так грустно. Нет, вы смейтесь, смейтесь. И я буду вместе с вами. Нет, я не могу. Тоска, невыносимая тоска (плачет сквозь смех). Отчего мне так тяжело. Мою грудь разрывает от тоски. Этот парик, он так давит… этот парик. Невозможно. Нельзя (пытается сорвать парик). Мне так больно. Эта боль внутри, я не могу с ней справиться (садится рядом с клоуном, который хотел быть лебедем). Отдай мне мое крыло. Мне нужно мое крыло. Я не могу без него дышать. Как ты выносишь эту тоску? Клоунам же должно быть так весело, а почему мне, почему мне так плохо? Я хочу свое крыло.

Клоун, который хотел быть лебедем: Я не могу отдать крыло. Оно такое тяжелое. Я не могу встать. Мне так тяжело. Я думал, через страдание моя душа станет чище, мне станет легче. Это невыносимая ноша. Она сдавливает меня не только физически, но и духовно. Нет, моей душе не выдержать этот груз, этот неподъемный груз. Забери свое крыло, верни мне мой парик. Я надену его и свой прекрасный нос, и вновь обрету горечь веселья, но только ту, которую способен нести достойно.
Лебедь, который хотел быть клоуном: Без своего крыла я бессилен. Я не могу отдать парик, он овладел мною. Веселье должно было меня оживить, но вместо этого в моей душе только тоска, невыносимая черная беспросветная тоска. Бесформенная гнетущая удушающая тоска.

Клоун, который хотел быть лебедем плачет. Лебедь, который хотел быть клоуном плачет. Идет снег.

Клоун, который хотел быть лебедем: Мне ужасно тяжело. Твое крыло, кажется, весит тонну. Я больше не чувствую свое тело.

Лебедь, который хотел быть клоуном: Ты ошибаешься. Мое крыло легче пера, мое крыло – сам воздух. Благодаря моему прекрасному крылу я парил по сцене, как только могут самые грациозные птицы в миг своего стремительного полета. В своей трагедии я был прекрасной птицей, но я этого не ценил. Я был слеп. Я понял это только тогда, когда безвозвратно отдал свое крыло. Вместо него у меня только твой парик, он ужасно сдавил мою голову, кажется, я больше себя не чувствую.

Клоун, который хотел быть лебедем: Мой парик самый обаятельный парик. Сколько раз я приводил людей в восторг своим париком и носом. Но я не хотел видеть, как люди искренне радуются. Я не ценил их смех. Я был глуп. Теперь мне не получить его обратно. Я понял. Мне его больше не вернуть.

Лебедь, который хотел быть клоуном: Ты чувствуешь, как стало холодно?

Клоун, который хотел быть лебедем: Но этот холод внутри. Снег идет снаружи, а холодно внутри. Эти узорчатые острые снежинки режут меня изнутри. Это наказание.

Лебедь, который хотел быть клоуном: Это суровое наказание. Однажды предав себя, нести тебе ношу непосильную.

Клоун, который хотел быть лебедем умирает от непосильной горечи страдания. Лебедь, который хотел быть клоуном умирает от непосильной горечи тоски. Снег заканчивается. Сцена в полной темноте. В глубине сцены постепенно разгорается луч света. Лебедь, который хотел быть клоуном отдает парик клоуну, который хотел быть лебедем. Клоун, который хотел быть лебедем отдает крыло лебедю, который хотел быть клоуном. Герои берутся за руки и идут на свет луча.