Шишига

Серёжа проснулся рано, Новый год на носу, нужно нарядить ёлку, помочь маме с уборкой. Кому охота в неубранной квартире праздник проводить? Прежде всего нужно умыться и почистить зубы. Но самое первое, что сделал Сергей, встал возле стеночки, где была начерчена огромная линейка, и измерил свой рост. Он давно догнал маму и даже чуть-чуть был выше, теперь догонял папу.

Когда-то давно, когда Серёжа был анчуткой и звался Слободом, он мог без труда залезть под диван или, скажем, в кастрюлю, в которой мама варила холодец к Новому году. Теперь, когда он стал обыкновенным мальчиком, не вмещался даже в свой школьный шкафчик. Серёжа подрос и возмужал, как любил говорить его папа.

Оставшись довольным измерением, Сергей направился в ванную. Дверь в спальню родителей была прикрыта, они ещё крепко спали. Холодная вода напрочь прогнала сон, Серёжа даже запел: «В лесу родилась ёлочка, в лесу она росла!» Вдруг откуда-то с потолка послышался хриплый голос: «Зимой и летом стройная, зелёная была». Серёжа схватил душ и открыл горячую воду. «Кто здесь? Выходи, сейчас кипятком ошпарю!» — «Не надо меня кипятком парить! Я уже мылся давеча в стиральной машине». Сергею показался голос очень знакомым. «Я тут в вентиляции, в вытяжке я», — послышался тот же голос. «Кто это я?» — спросил Серёжа, не закрывая воду. «Сухарь я, отворяй решётку, умаялся тут, продыху нет». Серёжа быстро принёс с кухни табурет, поднялся и снял решётку. Сухарь шлёпнулся в ванну. Зипун Сухаря, как и борода, были в извёстке белые. Борода растрёпана, как разворошённая копна. «Сухарь, дядька! Как я рад тебя видеть! Что случилось? Как ты туда попал? Что с твоей бородой?»

«Некогда нам лясы точить по пустякам! Пошли в твою светёлку, пока родители спят, я вкратце всё обскажу». Серёжа на цыпочках прошёл мимо закрытой спальни родителей, провёл Сухаря в зал, где стояла ещё не наряженная ёлка. «Ты давай сказывай и игрушки ёлочные мне подавай, я буду ёлку наряжать и тебя слушать». — «Я и сам могу ёлки украшать», — сказал Сухарь, только она у вас слишком высокая. «Ты дай мне палку какую-нибудь, чтоб я мог до макушки достать». Серёжа вручил анчутке лыжную палку. «Ну теперь рассказывай». Пока ёлочка принаряжалась, Сухарь рассказывал о мявке Юльке, о Димке и шишиге.

Дверь в комнату внезапно открылась, в комнату зашёл папа. Сухарь остолбенел от страха и застыл как статуя с лыжной палкой в руке. «С кем это ты тут разговариваешь?» — «Я пою», — спохватился Серёжа. «В лесу родилась ёлочка…» — «Молодец», — папа похлопал сына по плечу. «Уже и ёлочку нарядил!» — «Только вот дед мороз у тебя какой-то странный. Палка лыжная вместо посоха». Тут Сухарь стал обливаться потом и трястись. «Заводной?» — спросил папа. «А что мокрый?» — «Это я помыть его хотел, и, видать, что-то замкнуло в электронике, вот он и трясётся», — быстро ответил Серёжа. Папа ушёл к себе в спальню, а Сухарь всё продолжал трястись, пока Сергей не хлопнул его по плечу. Сухарь выронил палку и полез под диван. «А бороду я излохматил, когда по вентиляции полз. Хотел на кухне вылезть. Да там вентилятор, всю бороду мне закрутил. Давай собирайся, к Юльке побежим!»