Про страшилки

Вера ехала к брату на родительский день в летнем лагере и думала. Как ее воспримут воспитатели и родители других ребят, она не мама, девчонка, только-только школу закончила. Конечно эти мысли уже посещали ее, когда она твёрдо убеждала родителей, что она справится и они могут поехать отдохнуть. Отпуск выдался всего неделю, можно успеть или на турбазу, или к Димке в лагерь в субботу, одно из двух. Можно конечно было уехать на турбазу всем вместе, но Димка не попал бы в одну смену с друзьями, а он очень хотел.

На площадке у сцены творился настоящий хаос. Малыши с визгами носились между скамейками и тянули родителей во все стороны сразу, ребята постарше хвастались поделками, находками и лагерными достижениями. И только Димка нахохленным воробьём сидел возле Веры и молчал.

Воспитатель и вожатые отряда Димку нахваливали, только удивлялись, что такой активный мальчик становится всё более хмурым и замкнутым.

— Ну Дим, — Вера легонько толкнула брата локтем, — тебе тут не нравится?
— Да нравится, только... не очень. Днём всё хорошо, а вечером... Ты же знаешь, что я боюсь темноты.
— Ага, — кивнула Вера, — я её тоже боюсь.
— Чегооо? — вытаращил глаза брат.
— А ты думал, ты один такой? — подмигнула Вера, — Ну ладно, ты боишься темноты, но ведь дома ты привык к ней, подружился, а тут ты даже не один в комнате, кругом ребята.
— В том-то и беда, — вздохнул Димка, — старшие повадились вечером страшилки рассказывать... Ходят к нам, нравится, наверное, как их пацаны с открытыми ртами слушают.

Вера закатила глаза. Страшилки — бич лагерной жизни, если избегаешь таких сборищ и сам не сочиняешь про вурдалаков, становишься изгоем.

— А тут еще, — продолжал брат, — клён за окном, веткой окно царапает или стучит. И понятно, что это просто дерево, а всё равно до мурашек...
— Ладно, — Вера решительно встала. — До концерта еще полчаса, пойдём познакомимся с твоим клёном.
— Как это, познакомимся с клёном?

Но Вера уже шла по тропинке к домику.

— Смотри, какой он... Когда я здесь была в первом классе, он, наверное, был еще подростком, а сейчас уже взрослый. Представляешь, сколько мальчишек и девчонок он здесь видел, сколько историй и тайн выслушал. Настоящий хранитель лагерных традиций. Уверена, он совсем не хочет тебя обидеть или напугать, — Вера нежно гладила кору клёна, а клён шелестел ветками где-то высоко и будто тихонько отвечал ей.

Спустя две недели Вера вместе с родителями ждала, пока ребята, приехавшие из лагеря, наобнимаются у автобуса и разберут свой багаж. Димка сиял. За оставшееся время, он не позвонил, хотя Вера предлагала забрать его, если будет совсем сложно со страшилками и ребятами, значит, всё получилось.

Когда шли от автобуса, Вера шепотом спросила: «Ну как?»
— Супер! — выдохнул брат.
— Даже страшилки?
— А-а, — отмахнулся Димка, — страшилок больше не было. Я рассказывал им истории нашего клёна, как он был маленькой крылаткой и жил высоко-высоко над землёй, потом был не выше одуванчика, и всё такое, что он видел, слышал, о чём мечтал. И знаешь, всем на удивление понравилось. Ребята тоже втянулись, бегали по лагерю, находили старые деревья и сочиняли о них истории, очень интересно получилось!
— Лихо ты это повернул, — сказал подошедший незаметно папа.
Димка засиял еще больше.
— Ну а темнота? — спросила Вера, — как с ней?
— С ней... Понимаешь, это глупо, наверное, — замялся Димка, — когда ты смотришь в темноту, она как будто бесконечная, ага? А в темноте есть клён, и он добрый. И значит клён есть в любой-любой темноте, она вся общая. Наверное, и другие хорошие ребята в ней есть, но клён — точно! И тогда совсем не страшно.