И тебя вылечим

Бабушка в детстве постоянно говорила Лике, что смех без причины — признак дурачины. И вообще, сейчас смеёшься, а скоро будешь плакать. И что даже есть корреляция: чем громче смеёшься, тем сильнее плачешь.

Лика бабушку любила, но верить ей не хотелось. Лика была смешливая, из тех детей, кому вдруг попадают в рот смешинки, и они хохочут до слёз и до колик в животе. Бабушка была старенькая, и с Ликой ей было тяжело. Мало того что дочь непутёвая родила неизвестно от кого, от первого встречного, кого тут же след простыл. Так и потом ещё скинула ребёнка на мать и умотала на Север деньги зарабатывать. Деньги присылала, тут не отнять. Но на дочь ей было наплевать, и она их и не навещала совсем.

Лика постоянно про мать спрашивала, и приходилось придумывать истории, как мать помогает замерзающим в снегах оленям и отогревает их теплом своего дыхания.

Лика была активная. Не то что Марина, у соседки внучка, — та весь день сама с книжкой могла просидеть. Лику же вечно где-то носило с закадычным дружком Петькой Мухиным. Она приходила домой с разбитыми коленками и с бродячими котятами, которых потом ей, бабушке, приходилось пристраивать.

Бабушка любила тишину, даже телевизор не смотрела. Лика же громкая, как пионерский горн. Громкая, весёлая, смешливая. И хохот детский без причин раздражал бабушку как ничто. Вот она и цыкала на Лику.

С годами Лика смеялась всё реже. Поверила бабуле. Сама стала замечать: в понедельник посмеялась, в среду потеряла любимую серёжку.

После внезапной смерти старого любимого кота Василия Ивановича Лика смеяться перестала.

В тот день они встречались в «Меге» с подругой из универа, взяли по бокалу пива и бургеру. И как стали вспоминать учёбу, и как стали ржать до слёз, и не пьяные — каждая по глотку этого пива сделала, — а попали им в рот смешинки. И они хохотали.

А потом Лика пришла домой и нашла Василия Ивановича мёртвым.

«Я убила кота», — сказала она себе. Идиотка. Смешно тебе было? Ну вот и расплата.

Долго по коту горевала Лика, не до смеха было.

Потом на работе её перевели в отдел к новому начальнику, сидеть с ним вдвоём в одном офисе. Лицом, так сказать, к лицу. И кто планировку придумал?

А начальник, хоть и молодой парень, был из серии «шутки за триста».

Ну, он постоянно ржал. Постоянно! Зачитывал бородатые анекдоты из интернета и хохотал:

— Как вы сказали — большой теннис?
—Нет, это был маленький пенис!
Маркова,ты слышала? «Маленький пенис»! Ахахаха!

И замечание не сделаешь, начальник всё-таки.

Судя по количеству его смеха, он должен был уже уничтожить полгорода и навлечь несчастье на какую-то небольшую страну.

Лика с некоторым удивлением даже обнаруживала по утрам, что он добрался до офиса целым и невредимым.

Потом наступил декабрь, и во время корпоратива Лика напилась. Она не пила практически, а тут её посадили около бухгалтерии: «Наливаем, девочки, что сидим, кого ждем?» И гендир говорил и говорил тосты, и все поднимали бокалы.

И пьяненькая Лика подошла к начальнику и спросила: «Алексей Михайлыч, а как вы ещё живы с вашим чувством юмора?»

Он выпучил глаза: «Чего? Маркова, ты что, белены объелась? Ну-ка, давай, рассказывай!»

И Лика ему всё выложила: про бабушку, про смех без причины и про то, что она своим весельем убила кота.

«Ну ты, мать, даёшь, — пробормотал начальник, — совсем у тебя крышечка протекла. А секс у тебя давно был?»

«Давно, — ответила Лика, — в универе ещё».

«Так это надо срочно исправлять», — сказал ей начальник. «Пойдём?»
«Пойдём»,— кивнула Лика.

И они пошли.

Когда поженились (а они, конечно, поженились, ведь он с первого дня положил на неё глаз), Лика поняла, что с кем поведешься, от того и наберёшься.

И вот они уже вдвоём смотрят «Комеди Клаб» и стендап комиков и хохочут так, что звенит стекло в буфете.

И ничего не происходит. Чудеса.

Потом начальника повысили ещё, и он перешёл в правление. Лика села на его место во всех смыслах: и на его должность, и за его стол.

А ей в отдел перевели грустную девочку Танечку.

«Всё с тобой понятно, крошка», — подумала Лика. «Мы и тебя вылечим».

И громко прочитала вслух:

— Как вы сказали — большой теннис?
—Нет, это был маленький пенис!

И захохотала.