Ты главное моё стихотвренье

Я неустанно жду весеннего тепла,
Земная, обнажаюсь розой мая.
Покорная его ветрам, я несмела,
И от избытка нежности немая.

Во мне дрожит предчувствие грозы,
И лепестки раскрыться не решались,
Но в каплях утренней, непрошеной росы
Все страхи и сомнения смешались.

И в каждой клетке — неприкаянность любви,
Ежеминутно — я живу и снова умираю.
Нечаянно цветок рукой не оборви —
Отчаянность в крови у рыб-пирайю.

Мой хрупкий стебель тянется к лучу,
Шипы как боль, что прячется под кожей.
Я о своей любви отчаянно молчу,
Но взгляд мой на безмолвье непохожий.

В порыве страсти переменит норов май,
И загрустит, роняя слёзы-росы.
О, если б мне открыла тайну Баттерфляй,
Мотивом лёгким, что такое проза...

...Когда стихами дышит всё вокруг,
Смятенная душа не ведает покоя,
Зальётся одинокий соловей, среди пичуг
Как скрипка романтичная, наперекор гобою.

В мгновеньях счастья — лик весеннего тепла,
Земля, согретая лучами мая.
Любить не стыдно, видит Бог, и я смогла,
Всю боль и ложь слезой с себя смывая.

Когда увянет временный наряд,
И облетят цветы под ветром стылым —
Душа запомнит искренний и нежный взгляд,
Которым ты сказал, что я любима.

И в этом слове — радость и весна,
В открытом взгляде — солнце на ресницах.
Я от любви, как от хмельного сна,
Готова в небесах растаять птицей.

Природа шепчет,— май обманчив и лукав,
И за тёплом придут дожди и стужа,
Я, голову на грудь твою склоню, и приобняв,
Скажу, что мне никто другой не нужен.

Воскресшая в час новолунья живая клетка,
Сейчас поёт, и жест признанья,
Я — уникальная, счастливая отметка,
На карте твоего пути и мирозданья.

И тайна Баттерфляй теперь не столь важна,
Её мотив печален и тревожен.
Моя любовь — прозрачна и нежна,—
Маршрут единственный возможен.

Он — сквозь туманы к ясности зари,
И боль потерь — к высокому прощенью.
Любимый, просто будь. Со мной поговори.
Ты главное моё стихотворенье.

2025 г.