10. 099 Острова, открытые Гулливером

10 Литературные острова

10.099 Острова, открытые Гулливером

Вряд ли написал что-нибудь о диковинных островах англиканский священник, декан дублинского собора Св. Патрика Джонатан Свифт (1667—1745), не открой их Лемюэль Гулливер. Именно этому литературному герою человечество обязано знакомством с островами Лилипутией* и Блефуску, летающим островом Лапутой, островом чародеев и магов Глаббдобдрибом, а также островом благородных лошадей-гуигнгнмов и мерзких человекоподобных еху. Не стоит сомневаться, что первооткрывателем этих земель для европейцев был Гулливер. Ведь сам Свифт до конца жизни не признался, что это он написал «Путешествия Гулливера» (1726).
___________________
*  Литературоведы до сих пор спорят, где располагалась империя лилипутов — на острове или континенте. Сам Свифт о том умалчивает, дабы не дразнить собак, поскольку под Лилипутией подразумевал Англию (остров). Вслед за некоторыми свифтоведами примем версию острова.

Зачем Свифт 4 раза отсылал Гулливера в отдаленные страны света, и почему те чаще оказывались на островах? Видимо, затем, чтобы соотнести самые разные умозрительные земли с островной Англией. Автор спародировал и вывернул наизнанку современную ему жизнь, показал гадкое ее нутро. Это нутро он попытался очистить словом — увы, задача оказалась непосильной. Свифт разочаровался в способности человека быть разумным и поверг себя в безумство молчания. Но его роман, осмеявший деяния конкретных лиц английской и ирландской истории эпохи Просвещения (т.е. времени становления первого в мире «свободного» буржуазного государства), нравы и обычаи той поры, стал зеркалом, в котором с каждым годом человечество все отчетливее видит свои уродливые черты.

Чем же конкретно разочаровали Гулливера открытые им острова?

В 1699 г. герой попадает в Лилипутию, где все размеры обычного для нас мира уменьшены в 12 раз. (Главные английские единицы измерения кратны 12: в 1 футе 12 дюймов, в 1 дюйме 12 линий, в 1 фунте 12 унций, в 1 валтасаре 12 литров). Свифт тем самым (по умолчанию) в 12 раз уменьшил и английскую мораль. Это дало ему возможность усилить иносказание, по меньшей мере, в 12 раз.

Текстологи локализовали остров Лилипутию к югу от Суматры возле Тасмании либо Западной Австралии на 30° ю.ш. Лилипуты считали, что владения их императора занимают 19 км в окружности и «распространяются до крайних пределов земного шара». К северо-востоку от Лилипутии, через канал шириной 730 м располагался остров Блефуску. Читателям и без подсказок было ясно, это — Ламанш, Великобритания и Франция.

Британскую внутреннюю политику и противостояние партий тори и вигов Свифт свел к мышиной возне лилипутских партий высококаблучников и низкокаблучников, а религиозные разногласия протестантов и католиков как абсурдную войну между Лилипутией и Блефеску за установление права разбивать вареное яйцо с острого либо тупого конца. С восхищением отозвался Свифт о законодательстве Лилипутии, которое превыше всего ставило нравственность, а самым тяжким преступлением считало человеческую неблагодарность. В подтверждение этого, лилипуты в благодарность за благодеяния, оказанные им Гулливером, хотели выколоть ему глаза, чтобы тот без ущерба его физической силе, мог «быть полезен его величеству». На острове Блефуску было то же самое — мелочная суета тех, кто, воображая себя великими, получал чины, отплясывая на канате или пролезая под палкой.

После Лилипутии Гулливер оказался на полуострове. Потому об этой истории скажем кратко. В государстве великанов Бробдингнеге, которые были в 12 раз больше его, Гулливер на своей шкуре испытал, каково быть лилипутом и понял, как ничтожна Англия и англичане в глазах и во мнении гигантов.

В 1706 г. Гулливера занесло на летающий остров Лапуту, расположенный в Тихом океане, к востоку от Японии на 46° с.ш. и 183° в.д. В основании острова высотой 275 м находился алмазный диск диаметром 7,2 км и толщиной 180 м, напоминавший слоеный пирог: под 3-метровым слоем чернозема залегали различные минералы. Вогнутая форма острова позволяла собирать осадки в бассейны. Полет и приземление острова осуществлялись с помощью 6-метрового магнита. Остров мог перемещаться над территорией, в которой магнитные породы залегали близко к поверхности. Лапута левитировала над королевством Бальнибарби, которым управлял с острова монарх. Управление сводилось к поборам с населения и подавлению (буквально) бунтов — остров опускался на мятежный город. По сути, остров представлял собой огромный королевский дворец. Тут обитала знать и слуги. Элита (мужчины) были сплошь музыканты, астрономы и математики. Оторванные, как и остров, от земли, они всё время пребывали в небесной гармонии, слушая музыку сфер, что никак не устраивало их жен, благо — мужчин-простолюдинов хватало. Недаром название острова с испанского переводится как грубый синоним слова «шлюха». Чтобы вернуть хозяев к реальности, слуги хлопали их по губам или ушам бычьими пузырями с горохом. Ненужные открытия ученых не имели ничего общего с нуждами народа, прозябающего в грязи, хотя некоторые опередили эпоху Свифта. Так, например, лапутяне создали логическую машину — прообраз ЭВМ, изобрели «способ постройки домов, начиная с крыши и кончая фундаментом», который стали применять в XX в. Открыли астрономы и два спутника Марса. (их обнаружил в 1877 г. астроном А. Холл, назвав их Деймос и Фобос). Они же создали первый в мире магнитный двигатель, хотя слова двигатель тогда еще не было. Но при этом, академики, выходцы из Лапуты, занимались «проектом перегонки огурцов с целью извлечения из них солнечных лучей» и «проблемой превращения человеческих экскрементов в питательные вещества».

Посетил Гулливер и остров Глаббдобдриб площадью 130 км;, богатый плодородными почвами, чародеями и магами. Управлял островом старейшина, который мог возвращать к жизни умерших. Правитель принял путешественника и оживил для него Александра Великого, Ганнибала, Юлия Цезаря, Декарта и др. славных личностей, а также почивших век назад англичан. Гулливер с наслаждением лицезрел «людей, истреблявших тиранов и узурпаторов и восстановлявших свободу и попранные права угнетенных народов» и с отвращением взирал на персон новой истории. «Рассматривая людей, которые в течение прошедшего столетия пользовались громкой славой при дворах королей, я… узнал, сколько невинных превосходных людей было приговорено к смерти или изгнанию благодаря проискам могущественных министров, подкупавших судей, и партийной злобе; сколько подлецов возводилось на высокие должности, облекалось доверием, властью, почетом и осыпалось материальными благами; какое огромное участие принимали в решениях дворов, государственных советов и сенатов сводники, проститутки, паразиты и шуты».

Страна благородных гуигнгнмов, куда попал Гулливер в 1711 г., находилась южнее Австралии. Это был холмистый остров с песчаными берегами, покрытый лесами, лугами и полями, засеянными овсом. Первыми путешественник встретил безобразных животных, смахивавших на людей. Это оказались потомки английской пары, попавшей на остров в давние времена. Хозяева острова — благородные лошади-гуигнгнмы сделали одичавших людей своей рабочей скотиной. Гулливер восхищался обществом лошадей, в языке которых не было слов «ложь», «обман», «деньги», которые жили в идеальном общинном государстве, вели натуральное хозяйство и занимались поэзией.

А что же еху? «Еху ненавидят друг друга больше, чем животных других видов; причину этого явления обыкновенно усматривают в их внешнем безобразии, которое они видят у других представителей своей породы, но не замечают у себя самих».

Гулливер, как чужак, похожий на еху, был изгнан с острова. Вернувшись в Англию, он в обществе еху-англичан сошел с ума, оставив потомкам завет: «Всякий, кто вместо одного колоса сумеет вырастить на своем поле два, окажет человечеству и своей родине большую услугу, чем все политики, вместе взятые».

Рисунок из Интернета. Летающий остров, открытый Гулливером