Флюорография

Казалось бы, ничего смешного ни в слове, ни в самом процессе обследования легких нет, но у меня упоминание об этом всегда вызывает невольную улыбку. Потому что история поездки на это обследование  была  такой, что можно сказать «Все это было бы смешно, когда бы не было так грустно!» такие истории вызывают раздражение, возмущение, когда происходят, и смех по прошествии времени. А происходило все так.
В отдаленных деревнях Сибири, да, думаю, что не только Сибири, многое недоступно, в том числе и в области медицинского обследования. Работала я в такой деревне. Чтобы пройти обследование или что-то купить, нужно ехать. Причем не маленько, а часа четыре. И вот однажды в начале учебного года директор школы объявил нам о том, что в субботу мы все должны ехать на флюорографию в районный центр. И он сам будет ждать нас на пристани, чтобы ехать с нами и отследить, все ли выполнили его приказ. Что ж, надо так надо. У нас народ привычный, и выходной заберут, не особо возмутимся.
Утром в субботу коллектив школы дружно собирался на пристани. Как это не удивительно, но директора среди нас не было. Никаким другим транспортом он уехать не мог, поскольку другого его просто не было. Однако это ни у кого не вызвало желания вернуться домой, нет. Он ведь директор, часто бывает в командировках, может пройти флюорографию где угодно. А вот нам придется отпрашиваться, брать дни без оплаты. В общем, все пришедшие педагоги дружно разместились в подошедшем теплоходе  «Заря» и принялись за привычные в дороге дела. Одни читали, другие разговаривали, третьи поглощали взятый с собой завтрак. Четыре часа плавания пролетели почти незаметно. Когда теплоход причалил к берегу, все торопясь ринулись к выходу: на путь к больнице, прохождение флюорографии и дорогу обратно был всего час!  Ровно через час нам нужно было сесть на такой же теплоход, идущий в обратном направлении. Выйдя на берег, мы были удивлены тем, что и обещанного автобуса, который должен доставить нас к больнице, тоже нет! И педагоги начали свой забег по районному центру! Мы побежали к больнице, и бежали так, как будто на финише нас ждал приз. А теперь представьте себе сорок прилично одетых женщин, большинство в юбках, платьях и туфлях, с сумочками в руках, которые несутся, не разбирая дороги, по песчаным улицам поселка, вызывая недоумение встречных граждан. Кто-то со смехом спрашивал про спортивный забег, кто-то просто останавливался и удивленно на все это смотрел, кто-то оглядывался испуганно, от кого и куда бегут  люди. Запыхавшись, первые бегуны добежали до пункта назначения и замерли в шоке. На дверях медицинского учреждения висело объявление: «20 сентября флюорография не работает по причине открытия охоты».
После выхода из ступора победители забега рванули назад, по пути разворачивая отставших, на бегу рассказывая им о прочитанном объявлении. И снова сельчане наблюдали организованный забег сорока женщин совсем не спортивного вида, мчащихся теперь в обратном направлении. Но, самое удивительное, что на бегу некоторые из женщин еще успели купить что-то! Запыхавшаяся толпа прибежала к теплоходу как раз вовремя, посадка заканчивалась. Они потребовали дождаться отставших и устало разместились на скамейках. Многие с трудом восстанавливали дыхание. «Заря» тронулась, все постепенно приходили в себя, шли мыть руки и начали доставать съестные припасы.
Отправилась в туалет и я. Проходя по коридору, услышала за собой сначала негромкие смешки, потом все нарастающий хохот. В туалете внимательно осмотрела себя, ничего подозрительного не обнаружив, решила, что этот смех со мной никак не связан, и спокойно пошла на свое место. Но как только я появилась в дверях, услышала просто истерический хохот! Я остановилась, ничего не понимая. Ближайшая ко мне коллега попросила меня поднять ногу. Совсем ничего не понимая, я сделала, что она просила.  И тут с меня просто сдернули мою туфельку на каблучке и подняли ее вверх. Хохот стал еще громче, а я наконец увидела, в чем его причина. На моем каблуке была надета гильза от патрона! Причем надета основательно, видоизменив каблук моей туфли. Тут уж и я не удержалась от смеха. А учительница истории предложила после снятия гильзы с каблука не выбрасывать ее, а принести и сдать в школьный музей на память о нашей поездке на флюорографию.
А директор школы сказал, что был уверен, раз его нет, значит всё отменяется. Удивительно, что коллеги этого не поняли.