Москва 1917 К кому примкнуть

Политический разнобой поставил Семёна Брументаля в тупик. Чувствуя в себе политическую активность, он примерял эсеров правых и левых, большевиков,  меньшевиков, кадетов и, дойдя до анархистов, понял, что с чистой совестью мог примкнуть к любому течению без потери идентичности.

Но спешить в политическом пристрастии было опасно. Как всякий благоразумный обыватель, бывший студент не особо доверял агитациям и подкидным листкам. За праведным словом о свободе мог скрываться мазурик, жидомассон, обиженный шляхтич или какой ещё  абрек, что на самом-то деле и получилось. В таких случаях сомневающаяся масса ждёт вождя - богоизбранного антихриста в обрамлении знамён, песнопений, пушечной гари, окружённого толпой сторонников, готовых растерзать любого, кто посягнет на харизму предводителя.

Вот тогда и был подслушан Семёном разговор двух испитого вида господ в бакалейной очереди за селёдкой. Один из них, по одежде не ниже адъюнкт-профессора, шипел на ухо другому в каракулевой шапке:
  - Лысый и совершенный по виду пустяк. Я таких в баккару меж двух рюмок опускал. То ли еврей, то ли ещё какой поганец. То не известно, известно лишь, что привезен от немцев в клетке в прицепном пульмановском вагоне.
  - Отчего ж в клетке? - поинтересовалась каракулевая шапка.
  - Ну, во-первых, чтоб не сбежал, а, главное, настолько озлоблен на существующий порядок, что во избежании при нём двух психиатрических санитаров держат. С револьверами.

Так Брументаль узнал о существовании Владимира Ильича.