Стать женщиной ч4 Что я скажу Марте?

— Всё, — вздохнул Рылов, — можно не прятаться.

— Почему?

— Здесь нельзя устанавливать камеры: противовоздушная оборона и всё такое. Ты не шпион, случайно?

— Нет, я русская патриотка, — засмеялась Вероника, — и могу это доказать.

— Куда теперь?

— Ты сказал, что отвезёшь меня домой.

— Это было бы идеально.

— Ты знаешь, как доехать до Божедомной?

— Ого, — Рылов округлил глаза. — Не говори, что у тебя там пентхаус.

— Как ты догадался? — Рылов услышал тихую улыбку в её голосе. — Ты меня теперь возненавидишь?

— Ты забываешь, что я опер. Для меня богатые и бедные одинаковы.

— Как же он заехал на этом фургоне? У вас отличная охрана. Его явно знает кто-то из ваших.

— Ну ты же опер, тебе виднее.

— Я работаю в убойном. В смысле — по особо тяжким. — Рылов остановился на красный свет. — Я бы сказал, что он отлично знает Сестрорецкие болота и делает это не в первый раз.

— На каком этаже ты живёшь?

— У меня дом.

— На Божедомке? Ничего себе! — улыбаясь, он ещё раз внимательно посмотрел на Веронику, свернувшуюся на заднем сиденье.

— Что с твоей одеждой? Если он собирал сувениры, что-то осталось в фургоне.

— На мне ничего не было.

— Ещё раз? Когда он тебя похитил, на тебе ничего не было?

— Верно. Я была в своём бассейне.

— Час от часу не легче, — сжал зубы Рылов. — Актриса, певица или жена олигарха

— Я занималась прыжками в воду профессионально. Потом подводным плаванием, но это уже для удовольствия.

— Ты участвовала в соревнованиях? Известная спортсменка?

— Меня мало кто помнит. Я шла к трамплину, а он, должно быть, прятался где-то рядом. Я ничего не слышала. Он схватил меня за шею. Это захват, перекрывающий кровообращение. Я потеряла сознание.

— Профессионал. Возможно, медицинское образование, — прокомментировал Рылов. — Ты точно раньше его не видела?

— Не думаю. Но кто знает, что там было за этой бородой.

— Мы можем это ещё проверить, — напомнил Рылов. — Борода настоящая, это я гарантирую

— Что мы будем делать с головой?

— Не мешай всё в одну кучу! Убийства — моя специальность. В смысле раскрытия... или сокрытия. — Рылов окончательно смутился.

— Мы ещё не доехали. Сейчас главное, чтобы нас не остановила дорожная полиция.

— Знаешь, эти ребята обычно обходятся парой купюр, но мы выглядим подозрительно.
— Ты же полицейский. У тебя красная книжечка.

— Естественно. Но я в грязной майке, а на тебе пиджак в крови и, извини, ни юбки, ни даже нижнего белья. Странная парочка, тебе не кажется?

— Задерживать, думаю, не будут, но по базе пробьют, и цифровой след останется.

— Если что, сделай вид, что спишь, а я с ними разберусь. Красная книжечка, как ты говоришь.

— Расскажи подробнее, как ты думаешь: ты была случайной жертвой или у него был мотив? Зачем лезть в богатый, охраняемый район, если можно подобрать проститутку или прохожую в спальном районе?

— Думаю, я случайная жертва. Один из психопатов, которых вы ловите. Он тащится от пыток и убийств. — Вероника несколько раз провела ладонями по бёдрам, словно пытаясь стереть мурашки. — Возможно, похитить богатую женщину — для него дополнительный фетиш.

— Значит, ты точно не первая, — рассуждал Рылов. — Завтра я это проверю. Хотя богачи часто нанимают частников, поскольку у них самих рыльце...

— Кстати, он меня не насиловал. Если тебе интересно. Не думаю, что чувствовала бы себя так бодро, если бы он... Почему я вообще чувствую себя так хорошо?

— Может быть, ты просто рада, что жива? Эйфория. Я видел это много раз.

— Если бы не ты с этим пистолетом... — она покачала головой. — Наверное, я бы до сих пор была привязана к дереву. И кричала бы... или уже нет. — Она опять тихо рассмеялась. — Ты раньше кого-нибудь спасал?

— Нет. Вернее, спасал, но не в такой форме. Веришь или нет, детектив почти не использует оружие. Основное — улики, бумаги, допросы и признания. Хотя признаются не все. Часто они отрицают вину до самого конца следствия и на суде.

— А бывает так, что человек действительно невиновен? — Вероника слушала внимательно и несколько раз дотронулась до плеча Рылова.

— Бывает, — признался Рылов. — Подъезжаем. Что делаем? Пропуск нужен?

— Останови. Я сяду за руль. — Вероника тщательно оттирала лицо от грязи. — Охрана меня знает.

Рылов протянул бутылку воды.
— Вымой руки.

— Да и тебе не мешало бы, Шерлок Холмс.

— Что, если они попросят открыть багажник?

— Мы скажем, что там лежит замотанная в пластик голова Распутина. Они проверят, что это действительно так, и пропустят нас.

— Вопросов больше нет. — Рылов пересел на переднее сиденье. Он старался не смотреть на завораживающие ноги Вероники.

— Что я скажу Марте?

— Пьяные хулиганы угнали машину, и вы их задержали на Сестрорецких болотах.

Одежда вся в грязи. Я дам тебе что-нибудь на смену. Всю нашу одежду придётся уничтожить — это я беру на себя.

— А откуда новая одежда?

— Придумай что-нибудь сам. Купил в магазине или на рынке.

— В три часа ночи?

— Ты же сказал — это твоя специальность. Соображай. Заехал к... как ты его назвал.

— Чарнота?

— Вот именно.

«Неплохо», — подумал Рылов.

Они подъехали к жилому кварталу. Во многих домах ещё горел свет.
Именно в этот момент Рылов понял, что от машины тоже придётся избавляться. Кровь в багажнике — это ДНК и путёвка в «Кресты».

Часть 5 http://proza.ru/2025/10/17/2042