Лёпочка

Нам всегда было не до домашних животных - работа, дела. Так и жили. До тех пор, пока …

В мой день рождения муж вошел в комнату с клеткой в руках. Внутри сидел крошечный зеленый птенчик. Яркий, пушистый, с умными глазками-бусинками, которые смотрели на нас внимательно и настороженно. Я ахнула от восторга, захлопала в ладоши и сразу назвала его Лёпочкой - в честь нашего друга Леопольда Марьяновича.

Только открыла дверцу клетки, как Лёпочка выпорхнул и доверчиво сел на мое плечо.
С тех пор попугай навсегда стал центром нашего обожания: то он боком скользил по подушке дивана, тихо царапая коготками ткань, то сам ложился в ладонь, чтобы его вынесли из клетки. Говорить «птиц» так и не научился, но у него был свой язык - десятки щебетов, свистов, трелей. Наклонит голову, посмотрит, - и без слов становилось понятно, что сегодня взбрело ему на ум.

Первый кашель я списала на букет в вазе. Второй - на пыльный город без дождей. А потом начался нескончаемый шторм: кашель, чихание, слезы градом. Глаза саднили, не выпускала платок из рук, лицо отекало так, что знакомые начинали двусмысленно улыбаться и поздравлять ..., с прибавлением в семье птички. Стало трудно дышать.

День, когда мы его дарили подруге, помню в мелочах. Леопольд будто все чувствовал. Сидел неподвижно, взъерошивал перья, не понимая причину столь долгой дороги.
Наша грусть передалась и ему, даже любимые семечки так и остались нетронутыми возле чашки с водой.

Я в последний раз держала клетку, передавая ее новой хозяйке. Лёпушка подошел к дверце и через нее робко стукнул клювом по моей руке, затем тихо вернулся на свою жердочку.

До сих пор в нашем воображении будто звенит колокольчиком его щебет. Иногда, когда ветер всколыхнет занавеску, я все еще жду, вдруг мелькнет на балконе зеленое перышко Леопольда, моего волнистого попугайчика …
Хоть теперь - уже не моего.

********

Но, на самом деле, не всё оказалось таким грустным: попугай быстро привык к новой семье. И мы часто виделись, когда приходили в гости. К нашей всеобщей радости.