Как Бог уподобляется человеку

                Вопрос этот – очень странный, на первый взгляд. Все знают, что человек должен уподобляться Богу: «Итак, будьте совершенны, как совершен Отец ваш Небесный» (Мф.5:48), – призывает Христос. Но об уподоблении Бога человеку Писание умалчивает. Поднятая тема касается не новоначальных, а уже опытных в церковной и знающих веру. Наш вопрос относится к Христологии – церковной науке о Богочеловеке Иисусе Христе. Вкратце напомню ее суть. Второе Лицо Святой Троицы – Сын, был послан Отцом в мир, чтобы, воплотившись в человека, приняв на Себя его слабости и неукоризненные грехи (природные немощи), исцелил человеческую природу от греха, посрамил дьявола и открыл врата Царствия Небесного. Победу над страстями и сатаной Иисус одержал после искушения в пустыне.
                Воплощение Христа вернуло человеку утраченную святость Адама и наделило новым, ранее не ведомым качеством – усыновление Отцу по благодати. Ничего подобного Ветхий Завет не знал, поскольку всех людей ожидал один конец – преисподняя. Подвиг Христа богословие рассматривает как величайшую милость Отца и жертвенность Сына, положившего душу Свою за овцы Своя. Христианину необходимо знать, что Сын Божий воплотился и стал таким же, как и мы, кроме греха. Он добровольно принял крестную смерть чтобы сломить врата ада, сковать дьявола и даровать людям вечную жизнь. Далее этих представлений Церковь не распространяется, поскольку тайна Воплощения выходит за рамки не только приходского обучения, но и академического богословия.
                Однако для понимания тайны Христа, иметь общее представление о боговоплощении недостаточно. Важно понимать, какова роль и Бога, и человека в едином процессе (синергии) спасения мира. Богословие древних Отцов рассматривает Воплощение как «истощение» или умаление Божества до состояния человека в той мере, в какой человек способен вместить Бога. Это учение называется «кеносис». Оно объясняет, как Бог, Который безграничен, неподвижен, вечен, непознаваем и неизменяем, смог «вместиться» в ограниченного человека. Понять это также сложно, как и вместить Тихий океан в пустую бутылку. Поэтому тему Воплощения мы рассмотрим лишь в самых общих чертах.
                Сайт «Православная энциклопедия» так объясняет это учение: «Кеносис обозначает в богословии уничижительное состояние, добровольно воспринятое Сыном Божиим при воплощении для спасения мира. Термин «кеносис» имеет новозаветное происхождение (Флп.2:7). К. характеризует всю земную жизнь Иисуса Христа и свидетельствует о великой любви Бога к человеку. Предельное уничижение Христа явлено в Его крестных страданиях и смерти. Неизменная верность воле Божией, сохраненная Им во всех искушениях, стала основанием для преображения мира и создания Его Царства: "Посему и Бог превознес Его и дал Ему имя выше всякого имени, дабы пред именем Иисуса преклонилось всякое колено небесных, земных и преисподних, и всякий язык исповедал, что Господь Иисус Христос в славу Бога Отца" (Флп.2:9-11)». Иначе говоря, формальное богословие считает кеносис самоуничижением Христа до зрака раба ради спасения мира и далее не распространяется. При этом, самоуничижение понимается в толстовском смысле, как непротивление злу насилием, то есть как  квазисмирение. Этого вполне достаточно для церковно-приходской школы, но не соответствует знаниям, раскрывающим  тайну Боговоплощения.
                Кроме того, определение «Православной энциклопедии», как  и многие другие, страдает непониманием основ догматического богословия, Христологии и учения о Боговоплощении. Другими словами, страдает околонаучным формализмом и содержит противоречивые выводы. Кратко его разберем. Утверждать, что: «Кеносис обозначает в богословии уничижительное состояние, добровольно воспринятое Сыном Божиим», – это все равно, что безапелляционно заявлять, будто у слова «любовь» только одно значение. Просто привыкли батюшки вещать и преподаватели учить, что Христос уничижил Себя, приняв зрак раба, как говорит апостол Павел, и на этом – аминь! Но в древнегреческом языке кеносис имеет и другое  значение – «истощаться», а это не тоже самое, что уничижаться. Истощение – это принятие безграничным Божеством ограниченной формы. Например, растворенная в воздухе влага, под действием мороза превращается в снежинки, ограниченные размером.
                Далее «Православная энциклопедия» продолжают удивлять: «Кеносис характеризует всю земную жизнь Иисуса Христа и свидетельствует о великой любви Бога к человеку». Непонятно из чего следует такой вывод, но «православным» его точно назвать нельзя. Как может истощение характеризовать земную жизнь Христа? В чем это выражается? И причем здесь любовь к человеку? Понятно, что Воплощение – это акт высшей любви Бога к людям, но зачем наводить тень на плетень витиеватыми словами, лишенными смысла. Создается впечатление, что авторы ставили перед собой задачу не научного анализа кеносиса, а его красивого изложения для недалеких умов.
                Затем новое открытие: «Предельное уничижение Христа явлено в Его крестных страданиях и смерти». Это глупость, поскольку, уничижение наступило в момент Воплощения, а не в конце земной жизни Спасителя. Сам факт того, что Безграничный и Неизменяемый Бог решил воплотиться  в раба – уже есть предельное уничижение.  И дальше сплошное противоречие – сначала утверждается, что: «К. характеризует всю земную жизнь Иисуса Христа и свидетельствует о великой любви Бога к человеку» и тут же ровным счетом обратное – уничижение явлено в крестной смерти! Так во всей жизни было явлено уничижение или только на Кресте? Или уничижение простое – это не то, что предельное? То есть, находясь среди людей, Христос Себя не так уничижил, как на Кресте?    
                Разбирать дальнейшие нелепицы интернет-богословов не имеет смысла. Печалит сам факт, что студентам духовных учебных заведений вменяется в обязанность при написании работ ссылаться на материалы «Православной энциклопедии». Стоит ли удивлять столь низкому  уровню духовного образования в России. Поэтому нам ничего иного не остается, как прибегнуть к учению святых Отцов.
                Вот, что говорит о кеносисе святитель Григорий Богослов: «Человек – стекшая свыше частица Бога». Эту мысль развил преподобный Максим Исповедник: «Насколько Бог по природе "приобщился" к человеческому естеству, настолько человек, оставив свое природное, может приобщиться к Божеству. Другими словами, насколько Бог "истощанием" дал место человеку в Своей природе, настолько этот место в Божестве может занять человек в процессе обожения».  Эта мысль – краеугольный камень Православия, на котором зиждется  Вселенская Церковь. В силу исключительной сложности и значимости, я не буду подробно останавливаться на кеносисе, но лишь тезисно обозначу главные моменты учения об «истощении» Бога.
                Наибольшую сложность представляет вопрос, как неподвижный и неизменяемый Бог вместился в ограниченную форму человеческого тела; и, каким образом Сын Божий одновременно пребывал и среди людей, и  с Отцом на Небесах. Для этого вновь обратимся к Максиму Исповеднику. Его мысль весьма сложна и не владеющий богословием преподобного, вряд ли поймет, о чем идет речь. Поэтому, опуская сложную терминологию и догматику, рассмотрим учение о кеносисе лишь в самых общих чертах.
                Бог, как известно, непознаваем по Своей сущности и пребывает вне времени, изменения, движения и пространства. Поэтому апофатическое богословие рассматривает божественную природу как не-бытие, но не в смысле, что Бога нет, а как невозможность Его познания. Отцы учили: мы знаем, что Бог есть, но не знаем, ЧТО Он есть, то есть не знаем, какова Его природа.  В этом принципиальное отличие науки от богословия: в основе Евангелие лежит вера, которая не требует доказательств, а наука оперирует только тем, что можно подвергнуть эмпирическому исследованию. На веру она ничего не принимает. Сын Божий, как Единосущный Отцу, также не подлежит изменению, ограничению и движению. Соответственно, Он не может воплотиться в человека, иначе это приведёт к разделению и искажению Божественной природы, что невозможно. Возникает вопрос: как же понимать послание Отцом Сына в мир? Вопрос архисложный с двух точек зрения: во-первых, Бог не может соприкасаться ни с чем тварным, ибо это противоречит Божественной природе, поскольку любое прикосновение к сущему или обмирщвляет Бога, или обожествляет тварь; во-вторых, Бог никуда не двигается и никак не изменяется. Следовательно Он не может переместиться в ограниченного человека, и не может быть «посланным» в мир в прямом смысле слова. Так как же понимать Боговоплощение?
                Ключ к разгадке находим у Григория Богослова и его учении о человеке как о «стекшей частицы» Бога.  В некоторых беседах мы уже касались этого вопроса, и я кратко напомню его суть. Идея или план любого человека, находится в Боге как совокупность индивидуальных качеств личности. Она представляет собой форму Божественной энергии. Каждый рождается в положенный ему срок. Еще в утробе матери ребенок формируется в соответствии с логосом личности, пребывающим в Боге. Его энергия кристаллизируется как лед из воздуха, то есть плод становится душою живою Со смертью тело распадается, но логос человека остается неизменным в Боге как Его частица. Именно поэтому души бессмертны, хранят память и ясное сознание. Однако не следует думать, что Бог «отщипывает» от Себя и раздает «частицы» всем грядущим в мир, ибо только энергия Божества формирует будущего человека по образу и подобию, а не Его сущность.
                Раскрывая эту тайну, Максим Исповедник пишет: «Насколько Бог "истощанием" дал место человеку в Своей природе, настолько этот место в Божестве может занять человек в процессе обожения». Кеносис Бога зависит от индивидуальных качеств личности. Он настолько уподобляется человеку, насколько тот способен приобщиться к Божеству. Такой порядок предохраняет мгновенное разрушение естества от приобщения к Божественной энергии. Важно заметить, что логос, пребывающий в Боге свят, чист и полон абсолютных совершенств, ибо ничто иное в Боге быть нет может. Однако Творец знает, какую жизнь тот или иной человек изберет, и поэтому нисхождение Божества для каждого строго индивидуальное. Для одних оно максимально возможное и приводит к святости еще при жизни, а для других – оно недоступно вовсе как чистая вода для поганого сосуда.
                Для спасения людей было важно, чтобы Сын Божий воспринял природу падшего человека. Однако, при обычном рождении Он мог  унаследовать первородный грех. Чтобы не допустить этого, Бог избирает Деву Марию, Которая и зачала от Святого Духа. Таким образом, Богородица понесла Младенца, лишенного какого-либо изъяна, преисполненного абсолютной чистоты и святости, а значит Сын Божий мог «истощиться» в утробу Марии во всей полноте Божества. Но речь идет не только о теле, но и о человеческой природе во Христе. Главное ее отличие от нашей – отсутствие первородного греха, при сохранении естественных страстей: скорбь, голод, жажда, усталость и так далее.
                Суть кеносиса заключается в том, что, оставаясь неизменным, неподвижным и неизменяемым, Бог, став человеком, соединил в Себе неслитно Божественную и человеческую природы.  Поэтому, действуя на земле  как Мессия, Сын пребывал неизменно с Отцом и Святым Духом в лике Святой Троицы. В более глубинном смысле, учение Максима Исповедника раскрывает «истощаемость» Бога как сугубо личное отношение Бога и человека, в котором степень кеносиса зависит от нравственных качеств личности. Необходимо отметить, что Боговоплощение не означает буквальное «вселение» Бога в тело или принятие Духом человеческого облика. Этот процесс происходит на уровне ума или созерцательной части души как образа Божия. Поскольку Христос не был заражен первородным грехом, то в Нем было возможно неслитное соединение двух природ – Божественной и человеческой. Для человека это недопустимо, поскольку он унаследовал от родителей первородный грех.
                Учение об «истощении» Бога имеет непреходящее и крайне важное значение. Его практическая ценность заключается в следующем. Во-первых, оно раскрывает механизм действия Бога в человеке, а значит указывает путь к обожению; во-вторых, оно объясняет суть Боговоплощения как исцеление падшей природы человека, ибо воскресив наше тело, Христос исцелил и его греховную природу; в-третьих, кеносис показывает, как именно происходило воплощение Второго Лица Святой Троицы, не затрагивая сущность Божества; и самое главное, – учение об «истощении» является необходимым условием богообщения.
                Мы лишь весьма поверхностно рассмотрели важнейший догмат Боговоплощения, не касаясь сложных богословских истин. Несомненно, что во всей полноте тайна пришествия Сына Божьего в мир никогда не будет познана, по ограниченности человеческого разума. Но знание хотя бы общих представлений об этом акте Божественного Домостроительства – необходимое условия спасения и богопознания.