Элеонора

Когда она шла вдоль окон к своему подъезду, все жёны, будто по команде задёргивали шторы...

Так рассказывала мне бабушка про свою подругу.
Её звали Элла - имя весьма необычное для всех времён. Для кого-то она была Эля, для кого-то Элька, но в особых случаях представлялась:

- Элеонора!

- Бог ты мой! - восклицала бабушка.-  Какие у неё в этот миг становились ониксовые глаза и королевская осанка! Оппонент сразу прилипал к полу и терял связь с внешним миром!

Возможно, бабушка слегка преувеличивала.
Но тётя Таня - соседка и по совместительству бабушкина  собеседница - тоже рассказывала про Элеонору такие вещи, что невольно начинали верить.

Например, однажды тётя Таня увидела с балкона, как Элеонора поздоровалась со Степаном - бравым полковником в отставке.
Сосед, видимо, всё ещё пребывая в уверенности, что он армейский командир в действии, никак не хотел переходить на гражданские интонации.
Когда он устанавливал порядки во дворе, все срочно расходились по своим делам, а его жена, Ольга Васильевна, с лисьими повадками, зазывала его в дом запахом борща и гигантских отбивных, широко распахнув кухонное окно.
И он шёл на запах.

Элла не жила в нашем доме, но иногда приходила к бабушке на чай.
Она появилась как раз в тот момент, когда полковник заставил безобидного пьянчужку  Витьку с его заклятым дружком Колькой мести возле подъезда. Неважно, что жили они совсем в другом.
Степан считал, что если человек находится во дворе, то автоматически становится частью его хозяйственной системы.
Тощий Витька молча водил метлой по асфальту. Его слегка покачивало и он использовал черенок метлы как опору. А Колька вообще делал вид, что работает: соскребал невидимый мусор за лавочкой и постоянно сплёвывал скопившуюся слюну.

Степан стоял неподвижно, как памятник управдому, расставив ноги и заложив руки за спину, пытаясь преодолеть появившуюся с возрастом лёгкую сутулость. Он был преисполнен важности выполняемой миссии. Порывистый ветерок по-хулигански подхватывал клок его волос, зачёсанных на лысину.

День обещал быть плодотворным и не бессмысленным.

И тут появилась Элла.

Увидев её, полковник мгновенно выпрямился, словно перед маршалом, принимающим парад. Втянул живот и клацнул каблуками.

- У нас субботник. Вход - только после уборки!

И вдруг спохватился :

- Ой, извините. Степан. Полковник в отставке!

Элла, в элегантном белом костюме, в красных туфлях на высоких каблуках и с такой же по цвету сумочкой в тонких полупрозрачных пальцах, остановилась прямо перед ним.
Её глаза со вспышками надвигающейся грозы оказались на уровне его глаз. Спрятаться от них было некуда.

- Элеонора, - произнесла она мягко, будто с балкона дворца.

Полковник застыл.

Витька перестал мести.
Колька перестал притворяться.
И только через несколько секунд оба поняли, что могут сбежать.
Никем не замеченные, они тут же исчезли вместе с мётлами.

Степан ещё стоял, не шевелясь, словно ожидал команду «Вольно!», когда Элла уже пила чай с бабушкой - тогда ещё, конечно же, юной - и рассуждала о методах подсчёта звёзд и новинках сезона.
В её глазах уже был полный штиль. Весь внутренний ресурс усмирения на сегодня, казалось, был исчерпан.

На помощь Степану, как всегда, пришла Ольга Васильевна. Она распахнула окно, и запах котлет поплыл по кварталу...

Говорят, с того дня полковник потерял командный голос, хотя прорывы ещё случались.
Иногда он ещё мог громыхнуть:

- Ты слышал, что я сказал?

Но уже без прежнего воинского достоинства, вероятно, тут же вспомнив усмиряющие ониксовые глаза Элеоноры.
Зато начал играть с мужиками в домино. Это считалось большим прогрессом.

Женщины же, кроме моей бабушки, избегали встречаться с ней взглядом, а некоторые даже тихонько перекрещивались. Что ими двигало - непонятно, ведь  Элла не сверкала глазами при общении с ними, а на её лице при этом чаще всего читалось вежливое равнодушие.

Бабушка говорила, что Элька не использовала свой дар специально и вряд ли о нём вообще догадывалась. 
Та и сама удивлялась - почему так реагируют мужчины, ведь она всего лишь произносит своё имя и смотрит прямо в глаза, что, впрочем, совсем нормально. И ничего больше.

Наверное, для этого нужно быть мужчиной, чтобы понять.

А что же Витька?  - спросите вы.
А Витька бросил пить, устроился дворником и даже женился.

Порядок, тишь да благодать, как говорила моя бабушка, сохранялись в нашем дворе с тех самых пор ещё много-много лет.

Пока не сменилось поколение жильцов.