Да вы чего творите?

                "На самом деле, все мы — просто участники скандального ток-шоу.
                Просто не всех из нас туда приглашают. ;
                Мэрилин Мэнсон

1. Вы хоть извинились бы, женщина!
    Осеннее утро было как-то по особенному красивым. Желтая и оранжевая листва, освещенная лучами восходящего солнца, навевала Александру Петровичу поэтическое настроение. Денек обещал быть отличным. Почти у самого дома ему пришла мысль: «А не заехать ли нам сейчас, дорогая, в магазинчик? Купить к чаю чего-нибудь вкусненького?». Александр с улыбкой посмотрел на сидящую на переднем сиденье автомобиля жену. Жена, кивнув головой сказала: «Давай! Поверни здесь, как раз магазин рядом». И с легкой руки Петрович повернул на стоянку перед магазином.
    Не смотря на ранее утро, стоянка у магазина была плотно заставлена машинами. Даже в дальний угол стоянки кто-то ухитрился воткнуть байк. Петрович проехал вдоль стоянки. Занятыми оказались даже места для инвалидов, на которые он имел право, о чем наглядно свидетельствовал инвалидный знак у него на лобовом стекле и сзади. В здании торгового центра было много офисов. Видимо стоянку занимали еще и офисные работники. Обидно было еще и то, что специальные места для инвалидов были заняты машинами без специального знака. «Конечно! Всем надо машину поближе ко входу воткнуть, а на инвалидов плевать» - проворчал Петрович. «Ладно, Саша» - ответила на его ворчание жена – «Ты мены высади поближе, а сам иди место ищи. Потом подъедешь как я выйду». Петрович кивнул головой и высадил жену недалеко от входа в супермаркет.
    Стоять на проезде он долго не смог, приходилось уступать проезд другим машинам. Петрович решив отъехать подальше, посмотреть свободное место. Только он отъехал метров двадцать, как сзади со стояночного места выехала машина, оставив место свободным. Петрович, не теряя времени начал сдавать назад, чтоб занять освободившееся место. Он уже начал заезжать задом на стоянку, как услышал рев сигнала. Какая-то женщина, на зеленой Шкоде, резко вильнув с проезда уже парковалась на место, куда он целил. Еще немного и Петрович бы въехал ей в «передок». Но дама, не уступая сигналила, и требовала освободить место, явно нарываясь на ДТП. Помня правила УДД, (уступи дураку дорогу) Петрович остановился, не заехав. Он не понимал такой наглости дамочки, сидящей в Шкоде и выйдя из своего автомобиля подумал, что надо ей объяснить, что он первый начал заезжать на место стоянки, что мол можно и инвалиду уступить место, раз все заняли. Искренне надеясь, что его услышат, он подошел к машине.
    В автомобиле сидела женщина лет пятидесяти. Черные волосы отливали синевой на солнце. «Крашенные. Наверно в офисе бухгалтером работает» - подумалось Петровичу.
Женщина выжидающе смотрела на Петровича, явно его оценивая, чего от него можно ожидать.
- Женщина, вы же видели, что я на стоянку задом сдаю, влезли то чего? – все еще надеясь убедить ее  подвинуться спросил даму Петрович. – Уступите место, я жену из магазина жду, уеду, потом стойте сколько хотите!
- Вы что от меня хотите? – спросила та его. – Я первая заехала, освободите стояночное место, мне на работу надо, я на работу опаздываю – уже возмущенно отвечала владелица Шкоды.
- Да как же так? – начал «закипать» Петрович. – я раньше вас начал заезжать, вы же видели, какая вы первая? Вообще женщина, видите знак инвалида на машине, могли бы и уступить! – возмущался Петрович. - Даже не извинились!
- Я извинилась – проговорила брюнетка, покосившись на инвалидный знак на заднем стекле.
- Когда это? Ничего вы не извинились! – продолжал возмущаться Петрович.
- Мужчина! – уже на повышенных тонах начала женщина. – Я не работу опаздываю! Мне некогда с вами тут спорить! Освободите место! Мешаете только! Для вас инвалидов специально места сделали! – высокомерно проговорила брюнетка.
- Наглость какая! Эти места такими же как вы заняты! Все без знаков стоят! – отвечал Петрович. Так обидно ему стало, что аж сердце защемило.
Вместо ответа женщина выскочила из салона, закрыла машину и быстрыми шагами пошла в сторону офисов, оборачиваясь и зло поглядывая на Петровича. «Ах ты так!» - подумал Петрович, весь уже трясясь от возмущения. «Ну сейчас я тебе!» - проговорил он про себя, выйдя из машины и достав из багажника саперную лопатку. Сердце прыгало у него в груди как баскетбольный мяч, от возмущения болело так, что нечем было дышать. Подойдя к зеленой машине Петрович с размаху, сбил оба боковых зеркала заднего вида. «Вот тебе, наглая морда!» - успел проговорить про себя Петрович, до того, как боль в груди стала невыносимой. Теряя равновесие он начал заваливаться на асфальт. И прежде, чем свет совсем погас у него в глазах, он уже лежа увидал как под вой сработавшей сигнализации выбегает из офиса та самая владелица зеленой машины. Да еще увидел, как со стороны входа в магазин бежит к нему бросив пакет, его жена. После чего окружающий мир для него погас.
Александр Петрович смотрел на женщину лет пятидесяти. Крашенные черные волосы отливали синевой на солнце. «Наверно бухгалтером работает или заместителем в здешних офисах» - подумалось Петровичу. Женщина выжидающе смотрела на Петровича, явно его оценивая, чего от него можно ожидать.
- Вы что от меня хотите? – спросила она его.
- Да не, ничего - сбросив с себя охватившее его оцепенение бробурчал больше для себя Петрович.
Отъехав на свободную стоянку подальше, Петрович запер машину и не торопясь пошел ко входу в магазин, чтоб встретить жену с пакетом, где было что-то вкусненькое к чаю.
2. Ничего, объедешь! Руля что ли нет?
Вырулив с главной улицы на второстепенную, Вадим посмотрел на сидящую рядом жену. С утра ездили убираться на кладбище, устали оба. В багажнике побрякивали перепачканные в кладбищенской земле инструменты, завернутые в пластиковый пакет вместе с тряпками и хозяйственными перчатками. На обратной дороге из-за ремонта дороги пришлось долго стоять в пробке, дергая машину за впереди идущей. Почти всю пробку, чуть ли не касаясь кузова машины пытались пролезть особо нахальные водители, из-за которых приходилось нервничать и дергаться. Время уже было давно после обеденное и хорошо было бы чего-нибудь перекусить. Вадим, мотнув головой вправо сказал;
- Лен, тут справа кафешка будет, там выпечка классная, давай заскочим? – Там правда со стоянкой проблема, но я посижу, а ты по-быстрому сходишь, ладно?
- Ладно, давай – согласилась жена. – Дома готового все равно ничего нет, пока сделаешь, ты уже меня съешь – улыбнулась она.
Место у кафе и правда не было. Машины постоянно то подъезжали, то уезжали. Народ выходил с пакетами из дверей кафе. В воздухе витал аромат выпечки. Вадим кое-как встал с края тротуара, оставив место для выезда на дорогу. Лена ушла, забрав его дебетовую карту. Минут через пять она вернулась. Из пакета, что она принесла шел сказочный аромат. Вадим уже предвкушал как он будет есть горячую выпечку, как справа, у края дороги припарковалась машина. Белый Солярис с оранжевым колпаком такси, закрыл Вадиму выезд на дорогу.  Из такси вышел небритый, с красноватым лицом и взъерошенной шевелюрой мужик, лет около сорока. Хлопнув дверью, он направился в кафе. Лена посмотрела на Вадима, сказав:
- И что? Как мы сейчас выезжать будем? Нам что, его ждать придется, пока он отъедет?
Вадим громко обратился к уходящему таксисту: «Эй уважаемый! Машину можно переставить, я сейчас выезжаю, можете на мое место поставить!». Таксист, слегка обернувшись ответил грубо: «Ничё, объедешь! Чё, руля нет что ли?». Вадим слегка опешил от такой наглости. Выходя из машины, он успел прокричать в ответ:
- Места же нет! Сам видишь! И чего мы на ты? Я с тобой брудершафт не пил и постарше тебя буду!
- Ну не можешь объехать, тогда жди! – хриплым голосом ответил таксист, заходя в двери кафе.
    «Ничего так! Совсем таксисты обнаглели! То «друзья из ближнего зарубежья» по «встречке» едут, то свои же зажимают!» - завелся Вадим. Попытки выехать ничего в течении последних пяти минут не дали. Кое-как Вадим протиснулся между машиной таксиста и стоявшей рядом машиной. Казалось, что почти прошел, но в последний момент Вадим отвлекся на выходящего с пакетом из кафе таксиста и зацепил задним крылом его машину. Заорала сигнализация. Таксист сначала остановился, опешив, потом побежал к Вадиму. Поток матерных слов обрушился на Вадима. В начале Вадим пытался объясниться, что мол, если бы машину убрал, как просили, то такого бы, не случилось, потом, уже сам обозлясь, перешел на нецензурную лексику и повышенные тона:
- Ты ездить не умеешь, не х..н за руль садиться! – орал таксист! – Плати мне за ремонт! Мне ОСАГО не надо, некогда по страховым бегать, мне работать надо, ты понял? У меня время-деньги! – орал он.
- Ты меня на понял не бери, понял! Деловой блин! Еще учить меня будет! Сам проблему создал, я чё, сидеть тебя ждать должен? – так же кричал на таксиста Вадим. – Вызываем ГАИ и оформляем как положено! – продолжал он.
- Вадим! Кричала в открытое стекло двери машины жена. Оставь его, не видишь он неадекватный какой-то! Садись в машину и звоним в ГАИ. Пускай ждет с нами пока приедут.
Таксист в это время, с покрасневшим как у рака лицом рассматривал царапины на бампере. Затем повернувшись сказал:
- Тридцать штук «рублей» клади и тогда разъезжаемся! – прогавкал он.
- Не, не пойдет! Я вызываю ГАИ и ждем пока приедут. Пусть я виноват, но платить будем по ОСАГО! – отвечал Вадим, уже на грани терпения.
Вместо ответа таксист что есть силы пнул дверку машины Вадима со стороны жены. Та, испугавшись вскрикнула, закрыв лицо руками. Второй удар таксист уже нацеливал в стекло дверки. Его красная рожа вызвала в Вадиме приступ ярости. Вадим стремительно открыл багажник и выхватил штыковую лопату. Не думая, весь трясясь от обиды, с размаху стукнул таксиста лопатой сначала по плечу, потом не разбирая уже по голове. Тот упал, обливаясь кровью. «Объедешь, да сука? Руля у меня нет? Наглая морда!» - кричал ему Вадим, нанося еще удары и не слыша истошные крики жены. Остановился он тогда, когда понял, что таксист не двигается, и, кажется, уже не дышит. Оглянувшись, он увидел, что вокруг стоят люди. Мужик с пакетом, посмотрев на таксиста спросил Вадима: «Ты чего мужик наделал то, а?».
Минут через пять из кафе вернулась Лена. Вадим уже предвкушал как он будет есть горячую выпечку, как справа, у края дороги припарковалась машина. Белый Солярис с оранжевым колпаком такси, закрыл Вадиму выезд на дорогу.  Из такси вышел небритый, с красноватым лицом и взъерошенной шевелюрой мужик, лет около сорока, и хлопнув дверью направился в кафе. Лена посмотрела на Вадима, сказав:
- И что? Как мы сейчас выезжать будем? На что, его ждать придется, пока он отъедет?
- Эй, мужик! – крикнул таксисту Вадим. Ты чё, скоро, а то я выехать хотел.
- Погоди пару минут, я быстро! – ответил таксист. Пару пирожков возьму и чего-нибудь попить только! – и направился бегом в кафе.
- Ну ладно Лен, подождем пару минут. – сказал Вадим, заглядывая в пакет. – Давай, чего там у тебя, перекусим пока.
3. Когда льет дождь
    Дождь начался сразу как стемнело. В желтоватом свете фар своей машины Руслан не видел капель дождя. Многополосное шоссе, ведущее через мост в другую часть города, что за рекой, было забито машинами. Еще с самого подъема, у переезда, при подъеме в горку, уже скопилась пробка. Приходилось все время напрягать свое внимание, дергая машину за впереди идущей. Кто понаглее пытались ехать по выделенной для общественного транспорта полосе, даже видя, что стоит камера на полосу. Но все равно упирались в пробку из таких же как они сами. Все дорога в сторону моста была забита легковыми машинами, фургонами, большегрузами. Даже автобусы, двигаясь в крайне правом ряду упирались в пробку. Минут двадцать Руслан двигался по несколько метров за черным мерседесом минивэном. Наконец перед светофором движение кое-как начало ускоряться. Уже на самом светофоре черный «мерс» перед Русланом успел проскочить на желтый свет. Руслану, как бы он не спешил, пришлось остановиться. Ругая пробку, а еще больше ругая себя, что потерял время стоя в пробке, Руслан наблюдал как прячась от дождя, кто под зонтами, кто, натянув на голову капюшон переходят по «зебре» улицу пешеходы. Широкую полосу дороги приходилось проходить чуть ли не бегом. Светофор был короткий. Толпу пешеходов, переходящих дорогу на зленый свет, замыкала невысокая фигура женщины, волочившей за собой тележку. Она явно не успевала перейти дорогу. На темном участке дороги, под проливным дождем ее видно то было плохо. Руслан с предыдущего к правому ряда смотрел на нее в свете фар, едва идущую, отсчитывая секунды до переключения красного света. Чем-то это женщина, сейчас напомнила ему его умершую мать. Такая же не высокая, полноватая, с открытым лицом, в вязаной шапочке. «Ноги наверное болят!» подумал Руслан на последних секундах таймера.
    Женщина все еще шла по пешеходному переходу, не дойдя до его конца, когда ситуация на дороге поменялась. Загоревшийся зеленый свет позволил рвануть левому и соседнему с ним ряду, там, где уже на дороге не было женщины с тележкой. Но Руслан ждал. Он не тронулся с места, ожидая, когда она закончит свой переход. Вот уже сзади начали нетерпеливо сигналить машины. Оставалось несколько метров до тротуара, когда белый Солярис свернул в крайний правый ряд перед автобусом и газанул вперед. То ли он не заметил женщину с тележкой из-за дождя и плохого освещения, толи торопился так, что ничего не видел перед собой, но затормозить он уже не успел. От удара женщину подкинуло метра на два в воздух, она перевернулась и ударилась головой о бордюр. Тележку отбросило на тротуар и пакеты с продуктами разбросало по мокрому асфальту.
    Руслан отъехал вперед и встал на аварийку у обочины. Все, что произошло только-что, промелькнуло перед ним казалось за доли секунды.  Совсем еще молодой парень вышел из Соляриса, посмотрел на женщину, посмотрел тоскливым взглядом вокруг и тут же сел рядом у бордюра, доставая сигареты, сразу же намокшие под льющим дождем. Руслан посмотрел на лицо женщины, распухающее от гематомы, на кровь, текущую из затылка, на неестественно согнутую руку, на которую пришелся удар. Смотрел как мертвенно бледнеет лицо женщины в свете уличных фонарей, как струи неутихающего дождя как слезы текут по неподвижному лицу женщины. «Ведь и правду на маму похожа!» - болью пронзила его мысль. «Как же это так!» - думал он, глядя как вокруг женщины собирается толпа прохожих. Как кто-то уже звонит по мобильному вызывая «скорую помощь» и сотрудников ГИБДД.
    Через минут пятнадцать Руслан дал показания прибывшим сотрудникам ГИБДД, оставил им для контакта свой мобильный номер на визитке. А перед глазами у него все так и спешила перейти улицу на уже горящий красный свет невысокая женщина, так похожая на его мать. От досады за женщину, которая погибла у него на глазах,  от воспоминаний о матери, от невысказанной до конца любви к ней у Руслана стало темно в глазах, он чувствовал только струи дождя, текущие по его лицу, не замечая потока машин и уличного света.
    Руслан с предыдущего к правому ряда смотрел в свете фар на женщину, едва идущую через пешеходный переход, отсчитывая секунды до переключения зеленого света. Чем-то это женщина напомнила ему его умершую мать. Такая же не высокая, полноватая, с открытым лицом, в вязаной шапочке. «Ноги наверное болят!» подумал Руслан на последних секундах таймера. Что-то очень теплое, живое кольнуло сердце Руслана. Сам еще не осознавая, что он делает, Руслан вдавил кнопку «аварийки», схватил лежащий за креслом мощный фонарь, и выскочив под дождь, включив на полную мощь луч зажатого в руке фонаря, подскочил к женщине с тележкой и голосом полным сыновей любви сказал негромко: «Сейчас мать, поможем тебе, давай свою телегу! А они пускай подождут!». И спокойно так, не спеша, не обращая внимание на застывший от неожиданности ряд машин перевел женщину с тележкой до конца пешеходного перехода. «Спасибо тебе сынок!» - едва слышно прошептала женщина, подняв к нему залитое водой светлое лицо. «Будь здорова мама!» - выдохнул в холодный дождь полным радости голосом Руслан. И пошагал к мигающей аварийными огнями машине.
17.10.2025
15,33