Уроки приличия

Микро-пьеса.  Акт первый… и последний!

Действующие лица и исполнители:
*Крендель – мужчина, лет сорока пяти – пятидесяти, грузный, неопрятный, плохо пахнет.
*Чувак -  мужчина лет тридцати пяти, в дорогой косухе, с волевым подбородком.
*Дама бальзаковского возраста – женщина интеллигентной наружности.
*Массовка – немногочисленные, но поголовно сидящие пассажиры вагона метро.



На одном диване для сидения в вагоне метро – шесть четко обозначенных  мест. Крендель занимает сразу три(!) из них. Он сидит на двух,  бросив свою сумку на третье. Рядом стоит Дама бальзаковского возраста с весьма немаленькой сумкой. Дама стоит в полном одиночестве и никто ей не сочувствует.
Крендель завис в смартфоне, Крендель чему-то улыбается и старательно почесывает себе в области зоны бикини, совершенно не думая про окружающих.
В вагон входит Чувак. Он тут же  сканирует ситуацию и с отвращением сбрасывает сумку на грязный пол…)
Чувак (Даме): - Присаживайтесь, в ногах правды нет.
Дама (осуждающе): - Ну и манеры у вас, однако! А по-другому нельзя было? Или слов не хватило?
Чувак: - Однако злая вы. Словом человека можно обидеть гораздо сильнее.
Дама: - А если  просто слова нужные найти? А не вот так, по- зверски…
Чувак: - Дык, человека нужно воспитывать пока он поперек лавки лежит, вроде. А тут такой случай запущенный, не находите?
( Крендель стал приходить в себя. Интерес к смартфону угасает, но вспыхивает лицо, дышит тяжело, чешет за ухом)
Крендель: -  Вот я не понял…
( Дама делает пару шагов в сторону и отворачивается, словно опасаясь стычки между мужчинами…
Чувак поднимает сумку с пола и бросает ее в руки хозяину)
Чувак: - У вас сумка упала. На пол, а он грязный… Нет, не благодарите!
( Крендель почесывает за другим ухом. Оно, вдруг тоже зачесалось. Но это нормально.
Нейтральная массовка притихла в ожидании развязки, когда крендель стал трансформироваться в стоячее положение. Но нападения не последовало…)
Крендель: - Не,  я опять не понял… Ты че борзеешь? Ты че, базара  хочешь?
(Тут двери вагона распахиваются и сумка летит уже на перрон…)
Чувак: - Вам на выход. Вы чуть остановку свою не проспали!
(Его  волевой подбородок с сверкнувшие глаза явно смущают Кренделя и он выходит прочь)
Крендель: - Разговор не окончен… Земля круглая… Еще встренимся, козел позорный!...
(Правда про козла позорного Чуваку прилетело уже из-за закрытых дверей  уходящего вагона. На следующей остановке Чувак выходит. В вагон залетает стайка старшеклассниц и сидячих мест опять не остается)…

Дама бальзаковского возраста, весьма похожая на учительницу математики по-прежнему стоит, прильнув к холодному поручню, будто просчитывает: на какой остановке войдет в вагон другой Чувак, которому она выразит свое фи при случае неподобающего поведения… хотя бы в отношении стайки старшеклассниц, которые, правда, уже совсем поперек лавки  и не умещаются.
А про аморфную массовку и речи не веду. Массовка – она и есть массовка, серая и безликая масса в массе своей.