Пианино без клавиш

- Скрипка без струн, контрабас без грифа, а теперь ещё и пианино без клавиш? - возмущалась она, раздувая щёки. - Скажи, ты старьёвщик?

Белокурая Катя с пухлыми губками, любившая порядок и уют, с трудом мирилась с хаосом Ромкиных сокровищ.

- Катя, не старьёвщик, а антикварщик, - поправил её Рома. - Сколько раз тебе повторять: внештатный сотрудник музея!

Роман был высоким, чуть сутулым от вечного наклона над инструментами. Это придавало ему возраста. Но в глазах - всегда жила та самая искра коллекционера, охотника за историей.

Катя с размаху плюхнулась на диван, обмахиваясь журналом, как веером. И,  словно что-то срочное вспомнив, вылетела из гостиной. Спорить  было бесполезно.

Кабинет Ромы, который он «отвоевал» у жены, походил на склад редкостей, а проще говоря - на свалку. Катю он к уборке туда не подпускал. Всё делал сам.

- Понимаешь, это история! Она тихо звучит. У неё хорошая память, - убеждал он жену.

Катя, конечно, в глубине души понимала: Рома надеется найти что-то уникальное. Но пока - безрезультатно. Струны на инструментах конечно же в основном были, клавиш не хватало всего трёх, но раритета в доме становилось всё больше и больше.

Год назад Рома работал - и весьма успешно - в музее музыкальных инструментов. Зарплата, правда, не радовала, зато вдохновение и азарт переполняли его. Он знал историю каждого экспоната. Владельцы, надеясь выгодно избавиться от старого инструмента, придумывали правдоподобные легенды о его происхождении, прикладывали даже потёртые «документы». Сотрудники музея были скептиками, но порой всё равно скупали - ради выставок, с заново закрученной историей и троекратно завышенной ценой. И музей процветал.
А потом его вдруг закрыли - буквально за месяц. Здание выкупила крупная корпорация. Одних сотрудников распределили по другим музеям как «внештатников», других отправили в бессрочный отпуск.

Однажды, наткнувшись на объявление, Рома выкупил белый рояль - за бесценок, лишь бы забрали. Хозяйка умерла, а приехавший зять деловито распорядился: «Выбросить эту рухлядь».
При спуске с шестого этажа рояль повредили, сорвали несколько клавиш. Рома едва успел его спасти.

Пока Катя была на работе, рояль въехал в гостиную и поселился там, подвинув диван в угол.
Ужинали молча: у Кати были свои планы на интерьер. Она мечтала об этом ещё, когда вступала в наследство после смерти бабушки. За три года дом почти обрёл современный вид. И вот - рояль. Вроде неплохо, но никто не умел играть, да и клавиш не хватало.

Утром Роман стоял, облокотившись на него, и думал, как ему помочь. Ответ пришёл вместе с телефонным звонком.

- Здравствуйте, я сосед хозяйки рояля. Сергей. С трудом через зятя нашёл ваш номер, он не успел его стереть, - говорил собеседник быстро, будто боялся, что его перебьют.

- Здравствуйте, Сергей. Я Роман. Слушаю вас внимательно.

- Я умею настраивать и чинить рояли. Этот был мне давним другом, как и его хозяйка. Жаль, что я был в отъезде, да и места у меня для него нет. Надеюсь, он в хороших руках.

- Подъезжайте, Сергей. Я за вами такси пришлю. Диктуйте адрес.

Роман, вытирая пыль с «пианино без клавиш», как упрямо называла его жена этот божественно белый рояль, мягко коснулся клавиш. Звук отозвался легко и песенно, будто в комнату на миг залетела синица.
«Хм, да у нас ещё и акустика неплохая» - удивился Роман и пошёл открывать дверь подъехавшему Сергею.

Высокий, стройный, с благородной сединой, он больше был похож на дирижёра, управляющего невидимым оркестром.

- Я помню, как его хозяйка, Полина Львовна, играла на нём Шопена… - Сергей замолчал, словно слушая что-то внутри себя, и только потом добавил: - Она была великой пианисткой.

Он осмотрел корпус, проверил струны, заглянул в самое сердце рояля. И наконец вынес вердикт:

- Рояль в идеальном состоянии. А клавиши… я поменяю завтра. Они особенные. Такие нужно подбирать только в одном месте - в специальном магазине.

Он не взял ни копейки за свою работу.

- Это мой друг, - тихо сказал Сергей. - В нём живёт музыка.

Вдохновлённый его приездом, Роман наконец-то навёл порядок в своём кабинете. Расставил старинные инструменты, некоторые даже аккуратно зачехлил.

- Катя, я договорился с музеем , отвезу их туда, -  сказал он за ужином, кивнув в сторону кабинета . - Скоро состоится выставка подержанных инструментов. Там они будут востребованы.

- Но это же твоя душа... - Катя недоумённо посмотрела на него.

- Наши мастера дадут им вторую жизнь. В них живёт музыка, - повторил Роман слова Сергея.

- А..а пианино?

- Рояль, Катя. Рояль. Завтра его починят.

- Да знаю я, что рояль, - улыбнулась она. - Я только в концертном зале видела такой.

- Поживёт пока у нас. Какой-то он особенный. - сказал Сергей и замолчал.
А Катя заметила : взгляд мужа был прикован к инструменту, и в глазах его отражалось что-то большее, чем просто увлечение.

На следующий день Сергей колдовал над клавишами почти два часа, словно реанимировал чью-то жизнь. И наконец раздались волшебные звуки.

- Эх, если бы я умел играть Шопена… - улыбнулся Сергей. - Или хотя бы Грига.

- Спасибо вам, - Роман крепко пожал ему руку. - Вы настоящий волшебник. В субботу мы хотим отметить его второе рождение. Будьте нашим гостем.

- Обязательно приду, - ответил Сергей, аккуратно раскладывая инструменты по ячейкам потёртого кожаного портфеля.

На следующий день Роман, как и обещал, отвёз весь свой «музыкальный архив» в музей  -  на радость коллекционерам.  Даже скрипучая скрипка с блестящим лакированным боком отправилась туда вместе со смычком. Директор музея лично распорядился выделить им место на складе. Сотрудники в шутку называли его «госпиталем для музыкальных инструментов».

- Всё, что починится и продастся, принесёт кому-то радость, а нам - прибыль, - сказал директор по-деловому, пожимая Роману руку. - Тебя тоже не обидим. Ты наш сотрудник, хоть и внештатный. Ждём вас с супругой на выставке.

- Спасибо. Рад был помочь, - улыбнулся Роман.

В субботу Сергей приехал не один, а в сопровождении худенький спутницы с красивыми миндалевидными глазами.

- Хотел сделать сюрприз, - сказал он, чуть поклонившись Кате. - Знакомьтесь, это Зоя, внучка Полины Львовны. Талантливая пианистка. Лауреат множества конкурсов.

- Очень приятно, - сказала Катя. - Проходите.

- Мы ожидали чего-то подобного, - засмеялся Роман. - Даже создали атмосферу.

Гостиная сияла: длинные белые свечи в серебристых подсвечниках,  белоснежная скатерть, полупрозрачные шторы, прихваченные плетёными кистями… И в центре - белый рояль - виновник торжества.

- С разрешения Зои хочу рассказать, - начал Сергей, когда все устроились за столом, - что у неё давний конфликт с отцом, зятем Полины Львовны. Он хотел видеть в ней финансового аналитика - и точка. А Зоя блестяще окончила консерваторию. Я для неё стал опорой, вместо отца. Но он о её успехах и слышать не желает. Зря…

В гостиной повисла тишина. Аромат запечённого мяса и жульена, шипение открытого шампанского вернули всех в реальность.

- Хочу поднять тост! - провозгласил Роман, разливая шипящее вино. - За то, что мы собрались вместе благодаря пианино без клавиш, которое… - он взглянул на Катю.

- …которое превратилось в белого лебедя! - подхватила она, смеясь.

Позже, когда подали десерт, а лучи заходящего солнца пробежали по белоснежному корпусу рояля, раздались волшебные звуки.

Зоя играла вдохновенно. Казалось, её пальцы не касались клавиш, а лишь парили над ними. Музыка лилась изнутри, из самого сердца рояля. Это был Шопен… - как когда-то у её бабушки.

Все растворились в этой мелодии.
А как же иначе?