Кот, трусы и Тикун

В начале было Слово.
А потом была Собака.
А потом была Тьма.



После потери хвостатой души, что была сродни нефешной частице сердца, я клялась – ни лапы в дом, только по великой надобности и только ради Тикуна. И вот однажды посреди будничного Эйн Соф, как всегда, в WhatsApp приходит сообщение от подруги:

— Срочно! Кот! Помоги! Иначе – беда!

Сжалившись, я впустила в дом существо. Полукот, полумейкун, полупришелец из мира Брия. Назовём его условно… Бен-Трусел.

Кот быстро разобрался в пространстве, как свет в сосуде. Он не просто освоился — он стал Царём Малхут.
Срал — в лоток.
Жрал — как Бааль Агам.
Мурчал — как будто читал «Зоар» на ночь.
Я начала спать с ним в обнимку, и, по правде сказать, он тёплый, пушистый, и, в отличие от бывшего любовника, не рассказывал про биткоин и не забывал смывать.


И вот однажды этот хвостатый гений  притащил через балкон… трусы.
Мужские.
Испанские.
Не мои.
Не стиранные.


Они лежали под столом в зале, как некая скрытая клипа, тень от света, забытая мной в гуще бытового парцуфа.


И тут, как в момент Цимцума, заходит Она — соседка. Мы обсуждаем коммунальный платеж, как вдруг её глаза расширяются, словно перед Шхиной. Она видит их.
Трусы.
И узнаёт.
— Это… моего Хосе!

Свет уходит. Звёзды гаснут. Я краснею, как забракованный помидор на рыночном прилавке.
— Это не мои! — бормочу я, но поздно.
Гнев её несёт запах мирры и чеснока.
— Вы, шльондры, сгубили мужчину! И моего, и своего, и моего снова!


Я стою в центре комнаты, как Нуква без Зеир Анпина. Моя душа разрывается между объяснениями, уговорами и желанием раствориться в Эйн Соф.
А Бен-Трусел сидит на подоконнике, глядит в вечность и лижет себе лапу.
Он выше этого мира.
Он достиг кетэра.


В ту ночь я поняла: кот - это не просто кот.
Он — ангел разрушения и восстановления.
В его поступке был смысл: он показал, что всё тайное становится явным, что даже трусы — лишь проекция.
Всё, что должно быть раскрыто, раскроется.
А женщина, что кричит про мужа, боится не меня, а себя.
И если бы она увидела, с какой любовью кот спит у меня на груди, может, она бы вспомнила, как это — просто быть рядом с тем, кто честен.


Кот всё ещё тут.
Соседка шипит на меня у почтового ящика.
А я хожу по дому, как новая женщина: с мудростью, с мурлыканьем и без иллюзий.

И если ты думаешь, что это просто рассказ про трусы — ты не понял.
Это рассказ про Свет, что приходит через балкон.