А что же там?

Как часто правдивые слова ранят нас, словно остро заточенный клинок, который вонзается в самые потаённые уголки души? Они могут причинять невыносимую боль, оставляя после себя глубокие шрамы, которые, кажется, никогда не затянутся. Эти следы — символы пережитых страданий и борьбы, отпечатавшиеся не только на теле, но и в сердце. Они будут постоянно напоминать о себе в каждом мгновении, прожитом с мыслью о прошлом.

Слова, подобно лезвиям вскрывают самые потаённые и уязвимые уголки души, о существовании которых мы порой даже не догадывались. В этом обнажении — вся безжалостность и жестокость правды. Она приходит внезапно, не давая времени на раздумья, не позволяя выстроить защитные барьеры. Но в её честности, в её горькой прямоте есть нечто, что притягивает, словно магнит, заставляя нас вглядываться в её лицо, даже если оно приносит боль. 

Из времени, обжигающего душу, и звона колоколов, эхом раскатывающегося в сознании, я постигаю неизбежное: настал час завершать свой путь. В руках моих — лопата, символ последнего труда; в сердце — крест, знак надежды и утешения. Я вырыл себе могилу, готовясь к последнему пристанищу, где земля примет меня, даруя вечный покой.

Этот конец — не простая черта, а достойное завершение долгого странствия по жизни, в котором каждый шаг был исполнен смысла. С достоинством и смирением я принимаю неизбежное, видя в своём уделе часть великого замысла. Впереди — освобождение от земных забот, зачастую суетных и не приносящих истинной радости ни уму, ни сердцу. Я верю, что там обрету умиротворение и ту глубокую тишину, которой так недостаёт в земной жизни.

Крест мой — тяжкий груз, но в нём сокрыта двойственная суть: он пригибает к земле, когда душа рвётся к небесам, и одновременно освобождает от духовной закостенелости. В этом — его сокровенный смысл: испытать крепость духа, научить смирению, показать, что истинная сила рождается в принятии неизбежного.

Каждый взмах лопаты — прощальный поклон прошлому; каждая горсть земли — признание завершённости пути. Я не бегу от судьбы, а встречаю её с открытым сердцем, зная: за порогом этого мира меня ждёт не тьма, а свет, не конец, а преображение.

В абсолютной тишине, где нет ни малейшего звука, ни малейшего движения, я сижу, бездумно устремив взгляд в пустоту. Мысли о быстротечности жизни роятся в сознании.

Лишь вера в Бога — в нечто неизмеримо большее, непостижимое человеческим разумом, — служит мне опорой. Мысль о том, что и я стану частью этого великого чуда мироздания, наполняет душу тёплым, трепетным светом. В эти мгновения кажется, будто сама вечность посылает мне утешительные слова, обещая гармонию за гранью земного бытия.

Но внезапно накатывает волна тоски. Она обрушивается с неумолимой силой, поглощая целиком, лишая дыхания и мысли. Я мечусь в её ледяных объятиях, отчаянно ищу выход — но повсюду лишь глухая стена непонимания. Сердце бьётся в тщетной попытке вырваться, разум мечется в поисках опоры, а душа стонет под тяжестью невысказанных слов.

И в этом хаосе чувств, в самой глубине отчаяния, я вновь обращаюсь к той незримой нити веры, что связывает меня с вечностью. Возможно, эта тоска — не проклятие, а испытание, путь к более глубокому пониманию себя и мира. Возможно, именно через этот мрак я смогу разглядеть более яркий свет.

Но я восстаю — даже когда буря рвёт мир на части. В глубине души я знаю: она таится в каждом уголке моего сердца, терпеливо выжидая своего часа.

Я борюсь с ней изо всех сил — словно одинокое дерево во дворе, которое не дрожит перед людьми с пилами, готовыми «омолодить» его крону. Оно не ищет убежища, не склоняется под натиском угрозы. Напротив — расправляет ветви, вцепляется корнями в землю и продолжает стоять. Стоять, несмотря ни на что. Демонстрируя не показную браваду, а тихую, непреклонную силу. Упорство жизни, которая выбирает быть — вопреки всему.

Я не могу — не имею права — позволить этой буре поглотить меня, растворить в этом хаосе мою сущность.

Ведь если дерево выдерживает удар топора, не ломается при натиске ветра, если продолжает вбирать в себя земные соки и тянется к солнцу — значит, и я смогу. Значит, и во мне живёт та же неукротимая воля: не просто выживать, но быть. Быть до конца... Всё, что мне нужно сейчас, — дышать. Просто вдыхать воздух, ощущать, как он наполняет лёгкие. 

Позволь мне сделать глубокий вдох, чтобы вобрать в себя этот мир во всей его непостижимой полноте: в буйстве красок, в переливах звуков, в едва уловимых запахах утра. Да, я на перепутье, где нет возврата к прежнему. Но в груди горит не огонь отчаяния, а пламя решимости: я пойду вперёд. Несмотря ни на что.

Вдали уже нарастает гул — это буря, способная сокрушить всё на своём пути. Но я не бегу. Я смотрю ей в лицо и верю: именно она станет началом чего-то нового. Не концом, а перерождением...

                17.10.25г.+)*