А с сыром что делать?!

Ной, сыроделы и смена гласных: лингвистический анализ этнонима «нахчой»

Представленный анализ предлагает прагматическую и лингвистически обоснованную версию происхождения этнонима «нахчой» (и его производных — «нохчий», «нахчий»), противопоставляя её мифологическим и историческим конструкциям. Центральный тезис заключается в том, что этот термин имеет не библейское, а бытовое, профессиональное происхождение, связанное с хозяйственной деятельностью, и его последующая трансформация была обусловлена политико-идеологическими причинами.

I. Исходная форма: профессиональный термин «нахчой» (сыроделы)

Основой для анализа служит ингушский язык, в котором:

1. «Нахча» — сыр.
2. «Нахча йо» (ед. ч.) — сыродел.
3. «Нахча йой» (мн. ч.) — сыроделы.

В соответствии с фонетическими законами и морфологическими моделями ингушского языка (на что указывают параллели с конструкциями вроде «да’а хIама дой»), закономерным является процесс сокращения и упрощения: «Нахча йой» ; «Нахчой».

Таким образом, изначальный этноним «нахчой» носил не сакральный, а профессионально-хозяйственный характер, обозначая группу людей или общину, специализирующуюся на сыроварении. Это типичный для многих культур способ именования по роду занятий (аналоги: Кузнецовы, Smith, M;ller).

II. Первая трансформация: фонетический сдвиг «Нахчой» ; «Нохчой»

Согласно анализу, первичное искажение термина связано не с лингвистической эволюцией, а с идеологическим желанием. Условные «восточные соседи» (в контексте — чеченские интеллектуалы), стремясь дистанцироваться от «непрестижного» значения «сыроделы» и обрести более сакральную генеалогию, изменили гласный в корне:

· «Нахчой» (сыроделы) ; «Нохчой».

Эта замена была призвана сблизить термин с именем библейского патриарха Ноя (Нух), что давало возможность для конструирования мифа о «потомках Ноя». Однако, как отмечается, этот ход был сделан без учёта семантики корня в собственном языке:

· На чеченском языке корень «нох» означает: 1) соха, плуг; 2) жвачка (у животных).
· Гипотетический вариант «Нойчой» также отпадал, поскольку в чеченском «ной» означает «корыто» (от ингушского «ний» — поилка).

Таким образом, первая трансформация привела не к возвышению, а к семантическому тупику, заменив одно бытовое значение («сыроделы») на другое, не менее прозаическое («плужные», «жвачные»).

III. Вторая трансформация: метания между «Нохчий» и «Нахчий»

Осознание этой проблемы, по мнению автора анализа, привело к состоянию лингвистической и идентификационной неопределённости. Современные чеченские авторы и публицисты используют две формы, чередуя их:

· «Нохчий» — с отсылкой к мифической связи с Ноем.
· «Нахчий» — возможно, как попытка вернуться к более нейтральной форме, но уже с изменённым окончанием «-ий» (вместо ингушского «-ой»).

Это чередование трактуется как признак внутренней противоречивости и искусственности исторического нарратива, построенного на этом этнониме. Оно демонстрирует разрыв между желаемой «великой историей» и лингвистической реальностью термина.

IV. Контекст и выводы: «сказка в погоне за прошлым»

Весь этот процесс рассматривается автором не как естественная эволюция языка, а как часть более широкого феномена — «погони восточных соседей за ингушским прошлым». Утверждается, что подобные лингвистические манипуляции (к которым также относится заимствование слова «туьйра» — «выдумка, ложь» от ингушского «товра») являются инструментом для присвоения более древней и глубокой исторической легитимности, которой, согласно данной точке зрения, обладает ингушский народ (ГIалгIа).

Резюме анализа:

1. Исходное значение этнонима — профессиональное («сыроделы»).
2. Первая подмена (а;о) была мотивирована идеологическим желанием «стать потомками Ноя», но привела к нелепой семантике («плужные»).
3. Текущее состояние — метание между двумя формами, что свидетельствует о кризисе и искусственности конструируемой идентичности.
4. Общий контекст — часть нарратива о присвоении ингушского исторического и культурного наследия.

Таким образом, данный лингвистический разбор преподносится как доказательство «сказочности» альтернативных исторических построений и утверждение примата ингушского языкового и исторического субстрата в регионе. Финальный риторический вопрос — «Когда же они перестанут маяться дурью?» — является эмоциональным выражением этого вывода, обвиняющим оппонентов в бесплодном и бессмысленном мифотворчестве.

ПРОЩЕ



На Инг. языке «Нахча» - сыр, а «нахча йо» - в ед. чис. сыродел, «нахча йой - во мн. чис. сыроделы. То есть Ингуши так назвали часть своих соплеменников, промышляющих сыроварением. Это чистый Инг. язык. Но, напр., «да’а х1ама до /вы, йы, бы/», «да’ а х1ама дой /бы/»; йа’а х1ама йо /йы, вы/», «йа’а х1ама йой /бы/» и т. п.; наконец, к нашим баранам: «нахча йо /йы, вы/», «нахча йой /бы/». Таким образом, со временем «Нахча йо/й/ трансформировались в «Нахчо/й/, в ед. и мн. числе, соответственно. Но далее свою лепту в этот процесс решили внести, вдруг решившие стать потомками Ноя, Чеч. псевдоученые, с чьей легкой руки термин «Нахчо/й/»превратился в «Нохчо/й/». Это беглый анализ, но здесь значительно больше научной логики, чем в рассуждениях автора, пытающегося выдать желаемое за действительное.
А ничего и не надо с этим делать, просто послушать как очередную, к сожалению не последнюю, сказку наших восточных соседей в погоне за Инг. прошлым (Чеч. туьйра - выдумка, ложь, от Инг. товра).
PS!
Желание вост. соседей стать потомками Ноя, сменив гласное «а» на «о» в слове «Нахчо(й) - это не единственная и, даже, не главная причина, как может, на первый взгляд, показаться из этого текста. Главная причина состоит в том, что, поскольку, на Инг. языке «нахча» - это сыр, а им, по понятной причине, вовсе не хотелось носить этноним в значении сыроделы, то им ничего не оставалось как, заменив в слове «Нахчой» первое глас. на глас. «о», стать сразу потомками «Ноя». Можно было, как вариант, предложить этноним «Нойчо/й/», заменив согл. «х» на ««й», но и тут незадача - на Чеч. яз. «Ной» - в знач. корыто (от инг. «Ний» - одно знач. криница, большое длинное и узкое корыто-поилка для большого количества животных). Но в погоне за историческим прошлым своих зап. соседей они не обратили внимание на то, что корень термина-этнонима «Нох» (от Инг. «Нух - I. 1 нижняя /подвижная/ челюсть животного…. ; 2 соха из челюсти животного; II. /библ. Ной) на Чеч. языке означает - 1) соха, плуг; 2) жвачка /нох даккха - жевать жвачку, о животных/. Но когда это до них дошло они начали метаться между этими двумя гласными (Бакаев и др.) и продолжают до сих пор, называя себя по четным числам «Нохчий», а по нечетным - «Нахчий», сменив (на Инг. манер) окончание «ой» на диграф «ий».
Вот и возникает риторический вопрос: Когда же они перестанут маяться дурью?