Запись 1. 25 октября

Здание 3;;;
#Путь_Джонни_Джокера
#следуй_за_штормом

ЗАПИСЬ 1. 25 ОКТЯБРЯ.

Прибыл в Озёрск. Типичный сонный городок, где все друг друга знают. Сейчас, правда, он гудит, как растревоженный улей. Пропал третий ребёнок. Мальчик, лет восьми. Ушёл из дома вечером в костюме пирата и не вернулся. Полиция разводит руками. Местные шепчутся про «дух Хэллоуина», мол, заигрался и вернётся. Но мы-то знаем, что духи тут ни при чём. Легенда для прикрытия готова: я писатель, собираю местный фольклор для новой книги. Люди здесь доверчивые, особенно к тем, кто готов слушать их байки.

ЗАПИСЬ 2. 27 ОКТЯБРЯ.

Вышел на них. На «Детей Обновления». Собрания проходят в заброшенном доме на окраине леса. Никаких чёрных мантий и черепов. Обычные люди: учительница, фермер, продавец из местного магазина. Они говорят не о зле, а о... чистоте. О том, что мир болен, запутался во лжи и злобе. Они верят, что Гриб — не бог, а «Великий Уборщик». Он не разрушает, а очищает почву для нового, лучшего мира. Их лидер, человек по имени Игнат, говорит спокойно и убедительно. Его глаза горят тихим, ровным светом. От этого становится не по себе.

ЗАПИСЬ 3. 29 ОКТЯБРЯ.

Меня приняли. Я рассказал им выдуманную историю о потере и разочаровании в этом мире. Они кивали, они всё понимали. Сегодня я впервые присутствовал на их ритуале. Они принесли в центр круга вещи пропавших детей: игрушечный пиратский меч, куклу, красный мячик. Они не молились. Они... пели. Тихую, протяжную песню о том, как семя должно умереть, чтобы дать жизнь колосу. Они говорили о детях не как о жертвах, а как о «семенах». Их сознание, чистое и гибкое, — лучшее удобрение для мицелия, который прорастёт новым, «исправленным» человечеством. Без злобы, без ненависти. И когда они пели, я почувствовал запах сырой земли и грибов. Тот самый запах из Тисовой Рощи.

ЗАПИСЬ 4. 30 ОКТЯБРЯ. НОЧЬ.

Не могу спать. Слова Игната крутятся в голове. «Мы не убиваем их, — сказал он мне сегодня, глядя прямо в глаза. — Мы даём им возможность стать частью чего-то большего. Их короткая жизнь станет фундаментом для вечности. Разве это не прекрасно?»

Я смотрю на фотографии пропавших детей. Улыбающиеся, живые. А потом вспоминаю наш мир. Войны, болезни, ложь, предательство. Мир, который мы пытаемся защитить. Но от чего? От очищения? От возможности начать всё с чистого листа? Я должен остановить их. Завтра ритуал. Я знаю, где и когда. Но в голове навязчиво звучит вопрос... а может, они правы?

                Дневник Агента. Дело №3110-B.

Двадцать пятое. Город Озёрск.
Сонный омут, где каждый знаком.
Но гудит он, как улей из воска —
Третий мальчик не прибыл в свой дом.
Снова слухи про «дух Хэллоуина»,
Про проделки и детскую блажь.
Только в воздухе пахнет рутиной
И грибницей, что входит в кураж.

Двадцать седьмое. Я вышел на след.
«Дети Ночи», «Семья Обновленья».
Их собрание — тихий совет
О грядущем земли очищеньи.
Нет ни мантий, ни жутких гримас —
Продавец, агроном, методист.
Их пророк смотрит в душу, не в глаз,
Говорит, что наш мир — грязный лист.

Он твердит, что Великий Грибница —
Не убийца, а просто садовник.
Что пора этой боли избыться,
Смыть всю грязь, словно мощный ликбез.

Их слова, как туман, липнут к коже,
Заползают под рёбра и в грудь.
Я смотрю на них, Боже, мой Боже,
И пытаюсь понять эту суть.
Дети — семя для новой эпохи,
Их сознание — чистый родник.
Их последние вздохи и крохи
Создадут обновлённый цветник.

Тридцатое. Завтра финал.
Ритуал на заброшенной даче.
Я сегодня их песню впитал
О великой и вечной задаче.
«Разве мир наш не стоит того,
Чтобы смыть с него гной и пороки?»
Их спокойное ждёт торжество,
Их безумные зреют пророки.

Я смотрю на детей фотоснимки,
На улыбки, что канули в тень.
А в ушах — их слова-невидимки,
Что готовят земле новый день.
Я пришёл, чтоб спасти, обезвредить,
Оборвать эту страшную нить.
]
Но всё чаще мне хочется верить,
Что, возможно, их нужно простить...
Или... просто позволить им быть?