Глава 4. Традиции

Прошло какое-то время, пока Сергей окреп. Мария позвала секретаря для того, чтобы уладить формальности.
— Привет, как тут у вас?
— Марин, в общем, всё, что я могла для него сделать, я уже сделала.
— И чем обрадуешь? Бедокурил?
Мария только помотала головой. Пациент вёл себя довольно тихо, даже слишком тихо. Мальчик напоминал загнанную зверушку, которой наконец-то дали покой. Складывалось впечатление, что он лишний раз предпочитает не шевелиться. Порой вёл себя настолько тихо, будто растворялся в стенах лазарета. Его поведение на протяжении полумесяца убедило Марию в том, что мальчик стал очередной жертвой контрабандистов.
— Ясно. Ну что же…
— Госпожа не изменила своего решения?
— Нет, всё в силе. Этот сорванец теперь ученик академии.
— В таком юном возрасте?
— Есть чему удивляться. Обычно детей не берут либо из-за родителей, которые боятся их нам отдавать на обучение, либо из-за ветра в голове этих неразвитых существ.
— Марин, детей.
— Что?
— Не называй детей «существами», они ведь маленькие люди.
«Ясно, значит, вот как. Надо быть с тобой начеку. Такая добрая и покладистая жена любому будет в радость».
— А, ну да… Ну да не суть. Так как у этого парня никого нет, кто бы о нём мог позаботиться, академия возьмёт его воспитание на себя. Не можем же мы его выбросить на улицу.
— Ну да, в лучшем случае он станет попрошайкой, а в худшем…
— Если он вспомнит, откуда пришёл, то у нас появится возможность притянуть к ответственности его истязателей. А учитывая то, что заказчиками может быть знать...
— Это если он вспомнит хоть что-то, нам неизвестно даже его имя.
— Его зовут Сергеем.
— Странное имя.
— С этим вопросом к госпоже.
— Слушай, Марин… А если он не осилит обучение алхимии?
— Ну тогда… К тебе в лазарет его отправим. Будет помогать за больными ухаживать… А может и за здоровыми, — сказала Марина, игриво оглядывая подругу с головы до ног.
— Брось свои грязные мыслишки! — Мария покраснела и отвесила подзатыльник поехавшей секретарше. — Так, его определили в общежитие?
— Будешь в гости наведываться? Могу сделать для тебя персональный пропуск.
— Марина…
— Чего?
— Хочешь заразиться и умереть от неизвестной болезни?
У Марии был немного угрожающий вид и не свойственное выражение лица. Марина понимала, что подруга угрожает шутя, но именно этого она и опасалась.
— Вот знаешь, не планировала такого в своей жизни…
— Вот и не нарывайся!
— Поняла-поняла, держи себя в ногах.
— Гр-р-р-р.
— Руках, Мария, руках. Прости, оговорилась!
— Ну так?
— А? А, ну да. Госпожа приказала выделить комнату напротив Алексея.
Не сложно было понять, что это значит — за ним будут наблюдать.
— Ему всё ещё не доверяют?
— Слушай, — обе девушки считали, что эти меры как-то уж больно чересчур, но, будучи секретарём, Марина напомнила подруге в надежде утешить, — просто время сейчас неспокойное, да и Лёша парень ответственный, он поможет мальцу освоиться.
Мария кивнула в знак согласия, тот парень, о котором упомянула секретарь, и правда был весьма порядочным и смышлёным молодым человеком, что было сейчас в дефиците.
— А ты мне что-то принесла? — Поинтересовалась Мария, переводя взгляд на свёрток в руках подруги.
— Нет, это для Сергея.
— О, а что там?
— Одежда, — заговорщически ответила Марина, подмигивая, — хочешь подсмотреть, как он переодевается?
Хрясь!
Мария всё же не выдержала и ударила по макушке непутёвую секретаршу острой гранью деревянного планшета — дощечки, которую использовала для заполнения бумаг на весу, когда не работала за столом.
— Драчунья!
Хрясь!
— Да поняла я!
Мария успокоилась и снисходительно посмотрела на подругу. Она была не против подурачиться, в жизни было не так уж много времени для юмора, особенно в лазарете. Марина порой переходила границы приличия, но это было забавно, до какой-то степени. Мария ощущала заботу и поддержку от подруги, но она не была глупой, она догадывалась о мотивах её подруги и задачах, которые она выполняла в стенах академии. Дурачества были всего лишь приятным обманом.
— Ты за ним присматриваешь уже давно, и так уже насмотрелась на…
Хрясь!
— Да больно же! Прекрати, озабоченная лекарша!
— Да кто бы говорил?!
— Сестрицы, а что это вы делаете? — спросил мальчик с немного ироничной улыбкой на лице. Видно было, что он уже заскучал.
— И как давно… — Начала вопрос Марина. — Ты там стоишь? — За неё закончила Мария.
— Примерно с тех пор, как вы начали обсуждать, кто будет за мной подсматривать.
Шлёп!
Хрясь!
— Шуруй переодеваться!
Так Сергей получил один из важных уроков в своей жизни: дурачества озабоченных лучше не прерывать.
***
Через время Марина со своим временным подопечным подошли к общежитию.
У неё был свёрток с незамысловатыми сандвичами — небольшим перекусом.
— Ей, парень, голоден?
— Ну не то чтобы сильно.
— Давай перекусим, в отличие от тебя у меня день выдался непростым.
Они присели на лавочке в тени недалеко от входа на территорию мужского общежития. Разложив на небольшой простыне скромный ленч, Марина внезапно отлучилась.
— Посиди тут. Я отойду, спрошу приятелей о своём друге, хотела вас познакомить.
— А, ну хорошо.
Хоть это и выглядело как-то странно, но Сергей не придал этому значения.
Марина какое-то время разговаривала с группой парней в поле зрения Сергея. Казалось, она и сама старалась не спускать с него глаз. Распрощавшись со своими знакомыми, девушка вернулась к своему подопечному.
Закончив трапезу, Марина предложила провести Сергея.
— Тебя проводить? Могу показать, где твоя комната.
— Да, пожалуйста. Я уже боялся, что буду плутать по всему зданию.
— Почему сам не попросил?
Парень опустил взгляд.
— Ты для меня и так много сделала.
«Много? Ох, надо оно мне? Спихну тебя на Лёшу».
— Идём. — Скомандовала девушка.
— Да.
Беспрепятственно пройдя на территорию общежития, парочка отправилась ко входу.
Войди в общежитие простая девчёнка — подростки просто бы всполошились. Но в дверях была всего лишь секретарь академии, из-за чего все были в ужасе.
Сама ситуация намекала на ЧП. Кто-то из парней позволил себе лишнего? Или, более того, кого-то — был уличён в связях с тёмными личностями? Появление этой девушки не сулило ничего хорошего. У окружающих было дурное предчувствие.
Из-за какого-то придурка могли начать проверки во всём корпусе общежития.
У всех было живо в памяти происшествие в женском общежитии: 5 девушек, руководствуясь жаждой наживы, каким-то образом продавали зелья контрабандистам; девушек не исключили. Им просто дали одно поручение. Выполнение задания искупило бы их вину перед академией.
Стоит ли говорить, что девушки, уйдя на его выполнение, не вернулись в город?
И вот теперь по корпусу шёл предвестник дурных вестей. Многие перешёптывались и строили догадки. Но когда Марина подошла к комнате Алексея, кто-то в шутку, но достаточно громко крикнул:
— А, ребят, она к хахалю, всё, ложная тревога, расходимся!
И хоть это вызвало чрезвычайное раздражение у девушки, но она ничего не сказала в ответ. По сути, её здесь не должно было быть, но вот сейчас она у комнаты парня… А рядом с ней ребёнок. Когда до неё дошла вся абсурдность ситуации, её сердце замерло.
«Как это выглядело со стороны?»
Собственно, так, как об этом сказал незнакомец, снявший всеобщее напряжение. Марина брезгливо посмотрела на Сергея, который, заметив на себе её тяжёлый взгляд краем глаза, решил не подавать виду. В голове мальца роились вопросы: «Да за что? Я же ничего не сказал, ничего не сделал, ну что на этот раз? Опять будут бить? Надо было остаться в госпитале?».
Но тут дверь отворилась. На пороге стоял парень приятной наружности и непонимающе смотрел на своих гостей. Марина, когда дверь открылась, немного вздрогнула, но решила не тратить времени, она толкнула Алексея внутрь комнаты, куда забросила и Сергея. Женщины с ребёнком на пороге комнаты её коллеги мужского пола — худшее, что девушка могла себе представить.
На какое-то время в комнате повисло молчание. Марина отходила от испытанного шока. Её недальновидность сегодня сыграла с ней очень злую шутку. Она посмотрела на Алексея испуганными, ошарашенными глазами. На его лице начала проявляться улыбка.
— Марин…
— Лёша, не смей!
— Это мой?
— Завались, козлина!
— Аха-ха-ха-ха-ха, — в этот момент Лёша не выдержал, Марина охаживала парня шлепками, а тот чуть не плакал со смеху.
— А ну перестань!
— Что, перестать? Значит, пришла ко мне с ребёнком и решила предложить разделить ответственность? И когда только успела?! Аха-ха-ха-ха-ха.
— Я сохраню свою честь. Даже если тебе придётся за это умереть!
— Марина, всё, успокойся! Всё, я не смеюсь.
— …
— Ну, почти… Пха-ха-ха-ха-ха.
— Хнык, — Марина не знала, что делать, всё было настолько плохо, что она готова была расплакаться.
— Сестрица, всё будет хорошо, — попытался утешить девушку Сергей.
— Свали! Не хватало ещё, чтобы какой-то сопляк меня утешал!
— Марина, будь добрее, — заступился за мальчика Лёша, — не переживай, эта тётенька тебя не обидит. Так, а ты у нас…
Лёша перевёл взгляд на Марину. Девушка сделала глубокий вдох, задержала на непродолжительное время дыхание, за чем последовал выдох.
— Лёш, угостишь чаем? — Лёша понял, что разговор длинный и надо постороннего отвлечь.
— Конечно!
Мило улыбаясь, юноша провёл нежданных гостей в небольшую, непретенциозную гостиную. На столе было блюдце с простыми сладостями, которые Лёша предложил Сергею, пока он с Мариной отошёл заварить чай.
— И? — Коротко спросил парень, доставая небольшой чайник.
— Помнишь парня, что спасли в переулке?
— Выжил, значит?
— Угу. Теперь он ученик академии. Будет жить напротив тебя.
— Понял. Присмотреть?
— Да. И…
— Показать город?
— Было бы не плохо, но будь начеку.
— О как... Как Мария?
— Да неплохо.
— Она же за ним приглядывала?
— Угу, — чтобы скрыть подозрительную тишину, Марина громко спросила: — М-м-м, пахнет, где покупал чай?
— На восточный подвозили неделю назад.
— Поделись!
— Ладно-ладно. Ну так?
— Говорит, что парень как парень. Он ничего не помнит. Даже имени не знал своего.
— Надеешься, что вспомнит путь, по которому сбегал?
— Было бы не плохо.
— Ясно. Ну так и?
— Что?
— Что «что»? Звать его как?
— А, теперь он Сергей.
— Понял.
— Пойдём, почаёвничаем.
Лёша взял заварник, насыпал к чаю несколько видов пряностей и залил кипятком. Собравшаяся компания насладилась вкусным чаем. Старшекурсники объяснили порядки общежития и посещения занятий. С ходу на несчастного ребёнка вывалилась гора информации о местных устоях, традициях и правилах.
Через какое-то время Серёже наконец-то показали его личную комнату: внутри немного вещей, зато она куда просторнее корабельной клетки. Юноша и не подумывал жаловаться. На лице ребёнка зиял неподдельный восторг. У парня появилось место, куда он каждый день мог вернуться, место, где мальчик мог скрыться от мира.
Марина с Лёшей вышли из комнаты Сергея в коридор.
— Ну что же. Я прослежу за ним.
— Рассчитываю на тебя.
Алексей кивнул и направился к дверям в свою комнату, почти закрыв за собой двери, он внезапно, будто вспомнил что-то, неожиданно окликнул девушку.
— Марина!
— Что? — В недоумении спросила девушка.
— Удачи на пути к выходу!
— Исчезни, засранец!
— Пха-ха-ха-ха!
— Убью, скотина!
Лёша захлопнул дверь, а девушка её несколько раз пнула, это увидели проходящие вдалеке парни.
— Пф, любовнички ссорятся.
— Ага, давай не мешать.
— Гы, я бы понаблюдал…
— За чем же это ты бы понаблюдал, а?!
Когда проходящие мимо поняли, что это там за девушка, то они быстро ретировались. Покрасневшая Марина ещё раз со злости пнула двери комнаты Алексея и поспешила прочь с этого дрянного места.
Отдаляясь от здания, казалось, девушка преображалась с каждым шагом. Она поправила одежду, а выражение лица выглядело куда строже. Проходя мимо группы парней, она кивком их отблагодарила — это были подпевалы, которые должны были сгладить впечатление от её визита. Всё происходящее было простым срежиссированным фарсом, все эмоции, что она показала — незамысловатая ложь.
***
В поместье рода Седых была своя атмосфера. Глава рода, Мстислав, пока что отсутствовал, а его сын — Фёдор, занимался административными делами. В двери кабинета к мужчине постучалась служанка.
— Господин, разрешите?
— Да.
— Вы хотели меня видеть?
— Да.
Что-то дописывая на бумаге, мужчина даже не поднял взгляда на красивую женщину в платье горничной, которая смиренно ждала дальнейших распоряжений. Закончив вести записи, Фёдор потёр переносицу.
— Видела отчёт?
Служанка сперва смутилась, будучи главной горничной, она много видела отчётов, но, видя серьёзность господина, она предположила, что разговор о том самом отчёте.
— ...Конечно, господин.
— И? Что скажешь?
— Ваши дочери весьма умелые, господин.
Мужчина встал со стула и повернулся к окну, которое выходило на внутренний двор поместья, где упражнялась в рукопашном бою его старшая дочь — Надя. Ей было уже 10 лет. Когда его дочерям исполнится 13, они начнут прохождения обряда посвящения, первый шаг которого — «этап непоколебимости».
***
Род Серых воспитывал наследников главной линии, следуя традициям предков.
Сперва подготовка — выживание в условиях дикой природы. Это период, символизирующий путь предков до формирования города. Он был призван подготовить наследников до обряда посвящения.
Первый этап посвящения проверял стойкость наследников — когда город был сформирован, в первые же годы он подвергся нападениям пиратов. Предки не покорились и боролись до последнего вздоха, отстаивая право на жизнь рода и жизнь города.
Второй этап связан с внутренними дрязгами, которые переживал город. Этот период ознаменовался внутренними чистками.
Третий и заключительный этап к становлению — сохранение порядка и устоев.
***
Начало посвящения — 13-летний ребёнок должен был выстоять против наставника — не сдаваться в бою на протяжении часа. Бой был нешуточный, но старались не убивать. Время шло только тогда, когда наследник стоял на ногах. Если после удара тот терял равновесие или сознание, время останавливали, пока ребёнок не встанет… если сможет стоять.
Второй этап начинался в родовой библиотеке, с наступлением 14-летнего возраста.
Помещение с книгами было весьма большим. Каждая секция хранила множество книг, а каждая книга содержала пергамент-закладку с заданием на убийство. Каждая линия рода имела свою библиотеку, а за актуальностью информации пергаментов отвечала сеть библиотекарей, служащих роду Серых.
В зависимости от секции подразумевались разные убийства: какое-то количество животных, демонов… людей: работорговцы, извращенцы, смутьяны, заговорщики.
Самыми сложными считались задания на убийство демонов — в охоте на демонов можно было наткнуться на разную нечисть. Особенно сложные и редкие задания предполагали убийство демонов среднего уровня в отведённый срок.
Вторые по сложности — главари контрабандистов, найти шайку можно относительно легко, но вот дальше — либо убей всех, либо проникни в их ряды и постарайся не помереть от рук своих же.
Тройку лидеров замыкали задания на умерщвление кого-то из знати — могут возникнуть сопутствующие проблемы после выполнения.
Вишенкой на торте этой безумной традиции — это третий этап, сохранение чьей-то жизни. Этап кажется простым, но на самом деле он мог длится и 2 десятка лет. А цели для защиты порой были разными… Даже такие, что с трудом заслуживают на жизнь.
***
Мужчина сам себя упрекнул:
— Если бы их отец не был бы таким слабым, то им не пришлось бы…
— С другой стороны, их может ожидать большое будущее, глава.
В отражении он увидел лицо горничной, которая хотела подбодрить господина и развеять его печали.
— Где Зоя?
Горничная чуть вздрогнула, опустила голову и ответила.
— В подвале, помогает вашей супруге, господин.
— Ясно. Сообщи им, что скоро ужин, пусть не задерживаются.
— Г-господин…
— М?
— Я…
Фёдор развернулся и пошёл к выходу, у которого стояла служанка, взявшись за дверную ручку, он брезгливо бросил ей:
— «Большое будущее», от которого даже тебя выворачивает?
Женщина только и могла, что стыдливо смотреть себе под ноги. Она и правда боялась. Она не хотела снова наблюдать тренировки юной госпожи. Ей хватило единожды спуститься в тёмные чертоги подвала, чтобы её сердце каждый раз вздрагивало от одной только мысли об увиденном. Горничная знала, кому служит, она помогала в подготовке или даже лично совершала суд над преступниками путём казни, но то, что она видела, это была никакая не казнь, то было не убийство. В подвале было чистилище, в котором зверски орудовал маленький милый ангелочек, под одобрительные возгласы и поощрения своей матери.
Прислуга хорошо знала девочек. В том числе и грустную, унылую, повседневную Зою. Но там, в кошмарном подвале, в сыром душном месте, наполненном мольбами, на испачканном чужой кровью миловидном лице девочки зияла улыбка.
— Ступай, скажи, чтобы накрывали на стол. Я сам позову близких.
— Как прикажете, господин.
Мужчина вышел из комнаты, за ним последовала служанка, закрыв аккуратно за собой двери. В конце коридора они разошлись в разных направлениях: служанка пошла на кухню, где уже приготовились изготовить вкуснейшие яства и намеревались начать потрошить гусей, а Фёдор отправился в подвал окликнуть увлёкшихся супругу с дочерью.
Елизавета, мама девочек и супруга Фёдора, была своеобразной художницей. Она смотрела на людей как на холсты, которые создала сама природа. Проблема людей только в их порочности. Ей казалось, что если во время пыток человек кричит и извивается, то он не чистый, он испорченный. И её задача — обелить человека, чтобы его истинная природа — умиротворения и гармонии — вернулась в осквернённое тело и душу. Пытки были её инструментом в достижении столь благородной цели. Ну а пока она очищала душу заключённого, удавалось очень много узнать о графиках поставок рабов, о штабах пиратов в трущобах, но вот о подпольных рынках никто из них не знал, туда ходила только верхушка, только главари, а такие не попадались живыми, предпочитая смерть в бою.
Для Зои стены подвала были столь близкими, сколь же и ненавистными. С неохотой, но по необходимости ей приходилось находиться здесь несколько раз в неделю. Она не видела себя со стороны и не знала, что ей всё происходящее уже стало желанным и родным.
В будущем Зоя получит соответствующее её наклонностям прозвище, в узких кругах она будет известна как «Исповедница». Но до этого она всё так же будет оставаться милой невинной девочкой с неведомой для себя тёмной стороной.