Азбука жизни Глава 1 Часть 395 И зачем?

Глава 1.395. И зачем?

— Удалила, Пьер, — сказала я тихо, глядя на потухший экран. — Нашла, что меня не совсем верно поняли. Или не захотели понять.

— Кстати, в твоём детском дневнике мы с Воронёнком не заметили... — начал он, но я его перебила, зная, о чём он.

— Детства, — чётко произнесла я. — Его там и не могло быть. Его не было.

Напрасно ты так, Франсуа, улыбаешься. Я тоже, перечитывая те пожелтевшие страницы, это заметила. И что интересно, Виктория — ни слова о негативе. Ни единого.

— Надежда, я тогда ещё не знала о его существовании, — объяснила я, и голос мой прозвучал как будто издалека. — Я была настолько ребёнком... И становилась взрослой только в один момент — если нужно было защитить...

— Марину Александровну и Ксению Евгеньевну! — хором закончили за меня Пьер и Франсуа.

— Да, — выдохнула я. — Я боялась причинить им боль, видя, что с ними происходят чувства, непонятные для меня. Я свято верила, что папа с дедулей в командировке. И ждала. Каждый день. Я не понимала тогда, что такое гармония. Без которой просто не могу дышать сегодня. Поэтому, Пьер, иногда... иногда я неверно выражаю свои мысли. Слова будто отстают.

— Или твои мысли используют, — мягко, но весомо добавил он.

Мы с Франсуа переглянулись. В его взгляде было то же удивление, смешанное с гордостью.
— Да, папочка, — сказала я, обращаясь больше к пространству. — Вот такие наши детки сегодня. Продвинутые. Поэтому, когда рядом Милана, Валерия или их умницы-красавицы подруги, я стараюсь быть аккуратней в каждом слове. Боюсь, что не поймут. Хотя я в их возрасте... видела не меньше взрослых. Иногда мне казалось, что понимала больше мамы и Ксюши в том или ином моменте. Но каждое поколение — оно другое. Оно видоизменяется. В лучшую сторону, мы надеемся. Видит больше, потому что мир прогрессирует с бешеной скоростью. И они справедливо требуют от меня иногда объяснений — в чём им самим пока сложно разобраться в этом водовороте.

Я сделала паузу, собирая в ладони разбегающиеся мысли.
— А мы... если мы Женщины, мы — не слабые. Но мы более... уязвимые. Мы должны уметь защитить себя. Себя — и тех, кто за нами. Защитить от простого негатива и чьей-то наивности, бывает — от коварства, а то и от неизлечимых болезней. И, увы, от самой обычной, ранящей невоспитанности. Это наш долг. И наша тихая война.