Шерше ля фам
«Меня хотят убить!» — сознавался он Эрлиху
«Я буду жертвой» — говорил он Бениславской
«24 декабря Есенин купил гуся...»
Доставив птицу в «Англетер»,
чтоб разделить добычу с музой,
поэт — он русских был манер —
еще в прихожей съел огузок.
Затем, усевшись на диван,
он мигом, с удалью заправской,
дичь оприходовал, болван,
совсем забыв о Бениславской.
За что голодная мадам —
с поэтом поступила строго...
Не верьте басням некролога.
Но помните — шерше ля фам.
23 октября 2017 г.
Свидетельство о публикации №225102400467