Похищение v. 4

Действующие лица

КОНСТАНТИН
Главный герой пьесы. Частный детектив, в прошлом — пианист.
Его расследование — это поиск выхода, которого нет. В финале каждого акта он подходит к краю прозрения, но никогда не переступает его. После занавеса его память стирается, и он снова начинает с первой сцены, с первой рюмки, с первого звонка Сары. Он обречен вечно искать смысл в мире, который является для него единственной реальностью.
ЭМБЕР
Сценарист, застрявший в собственной пьесе.
Она пытается бунтовать против Трикса и сломать систему, не понимая, что её бунт — тоже часть сценария, который она же когда-то написала. Её отчаяние — единственное подлинное чувство в этом спектакле, но и оно служит топливом для вечного двигателя пьесы. Она влюбляется в Константина при каждом перезапуске, и каждый раз это кончается одним и тем же.
ТРИКС
Режиссёр-демиург. Хранитель цикла.
Его задача — чтобы шоу продолжалось. Он не подавляет бунт Эмбер и импровизации актеров, а мастерски вплетает их в канву спектакля, превращая любую нестабильность в новый виток сюжета. Он — воплощение принципа «the show must go on», доведенного до абсурда и жестокости.
АЛИНА
Голос из реальности. Бывшая любовь Константина.
Эксперт-криминалист, единственный персонаж, не принадлежащий пьесе. Её задача — не силой, а намёком, воспоминанием, болью вытащить Константина обратно в жизнь. Но её попытки тщетны: он всегда выбирает детективную интригу, где он — герой, а не реальность, где он — сломленный человек.
САРА
Актриса. Исполняет роль светской львицы, чья картина похищена.
Блестящая и циничная профессионалка. Она либо не знает, либо давно смирилась с тем, что живёт в цикле. Полностью отдалась своей роли и получает удовольствие от её виртуозного исполнения, наблюдая за метаниями других как за забавным спектаклем в спектакле.
ДАНИЭЛЬ
Актер. Поэт-информатор.
Возможно, единственный, кто понял правила игры и принял их. Его пьяная, надрывная поэзия — это способ сохранить рассудок в вечном повторении. Он не пытается бунтовать, как Эмбер, а играет свою роль с таким самозабвением, что это становится своеобразной свободой.

Режиссерская заметка (для постановки)

Главное настроение пьесы — это не детективная интрига, а нарастающее чувство безысходности и клаустрофобии. Каждая сцена, каждая реплика должны быть слегка дежавю. Актеры, играющие Сару и Даниэля, могут позволять себе едва уловимую механистичность, «заученность» жестов. Константин, напротив, должен быть абсолютно искренним и живым в своих поисках — в этом его трагедия.

Финал — не поражение, а пауза. Занавес закроется, свет погаснет, а когда зажжется вновь, мы снова увидим Константина, подходящего к окну с бокалом в первой сцене. Цикл повторяется.

Сцена 1.

Офис Константина. Хлам валяется то тут, то там, по углам картонные коробки, на столе, впрочем, чисто. Константин ходит по своему кабинет и разговаривает по телефону

Константин: Спасибо, что позвонил. Осваиваюсь, всё в порядке… Что? Кабинет? Ну кабинет как кабинет. (пауза) Нет, ничего не напоминает. (подходит к окну) Грег, ты говоришь загадками. Десять лет. А такое чувство, будто вечность прошла… Какой рояль? Нет, не садился. И хватит уже об этом. Кто старое помянет, тот не помнит, что случилось с Барри… Ты, ты, ты издеваешься? Нет, я с этим делом всё, бросил, так сказать. Даже стакан выбросил. Ладно (кивает). Сожги за нас мешочек с солью.

Константин завершает разговор. Телефон снова звонит, Константин отвечает.

Константин: Здравствуйте. Да, Константин. Да, детективное агентство. Да, ищем. Кого? Кошку? Нет, кошки и собаки — это дело спасателей, я не могу отнимать у них хлеб. Да, спасибо (отключает телефон). Как будто дел больше нет, кроме ваших пропавших зверьков.

Константин отходит к окну, где стоит портативная колонка, включает музыку на телефоне.

[Играет музыка Shortparis – Страшно]

Константин стоит какое-то время у окна, затем подходит к своему столу, достаёт оттуда непрозрачную бутылку. Смотрит на неё какое-то время. Неспешно подходит к зеркалу в прихожей.

[Музыка приглушается]

Константин (своему отражению): Я знаю, что пить с утра – не самая лучшая затея. Но в этом ****ском цирке по-другому не играется (озирается). Ты ж не против? Сделаем вид, что мы тут вдвоём.

[Музыка в прежнюю громкость]

Константин кивает. Неспешно подходит к столу. Озирается в поисках стакана, находит его под столом. Берёт стакан, продувает его, протирает, открывает бутылку и выливает содержимое в бокал. Выпивки чуть больше ста граммов. Константин в нерешительности подносит бокал ко рту. В этот момент в дверь стучат.

Голос Сары за дверью: Откройте, пожалуйста!
Константин (держа бокал возле рта): Вовремя.

Константин ставит бокал на подоконник.

Голос Сары за дверью: Я не могу ждать!
Константин (выдыхает): Сейчас, сейчас.

Константин отключает музыку.

[Музыка стихает]

Константин идёт к двери. Открывает.

Сара (стремительно проходит мимо Константина): Ах, какой ужас! Какой ужас!

Сара доходит до стала, брезгливо осматривает его и остальную комнату, потом разворачивается к Константину.

Сара: Конечно, я могла бы пойти и в полицию, но - ах! - беда моя не по силам никому. Наверно, даже вам.

Сара идёт к двери, но Константин перегораживает ей путь и выставляет руки.

Константин: Расслабьтесь. Выдохните. У меня такое чувство, будто я уже видел этот спектакль. Впрочем, неважно. Рассказывайте, что случилось.
Сара: Сара. Моё имя Сара.
Константин (под локоть доводит Сару до своего стола и усаживает в кресло): Вы, наверно, долго ко мне шли, вот, давайте в кресло.

Константин обходит её, садится на своё кресло, начинает перебирать бумаги в поисках ручки и блокнота.

Константин: Рассказывайте, что у вас случилось?
Сара: У меня похитили!

Константин смотрит на Сару. Та молчит.

Константин (с ожиданием): У вас похитили...
Сара: Ах, у меня украли!..
Константин: У вас украли кого или что?
Сара (томно и жалостливо): Картину! Картину, в которой была закладная на мою душу!
Константин (замирает с ручкой над блокнотом, смотрит на неё): Простите, что? Вы сказали «закладная на душу»? (улыбается) Это шутка? Крылатая фраза? Или вы из театра?
Сара (холодно): Я не шучу.
Константин (глубоко вдохнув): Хорошо. Как и когда у вас это украли?
Сара (откидывается на спинку, закрывает глаза и прикладывает ладонь ко лбу): Ах, больно вспоминать! (садится ровно, одарив спинку кресла брезгливым взглядом) Мы с Эмбер встретились в галерее, поговорили про высокое искусство и низкие вкусы.
Константин (записывая): Кто такая Эмбер?
Сара: Моя подруга. Вообще она странная, делает вид, что понимает в искусстве, хотя не может отличить Рембо от Рэмбо.
Константин (приговаривая): Эмбер, первый подозреваемый.
Сара: Вечером одна местная знаменитость устраивала приём. Приглашены только лучшие и приближённые. Я в их числе. Однако и Эмбер тоже (томно выдыхает).
Константин: Хорошо, дальше.
Сара: Мы собирались на этот приём. И Эмбер предложила мне сходить по магазинам, посмотреть платья (улыбается). Её хитрый план я сразу раскусила. На самом деле она просто хотела узнать, что надену я -- у самой-то вкус на платья так себе.
Константин: Во сколько это было, в полдень?
Сара: В полдень приличные люди ещё спят. Это был вечер, и после магазина мы собирались пойти поужинать...
Константин (кивая, выставляя ладонь): Когда вы обнаружили пропажу?
Сара: Я возвращалась с приёма поздно ночью. Идти недалеко, но я всё равно нашла джентльмена, который меня подвёз. Он такой забавный, шутил и кривлялся, пока мы ехали. Но комедией нас не возьмёшь. Впрочем, Эмбер можно на это поймать.
Константин (прерывая): Были следы взлома?
Сара: Мне показалось, что за нами следили. Но я не уверена. Понимаете, я летала. Сделав все дела, я легла спать.
Константин (записав, откинулся и вздохнув): Спать. Что дальше?
Сара: Я была Боттичелли. Во сне.
Константин (вертя на столе бокал): Давайте мечты мы оставим на потом (листая записи) и перейдем к главному. Утром вы поняли, что у вас похитили картину с закладной на... В общем, с закладной. Вы осматривали дом, проверяли следы взлома?
Сара (трагично вздыхая): Взлома?
Константин (помечает): Понятно.
Сара: Замки, стёкла на месте.
Константин: Давайте к самой картине. Что это, какие размеры, кто автор?
Сара: "Миранда и буря" Уотерхауса.
Константин: Дорогая?
Сара (картинно): Бесценная!
Константин: Репродукция?
Сара: Я сейчас уйду отсюда.
Константин: Простите, не хотел вас обидеть!
Сара: У вас всё равно не получится.
Константин (задумчиво, потирая подбородок): Если это оригинал, и, как я понимаю, чертовски дорогая штука, странно, почему полиция этим не занялась?
Сара (картинно): Главное -- не сама картина, а то, что в неё заложено!
Константин (кивает): Да-да, я понял, закладная (прочищает горло). Подозреваемые есть? Ну, кроме Эмбер.
Сара (кивает): Трикс.
Константин (с удивление): Что? Это тот, который торговец? У него магазинчик на углу у...
Сара (перебивая, насмешливо): Это вы знаете его как торговца. То есть совсем не знаете. Вы здесь недавно? Странно, что он вам ничего не предложил. Хитрый проныра. Он продаст вам вашу же душу, и вы ещё должны останетесь. Я знавала его во времена, о которых молчат историки и летописцы. Какие сделки он проворачивал!
Константин (делает пометки в блокноте): Странно, что я сам об этом не подумал. А так не скажешь, ну кроме того, что статный и внимательный (делает пометку). Мне нужно его опросить.
Сара: Вы ещё не оформляли у него премиальный пакет услуг?
Константин (поперхнувшись): Премиальный что?
Сара (поучительно): Просто помните об этом, когда захотите его о чём-то спросить.
Константин (кивает): Спасибо.

Сара протягивает Константину конверт.

Сара: Это аванс. Или задаток. Называйте, как хотите.

Константин берёт конверт, открывает его и достаёт деньги.

Сара: Не знаю, сколько стоят ваши услуги, но здесь пять тысяч. Остальные десять -- после работы. Найдите, прошу вас. От этого зависит моя жизнь.

Сара встаёт. Константин провожает её до двери.

Сара (у порога): Я зайду к вам завтра.
Константин: Сделаю всё возможное.

Сара выходит. Константин идёт к центру комнаты. Останавливается, заглядывает в конверт. Губы медленно расплываются в улыбке.

Константин (едва слышно): Пять тысяч. Осталось узнать, как картина выглядит.

Константин подходит к столу, начинает разбирать бумаги. Смотрит на бокал на подоконнике. На секунду замирает, затем встаёт, берёт стакан и выносит в другую комнату.




Сцена 2.


В дверь постучали.

Константин: Кто там?
Даниэль (за дверью): Древнейший предок человека.
Константин (вставая, с улыбкой): А, это ты. Сейчас открою, сэр Даниэль!

Константин идёт к двери, открывает её и впускает Даниэля. Даниэль входит, кланяется, важно проходит в центр комнаты.

Даниэль: Приветствую, почтеннейший! Явился твой верный оруженосец Словочетания! Пока мы не начали: купишь новый двигатель?
Константин: Это у тебя новый способ попросить на «возрождение души»?
Даниэль (подходит к столу): Можно и так сказать. Слушай, я ангелом летал, но топливо иссякло.
Константин (почесав затылок): У меня где-то было, стой (осматривается). Семьдесят шестой подойдёт?
Даниэль (потирает шею): Крылья пашут на соляре.

Константин подходит к окну, берёт бокал, вздыхает, идёт и отдаёт его Даниэлю.
Константин: Держи. От сердца отрываю.
Даниэль: Родина тебя не забудет!
Константин: Лучше пусть вспомнит что-нибудь интересное.

Даниэль залпом выпивает. Константин обходит стол и становится напротив Даниэля.

Константин (грустно смотрит на пустой бокал): Ты с чем пожаловал?
Даниэль (спохватившись): Я тебе такую историю расскажу, чума просто!
Константин (отходит к окну): Денег на двести?
Даниэль: Не меньше! (выставляет руки) Послушай: Серж видел, как тридцать седьмой автобус выехал на встречку!
Константин (потирая подбородок): Знаешь, не очень что-то.
Даниэль (театрально ходит по комнате): Погоди, это только начало. А Хлоя рассказывала, что водитель был в театральном гриме. Совпадение? Не думаю.

Константин стоит у окна, скрестив на груди руки, и смотрит на Даниэля.

Константин: Может, ты откроешь своё детективное агентство? (садится за стол)
Даниэль: Когда мой персонаж проходит этап возлияния, наступает просветление! На мгновение мне открывается истина: всё предопределено. А потом я возвращаюсь в ад своей роли — поэта-информатора. (внезапно замолкает, смотрит на свои руки) Кажется, я уже рассказывал тебе эту историю. В прошлый раз, помнишь? Нет? Ладно, неважно.
Константин (не поднимая головы, роется в ящике): Более эффектного описания пьянства я ещё не слышал.
Даниэль: Это поэзия, детектив. Или, как говорит один дуралей, что-то вроде экспозиции через характер.
Константин: Как скажешь (как будто заносит молоток на торгах). Продолжаем торги. Лот двести денег. Кто даст за него ценную информацию?
Даниэль (с хитрой улыбкой подходит к столу и садится на кресло напротив Константина): Сейчас будет очень важно (облизывает губы). Окружные пташки видели хозяина сельхозугодий в мясной лавке.

Повисает пауза. Константин смотрит на Даниэля, Даниэль заговорщицки улыбается.

Константин: Это тоже что-то поэтическое?
Даниэль (хлопает ладонью по столу): Именно! (встаёт и отходит к центру комнаты) Хозяин сельхозугодий. В мясной лавке.

Константин смотрит на Даниэля.

Даниэль: Покатай это по языку.

Повисает пауза.

Константин: Мясная лавка — это публичный дом?
Даниэль: В точку! (поворачивается в сторону невидимого зрителя и вскидывает руку в позе победителя) А этот парень понимает правила игры!
Константин (с усмешкой): Не интересно.
Даниэль (нависает над столом): Кулагин будет расширяться, и я знаю, как.
Константин: Выкупит маленькие конторки и закроет их. Или оставит.

Константин демонстративно рассматривает блокнот, Даниэль стоит, слегка покачиваясь, возле стола.

Даниэль (грустно выдыхает): Пришла пора отдать швартовы.
Константин: Пока нет. Что знаешь о девушке с именем на "эм"?

Даниэль снова расплывается в хитрой улыбке.

Даниэль: Хороший игрок не ходит с козырей в начале игры.
Константин (с усмешкой): Редко выигрывал?
Даниэль (подходит к столу): Часто играл. Слушай. Ладно. Я скажу. Она – сценарист. Не бог весть какой, но да. (понижая голос) Она вписала тебя в любовную историю.
Константин (потирая лоб): Кажется, у вашего корабля поэзии задержалось отплытие.
Даниэль: Сегодня днём к тебе заходила «эс».
Константин: Вы знакомы?
Даниэль (садится в кресло): Были знакомы. Когда-то. Это были незабываемые вечера в Сан-Франциско. У нас была (пауза) ментальная связь.
Константин (в сторону): Мотив наклёвывается (Даниэлю). Познакомились в студенчестве?
Даниэль: Нет, в мясной лавке (расплывается в широкой улыбке).

Константин поднимает на Даниэля глаза, застывает, потом возвращается к блокноту и делает записи.

Константин: Про знакомство.
Даниэль: Да. Однажды мы с ребятами, которые сейчас и имени моего не вспомнят, приехали в соседний город. Старая история. Кажется, это был четверг. Наши «Львы» играли против «Кабанов». Мы забросали кабаний паб дымовухами, а потом на выходе всех раскатали. Мы не знали, что у них ещё одна банда на подходе. Помяли нас знатно, а мы ж все кто банкир, кто юрист, кто просто лицом торгует. У меня сделка к тому же на следующий день (смотрит в потолок, улыбается). Видел бы ты инвесторов, когда я рассказывал про бизнес-план.
Константин: Вернёмся к Саре.
Даниэль (выдохнув): Вернуться бы. Тогда я был молод, я не познал великого плана и откровений у меня не было, поэтому я просто ходил и тихо усмехался над всей ее мазнёй.
Константин (в сторону): То есть ещё не забухал (Даниэлю). И что же случилось дальше?
Даниэль: Я посмеялся вслух над (пренебрежительно машет рукой) «Кошачьей гордостью». Рядом оказалась Сара. Она одарила меня вселенским презрением. Я забыл бы об этом через секунду -- кто такая она против меня? Я прошёл мимо неё, как будто никого там нет, даже слегка задел её плечом.

Даниэль мечтательно улыбнулся.

Константин: Она вызвала полицию нравов?
Даниэль (наклонившись к Константину): Нет, скрутила меня за секунды и уложила мордой в пол!
Константин: Пожалуй, я не буду гадать, что было дальше.
Даниэль: Но пожар страсти вспыхнул гораздо позже. Впрочем, стоит ли об этом?

Константин шмыгнул носом.

Константин: Красивая история. Но сомнительная.
Даниэль (махнув рукой): Ну тебя, реалист несчастный.
Константин: Ты что-нибудь знаешь о похищении картины (смотрит в блокнот) "Миранда и буря Уотерхауса"?
Даниэль (со смешком): Уотерхаус — это автор.
Константин (записывая в блокнот): Ты и в искусстве разбираешься?
Даниэль (улыбается): Во всём важны детали. Мазки, направление, цвет, выбор формы. К тому же все великие художники уже умерли, причём давно, и сейчас точно известно, кто из них был пейзажистом, кто -- портретистом. Главное -- читать подписи.
Константин: А похищенную картину ты видел?
Даниэль (драматично): Видел. Гул затих. У нас украли нас самих.
Константин: Да оставь ты лирику в покое, поэт-банкир!

Даниэль молча встаёт, картинно вскидывает голову.

Даниэль: Я выполню твою просьбу!

Константин достал конверт из тумбочки и вынул из него две купюры.

Константин (подняв купюры на уровень лица): Я надеюсь, информация будет на сорок процентов от объёма (кладёт деньги на стол и пододвигает их к Даниэлю).
Даниэль (тянет руку к деньгам): Сорок процентов? Хватит на пару хороших вечеров... То есть, я хотел сказать, экстрактивность будет высокая!

Даниэль берёт деньги и прячет их в карман.

Константин: Раз уж мы с тобой теперь стали близки, то ты можешь мне рассказать, как провёл эту ночь, правда?
Даниэль (театрально): Чёртов извращенец!
Константин (вертит на столе пустой бокал): Работа такая.
Даниэль (кивает): Да. А сейчас мне надо идти -- чем ниже солнце, тем короче память.
Константин: У меня ещё остались вопросы.

Даниэль отходит на середину комнаты, останавливается и оборачивается.

Константин (выставляет ладонь): Удачи!
Даниэль: И тебе.

Даниэль уходит.

Константин (листает блокнот, что-то помечает): Итак, анализ. Сара. Возможно, инсценировка. Дорогая картина, следы взлома, показания странные. Картина с закладной на, на душу, чёрт. Ну и выдумка. С другой стороны, она платит (вдох, выдох). Способ отмыть деньги? Версия: незаконное обогащение. Отложим. Даниэль. Пропойца и прохиндей. Тайная история. Неизвестное прошлое. А что в будущем? Возможно, способ вернуть Сару. если они были знакомы. Странный способ. Похитить что-то важное, немного подержать и чудесным образом вернуть. Версия: старые раны. Спросить Харви (потирает подбородок). Спросить хотя бы кого-нибудь о самом Даниэле (встаёт, ходит по комнате). Позже. Если воссоединение, мог нанять собутыльников. Конфликт: собутыльники могут сесть и сдать Даниэля. Терять нечего, так что, может быть. Рассмотреть позже. Любовь. Былая любовь могла спровоцировать. Мотив. Мотив так себе, притянут за уши. Даниэль — божий одуванчик, и надо выяснить, как это случилось. Но если действительно так и было, если это не городская байка? Может, свалилась какая арматура на голову, и повернулся человек на почве безобразия. Тогда можно объяснить, как к нему привязалась Сара. Он её спас, защитил от обломков, например, и она в ответ почувствовала себя обязанной. Нет, слишком сказочно. Выяснить. Выяснить. Выяснить. Разузнать. Чёрт, только не Трикс.

Константин откидывается на спинку кресла и смотрит в потолок.

Константин: Мало, как же мало информации (пауза). И как в кино люди это всё делают?

Потирает глаза, затем встаёт и отходит к окну. Достаёт телефон, включает музыку.

[Играет музыка Shortparis – Новое новое]






Сцена 3.

Константин (подпевает): Ярко плещет золотое солнце в ветвях спиленного тополя.

Константин стоит какое-то время у окна. Затем возвращается к столу, сидит за ним пару секунд.

[Музыка становится тише]

Константин: Дай-ка вспомним: четыре ноты, четыре октавы. Кажется.

[Музыка в прежнюю громкость]

Откинувшись на спинку, заносит пальцы так, будто собирается отстучать мотив. Пальцы замирают в воздухе. Константин встаёт и отходит к окну, опирается плечом на стену. В комнату врывается Эмбер. Константин неспешно оборачивается и выключает музыку.

[Музыка затухает]

Константин: Хорошо, что не ногой. Чем я могу помочь?
Эмбер: Помогите материально (проходит в центр комнаты и садится в кресло). Взбалмошная Сара поручила вам не картину найти, а смысл её жизни. А остальным — испортить. Я первый подозреваемый, да? (оглядывает комнату, будто изучая)
Константин (учтиво): Если вас утешит, первым был Даниэль...
Эмбер (недовольно): Какая жалость, даже тут обошли. (в сторону, будто к кому-то обращаясь) Всегда переигрывает. А я всегда говорю: тонкость — мать порядка.
Константин: Но вы определённо первая светлая личность.
Эмбер: За сегодня?
Константин: За всю жизнь.
Эмбер (недовольно): Лесть вам не к лицу.
Константин (открывает блокнот): Позвольте для начала...
Эмбер (перебивает): Для начала: нет. Мне не нужна её картина.
Константин (виновато пожимает плечами): Правила такие. Мне придётся узнать вас.
Эмбер (качает головой): Нет.
Константин: Я не любитель лезть в чужие жизни.
Эмбер: Зачем тогда ввязались?
Константин (задумчиво): Не знаю. Показалось, что это... знакомая история. Кстати, вы давно знаете Сару?
Эмбер (с усмешкой): А у вас отличный подход! Хорошо; я вам подыграю. Да, мы знакомы достаточно давно (оставляет интонацию на подъёме).
Константин: Как вы относитесь к творчеству Сары?
Эмбер: У неё нет творчества! Странно, что вы сами ещё не проверили.
Константин: Я пока собираю информацию, которая на меня просто (указывает на Эмбер пальцем) валится.
Эмбер: Вы давно в городе?
Константин: Я здесь родился и вырос, а потом уехал в столицу. Вернулся недавно.
Эмбер: Это я заметила. Сколько вас не было?
Константин: Десть лет.
Эмбер (достаёт небольшой блокнот из сумки и делает пометку): И к кому вы вернулись?
Константин: Мы поменялись ролями?
Эмбер (убирает блокнот): Таковы правила этой игры.
Константин: Игры?

Пауза. Эмбер смотрит на Константина, Константин чуть склонил голову на бок и ожидающе смотрит на Эмбер.

Эмбер: Театральной. Взгляни. (осматривается) Детектив в грязном кабинете, загадочный клиент, намёки на тёмное прошлое... Мы оба актёры в странной пьесе. Но я устала. Может, сменим роли?
Константин (улыбается): Спасибо, я пас.
Эмбер (смотрит на пустое запястье): Как хотите. У нас времени бесконечность.
Константин (выдержав паузу и вздохнув): Я музыкант. Пианист. Был. Играл в оркестре, «путешествовал» если хотите, по стране, потом (пауза), потом вернулся сюда.
Эмбер: За чем?
Константин: Уехал? Я ж только что...
Эмбер: Вернулся.
Константин: Обычно спрашивают наоборот.
Эмбер: Обычно спрашивают, почему бардак в кабинете, куда приходят люди.
Константин (прочистив горло): Не успел обжиться, недавно вселился. А ещё это для антуража. Детектив, гений, все дела (разводит руками с виноватой улыбкой) Вернулся, потому что больше некуда. Но там все ходили пуленепробиваемые. И какие-то бездушные. Ты, кстати, в душах разбираешься?
Эмбер: Предпочитаю ванну.
Константин: А с закладными на них встречалась?
Эмбер (скрещивает руки, с неизменной улыбкой): Сара та ещё выдумщица.
Константин: Что думаешь о её работах?
Эмбер: Она рисует людей и кошек, но чаще всего таскается по приёмам и клубам. Рисует мало, продаёт ещё меньше, но иногда везёт по-крупному (достаёт из сумочки портсигар). Мы знакомы достаточно, чтобы не созваниваться по вечерам.

Эмбер прикуривает.

Эмбер: Она рисует свою жизнь. А в жизни она предпочитает готовые сюжеты. Драма, трагедия, немного мистики... (замолкает, смотрит на Константина). Чёрт. Я это уже говорила. Слово в слово. Тебе не кажется это странным?

Константин встаёт и открывает окно.

Константин (у окна): Чем занимаетесь?
Эмбер: Математик по образованию. Реалист. Циник (стряхивает пепел в бокал). Проектирую детали лунных модулей по госконтракту. Вторая специальность -- садовод. Хочу быть сильной, потому что боюсь сломаться.
Константин (кивает): Хороший комплект.

Секундная пауза. Эмбер картинно хохочет.

Эмбер: Это цитата из книги.
Константин: Ясно (подходит к столу, садится, берёт блокнот). Что было после приёма?
Эмбер (тушит сигарету в бокале): С тобой интересно. Не верь всему, что говорят. Верь тому, что видишь. Но и это (пауза) может быть декорацией.
Константин: Я верю, что истинно лишь то, что можно доказать.
Эмбер (встаёт): Докажи, что это я.
Константин (встаёт следом): Попробую.

Эмбер идёт к двери. Константин стоит у стола.

Константин: Ты ещё зайдёшь?
Эмбер: Придётся. Нам по сценарию ещё целоваться. Надеюсь, пить ты не будешь. Ненавижу, когда от тебя разит спиртным.

Константин улыбается и кивает, Эмбер выходит.

Константин (садится за стол, пальцы упирает в виски, закрывает глаза): Эмбер. Скрывает. Какая-то странная игра. Причастна. Вопрос. Мотив — ненависть? Или неприязнь. Возможно, зависть (зачёркивает, откидывается на спинку). Не знаю, не знаю, мало информации.


Сцена 4.

Константин сидит за столом без движения. Свет возле него приглушён. У противоположного края комнаты стоят Трикс и Эмбер.

Трикс: Пожалуйста, не делай глупостей.

Эмбер не смотрит на Трикса, она смотрит куда-то в сторону, поверх невидимого зрителя.

Трикс: Ты не сможешь сбежать или что-то изменить. Не усложняй.

Эмбер вызывающе смотрит на Трикса.

Трикс: Мне нужно просто подтолкнуть Константина, остальное он сделает сам.
Эмбер: Это последняя услуга?
Трикс: Да. Твой долг будет исполнен.

Эмбер кивает, делает несколько шагов в сторону. Трикс начинает говорить, Эмбер останавливается, но не оборачивается.

Трикс: Тебе не справиться. И ему не справиться. Бунт не спасёт.

Эмбер уходит со сцены. Следом уходит Трикс.






Сцена 5.

Константин сидит за столом, подпирая голову руками. В дверь постучали. Он медленно поднимает голову, протирает лицо ладонью, и только потом встаёт. Молча встаёт, подходит и открывает. На пороге стоит Алина. Она стоит неподвижно, в руках контейнер, как щит.

Константин: Ээээ... привет, Алина. Давно не виделись... (нерешительно отступает, пропуская её)
Алина (смотрит на пластиковый контейнер, который держит в руках): Я несколько раз проходила мимо, думала, не зайду. (поднимает взгляд на Константина) Можно?
Константин (задумчиво и неторопливо): Наверно, да. (пауза) Входи.
Алина (кивает): Спасибо.

Алина доходит до стола и ставит контейнер на единственное свободное место.

Алина (осматривая комнату): Здесь пахнет тобой. И одиночеством.
Константин (закрывает дверь): Я тоже скучал.
Алина (смотрит на контейнер): Там нарезанные овощи и фрукты. (упирается в стол, складывая руки на груди). Ты всегда забывал есть, когда работал над сложной партией. Старые привычки?
Константин: Это... Это не обязательно.

Константин останавливается в паре метров от Алины.

Алина: Детектив?
Константин: Да.
Алина (кивком указывая на блокнот): Над чем работаешь? Над новой ролью?
Константин (немного смущаясь): Мы же... Тайна следствия и всё такое... Ты же знаешь.
Алина (понимающе): Теперь знаю. (пауза) И ещё я знаю, что ты прячешься здесь. От себя. От меня. От того, что было.

Пауза.

Константин (одновременно): Послушай...
Алина (одновременно): Послушай...

Пауза. Они молча смотрят друг на друга.

Константин (садится в кресло): У Сары украли картину с... Ты когда-нибудь слышала, чтобы у человека воровали закладную на душу?
Алина (устало): Читала. Популярный сюжет. (берёт со стола блокнот) Можно?
Константин (кивает): Как раз собирался тебе предложить. Есть подозреваемые.
Алина (читает): «Закладная на душу». «Даниэль мог совершить похищение в сговоре». Ты действительно веришь, что это расследование? Или тебе просто нравится роль следователя? А эти Даниэль и Сара, они говорят красиво, да? Словно по написанному. Удобно, когда виноваты все, кроме тебя. (кладёт блокнот обратно) А где тут у тебя... рояль? В прошлый раз был пианист. Мне тот больше нравился.

Константин на пару секунд теряется, не зная, что ответить. Алина отходит к окну.

Константин: Это... Это было очень давно.
Алина (смотрит в сторону, будто на какой-то невидимый объект): Это было по-настоящему. Ты был прекрасным пианистом. Пока не бросил. Сбежал с одной сцены, чтобы запереться в другой?

Пауза. Алина смотрит на Константина.

Алина (слышится надлом): Помнишь, как мы слушали «Лунный свет» в твоей старой квартире? Ты говорил, что это музыка о том, как свет пробивается сквозь тьму. А теперь ты сам заперся в этой темноте и делаешь вид, что тебе нравится.
Константин (встаёт): Здесь всё понятно. Есть правила. Есть сюжет. В жизни... в жизни ничего этого нет.

Алина: Правила? (подходит к Константину) Смотри на меня. Это я. Алина. Ты же меня помнишь? (протягивает руку) Сможешь дотронуться? Не как персонаж до персонажа. Как человек до человека.

Константин замирает, не в силах сделать шаг.

Пауза.

Алина: Ладно, не буду отвлекать от расследования. (указывает взглядом на контейнер) Не забудь покормить человека.
Константин (виновато улыбаясь): Спасибо. Я, наверно, позже, спасибо.

Алина идёт к двери. Константин дёргает руками, будто хочет остановить Алину, но не решается. Алина задерживается у двери. Оборачивается.

Константин: Я правда скучал.
Алина: Ты был прекрасным пианистом. Настоящим. Пока не бросил. Я скучаю по тому человеку.

Алина выходит. Константин стоит секунду, затем подходит к столу, берет блокнот и что-то зачёркивает. Открывает контейнер, берёт яблочную дольку, но просто держит в руке, глядя в пустоту.





Сцена 6.

Константин копается в бумагах на столе, находит клочок бумаги, берёт телефон и набирает номер.

Константин (до того, как пошли гудки): Чёртов драматург, Господи! Что я наплёл! И это слово «дура», ох... (заносит ногу для удара по мусорке, но на том конце провода слышится голос Сары) Сара, здравствуйте ещё раз! Это Константин, детектив. Да. Мне нужно связаться с Триксом, но у меня нет его номера...

В дверь постучали. Константин смотрит на дверь.

Константин: Я вам перезвоню.

Завершает разговор и кладёт телефон в карман. Стук повторился через две секунды -- короткий стук, в два удара.

Константин: Кто там?
Неизвестный голос: Обслуживание номеров.
Константин: Вы там совсем поехали? Это не отель.

Константин подходит к столу, берёт с него ручку и подходит к двери. Секунду стоит, затем открывает дверь. За ней никого, у порога стоит бутылка с тёмно-коричневой жидкостью и лежит записка. Константин выглядывает в коридор, осматривает, затем снова смотрит на записку и бутылку. Берёт их, закрывает дверь. Идёт к столу, ставит бутылку, разворачивает записку и читает.

Голос Трикса: "Дорогой друг! Я искренне рад, что ты остался. Я счастлив знать, что ты с нами. К сожалению, я не смог дождаться ответа из-за плотного графика и востребованности, потому что таких, как я, больше нет. В качестве благодарности за оформление премиального пакета услуг вручаю односолодовый напиток. Вкус невероятный, но жидкость отравлена. Искренне ваш, Трикс. Удачи!" (глубоко вдыхает) С ума сойти просто. (бросает записку на пол). Ему Сара, что ли, диалоги писала? (смотрит на бутылку в раздумьях).

Подходит к столу, ставит бутылку, ищет стакан. Продувает, протирает, ставит рядом.

Константин: Что ты делаешь, Константин?

Садится за стол, берёт ручку и что-то пишет в блокноте. Вырывает лист, комкает его и бросает в мусорку под столом. Берёт в руки бутылку, вертит её.

Константин: Мне нужно вам подыграть? Хорошо.

Открывает бутылку и наливает полбокала. Бутылку убирает в ящик стола. Берёт телефон, включает музыку, оставляет телефон на столе.

[Играет музыка Shortparis – Полюшко-поле]

Константин отходит к окну. Замирает. Свет над ним приглушается.

С другого края сцены появляется Эмбер. В руках у неё пакет с едой из ресторана фаст-фуда.

Свет загорается над Константином. Он стоит спиной к Эмбер. Та с пакетом еды доходит до стола, по пути подбирая записку от Трикса, и читает её, садится в клиентское кресло. Константин не слышит, что Эмбер вошла, из-за музыки и того, что сосредоточился на напитке. Константин глубоко вдыхает и выдыхает. Константин закрывает глаза, подносит бокал к губам.

Эмбер берёт со стола телефон и выключает музыку.

[Музыка стихает]

Эмбер: Я бы не стала этого делать. По сценарию у нас поцелуй. Я уже говорила, что выношу запаха спиртного.

Константин спешно ставит бокал на подоконник и набрасывает рядом бумаг, стараясь скрыть и бокал, и бутылку. Затем поворачивается к Эмбер. Та с улыбкой ставит пакет на стол.

Константин (рассеяно): Я просто любовался видом из окна (замечает записку на столе рядом с пакетом с едой). Уже прочитала? Странный человек.
Эмбер: Сладости любишь? (вздыхает) Французские. Я вот нет, но есть приходится.

Эмбер достаёт из пакета круассан, а сам пакет кидает Константину.

Константин (заглядывает в пакет): Что там? Тоже яд?
Эмбер (с улыбкой): Нет, убийственная ремарка.
Константин: Чизбургер!

Эмбер кладёт круассан на стол. Константин достаёт чизбургер, разворачивает и откусывает. Затем кладёт его на подоконник рядом с бокалом.

Константин: Что нового?
Эмбер: Ты знаешь, что у всех великих сыщиков был напарник?
Константин: Напарник, а не подозреваемый.

Эмбер картинно посмеялась.

Константин (берёт чизбургер с подоконника, задумчиво): Ты принесла мне еду (откусывает).
Эмбер: Ты не голоден? Весь день взаперти, кухня есть, а запаха готовки нет. Мусорное ведро вывалено, конфетных фантиков нет (делает паузу, подаётся вперёд). Ну и к тому же путь к сердцу мужчины лежит через его желудок.
Константин (приятно улыбаясь): Мне это приятно (подходит к столу и садится в своё кресло). Но сдаётся мне, ты просто хочешь быть ближе к расследованию.
Эмбер (поправляет): Нечестивый бежит, когда никто не гонится; а праведник смел, как лев. (подавшись вперёд): Я и так близко к расследованию.
Константин (держит в руках чизбургер, но не ест): О, сказки цитируем, коллега?
Эмбер (недовольно выдохнув): Я знаю, что наплела тебе Сара. Вот как на самом деле. Платье было идеальным. И заготовлено заранее. Я спланировала до деталей её взлёт и падение. Сара решила, что я нуждаюсь в её вкусе, в её вкусе... (замолкает, смотрит на Константина с лёгким испугом) Я... я это уже говорила. Слово в слово. Ты не заметил? (отмахивается) В общем, Сара перехитрила саму себя. Её план: восхищаться тем, что ей не нравится, провалился, и в итоге она показывала мне предметы обожания. Для меня это не стало открытием, но так я поняла, какой наряд она выбрала. Дальше — техника. Сара наверняка описала меня как деревенскую дурочку, при этом злую и высокомерную. Этим образом я и воспользовалась.

Эмбер замолчала. Константин ждал продолжения, но через две секунды заговорил.

Константин (всё ещё с чизбургером в руках): Сара хотела блистать. Если не вообще, то хотя бы на вашем... твоём фоне.
Эмбер (берёт круассан двумя пальцами и осматривает его): Так и думала, что перегруз. (переводи взгляд на Константина) Её лицо, когда она увидела мой наряд, был незабываемым.
Константин: Ладно. Мотив?
Эмбер (отрицательно качает головой): Это уже твой ход, детектив.

Эмбер кладёт круассан обратно на стол.

Эмбер: Даниэль ещё не возвращался?
Константин: Откуда ты?.. А впрочем, ладно. (смотрит на чизбургер, который до сих пор держит в руке).
Эмбер (как бы отстранённо): Кроме закладных на души есть те, кто не продаётся, а просто... уходи (смотрит на Константина) Та девушка... она ведь не из нашей пьесы, да?
Константин (напрягаясь): Ты о чём?
Эмбер: Я видела, как она уходила. Но она какая-то другая, реальная. Не как мы.
Константин (с улыбкой): Следишь за мной?
Эмбер (с неподдельным интересом): Да. Мне интересно. Кто она?
Константин: Нам обязательно говорить об этом?
Эмбер: Да.

Константин помолчал. Положил, наконец, чизбургер и взял в руки блокнот и полистал его.

Константин: К делу. Сара любит эту картину. Или делает вид. Или питает особые чувства. Не важно. Ты знала это. И закладная, ты тоже в курсе, да?

Эмбер с улыбкой кивает.

Константин (бросает ручку на стол): Что это вообще за ерунда с закладной? Кто в это поверит? Я пытаюсь вести расследование, а вы все говорите, как участники спиритического сеанса! У нас какой век, в конце концов? (пауза) Ты ей это внушила? Чтобы окончательно унизить Сару, наняла того же Даниэля выкрасть картину. Сара пойдёт ко мне, потому что полиция всякой (выделяя) хе-романтией не занимается. Хотя странно, ведь это кража. Статья, кажется, сто пятьдесят восьмая. Но не важно.

Константин наклонился над столом.

Константин: Знаешь, я думаю, если это и провернула ты, то тебе было плевать на картину, ты хотела подобраться ко мне. Вы, богемная тусовка, вам всегда подавай что-то свежее и новое. И я — новый человек в этом городе.
Эмбер (с улыбкой): Свежая плоть, сладкое мясо (картинно облизываясь). Каждый раз как первый.
Константин: Второй вариант событий. Рядом с нами есть кафе, где ты могла ждать. Там подают кофе и сэндвичи, но чизбургер ты взяла в другом месте. Помня твоё возмущение, думаю, ты почувствовала себя оскорблённой. Отправилась в кафе и заказала ирландский кофе. Или итальянский. И тебе пришёл в голову план мести, но мстить ты решила уже мне. В этом случае ты не похищала картины с закладной.

Пауза. Эмбер хохочет.

Эмбер: Большей чепухи даже я бы не придумала.
Константин: Но только что попалась.
Эмбер (вызывающе подалась вперёд): Я так не думаю.

Пауза.

Эмбер: Расскажи мне, кто эта девушка, которая к тебе заходила?
Константин: Нездоровый интерес.
Эмбер (с усмешкой): Я заметила (встаёт). Зайду позже.
Константин (встаёт следом): Я не провожаю?
Эмбер (с усмешкой): Это самое глупое, что ты сейчас можешь сделать.
Константин: Провожать?
Эмбер (с горечью): Не разочаровывай меня. (у двери, обернувшись) В конце концов, по сценарию нам предстоит целоваться. Будет обидно, если твои чувства окажутся такой же декорацией, как и всё остальное.
Константин (картинно разводя руками): Мне подыграть?
Эмбер (выставляя палец): Просто будь собой.

Эмбер с улыбкой кивает и уходит. Константин какое-то время смотрит на дверь, затем берёт с подоконника стакан, уносит его в ванну, выливает, возвращается. Убирает бутылку в стол.

 



Сцена 7.


Остаток вечера Константин проводит в раздумьях. Часы пробили полночь, Константин уснул на диване в кабинете. Утром слышна возня с дверью, едва слышно щёлкает замок, в кабинет входит Трикс, пряча в карман отмычку. Трикс садится в кресло и щёлкает пальцами.

Константин (подрываясь): Твою мать! (делает пару шагов в направлении Трикса и становится в боевую стойку)
Трикс (спокойно): Говорят, помогает глоток свежего молока.
Константин: Ты кто такой? Как вошёл? (смотрит на дверь) Ты сквозь стену прошёл?
Трикс (учтиво): Мои манеры. (встаёт) Трикс собственной персоной. Выражаю честь и почтение премиальному клиенту.
Константин (опуская руки): Почтение к частной собственности ты выразить забыл.

Константин садится и трёт лицо.

Трикс: Нашим премиальным клиентам мы позволяем и грубости, но в рамках роли.
Константин (смотрит на Трикса): Я очень рад.
Трикс (садится в кресло, вдыхает носом воздух): Забыли стакан и не закрыли бутылку. Это вредно для напитка.
Константин: Проникновение со взломом – вот что вредно, а остальное можно пережить.
Трикс (с улыбкой): Или сыграть. Уверен, полиция не найдёт ни следов взлома, ни проникновения.
Константин: Потому что взлома не было? Или вы просто призрак, который проходит сквозь стены?

Константин садится за стол, берёт блокнот и листает его.

Константин: Итак, вы - Трикс.
Трикс (с улыбкой): Какой внезапный переход на учтивость. Да, (выделяя) мы - Трикс. А вы, вероятно, хотите узнать, где я был уже две ночи назад.

Константин выжидающе смотрит на Трикса.

Трикс: Моя работа заключается в том, что я даю людям то, что им нужно (смотрит на Константина).
Константин (недовольно): Что вы... (отмахиваясь) Послушайте, у меня и без того утро не задалось, не морочьте мне голову.
Трикс (грустно, выдыхая и разводя руками): Как хотите.
Константин: Как давно вы знакомы с Сарой?
Трикс (суетливо): Минуту, пожалуйста (достаёт из кармана телефон, что-то делает, хмурится). Сара (улыбается, смотрит на Константина). Мне просто нужно было уточнить, продлён ли её премиальный пакет.
Константин: И?
Трикс: Обслуживание приостановлено.
Константин (глубоко вдыхая): Значит, давно знакомы.
Трикс: В моих правилах не обсуждать клиентов, но вы - новый клиент, вы оформили премиальный пакет, приняв мой подарок. Бутылка, записка... Это была форма заявки.
Константин (недовольно): Я всё вылил!
Трикс: Неважно. Намерение было зафиксировано. Что касается Сары, то она — замороженный клиент.
Константин: Может, бывший?
Трикс: Бывшими бывают после употребления, а клиент -- всегда прав, но иногда нужно проявить терпение, чтобы был прав ты.
Константин (трёт глаза): Сара.
Трикс: Оформила премиальный пакет четыре года назад. Продлевать не стала.
Константин (помечая в блокноте): Интересное у вас отношение к людям.
Трикс: К людям? Легко и равнодушно. Моя работа — сервис.
Константин: Где вы были две ночи назад?
Трикс: В другом городе.

Пауза.

Константин (хмурясь): Клиенты?
Трикс (разводит руки в стороны): Чтобы вы не думали, будто я разбрасываюсь направо и налево специальными предложениями: по всей области у меня полно клиентов. Среди них есть те, кто пользуется обычным тарифом. А есть особенные -- как вы, и к таким нужен личный визит.
Константин (тяжело выдохнув, ладонь у лба): Что вы несёте, господи, кто вам речь-то писал?
Трикс: Математика. Я знаю, что вы очень скоро перейдёте в режим ожидания, а клиент в другом городе будет пользоваться долго. Уважение -- товар штучный, но от разорения оно не спасёт. Ничего личного, просто бизнес.

Константин вздохнул. Откинулся на спинку кресла.

Константин: Расскажите мне о своём... бизнесе или как там вы это всё зовёте.
Трикс (размяв пальцы): Раз вы взяли премиальный пакет услуг, вы должны знать, что с нас требовать. Сюда входят три услуги. Первую я оказал вам вчера. Мы даём клиентам то, чего они хотят.

Константин находит на столе чизбургер, осматривает.

Трикс (со странной улыбкой): Взамен мы получаем время! Ценный ресурс. Иногда власть. Успех. Известность. Не важно!

Константин заглядывает под стол и отправляет туда чизбургер.

Константин: Очень интересно. Время? Успех? А сейчас вы получаете плату за вчерашнюю услугу?
Трикс: Нет, сейчас я оказываю вам честь (дерзко взмахнув рукой) — пусть и с опозданием. Вы, верно, хотите спросить, почему три услуги. Таков закон драматургии. Три акта. Три желания. Три попытки у героя. Вы же не думали, что в нашей пьесе будут другие цифры?
Константин (находит на столе оставленный Эмбер круасан): Вы колдун? (заворачивает круасан в бумагу и отправляет в мусорку).
Трикс: Нет, но мне нравится сама задумка.
Константин: А мне не нравится, когда вламываются в мой дом.
Трикс: Справедливости ради мы не у вас дома, а среди декораций (смотрит на наручные часы).
Константин (выражая непонимание): Да что ты... Ладно, не важно. Ничего больше не хотите мне сказать? Только не про услуги, время и всё остальное.
Трикс: Поставьте на дверь засов. На центральном рынке есть мастер, который сделает любой ключ к любой двери, только заплати.
Константин: Одной тайной меньше.
Трикс: Остальные купить не хотите?
Константин (встаёт): Я хочу, чтобы вы покинули мой кабинет. (складывает руки на груди) Если можно, то пять минут назад.
Трикс (качает головой): К сожалению. Это индивидуальный товар, если им разбрасываться, то очень быстро сойдёшь на нет. А вы, насколько я знаю, вернулись недавно. У меня есть набор «Стартовый», включает основные сведения о городе, политике, изменениях за десятилетний период, а также краткая биография на избранных (мной, конечно) жителей. Обойдётся в аванс, который вам выдала Сара, минус две сотни, что ушли к Даниэлю.
Константин (подняв брови): Вы вообще меня слушаете?
Трикс: Да. Слушаю. Просто хочу сказать, что я – человек, который управляет в этом городе всем. И самим городом.

Пауза.

Константин: У Сары украли картину "Миранда и буря" Уотерхауса. В картине была её закладная на душу. Я подозреваю вас. Картина для вас бесполезна -- вы с лёгкостью достанете оригинал. А вот бумажка с текстом сработает как убеждение, мол, смотрите, люди доверяют мне самое сокровенное.
Трикс (с усмешкой): Не знаю ни одной религии, где закладная на душу помогла бы что-то продать. Наоборот, душа считается чем-то неприкосновенным, к тому же принадлежащим богу -- или богам, в зависимости от трактовок. Если бы я размахивал закладной перед носом у потенциальных клиентов, они скорее сожгли бы меня живьём, нежели отдали мне своё время. Я делец, но не безумец. И я прагматичен и расчётлив (наклонившись к Константину). Картина представляет для меня бОльшую ценность, нежели какая-то бумажка. Кстати, почему вы решили, что это был именно листок?
Константин: Всего лишь предположение. На чём ещё пишут? Не на бересте же.
Трикс: На сценарии. Однако закладная не обязательно должна быть материальна. Иногда достаточно частей речи.
Константин (с наигранной досадой): Надо было уточнить этот момент.
Трикс (складывая пальцы перед собой): Предлагаю завершить нашу встречу. Пока что.

Трикс встаёт.

Трикс (учтиво): За два дня до похищения картины я отправился в соседнюю область к господину Эс. И пробыл там до утра, то есть до того времени, пока госпожа из бомонда не проснулась.
Константин (грустно кивая): И у вас есть полмиллиона свидетелей, которые это подтвердят.

Трикс сверкнул хитрой улыбкой.

Трикс (хитро): Рад, что вы снова с нами. Не провожайте, я справлюсь. А, и не пытайтесь сменить замок. Следующий будет дороже.

Трикс уходит.

Константин: Дьявол просто (пододвигает блокнот). Итак. Тёмный. Торговец. Проныра. Знаком с Сарой. Есть причины. Обслуживание остановлено. Мог нанять. Мог сам — через ключника. Возможно, Сара не заплатила. Плата — время. Странно. Возможно, Трикс надоумил на закладную на душу. Может быть, оккультист. Скорее всего, психопат. Разные трактовки морали и нравственности. Неизвестно. Выяснить. Предлагает услуги. Три услуги. Золотая рыбка. Обширная сеть. Нет, не психопат. Хитрый! Умный! Расчётливый! Знал, что подозрение! Нет, слишком очевидно. История... Прошлое... Причины?

Константин потирает шею, встаёт, садится на край стола.

Константин: С ума сойти.





Сцена 8.

Константин сидит на краю стола без движения. Свет над ним приглушён. С другой стороны сцены – Трикс и Эмбер.

Трикс: В нашей игре тебе была отведена самая простая задача. Но даже с этим ты не справилась.
Эмбер (передразнивает): «В нашей игре тебе была отведена самая простая задача». Чем дальше, тем ты безумней.
Трикс (с сожалением): Ты разочаровываешь меня.
Эмбер: Второе место на конкурсе «Мисс Очарование», извини.
Трикс: Раньше ты нарушала правила изящно. Сейчас — как слон в посудной лавке. Ты ломаешь декорации, хотя можно их переставлять.
Эмбер: Никто не запрещал. Сам вляпался.
Трикс: В чём смысл этого примитивного бунта? Ты же знаешь финал.
Эмбер: Я влюбилась.
Трикс: Я тоже. А потом ты переписала дугу.
Эмбер: Ты ничего не понимаешь.
Трикс: Я забочусь о тебе. О нас всех.

Трикс выставляет руки, желая обнять Эмбер, но та делает шаг назад. Трикс опускает руки и склоняет голову на бок.

Трикс (с усмешкой): Агония. Каждый раз наблюдаю.
Эмбер: Ты меня достал.
Трикс: Финал не изменить. Ты же сама его пишешь.

Эмбер делает несколько шагов в сторону.

Эмбер: Я буду ломать не игру, а игрока. Его. Сделаю его настолько настоящим, что он разнесёт твой театр к чертям.
Трикс (с улыбкой): Ты уже пыталась. Тридцать семь раз. И каждый раз он выбирал нас. Потому что настоящему ему некуда больше идти.

Эмбер отпускает хитрую улыбку.

Эмбер: Я смогу.
Трикс (разворачивается, чтобы уйти в другую сторону): Конечно. И тогда мы начнём следующий акт. С чистого листа. Как всегда.

Эмбер и Трикс уходят со сцены в разные стороны.




Сцена 9.

Над Константином включается свет. Константин выходит из кабинета в соседнюю комнату, затем возвращается с кружкой в руке. Ставит кружку на стол. Включает музыку.

[Играет музыка Shortparis – Нелюбовь]

Константин движется под размеренный ритм, но неровно. Под ритм собирает листы на подоконнике в стопку. Под ритм открывает окно. Вдыхает. Собирает со стола бумаги, открывает ящики, наводит в них порядок. Вытаскивает из мусорного ведра пакет, выносит его из комнаты. Возвращается, садится за стол, берёт кружку, отпивает. Откидывается на спинку. Ставит кружку, пододвигает блокнот, листает его, что-то помечает. Берёт кружку, подходит к открытому окну, вдыхает запах улицы, улыбается.

Одновременно со стуком в комнату входит Даниэль.

Даниэль (голос тонет в музыке): Можно мне...

Даниэль замирает на пороге. Осматривает комнату. Константин смотрит на Даниэля с улыбкой.

[Музыка затихает]

Константин: Решил навести порядок.
Даниэль: Восстань, восстань, облекись в силу твою, Сион...
Константин (смотрит на наручные часы): Понятно, уже накатил. (Даниэлю) Заходи, не стесняйся.
Даниэль: Да вдруг тут и полы помыты.
Константин: Этим я займусь завтра.

Даниэль неуверенно проходит к столу.

Даниэль: Вы внесли мертвенный порядок в живой хаос. Подчинили жизнь магии паузы.
Константин (закрывая окно): Вы нашли в этом магию? (идёт к столу, садится в кресло)
Даниэль (не решаясь): Я нашёл в этом смысл.

Пауза.

Константин: Что пили?
Даниэль: Блаженный напиток наполнял меня светом жизни, даруя мне и моим ангелам высокий контраст. Вознесение было прекрасным, но недолгим.
Константин: Понятно. С чем пришёл?
Даниэль: Начну издалека.
Константин (неразборчиво): Даёптвоюмать...

Константин встаёт и отходит к окну. За время Даниэль достаёт из рукава помятый театральный билет и кладёт его на стол под бумаги.

Даниэль (как ни в чём не бывало): Наш брат подозрительно относится к государству. Он может поддерживать его, как Атлант — небо, а может и противостоять ему, как наш мир энтропии. Но в единении своём кроется недоверие. Государство всегда гнобило нас, давило, навязывало мнения. А кто главный инструмент государства? Силовики. Полиция, которая нас защищает...
Константин (перебивает): Я не баллотируюсь.
Даниэль (отмахиваясь): Праведен будешь ты, но народ слеп, имея глаза, и глух, имея уши.
Константин (оборачивается, скрещивая руки на груди): То есть ты ничего не узнал?
Даниэль: Я этого не говорил.

Даниэль решается сесть в кресло. Пытается устроиться удобно, ёрзает, но не находит нужного положения.

Даниэль: Если рассказать схему... Мама не горюй! Никто никаких гарантий не даёт. Но Сару люди знают. Она не помогала нашему брату, но она известна нам. А ты, то есть вы — человек новый. Но я за тебя. За вас. А я вещаю истину, ибо сэр Даниэль познал откровения и возносился.
Константин (садится в кресло, кладёт ладонь на ладонь): Что ты выяснил?
Даниэль: Рядом с домом Сары магазинов нет. Это известно, и вдохновения там тоже нет. Зато в паре километров есть ночлежка. Пегас скачет денно и нощно.
Константин: И?
Даниэль: Одному показалось, что он видел, что другой слышал, как кого-то просили принести пользу и вклад в общее дело... В общем, мой персонаж, будучи в состоянии возлияния, увидел... (спотыкается на слове) увидел... (в сторону, будто обращаясь к невидимому зрителю) Чёрт, как там дальше?.. А, да! (Константину) В общем, мои источники видели, как двое в комбинезонах ассенизаторов заходили в её дом. Но не через дверь, а через окно второго этажа. Двигались они... как актёры в антракте — быстро и стараясь не привлекать внимания. И странность — у них не было никакого шноркеля, только большой плоский предмет, завёрнутый в ткань. И пахло от них не канализацией, а... сценой. Гримом и пылью кулис.

Пауза. Константин смотрит на Даниэля, Даниэль поёрзывает. Константин кивает и откидывается на спинку кресла.

Константин: Пегас уверен, что это не сама Сара с кавалером?
Даниэль (отрицательно качает головой): Зелёная фея показывала картинки, на которых Сара с кавалером выходили из машины. А статуи появились позже.
Константин (берет кружку): Мужчины?
Даниэль: Нет.
Константин: Женщины?
Даниэль (ёрзая): Статуи.
Константин (залезает в ящик стола): Ребусы какие-то (кладёт на стол крупную купюру). Другие истории есть?
Даниэль: Я вызываю вас из мест вашего покоя, чтобы вы могли явиться ко мне и засвидетельствовать результат моего искусства. Это были статуи. Настоящие. Живые. То есть неживые. Именно статуи. Когда Пегас смотрел на них, они стояли. Но стоило отвести взгляд, а потом посмотреть снова — они не двигались, но были уже на других местах.
Константин: В дом к Саре проникли два ассенизатора-акробата с картиной под мышкой? (с раздражением проводит рукой по лицу). Знаешь, я почти рад. Хоть какая-то конкретика в этом цирке.
Даниэль: Сэру Даниэлю не будут врать. Они же получают за это гонорар.
Константин: Зато эта версия вяжется с закладной.
Даниэль: Какой закладной?
Константин: На душу.

Константин встаёт.

Константин (протягивает деньги): Поговори со своими людьми. Пока что у нас «Дон Жуан и Каменный гость» получается.
Даниэль (берёт деньги и прячет): Мы расспросим Атланта. Он должен что-то знать.
Константин (провожая Даниэля к двери): Заодно спросите у рыцаря Ланселота, вдруг он вытаскивал меч короля Артура и увидел свет матери Терезы.
Даниэль (у порога, удивлённо): Ты их знаешь? Откуда?
Константин (выталкивая Даниэля): До свидания.
Даниэль (через закрытую дверь): Буит селано. (голосом, будто читает афишу). «Загадка оживающих изваяний, или Похищение в двух актах!». Неплохо, да?

Константин идёт к столу, садится, открывает блокнот и что-то пишет.






Сцена 10.


Константин встаёт, отходит к окну и замирает. Свет приглушается. У другого края сцены появляются Трикс и Сара.

Трикс: Опять переписывает сценарий.
Сара: Наша девочка в очередной раз влюбилась?
Трикс: Поверила, что живёт.
Сара: Бедняжка.
Трикс: Не начинай.

Сара подходит к Триксу.

Сара: Мы проходили это. Не сосчитать, сколько раз. Её импровизации становятся... предсказуемыми.
Трикс: Раньше она меня слушала. А теперь переписывает находу.
Сара (подходя всё ближе к Триксу): Это ничего не изменит.
Трикс: Но это немного злит.

Сара подходит почти вплотную к Триксу, но Трикс отворачивается, не замечая её.

Трикс: Чёрт из табакерки.
Сара (медленно вдыхая): Да.
Трикс (поворачивается к Саре): Понаблюдай.
Сара: За ним?
Трикс: За ней.
Сара: У меня не прописано быть няней или присматривать за сбежавшей куклой.
Трикс: Импровизируй.
Сара (недовольно): Знаешь, ты тоже поменялся.
Трикс: Но я единственный держусь в рамках роли.
Сара: Даниэль хоть справился?
Трикс (выдыхая): Не уверен.

Сара уходит со сцены. Трикс несколько секунд смотрит в сторону неподвижно стоящего Константина.

Трикс: И так всегда.
 
Трикс спешно уходит со сцены. Константин возвращается к столу и садится.




Сцена 11.


Константин сидит в задумчивости, положив лоб на ладони.

Константин: Где-то же была... афиша... или программка... Чёрт, кто-то убрал все улики.

Отходит в середину комнаты, к книжному шкафу, вытаскивает книги по одной, смотрит, откладывает в сторону.

Константин (приговаривая): Вот где-то же была. Даже названия не помню (берёт одну книгу, смотрит на неё с удивлением). О, ну да, конечно. Собрание детективов.

Откладывает книгу, продолжает искать. Рука натыкается на потрёпанный том. Вытаскивает. Это нотная тетрадь.

Константин: (вертит её в руках, не открывая) И это зачем?.. Реквием по Джейн в дырках? (бросает тетрадь в угол)

Идёт к столу, садится. Пододвигает блокнот, что-то пишет. С силой зачёркивает.

Константин: (сам себе, тихо) Всё не то. Всё не так.

Входит Сара.

Сара: Вы нашли похищенное?
Константин (жестом приглашая сесть): Близок к разгадке.
Сара: Вы убиваете меня. А я так надеялась...

Сара подходит к столу и картинно садится в кресло.

Константин (садясь): Мне нужно задать вам несколько вопросов.
Сара (брезгливо): Больше ведь вам занятья нечем.
Константин (делает глоток чая): Это касается дела.
Сара (возмущённо): Хорошо, спрашивайте.
Константин (склонив голову): О чём вы умолчали? Не в деле. В роли. В вашей роли.
Сара (смотрит с каменным лицом): Вы меня обвиняете?
Константин (сделав глоток): Я никого уже не обвиняю. Я собираю... мозаику. Но все пазлы — из разных коробок. (берёт в руки блокнот) Кстати, о картине: когда и как вы её приобрели?
Сара (удивлённо): Почему вы не спросили это при первой встрече?
Константин: Роль такая, начинающий детектив.
Сара (нога на ногу, руки на коленях): Я приобрела её неделю назад на аукционе. Подлинность подтвердили независимые эксперты.
Константин: Сколько?
Сара: Вы считаете мои деньги?
Константин: Вы мне поможете, если будете отвечать на вопросы, а не задавать их.
Сара: Сто тысяч.
Константин: Не успел навести справки. Это много или мало за оригинал «Миранды»?
Сара (горделиво): Достаточная сумма.
Константин (помечая в блокнот): Где проходили торги? Кто из подозреваемых там был? И почему вы подумали именно на них, а не на кто вас не нравится?
Сара: Я тоже умею считать, думать и анализировать. Аукцион проходил в городе, который вам надо бы знать, потому что это — столица аукционов нашей страны уже лет десять.
Константин: Не отвлекайтесь.
Сара: Традиционный аукцион предметов культуры. Конечно, там были все! И Марта была, а Трикс прислал представителя.

Константин записывает в блокнот.

Константин: К картине был довесок?
Сара: К чему вы клоните?
Константин: Ну, не знаю, может, бонус какой.
Сара: Не ходите вокруг да около.
Константин (откидывает на спинку кресла): Расскажите о закладной, которая была внутри: что это, как «внутри» и как вообще такое может быть.
Сара: Это личное, вам не кажется?
Константин: Как только я получил аванс, ваше "личное" стало моим.
Сара (смотрит с прищуром): Давайте без метафор.
Константин: Я так понимаю, здесь с этим сложно. Как закладная на душу попала в картину? Почему она вообще там оказалась? Я в кино видел, что должен быть какой-то посредник, который принимает документ. А то и сам дьявол. Я, конечно, сейчас шучу и просто вам подыгрываю, потому что остальные варианты я отработал. Поэтому, пожалуйста, проявите терпение, понимание, снизойдите с вашего преподобия до уровня крестьян с факелами и расскажите мне, что за шутка у вас с закладной?

Сара выдержала паузу. Затем с достоинством заговорила.

Сара: Наглый и яростный, да. Но если вы не можете найти мою картину, то я освобождаю вас от её поисков. Можете не возвращать аванс.

Пауза.

Константин: Вы сами ко мне пришли. У вас тут в городе все как будто с ума посходили. Те, с кем я последние пары дней разговаривал, так точно. И мне кажется, что Трикс, он как режиссёр, а мы – актёры. Вы ищете смысл, а я – то, чего никогда не существовало.
Сара: Трикс? Нет. Он торгует услугами, но не верит ни во что, кроме золотого тельца. Понимайте, как хотите.
Константин (сжимая кулаки): Ладно. Хорошо (идёт к столу, берёт блокнот). А что с Мартой, она в городе? Вы говорили, она тоже была на аукционе.
Сара (смотрит в сторону): Марта мне противна, но я обязана ей. Мы обе одного поля ягоды (достаёт из сумочки бумажку). Вот, её номер. Она пробудет в городе ещё пару дней, а потом опять погонится за мужчинами.

Сара кладёт бумажку на стол и встаёт.

Сара: Вы сказали, что это шутка. Но это работа. А для некоторых – жизнь. Не провожайте, я найду выход.

Сара уходит. Константин сидит за столом. Берёт книгу и начинает листать. Подпирает голову руками, время от времени проваливается в сон. Встаёт, ходит по комнате, слегка пошатываясь, растирает глаза.

Константин (на выдохе): Кончится ли всё это? (достаёт телефон и бумажку, набирает номер). Марта? Добрый день! Это Константин. Да, тот самый. Можете зайти ко мне? Нет? Но почему...

Константин смотрит на телефон, затем кладёт его на стол. Встаёт, выходит из комнаты, возвращается без кружки. Разминает шею. Ложится на диван и проваливается в сон.





Сцена 12.

Константин лежит на диване. Глаза закрыты. Дверь открывается, входит Эмбер. С порога осматривает комнату. Подходит к столу, медленно перебирает бумаги. Находит блокнот Константина.

Эмбер (тихо): Ну-ка, что ты тут надумал, мой мальчик...

Приседает на краешек стола, попеременно смотрит то в блокнот, то на Константина.

Эмбер (всё так же тихо): «Скрывает. Какая-то странная игра...» О, детектив, это ты ещё ничего не знаешь об игре.

Эмбер кладёт блокнот на место, но не уходит. Смотрит пару секунд на Константина, затем на блокнот. Берёт блокнот и вырывает несколько страниц, быстро прячет их во внутренний карман.

Эмбер подходит к дивану, какое-то время просто смотрит на спящего Константина.

Эмбер: (едва слышно) Пора просыпаться. Нам нужен новый поворот.

Возвращается к столу и нарочито громко передвигает стул.
Константин: (голос с хрипотой) Кто...?
Эмбер: (изображая лёгкость) Главный герой наконец-то проснулся.

Константин ворочается, открывает глаза, но продолжает лежать.

Константин (трёт глаза): Надеюсь, что нет. Что ты здесь делаешь, Эмбер?
Эмбер (улыбается): Скучала по интерьеру. И по тебе, конечно. (Подходит ближе, садится на край дивана.) Ты так уязвим во сне. Почти настоящий.
Константин (садится, отодвигаясь): Я смогу когда-нибудь поспать, чтобы никто не входил?
Эмбер: Не в этой истории. В этой истории у нас сцена с поцелуем. Ты забыл?
Константин: (снова ложится, закрывая глаза рукой) А, ну да... Забыл. Откладываем.
Эмбер: (встаёт, её тон меняется на жёсткий) Нет. Не откладываем. Просыпайся поскорей. Мне нужен твой следующий ход.

Эмбер теряет равновесие и картинно падает. Константин подскакивает и хватает её у самого пола. Они замирают, Эмбер повисает на руках у Константина. Одна её рука у Константина на голове, вторая свешана вниз. Дверь распахивается, как будто с пинка. Входит Сара. Константин быстро ставит Эмбер на ноги.

Сара (возмущённо): Вот чем вы занимаетесь вместо того, чтобы вести расследование! (проходит в комнату)
Эмбер (поправляя волосы): Привет.
Константин (Саре): Вы всегда двери ногой вышибаете?
Эмбер (сохраняя лицо): Мне нужно идти.
Сара: Конечно, иди! С моей картиной!
Эмбер: Мне правда пора.
Сара (Константину): Я требую вернуть задаток!
Эмбер (Константину, идя к выходу): Зайду позже.
Сара (преграждая Эмбер путь): Ну нет! Никуда ты не пойдёшь!
Эмбер (поняв, что уйти уже не получится): Сара, ты всё не так поняла...
Сара (окинув взглядом Константина): Что, не нравится, когда ломают игру? А сама-то!
Константин (напоминая о себе): Я вообще-то здесь.
Эмбер (предпринимая очередную попытку пройти мимо Сары): Рада была тебя видеть.

Эмбер выбегает из комнаты.

Константин: Позвольте всё объяснить...
Сара (перебивая): Я сделаю всё, чтобы у вас больше не было ни одного клиента!

Сара выходит. У самой двери Сара смотрит на невидимого зрителя, и расплывается в коварной улыбке. Константин этого не видит и остаётся стоять у стола.

Константин (прикладывая ладонь ко лбу, на выдохе): Твою мать...




Сцена 13.


Константин на улице. Сидит в парке, на лавке перед фонтаном. Сидит в той же одежде, что и ранее. Рядом пакет из кафе быстрого питания и стаканчик кофе. Константин достаёт из пакета коробку с большим бургером. Достаёт.

Подходит Алина. Константин удивлённо смотрит на неё.

Константин: Слушай, я...
Алина: Не вставай, я тут по делу.

Константин кладёт бургер на лавку и берёт стаканчик с кофе и встаёт. Между Константином и Алиной около двух метров.

Пауза.

Алина (отводит глаза): Не нужно. На это нет времени.
Константин: У криминалистов график поменялся?
Алина: Обеденный перерыв вернули.
Константин (кивает): Хочешь? У меня есть ролл, какой ты любишь. С соусом, правда.
Алина: Я давно не ем это.
Константин: Тогда кофе.

Алина кивает, берёт стакан и делает осторожный глоток.

Алина (морщась): Как ты пьёшь эту гадость? (возвращает стаканчик)
Константин: Как раньше, с тремя пакетиками сахара.

Пауза. Затем Алина и Константин заговаривают одновременно.

Алина: Узнал что...
Константин: Узнала что...

Пауза.

Константин: У меня куча подозреваемых, тёмных пятен и вопросов. Даниэль, похоже, связан с Сарой. Думаю, у них общее прошлое. А Эмбер — странный человек, но я уверен, что это не она. Но вот Трикс... Ведёт себя, как клоун, но все говорят о нём как о кукловоде.
Алина: Или как о режиссёре.
Константин: Я бы покопал под этого Трикса. Слишком он подозрительный.
Алина: Всегда таким был.
Константин: Ты что-то о нём знаешь?

Пауза.

Константин: Понимаю, ты не можешь... Но я вообще хотел сказать...

Пауза.

Алина: Может, хватит?
Константин: Что «хватит»?
Алина (протягивая руку): Детективного бреда. Вернись к музыке. К жизни. Ко мне. Пойдём?

Константин отпускает нервный смешок и делает непроизвольный шаг назад.

Константин: Прости, я... Я понимаю. Я не должен был оставлять тебя. Ты можешь злиться...
Алина: Нет.
Константин: ... и ненавидеть меня, но...
Алина (делает шаг к Константину): Я скучаю.

Константин нервно улыбаясь, отстраняется.

Константин: Подожди, ты не понимаешь, я близок к разгадке.
Алина (кивает): Как и всегда.
Константин: Я не могу бросить это дело, понимаешь?
Алина (поправляет причёску): Зато меня бросаешь.

Алина уходит. Константин остаётся стоять, удерживая в руках стаканчик с кофе.

Константин: (громко, почти выкрикивает) Я правда скучал!

Константин смотрит на стаканчик, затем медленно сжимает его. Пластик поддается с треском, кофе течёт по его пальцам и капает на пол.

Константин смотрит на это несколько секунд.

Константин: (смотрит на свою испачканную ладонь, безразлично): Пусто. Совсем пусто.

Вытирает руку о брюки, оставляя тёмное пятно. Поворачивается и медленно уходит.




Сцена 14.

Константин в кабинете. Стоит у окна и смотрит на улицу.

Константин: Где вы спрятались? В соседнем доме? Или в кафе?

Отходит к столу, шарит по ящикам, находит в одном из них мятую пачку сигарет.

Константин (с усмешкой): Прям по канонам жанра.

Берёт бокал, намереваясь использовать его как пепельницу, идёт к окну. Ставит бокал на подоконник. Нюхает сигарету.

Константин: Лет десять не курил.

Константин сминает пачку, бросает её в мусорное ведро рядом со столом, промахивается. Разворачивается к окну. Ищет по карманам зажигалку. Не находит. Кладёт сигарету на подоконник.

Константин: И ещё столько же не покурю.

Дверь открывается без стука. На пороге — Трикс. В одной руке у него бутылка бурбона, в другой — два массивных хрустальных бокала.

Трикс: Вас приветствует служба экстренной психологической помощи. Полагаю, вы как раз на грани интересного открытия.
Константин (обернувшись): Как дела, Гудини? Ключ у тебя в кармане или ты действительно проходишь сквозь стены?
Трикс: (подходит к столу, с лёгким стуком расставляет бокалы) Стены, детектив, — это условность. Как и двери. Как и... ваше расследование. (наливает в оба бокала) Позвольте составить вам компанию в час экзистенциального кризиса.
Константин: Повод?
Трикс: Ваше лицо. Мне показалось, вы вот-вот произнесете монолог о тщетности бытия. А это плохо для драматургии. Лучше выпейте.

Константин медленно подходит, берёт свой бокал. Не чокается. Делает небольшой глоток. Морщится.

Константин (качает головой): Это просто ход-пароход! Хотел бы я посмотреть в глаза сценаристу.
Трикс: Я исполню ваше желание, но не возьму это на учёт. Можете обратиться к зеркалу.
Константин: И что это? Метафора подавленной воли? Или просто дешёвый виски?
Трикс (с улыбкой): Великий виски в великие времена. Знаете, прелесть моих услуг — многогранность.
Константин (садится): Хватит. Зачем ты здесь?
Трикс: В жизнь после смерти верите?
Константин: Если это тот самый момент монолога, то я пока (делает паузу, указывая пальцем на бутылку) не готов.
Трикс: Смерть — пограничное состояние, которое есть отделение вечной души от бренного тела. Мне кажется, это очень глупо.
Константин: Я тоже так думаю.
Трикс: Личность — давайте возьмём так — находится в теле, контролирует его, а потом в какой-то — кстати, какой? — момент после смерти покидает тело. Но что тогда в нашем теле делает мозг?
Константин (вертит бокал на столе): Вроде только один глоток сделали, а уже понесло.
Трикс: Говорят, на веру в жизнь после смерти очень сильно воздействует человеческое желание жить вечно. И буддизм.
Константин: Ты хочешь жить вечно?
Трикс (отрицательно качая головой): Нет. К вечной жизни нужно обязательно добавить и молодость. Представляете, как будет выглядеть человек, который живёт, скажем, первую тысячу лет? Но даже если и соблюсти все условия — нет. Я и так переживу всех своих клиентов, в том числе и премиальных.
Констанин: И всё?
Трикс: Нет. Есть ряд причин, которые я не могу рассказать даже самому себе.
Константин: Среди них — душа?
Трикс (отрицательно качая головой): Разум. Я верю, что никакая часть моего сознания не сможет пережить финального акта. Потому что это занавес. А за ним, как известно, ничто. (смотрит на Константина) Но давайте перейдём к сути. Вы, верно, хотите меня снова раскрутить на откровения, которые выдадут мой интерес? Хотите утвердить версию про похищение картины «Миранда и буря»? Тогда вам придётся посмотреть поверх декораций.
Константин (кивая): Ты у нас тайная личность, я так и не понял, кто ты и что ты такое. Но твой подарок с запиской, мне показалось, что ты мог чем-нибудь накачать Сару и внушить ей всю эту загробно-душную тематику. Убедить купить картину на аукционе. В конце концов, ты действовал вместе с Мартой. Зная соревновательность Сары, Марта разыграла комедию с этой картиной, Сара повелась -- при твоём участии. Я пока не знаю, зачем всё это.

Константин взял со стола бокал и пригубил. Трикс повторил всё то же самое.

Трикс: То есть Сара — марионетка.
Константин: В руках безумного режиссёра.
Трикс: Здесь что-то не сходится.
Константин: Вижу.
Трикс: Каждый человек свободен в выборе и поступках. У каждого человека есть свобода воли, полная счастья, морали и нравственности.
Константин: Но не когда тобой играют.
Трикс (выставляет палец): Не когда ты сам играешь. Человек всегда волен выбирать, как ему поступить. Просто не всегда выбор нравится.
Константин: Странно.
Трикс: Рационально.

Пауза. Константин и Трикс сделали по небольшому глотку.

Константин: Так значит, ты ни во что не веришь.
Трикс: У вас интересный ход мыслей и приёмов, детектив. Я верю, что религия создана и структурирована на эмоциях. Но эти эмоции развивались по другим причинам. А ещё я верю в психологию. А вы, мне кажется, верите в настоящую любовь.
Константин: Автор определённо был пьян, когда создавал эту сцену.
Трикс (с улыбкой): Или просто хотел спасения через импровизацию. Возможно, решил, что любовь – это сильный якорь. А что такое любовь, знает каждый. Но настоящая любовь встречается очень редко, и я уверен, вам удалось её пережить. Вы прошли дорогами обычной любви. Притяжение, одержимость, накал, самопожертвование — всё это не то. Настоящая любовь -- тёмная зона, не ведает преград, границ, барьеров. Её трудно определить, но когда она приходит...
Констанин (выставляя ладонь): Достаточно.

Трикс молча кивнул и пригубил напиток. Константин повторил движение.

Константин: Как я вообще в это ввязался?
Трикс: Вы про жизнь или про Эмбер?
Константин (скривив лицо): Причём здесь она?
Трикс (поставив бокал на стол и подняв руки): Вы премиальный клиент, я обязан знать о вас ровно столько, сколько нужно для того, чтобы выполнять свои обязанности.
Константин: Обязанности?
Трикс: Знаете, зачем нужен автомобиль? Или телефон? Или одежда?
Константин: Можно ты сам ответишь?
Трикс: Если отбросить соревнование «Кто круче» и тому подобные социальные игры, то всё это нужно для одной цели -- быть использованным.
Константин (качая головой): Ну и ценности у тебя...
Трикс: Я не ожидал понимания. Но я -- поверьте -- такой же человек, как и вы. Просто у меня свои принципы. Свои цели. Своё предназначение.
Константин (взяв бокал в руки): Ты только что мне затирал про свободу воли.
Трикс (выставив палец): И я это не отрицаю. Мы все свободны на своих листах. Но в общем каждый — винтик, хоть и сознательная цель. У каждого есть роль. Моя — быть полезным. Я — функционал. Сценарист пишет текст, актёры его играют, а я слежу, чтобы декорации не развалились и занавес упал вовремя. Это не философия. Это техзадание.
Константин: Роботы, что ли?
Трикс: Можно и так сказать. У этих роботов нет разума, нет личности, они -- программный код, даже если это самообучающаяся нейронная сеть. У них нет стремлений, нет желаний, есть только цель -- быть полезным пользователю. Если вдаваться в словоблудия, то эту цель можно назвать предназначением. Я -- человек. У меня есть разум, который мной управляет и, к примеру, говорит вам то, что я сейчас говорю. И этот разум поставил мне цель. Знаете, мало кто в нашем религиозно-фантазином мире может жить без цели, разве что редкие учёные умы, да и они тоже к чему-то следуют. Моя цель определена моими стремлениями, моими желаниями. Я выбрал путь пользы и выгоды, я сделал это осознанно.
Константин: Поэтому ты следишь за своими клиентами.
Трикс (качая пальцем): Я собираю информацию.

Константин отставляет бокал, Трикс ставит свой рядом.

Константин: Мы отошли от темы.
Трикс: Согласен. Я здесь, чтобы вручить вам итоговый счёт. И оказать последнюю услугу из вашего премиального пакета.
Константин: Какую ещё?
Трикс: Услугу «Прощание с иллюзиями». Или, если угодно, «Билет в один конец». Вы так хотели докопаться до сути — так вот она. (разводит руками) Этот мир — сцена. Вы — актёр, который забыл, что играет. А я — суфлёр. И режиссёр. И зритель.
Константин: (с усмешкой) И билетёр, и гардеробщик, и тот мужик, который продаёт в антракте пирожки.
Трикс (кивает): Именно! Непрерывное производство. Цикл. И сейчас мы подходим к финальному акту. Вашему финальному акту в этой редакции.

Константин вертит бокал в руках, подносит ко рту, но не пьёт.

Константин (ставит бокал на стол): А что, если я откажусь играть? Просто встану и уйду.
Трикс (оборачиваясь к двери): Вы попробуйте. Дойдёте до двери, откроете её... а там будет следующая сцена. Всегда следующая сцена.

Пауза.

Константин: А что с Эмбер?
Трикс: Мне кажется, Эмбер встретила настоящую любовь.
Констанин (недовольно): Опять двадцать пять.
Трикс: Двадцать шесть. Ей двадцать шесть, если быть точным.
Константин: Рад за неё. А мне тридцать.
Трикс: Но на самом деле это всего лишь кризис второго акта. У всех больших ролей так.
Константин: Что?
Трикс (пожимая плечами): Такая работа. Кажется, так говорят люди.
Константин (с усмешкой): «Люди»? А ты тогда кто?
Трикс: Лист на ветру вселенной, который способен управлять деревом.

Константин делает допивает остатки, следом и Трикс.

Константин: Я хочу знать, кто и зачем украл эту проклятую картину.
Трикс: Учитывая, что вы — премиальный клиент, я мог бы это выяснить. Но, во-первых, это не входит в мои обязанности, а во-вторых, какой во всём этом тогда смысл? Вы сами должны до всего дойти.

Трикс хитро улыбается.

Константин: Я сойду с ума.
Трикс: Каждая линия, которая движется по спирали, рано или поздно замыкается в петлю.
Константин: А что тебе надо? Ты ж не за деньги работаешь?
Трикс: Я уже говорил.

Трикс разливает бурбон.

Константин (требовательно): Ну так выпей и скажи ещё раз!
Трикс: Время. Я беру ваше время. Буквально. Раз вы спрашиваете, ничего так и не поняли.
Константин: Если бы я любил ваши ребусы...
Трикс (поднимая стакан, будто произносит тост): Но сейчас вы стали частным детективом.
Константин: Если бы у меня был выбор. Или машина времени.
Трикс: Она вам не нужна. Хотите, совет дам?

Константин делает небольшой глоток и морщится.

Константин: Я так от всего этого устал.
Трикс (кивает): Понимаю.
Константин (рычит): Да чёрта с два.
Трикс: Общие принципы вкуса едины для всего человечества, поэтому ценность некоторых произведений искусства универсальна.
Константин: Я сейчас тебя из окна выкину.
Трикс: Когда мы распрощаемся, послушайте «Лунный свет» Дебюсси, почувствуйте себя в безопасности. И подумайте вот о чём. Современное искусство имеет глубину и ценность, но всё дело в том, что одно "современное искусство" легко заменить другим. Кроме того, которое не искусство, а сама жизнь. С классикой всё иначе (делает глоток). Но что делает величайшие произведения искусства бессмертными?
Константин: Разница во времени?
Трикс: Помните, что все люди имеют одни и те же представления, ценности, заботы и обязательства. А самообман — важнейший фактор, препятствующий успеху отдельного человека.

Константин делает небольшой глоток.

Константин: Что?
Трикс (отпивая): Помните: не существует ничего, кроме сознания и его содержания. А ещё память — весьма ненадёжный аргумент.

Константин осушает бокал, Трикс будто бы отзеркаливает Константина. Константин достаёт телефон, кладёт его на стол. Берёт бутылку, наливает совсем чуть-чуть, выпивает сразу, морщится. Константин встаёт из-за стола, доходит до дивана и падает на него.

Трикс бесшумно встаёт, достаёт из внутреннего кармана блокнот и ручку, что-то пишет, бесшумно вырывает лист и кладёт на стол. Затем Трикс бесшумно уходит.






Сцена 15.

Утро нового дня. Константин переворачивается на спину, трёт глаза, лоб, что-то бормочет. Встаёт, уходит из комнаты в ванную, возвращается с мокры лицом. Подходит к окну, открывает его, берёт сигарету, находит рядом с сигаретой зажигалку, закуривает, делает глубокую затяжку, выдыхает.

Дверь со скрипом отворяется. Входит Даниэль.

Даниэля: Можно? Чувствую... поэтический дух. Осязаю брожение смыслов в стерильном воздухе вашей... аскезы. (Внезапно его взгляд замечает пустую бутылку бурбона на столе. Его тон меняется на деловой, почти обыденный). Ой. Каждый раз как первый. Понимаю, у меня так же, когда связываюсь со всякими режиссёрами. Дай денег, а?
Константин: Вот так прямо?
Даниэль: А что? Мне нужно в очередной раз поведать историю о том, как я прикован и кровати, но не яростным недугом, а кожаными ремнями, которые для меня не больше, чем паутина швабре. А стоящая рядом с койкой грязная лампа тускло освещает маленькую сырую комнату, очень похожую на большой гроб, и не выключается ни днём, ни ночью, хотя обычному человеку в таких катакомбах трудно понять, когда день, а когда ночь?
Константин (выставляя ладонь): На столе. Осталось, возьми и иди.
Даниэль (с улыбкой): Люблю прямолинейность.

Даниэль подходит к столу, берёт остатки бурбона, видит бумажку, берёт её в руки и читает.

Даниэль: Ха! Ну Трикс, ну сукин сын!
Константин (докуривая): Трикс?
Даниэль (показывая бумажку): Это чек.
Константин (выбрасывая окурок в окно): Чек?

Константин подходит к Даниэлю и забирает у него бумажку. Читает.

Даниэль: За услуги психологической помощи и за бурбон (смотрит на бутылку в руках, кивает). Оно того стоило?
Константин (сминая бумажку): Вот же...
Даниэль (спешно): Ну я полетел, спасибо.
Константин (выставляя руку): Вечером жду тебя. Я раскрыл дело, нужны все свидетели и подозреваемые.
Даниэль (салютуя): Буит селано.

Даниэль торопливо выходит. Константин разворачивает бумажку, затем снова сминает её и кидает в мусорку. Берёт телефон, набирает номер.

Константин: Доброе утро, Сара. Простите, что разбудил. Сегодня вечером жду вас у себя. Да, раскрыл дело. Зачем ждать до вечера? Ну не знаю, так принято. Вечером много чего случится. Да, спасибо. И ещё. У меня нет номеров всех остальных надеюсь, вы им сообщите. Спасибо.

Константин завершает вызов, кладёт телефон на стол.

Константин: Если бы всё это мне просто снилось…
 
Свет гаснет на пару секунд и включается. Константин стоит посередине комнаты. За рабочим столом Константина сидит Трикс и листает блокнот Константина.

Трикс (спокойно): Напряжение хорошее и структура выдерживает.
Константин (в шоке): Как ты...
Трикс (кладёт блокнот на стол, встаёт): Не важно. Мы почти готовы.

Трикс проходит к двери, но не открывает её. Он поворачивается спиной к Константину, и в этот момент свет на секунду гаснет. Когда он включается, Трикса уже нет.

Константин: Надо освежиться.






Сцена 16.

Парк. Кольцо возле фонтана. Константин держит в руках два стаканчика с кофе и проходит мимо лавок и замечает Эмбер. Кивает ей, она ему. Константин подходит и садится рядом.

Константин: Это уже какое, четвёртое свидание?
Эмбер (немного смущённо): Свидание? Я как-то не считала.
Константин (протягивая Эмбер один из стаканчиков): Будешь? Не знаю, что ты любишь. Это капучино.
Эмбер (принимая кофе): Вообще я обычно прописываю раф-кофе, но каждый раз получается капучино.

Пауза. Молчание.

Эмбер: Что нового?
Константин: Дело раскрыл.
Эмбер (удивлённо): Опять?
Константин (кивает, делает глоток): Всё оказалось намного проще, чем оно кажется.
Эмбер: И ты снова мне ничего не расскажешь (делает глоток, морщится). Тут вообще сахар есть?
Константин: Да, два пакетика.
Эмбер: Ужас. Так что, кто всё устроил? (незаметно выливает кофе в клумбу)
Константин: Коллективный разум.
Эмбер: Прям мы все? А зачем? Что плохого НАМ сделала Сара, бедный ветеран сцены?
Константин: Не Сара тут цель. Да и вообще цели как таковой нет.
Эмбер: А как же коллективный что-то там?
Константин: Как бы так объяснить? У каждого человека есть своё сознание. Оно работает с нейронным кодом – алгоритмом, который превращает всё поступающее в связность, в мысли. В смысл...
Эмбер: Мы должны тут целоваться.
Константин (продолжает, будто Эмбер ничего не говорила): ... Более того: для каждого реального объекта, явления или опыта существует своя область мозга...
Эмбер: Ты всегда на свидании говоришь про нейробиологию?
Константин (с улыбкой, глотнув кофе): Иногда, когда очень нравится.
Эмбер: Девушка?
Константин: Нейробиология.
Эмбер (отмахнувшись, с улыбкой): Ну ты и...
Константин: Так вот, почему функционирование...
Эмбер (перебивает): Мы будем целоваться или нет?
Константин: Вот и я тоже не понимаю. Но всё это к чему: а вдруг реальности не существует?
Эмбер (смущённо): Вот тут ты ошибаешься. Реальность ощутима, как твои губы или сценарный лист.
Константин (отмахивается): Копай глубже. Мы все видим сны. Ну, почти все. Можно сказать, что сны – это как раз проекция новой, другой, собственной реальности. Но попробуй сейчас вспомнить свой последний сон. Я не имею в виду, что его нужно пересказывать, просто вспомни, насколько он обрывочен, непоследователен, нелогичен. Верно? Если вспомнить так называемые осознанные сновидения, то можно сказать, что в этот момент, момент осознанности, мы снова берём контроль над беспорядочным созиданием. Но сны – материя очень хрупкая, но даже если и так – вспомни, как много образов ты во сне смогла создать? Парочку, верно? Причём второй образ, кроме тебя, уже относительно размыт, у него разные и различные черты и контуры. А если придумать три образа? Размытие увеличивается. А если пять, то и вовсе это будут силуэты. А как быть с толпой? А если создавать целый город? Представляешь, какие нужны ресурсы!
Эмбер (в сторону невидимого наблюдателя): В этот раз я смогу.
Константин (отсев подальше и развернувшись к Эмбер): Смотри, я мог придумать тебя. Мог придумать этот странный деловой наряд. Не до деталей, конечно, но мог. Я придумал тебе кофе. И твою следующую реплику. Я придумал место встречи – фонтан, лавки, парк. И этим мои возможности ограничены. Я не смогу продумать до деталей то, что происходит, скажем, вон за тем перекрёстком через две улицы. Ладно, может, смогу, но на это потребуется очень много времени и сил, так что либо время остановится, либо полотно повествования порвётся.
Эмбер (задумчиво): И?
Константин (воодушевлённо): И вот тут мы подходим к коллективному разуму!

Эмбер разводит руками и приоткрывает рот.

Константин: Я придумал тебя и парк. Кто-то ещё придумал вон ту пару напротив. Другой – вон те машины и автобус. Коллективно, массово можно придумать целый мир.
Эмбер (устало): А ты ничего не забыл, Николас Комягин? Мы все разрозненны, мы все уникальны и единоличны. Я так вижу...
Константин (перебивая, щёлкнув пальцами): Поэтому нам нужен механизм контроля! Ограничитель, который не даст каждому творить что вздумается и будет подчинять созидательную силу разума общему правилу, единому сценарию. Нужен либо механический ограничитель, но тут всё сложно, его тоже можно выдумать и поменять ему выдуманную природу. Либо живой носитель.
Эмбер: Ты думаешь, что я нереальная?
Константин: Можно считать условным измерителем фантазию, но это будет не до конца верно. Фантазия – это то, что мы, наш разум создаёт в бодрствовании, на пике производительности. А нам нужен измеритель тёмной стороны.
Эмбер: У меня такое чувство, будто я книгу читаю. Пыльную советскую.
Константин: Измерителем тёмной стороны будет как раз страшный сон. Так называемый кошмар. Ты, кстати, знала, что некоторые люди умеют изменять сны? Осознанность – это одно, я именно про изменения. Ну вот снится тебе здоровенная туша с бензопилой, которая идёт на тебя...
Эмбер (скривив лицо): Так себе пример. Я и лучше прописывала.
Константин: Ладно, или что-то ещё, не очень приятное, где тебе нужно бежать или бить. И вместо того, чтобы полностью просыпаться и прерывать кошмар, ты как бы слегка просыпаешься. Одной ногой здесь, другой там. Тем самым ты позволяешь своему сознанию, рыцарю в сияющих доспехах, проникнуть в тёмные глубины подсознания. И за счёт этого ты обретаешь контроль над происходящим. И туша с бензопилой уже сама от тебя убегает. Или ты наносишь удар с той силой, которая уничтожает что-то. Или начинаешь именно бежать. Именно такие образцы сознания, вернее, носители такого умения и могут выступать ограничителями.

Пауза. Эмбер молча смотрит перед собой, подносит стаканчик с кофе, который пуст, делает вид, что отпивает.

Эмбер: Как это всё связано с Сарой?
Константин: Это не связано с Сарой. Это связано со мной.
Эмбер: То есть?
Константин: Я предполагаю, что мы сейчас находимся в проекции. В нереальности. Или как её там назвать...

Эмбер быстро придвигается к Константину и целует его, но это продолжатся меньше секунды. Константин отстраняется как ни в чём не бывало и вскакивает.

Константин: И всё подчиняется сверхсознанию, которое задаёт рамки и правила, ограничивая наши возможности и лишая свободы воли...
Эмбер (резко, почти отчаянно): Хватит! Ты говоришь о системе, как будто читаешь лекцию. Но это моя система! Я выдумала эти правила, Константин, и я знаю – один твой настоящий, не прописанный мной крик, один удар по этой лавочке – и всё это может треснуть.
Константин: И что? Трещина в декорации? Замена одной реплики на другую? Это будет твоя новая правка, а не моя воля.
Эмбер: Нет! Это будет наш бунт! Наш! Спаси меня.
Константин (немного рассеянно): Если честно, я не этого ожидал (смотрит на часы). Ладно, вечером заходи, будет финал пьесы.
Эмбер (хватает его за руку): Слушай... Сделай что-нибудь настоящее. Попробуй кричать. Ударить Трикса. Обними меня. По-настоящему! Одного твоего настоящего жеста хватит, чтобы сцена пала!
Константин (смотрит на её руку, затем медленно освобождается, качая головой): Мне пора. (машет рукой). Пока.
Эмбер (немного грустно, с придыханием): В тебе нет ничего, кроме текста. На этом всё и закончится.
Константин (кивает): Да. Мне пора (машет рукой), пока.
Эмбер (в сторону невидимого наблюдателя): Он и это продумал... Или ему просто плевать?

Константин уходит, Эмбер сидит некоторое время на лавочке, затем встаёт, бросает почти полный стакан с кофе в урну и уходит в другую сторону.




Сцена 17.

Константин стоит у окна. Окно слегка притворено, но не закрыто. В середине окна наружу тянется плотная ткань.

Константин: Значит, это конец, да? Интересно, интересно. Оригинальней ничего нельзя было придумать? С одной стороны палач, с другой – полиция.

В дверь постучали. Входит Сара.

Сара: Это ничего не изменит.
Константин (идя навстречу): Потерпите, сейчас начнём (указывая на кресло напротив стола). Нам нужно дождаться остальных.
Сара: Не понимаю, зачем это представление.

Сара садится, Константин смотрит на часы.

Константин: С минуты на минуту.

Дверь отворилась без стука, вошёл Трикс.

Трикс (с порога): Добрый вечер, Константин! Похоже, сегодня последняя встреча.

Константин кивает. Трикс проходит к дивану. Константин поворачивается к окну.

Трикс: Здравствуй, Сара!
Сара: Давно не виделись.
Трикс (Константину): Проведём процедуру до или после?

Константин, не оборачиваясь, молча выставил руку. Трикс кивнул. Дверь отворилась одновременно со стуком. Вошёл Даниэль. Константин развернулся.

Даниэль (улыбается, кивает): Рад вас всех видеть (смотрит на Сару). Свет очей моих.
Сара (Константину): Мне кажется, комната превращается в цирк!

Даниэль пожимает руку Триксу, Трикс брезгливо её отирает. Даниэль садится на подлокотник дивана. Константин смотрит на часы.

Константин (Саре): Ещё не все в сборе.
Сара (недовольно): Ваша любовница запаздывает.

Константин поворачивается к окну, всматривается, затем идёт к входной двери и берётся за ручку. Константин открывает дверь, на пороге стоит Эмбер, занеся кулак для стука.

Константин: Добро пожаловать в сумасшедший дом.
Эмбер (с улыбкой): Обещала же, что увидимся еще раз.
Константин (отходя в сторону, открывая Эмбер проход): Можешь занять моё кресло.

Эмбер проходит к столу, здоровается, садится на кресло Константина. Константин прикрывает, но не закрывает дверь. Идёт к окну.

Сара (недовольно): Детектив?

Константин кивает. Смотрит в окно.

Константин: Я постараюсь максимально коротко, хоть у меня хронометраж на сцене и неограничен. Прежде всего хочу сказать: как вы вообще друг друга терпите? Вернее, что держит и заставляет вас всех быть в одной пьесе? Знаете, это классическая игра в натянутую улыбку: видишь человека, напрягаешь мышцы лица, стараешься поэлегантней его оплевать, затем идёшь дальше. Я тут десять лет не был, и даже не верю, что социум превратился в вас. Ведь вы, можно сказать, его выжимка, его миниатюра.
Сара (недовольно): Что вы себе позволяете!
Константин (выставив ладонь): Не надо играть, сейчас хотя бы.
Сара: Вы мерзкий тип.
Трикс: Премиальная подписка только что отозвана. Я пришлю вам чек (встаёт и идёт к двери).
Константин: Вернитесь на место, Трикс, иначе вы так и не узнаете, где прокололись.
Трикс (недоумённо улыбнувшись): Прокололся? Что? Вы, видимо, не выспались.
Константин: Когда Сара пришла ко мне и рассказала про похищение картины «Миранда и буря» Уотерхауса, первым делом я заподозрил её саму – может, страховку захотела получить или ещё что. Но это настолько банально и глупо, если сравнивать с тем, что вы, Трикс, разыграть. Сара была премиальным клиентом – я, кстати, до сих пор не разобрался, что у вас за бизнес. Трикс манипуляциями и вокабуляциями убедил Сару, что, не знаю, для сохранности или для закрепления нужно засунуть в раму бумажку с закладной на душу. А потом выкрасть картину, не оставив следов взлома. Примерно так же, как проникал ко мне.
Трикс (подходя к дивану, оттягивая ворот): Доказательства?
Константин (с улыбкой): Микроцарапины на замке. Но по картине доказательств нет, потому что вы этого не делали.
Трикс: Ага! Не делал! В таком случае, я вас покидаю.
Константин: Вот это вряд ли. Вы замешаны в другой манипуляции – сознанием. Даниэль!
Даниэль (картинно): Я?
Константин: Когда ты рассказывал мне историю вашего с Сарой знакомства, я решил, что это ради выпивки – ты, Дэн, сам чудной, так что, ничего удивительного. Но потом, узнавая больше о вас, я решил, что это не такая уж и выдумка. Однако общее прошлое у вас было. Я не выяснил, какое именно, но это не главное. Версия была такой: ты решил сыграть в героя, мол, кто-то похитил, ты нашёл. Обычному человеку это покажется глупым, скучным и предсказуемым, но только не поэту-алкоголику.
Даниэль: Я бы подбирал слова более тщательно, не поэма всё-таки.
Константин: Твои пташки могли выкрасть всё в любой момент времени, причём сделать это без пыли и шума – тиснуть у Сары ключи на приёме, сгонять к ней, вытащить картину, вернуться обратно. А поэзия и выпивка – для отвода глаз. Не всегда язык заплетается, когда в желудке градусы. Да и поглощать спиртное можно, будучи домушником, карманником или актёром.

На последнем слове Константин выставил руку в сторону Даниэля.

Константин: Я думаю, что ты играл в театре. Может быть, в ТЮЗе. Или сейчас играешь.
Даниэль: Свет вспыхнул, музыка заглохла, и маски полетели прочь! Собака лаяла и сдохла, на город опустилась ночь! (хлопает в ладоши) Браво, детектив!
Константин: Но картину ты не крал.
Сара: Остаётся Эмбер.
Эмбер (поёрзав): Конечно, всегда остаётся Эмбер.
Константин: Если что и привело сюда Эмбер, то точно не картина. Тем более она сказала об этом с самого начала. Да и все остальные тоже.
Сара (возмущённо, вставая): Что? Вы ей поверили? Да она та ещё актриса!
Даниэль: Бедная девочка Лиза умеет в отборную низость.

Константин (окидывая взглядом всех): Ладно. Вообще всё это чепуха. Никакого похищения не было. Вы придумали это всё, чтобы развлечься. Кое-что про меня вы выяснили – отсюда и Трикс (кстати, что за долбанутое имя?) с бутылками, и Даниэль, который подлил мне в чай какой-то дряни. Сара неплохо справилась со своей ролью. Эмбер тоже, я почти поверил (скрестив руки на груди). Отличная пьеса получилась, господа. Хорошо, что это моя последняя гастроль в вашем городе ****утых.
Сара: И что дальше?
Даниэль (с усмешкой): Может, прикончим его? Для полноты драмы.
Константин (глубоко вдохнув): Не успеете. С минуты на минуту сюда нагрянет полиция. Но не за вами, а за мной (усмехнувшись). У всех свои секреты.

Константин наклоняется к столу, открывает ящик, достаёт ключи, швыряет на стол.

Константин (указывая пальцем на ключи): Не забудьте закрыть и вернуть хозяйке.
Эмбер (вставая): Возьми меня с собой.
Константин (отрицательно качая головой): Нет.

Эмбер смотрит на него с отчаянием. Сара усмехается. Трикс одобрительно кивает. Даниэль готовится что-то сказать.

В этот момент раздаётся звонок мобильного телефона Константина. Все замирают. Константин смотрит на телефон, затем на присутствующих. Поднимает трубку.

Константин: Спасибо, что позвонил. Осваиваюсь, всё в порядке… Что? Кабинет? Ну кабинет как кабинет. (пауза) Нет, ничего не напоминает.

Константин подходит к окну. Остальные персонажи остаются на сцене.

Константин включает музыку.

[Играет музыка Shortparis – Страшно]

Свет медленно гаснет, оставляя яркий луч на Константине и слабый в центре сцены. Из темноты в центральный луч в центре комнаты-сцены выходит Трикс. Смотрит сперва на Константина, затем в зрительный зал, и медленно улыбается.

ЗАНАВЕС