Твое тебя не минует

 Ася шла по аллее, не разбирая дороги. Порою её туфли становились в выемку на тротуаре, наполненную дарами дождя, не так давно прошедшего.
Но в порыве всего свалившегося на её бедную голову, она не замечала ни промокших ног, ни всего, что происходило вокруг неё.
Сорок дней назад она похоронила мать, а полгода назад ушёл отец, заверивший утром всех о своей любви и не пришедший к ужину. Сердечный приступ на работе  и скорая не довезла. Всё коротко и ясно.
 
Быстрая потеря родителей, ушедших один за другим, не перекрыла той боли, которую доставила мать в последние минуты жизни.
Состояние выжатого лимона даже близко не стояло рядом с теми чувствами, что заполонили душу Аси.
Дойдя до своего подъезда, увидев сочувствующие взгляды соседей, она, поздоровавшись, прошмыгнула в подъезд.
 
Наскоро поужинав, Ася впервые после похорон матери зашла в её комнату. Всё было как прежде: все вещи на своих местах. Мама любила идеальный порядок.
Только ощущение тайны, теперь явное, витало по всей комнате, наполняло душу Аси новыми ароматами и чувствами.
 
Поиски она решила начать с прикроватной тумбочки, полагая, что то, что она ищет, находится в ней.
Но там абсолютно ничего интересного для неё не оказалось. Мама, когда ей стало очень плохо, успела сказать: "Смотри мол, там, в моей комнате". А потом в каком-то пугающем порыве схватила её больно за запястье руки и громко выдохнула: "Доченька прости".
 
Ася подошла к маминой постели и на краешек присела, облокотившись на спинку кровати. Прилечь она не смогла, боясь ощутить холод маминого тела, страхом запавший в её душу.
У неё была обыкновенная семья: папа, мама и она . Как рассказывала мама, у неё были трудные роды, и рожать второго ребёнка ей было строго запрещено

 Она была единственным ребёнком в семье, но воспитывалась по всем правилам примерной семьи.
Между родителями вроде бы и существовала полная идиллия, но всё же какая-то тайна из прошлого мешала создать ту семью. которую они складывали из кусочков мозаики.(это она, чуть повзрослев, заметила)

Нахлынувшие воспоминания о детстве увлекли Асю, и она, пересев в мягкое кресло, закрыв глаза, предалась грезам своего не такого далекого прошлого. У неё не было подруг, которым она могла доверить сокровенные мечты своей души.
Она не была "волком-одиночкой", но и общительной её нельзя было назвать. У неё с самого детства было такое ощущение, что где-то во Вселенной плавает её вторая половинка.
 
Внезапно проснувшись ночью, она подходила к окну и через раму пристально вглядывалась в звездное небо. Что ей тогда только ни грезилось! Поток её мечтаний мог бы стать началом хорошей сказки.
Семьи у неё ещё не было. Как-то всё не получалось. Но свои двадцать два она не считала пределом.
Были у неё отношения с одним мужчиной, но очутившись в её в постели он объявил, что женат. Как ей удалось скрыть весь этот кошмар от родителей, наверное, один Бог знает.

А потом  совершенно неожиданный уход отца. И вот теперь мама так ушла, оставив множество загадок и ни одного ответа на них.
Ася не заметила, как уснула.
Проснувшись ранним утром, она ещё в дреме подошла к кровати матери и, больше ничуть не сомневаясь в своём страхе, прилегла на неё.

 Холод маминой постели, согреваясь её теплом, отдавался только нежностью тела матери. Подтянув ноги к подбородку, пытаясь снова уснуть, она потянула на себя краешек одеяла.
В углу было что-то твёрдое, и она его зримо ощущала.
Это выглядело, как зажеванный угол, но уж через чур прямоугольным. У Аси сон , как рукой сняло.
Вскочив, нащупала на тумбочке маленькие мамины ножнички и резанула вдоль шва. Выпал конверт с надписью - МОИМ  ЛЮБИМЫМ  ДОЧЕРЯМ.
- Мама, каким таким дочерям - вслух произнесла Ася и, взяв его в руки, недопонимая, что всё это значит, присела к столу и открыла его.

 По письму видно было, что писалось оно не за один присест. Выдавал почерк: сначала как бы спокойный и уверенный, но через некоторое время переходящий на другую тему - написания букв.
Казалось, что у автора из-за волнения не получалось сразу высказать всё наболевшее на душе. Местами буквы были немного расплывчатыми, видно, слезы неоднократно помогали облегчить написание. сокровенного.
 
Здравствуйте, мои дорогие, родные доченьки!
Ася, милая, прости меня. Я понимаю твои чувства после прочтения первого предложения моей исповеди.
 Если ты читаешь это письмо, значит, я уже из небес наблюдаю за вами, пытаясь замолить и выпросить прощения за свои грехи.
При жизни я не смогла поделиться правдой ни с твоим отцом (мне даже страшно было представить, как бы он отнёсся к ней, зная о моём деянии), ни тем более с тобой. Тебя я боялась ранить и испортить наши доверительные отношения.
 
А отца я винила в соучастии своего поступка. Понимая, что он был не в курсе всех событий, всё же я не находила оправдания и его прямому участию.
Я не один раз замечала твой непонимающий взгляд на моё отношение к отцу, но видишь ли, я старалась создать для тебя хорошую семью и сохранить её.
А теперь по порядку.

 Всю подноготную писать не буду, чтобы и вас не загружать, и себя не нервировать лишний раз. И так пишу с таким трудом, понимая, что правда нелегко открывается. С вашим отцом я училась в одной школе.
 Я -  обычная неизбалованная девчонка, и он - тихоня в очках. И кто бы мог подумать, что столкнет  нас после танца на школьном вечере, как говорят, между нами искра пробежит.
 
Школу закончили с одними и теми же планами: учиться в одном городе, пусть и в разных учреждениях. А по окончании или на последнем курсе - пожениться.
 Всё у нас тогда казалось простым и всё исполняющимся. Мы были счастливы.
Но мечты мечтами, а реальность - реальностью.
Его родители уготовили ему совсем другую судьбу. Отправили, не дав попрощаться, на юг, к тёте, которая пообещала устроить его в престижный институт.
Наревевшись вволю и поняв, что беременна, боясь родительского гнева и людских пересудов, уехала как будто учиться.
Деньги на первое время у меня были: родительские, да и сама собирала, не особо тратила.

 Заранее выбрала небольшой городок, но на приличном расстоянии от дома. О чём я тогда думала, что я тогда делала - ответа нет до сих пор.
Приехала, сняла квартиру у одинокой бабушки. Уход за ней был платой за комнату.
 Родителям звонила редко, да они особо и не переживали за меня, так как надеялись и доверяли. Вместо учёбы я устроилась санитаркой в роддом.
Лучшего для себя я и не предполагала.
Наверное, кто-то из высших сил изъявил желание помогать мне.

 Родив в этом роддоме ребёнка, я планировала от него избавиться и начать новую жизнь. Почему я так хотела поступить?
Да покажите мне девчонку, загнанную в угол так, как я, и нашедшую другой, более положительный выход.
 Да нет же, я ничуть не оправдываю себя, за мой грех мне нет прощения.
 
Работая в роддоме, я насмотрелась на мам и их любовь к своим детишкам. У меня возникло чувство к моему малышу, и я переменила своё мнение об отказе.
 Хозяйка комнаты, бабушка, поддержала меня, обещая посильную помощь. Я воспряла духом и увидела мир в других красках.
 
Опять я увлеклась: так мне и бумаги не хватит, и отведённого Богом времени. Родилась у меня двойня, две девочки-дочки.
Спокойствие вновь покинуло меня, и я засомневалась в принятом решении. С родителями наступили сильные проблемы: они узнали, что я нигде не учусь, а "шаболтаю" по их выражению, и дали понять, что не будут рады моему возвращению. Про беременность и роды они были не в курсе.
И можно было догадаться, что будет, если узнают.
 
Но к счастью или несчастью у одной женщины, рожавшей впервые в тридцать пять лет, родился мертвый ребенок и ее горю не было предела.
 Я не устояла под её настойчивыми просьбами-мольбами. Да и меня очень пугало, как я буду одна с вами. Из родильного дома я вышла с одной дочерью и приличной суммой денег.

Живя дальше, я не отпускала от себя мысли о второй дочери. Немного успокаивало лишь то, что семья, приютившая мою дочь, была не бедной. И никто, кроме той женщины, не знал о нашем поступке. Её муж принял её как свою и желанную.

 Однажды, гуляя в парке с дочерью, я встретила знакомую и разговорилась.
Так родители узнали, где я живу, и приехали забрать домой. Вскоре ваш отец наконец-то сделал мне предложение, и мы расписались.
Свадьбы как таковой не было, просто устроили вечер, пригласив только близких родственников.
 
Одному Богу известно, как я жила все эти годы, врагу не пожелаешь. Были порывы сознаться во всем и найти дочь, но боязнь разрушить семью, боязнь людского осуждения не давали мне это сделать.
Теперь, зная, что скоро меня не станет, я решила исповедаться вот на этих листах бумаги, доверив им самое сокровенное. Простите меня, мои девочки. Я любила вас и буду любить и там. Простите........
 
P. S. Ася, дорогая моя, не предпринимай попыток поиска сестрички. Даже у меня нет никаких зацепок.
Просто помни, что ты не одна на белом свете, что где-то есть твоя родная половинка. Пожелай ей счастья, здоровья, добра. и отпусти с миром.
Я называла её Катюшей. Простите..............

 Прочитав последнее послание - признание матери, Ася длительное время сидела не двигаясь, почему-то боясь пошевелиться. Ей казалось, что шевельнись  и всё это видение исчезнет навсегда. Ей же этого не хотелось, и она уже с нетерпением жаждала продолжения.
 - Ох, мама, мама, что же ты наделала! -  с болью вырвалось у нее. Она не могла ее винить в случившемся. Кто знает, как поступил бы другой в такой же ситуации. Да никто в себе так неуверен.
В свои еще немудреные года она прекрасно понимала, что судить кого-либо - одно дело, а видеть все в реале - совсем другое.
Мать, ошибившись раз, самопроизвольно обрекла себя на мучения, продлившиеся всю ее жизнь. Пожестче наказания, наверное, не существует. А потом боязнь осуждения за совершенное, страх все потерять, к чему так стремилась, стараясь забыться, не дал ей шанса на правду.

В глубине души Ася ощущала даже какое-то ликование. Надо же такому случиться, Ведь она чувствовала всеми фибрами своей души, что не вся она как бы вместе, и где-то существует ее вторая половинка, ее продолжение.
Она приложит все усилия и время, чтобы найти свою сестру. У матери не получилось, хотя не раз она пыталась.
А вдруг у нее все получится и их судьбы соединятся.
 
Но по истечении года поисков, не давших положительных результатов, азарт у Аси немного поослаб. В роддоме вразумительного ничего не могли сказать. Во-первых: лет немало прошло, роддом переезжал из старого крыла больницы в новостройку, и были потеряны некоторые документы.
Отказники, хоть и нечасто, но бывают, и за всеми не уследишь. Списали на дом малютки, и миссия роддома на этом заканчивалась.
Всех подробностей о продаже ребенка в роддоме не знали и Ася не рискнула посвятить их в подробности. По одному сроку рождения невозможно найти. Его могли изменить, да и имя другое дать.
А ставить точку Асе ох как не хотелось. Но выше головы не прыгнешь.
А что сестренка жива, Ася прекрасно чувствовала. Она даже мысли другой не допускала.

Ася решила сделать передышку и возобновить свои поиски с новыми силами. А пока жила, работала, дружила, встречалась, короче, жизнь у нее била ключом. Сегодня как раз в школе состоится очередная встреча ее класса, на которую она тщательно собиралась. Класс был дружным, и они еще в школе договорились встречаться каждые три года, что и делали, не нарушая обещания.

 Все проходило по давно намеченному плану: ребята дарили девочкам по шикарному букету красных роз, а от женского коллектива всегда были настольные сувениры. Никто не жаловался, не возмущался. они умели отдыхать с душой.
Застолье начиналось с речи классного руководителя и заканчивалось тостом от каждого и коротким рассказиком о себе.

Ася поделилась, мол, живет, работает и находится в активном поиске мужчины, согласного на создание семьи и рождение десяти детишек. Но пока все еще одна. всем слабо на претворение в жизнь второй части ее условия. Что-либо упрощать она не собирается. Пошутили, посмеялись. О поисках сестры она не упомянула. Это было очень личным.

 За вечер Ася не один раз наталкивалась на любопытный взгляд Толика Кулеша, будто говорящий, мол, шалишь девочка, все я про тебя знаю. Влюбился что ли, еще набьется в провожатые, чего ей очень не хотелось. Не выдержав взгляд Толика в очередной раз она сама подошла к нему.
 - Толь, ты не стесняйся, напомни мне, если вдруг должна тебе чего и забыла. А то, как моль съел меня почти всю.
- Да что-то Асенька я не пойму в какую игру ты играешь. Весь вечер думаю, думаю и не додумался еще. Видать без твоих разъяснений мне правды не видать. Толик сразу подхватил разговор, будто стоял и ждал когда она начнет первой.
 
- О, да ты меня в шпионы записал. Толик ты меня удивляешь все больше и больше.
- Дак и ты меня тоже удивила, так и поседеешь с тобой раньше времени. Я все время вот думаю, случилось что у тебя или чудить понемногу раньше времени начинаешь.
 - Да давай уже колись, где там и что я учудила, даже самой интересно стало.
- Да хватит прикалываться. Я на серьезе переживаю за тебя. И только тебе, а так еще никому не говорил. Ездил я к матери в соседнюю область...- проговорил Толик и замолчал, внимательно всматриваясь ей в глаза.

 - Ну и что дальше. Не тяни резину. У Аси появилось какое-то предчувствие чего-то важного, которое вот-вот должно случиться.
 - Ходил с матерью в церковь, она попросила сводить.- протянул Толик и снова замолчал.
 - Я сейчас двину тебя чем-нибудь тяжеленьким. И что дальше ? Асю Толиково мямливание начало выводить из терпения.
 - Тебя в ней видел усердно иконе молящейся. Правда имидж у тебя такой был, совсем не чета этому. Я не стал подходить, стеснять тебя. Может так надо тебе было и ты маскировалась. Но я то тебя сказу узнал, во что тебя не одень. Я ведь в школе за тобой бегал, да ты меня не замечала. Аська, что с тобой, тебе плохо стало?
 
- Толь, выведи меня на улицу. Побыстрее выведи, в глазах потемнело. У Аси перехватило дыхание, голос осип, как при воспаленном горле. На улице, на лавочке под старыми тополями, Ася поделилась с Толиком всем наболевшим и не дававшим ей покоя уже длительное время.
- Аська, да ты успокойся, пожалуйста. Как пить-дать это была она, ну копия ты. Понимаешь,точная копия. Найдем мы ее обязательно. Завтра с утречка и поедем. Я помогу тебе в поиске. Вот дела какие случаются, как в бразильском сериале. А теперь давай я провожу тебя домой. Примешь душ, чайку попьешь, выспишься хорошенько и поедем.

- Толь, ты не представляешь что ты для меня сделал. Если у нас получится ее найти... я сразу женюсь на тебе, честное слово.  Я не вру, ты не думай. Размазывая слезы облегчения с потекшей тушью по щекам, Ася была на седьмом небе от внезапно свалившегося счастья.
 - Аська, раз ты шутишь. значит жить будешь. На платок, вытри лицо. Нарисовала там целый натюрморт. Держись за меня покрепче и пойдем потихоньку в светлое завтра.
 
P\S... А дальше наверное не стоит продолжать. И так все становится предельно ясно.
Утром Ася и Толик поедут в ту деревеньку и почти сразу найдут сестру. И как интересно окажется, ее и взаправду будут звать Катюшей.
 А жила она с больной  матерью, поэтому и пошла в церковь помолиться за ее здоровье. Отец оставил их, когда она была еще маленькой.
 Найдя себе помоложе и побогаче, укатил в неизвестном направлении.
А Толик и Ася действительно поженятся и Ася переедет к нему в большой дом. А в квартиру перевезут Катюшу и тетю Олю, ее маму.
Она поправится и будет нянчить, как Катиных, так и Асиных детей.
Скажете, мол, приторно-сладкое окончание... Да пусть будет лучше так.
Надоело по-плохому. Гори оно синим пламенем.