Квантовая симуляция будущего. Глава 4

4. «Нескромная обитель»

Лифт, бесшумно скользивший в пугающую глубину, наконец дрогнул и остановился. На индикаторе застыла цифра: –25. Двери разъехались.

Перед ними оказалось небольшое шлюзовое помещение, стерильно-белое, без единой лишней детали.

Софья молча подошла к стене и коснулась едва заметного изображения ладони.

С лёгким шипением выдвинулся плоский ящик, в котором ровными стопками лежала одежда, упакованная в прозрачную плёнку.

Софья бросила быстрый, профессионально оценивающий взгляд на Лену, взяла одну
упаковку и протянула ей.

— Накиньте на себя, пожалуйста.

Лена разорвала плёнку. Внутри оказался лёгкий немнущийся халат бежевого цвета из неизвестного ей материала — гладкого, чуть тёплого и ощутимо прочного.

Она облачилась в него и была поражена тем, как идеально он подстроился под фигуру — будто был заранее сшит по индивидуальным меркам. Куча карманов разного размера оказалась на удивление удобной.

Софья тем временем облачилась в такой же и мгновенно преобразилась: она стала похожа на сотрудницу засекреченного института ядерных исследований или же сверхсекретной атомной электростанции.

Затем она подошла к противоположной стене и наклонилась к небольшому устройству, встроенному в панель. Считыватель сетчатки мигнул мягким зелёным светом.

— Здравствуйте, Софья! — раздался приятный, чуть игривый мужской голос, звучавший словно отовсюду и ниоткуда. — У нас новая сотрудница?

— Ты не ошибся, Тургор, встречай, — улыбнулась Софья, и в её глазах мелькнула тёплая искорка.

— Тогда добро пожаловать в нашу «нескромную обитель»! — голос прозвучал с театральным пафосом.

В белой стене бесшумно образовался широкий, почти незаметный на фоне гладкой поверхности проём, открывший длинный, ярко освещённый коридор.

— Проходите, — кивнула Софья.

Лена сделала шаг, ощущая под ногами упругий, слегка пружинящий пол. Воздух был свеж, пах озоном и… насыщенной, технологичной тишиной.

— Кто это сейчас разговаривал с нами? — тихо спросила она, оглядываясь.

— Наш голосовой помощник. Он же — система безопасности, навигатор и иногда — философ.

— Типа Алисы или Сири? — неуверенно уточнила Лена.

— Да уж поумнее больших языковых моделей будет, — рассмеялась Софья, — но пока это ещё не искусственный интеллект. Хотя… характер у него своеобразный.

Они шли по широкому длинному коридору со светящимися потолком и полом.

Навстречу периодически проходили сотрудники — мужчины и женщины разных возрастов, все в халатах, комбинезонах или костюмах того же бежевого оттенка.

Они здоровались и с любопытством разглядывали Лену. В конце коридора Софья снова приложила ладонь к двери — на этот раз матовой, с лёгким перламутровым отливом.

— Входите! — снова пригласил Тургор, и дверь растворилась.

Комната, в которую они вошли, оказалась полной противоположностью стерильным коридорам. Тёплый приглушённый свет струился из скрытых источников, освещая просторный круглый зал. По кругу располагались пять мягких глубоких кресел. Между ними, в вазонах, стилизованных под древнегреческую керамику, росли изящные карликовые пальмы Робелена. В центре комнаты находился небольшой подсвечиваемый бассейн с журчащим декоративным фонтаном и яркими рыбками, создававшими иллюзию оазиса.

Трое мужчин, сидевших в креслах, моментально встали, как по команде. Их позы и взгляды — всё выдавало не просто формальную вежливость, а искреннее, почти радостное ожидание.

— Познакомьтесь: основатели нашего научного общества — Аркадий, Дмитрий и Евгений, — представила их Софья. — А с Леной вы уже заочно знакомы. У нас совсем не принято обращаться друг к другу по отчеству — мы здесь как большая семья.

— Очень приятно, Елена! Мы давно наблюдаем за вашими работами и несказанно рады, что вы откликнулись на приглашение, — Аркадий, высокий и собранный, протянул ей руку. Его глаза были проницательными и умными, но без той надменности, к которой Лена привыкла в общении со своими бывшими начальниками.

— Нам как раз не хватало такого специалиста, как вы! Будем рады, если вы вольётесь в нашу дружную команду, — протянул руку Дмитрий с открытой, чуть мальчишеской улыбкой.

— Надеемся, что с вашим приходом все проблемы — научные и личные — останутся за пределами этой «нескромной обители», как любит шутить неподражаемый Тургор, — пожал руку Евгений.

— Да, со мной не соскучишься! — тут же вклинился знакомый голос.

Все присутствующие в комнате дружно засмеялись, и Лена, сама того не заметив, улыбнулась. Аркадий жестом пригласил всех сесть. Лена опустилась в кресло, и оно мягко, словно живое, приняло форму её тела. Она окинула взглядом комнату — этот оазис спокойствия и уюта посреди технологичного бункера.

— Эта комната — наша зона релаксации и приватных переговоров, — пояснил Аркадий, заметив её взгляд. — Здесь можно укрыться от мигающих индикаторов, почитать, помедитировать или просто поболтать за чашкой чая. Она в вашем полном распоряжении, Елена.

Лена кивнула, но внутри всё кипело от вопросов. Она сделала глубокий вдох, собираясь с мыслями.

— Софья рассказала мне кое-что невероятное, — начала она, тщательно подбирая слова. — О квантовом компьютере на сотнях миллионов кубитов. Работающем при комнатной температуре. Во всём научном мире идут лишь робкие эксперименты, а тут… Как? Как вам это удалось? Это же прорыв, который перевернёт всё!

Мужчины переглянулись. Улыбка сошла с лица Аркадия, его взгляд стал серьёзным, почти суровым.

— Прогресс, Елена, — сказал он тихо, — зависит не только и не столько от гениальности отдельных умов. Он зависит от условий. Представьте саженец дуба, посаженный в каменистую, отравленную почву без воды и солнца. И тот же саженец — в чернозёме, с заботливым уходом. Где он вырастет?

— Я… понимаю, что вы хотите сказать, — прошептала Лена, и перед её глазами промелькнули лица завлаба, коллег-интриганов, заведующего кафедрой — предавшего её.

— У нас не было выбора, — вступил Дмитрий. Его голос звучал твёрдо. — Мы могли либо уехать и подарить свои мозги тем, кто создаёт условия, либо создать эти условия здесь. Тайно. Вопреки всему. «Тургор» — это не просто убежище для учёных. Это инкубатор для идей, которым не дали бы родиться на поверхности.

— Здесь всё подчинено одной цели — познанию, созданию, прорыву, — добавил Евгений. — Никакой бюрократии, никакой борьбы за гранты и никакого предательства. Мы создали экосистему для мысли. Здесь, Елена, для раскрытия талантов созданы все условия. Абсолютные. Это относится и к оснащению лабораторий, и к обстановке для отдыха.

Лена слушала, и её сердце забилось чаще. Это звучало как сказка, но, вспомнив свою жизнь в долгах и унизительные «общественные начала» в вузе, она не могла не задать вопрос, который всегда стоял между ней и чистой наукой.

— Простите за… нескромный вопрос, — смутилась она, чувствуя, как краска заливает щёки. — А как здесь обстоит дело с финансированием? И зарплатами?

Вопрос, казалось, не смутил, а развеселил собравшихся. Они переглянулись и рассмеялись снова — без тени насмешки.

— Тургор, будь другом, просвети нашу новую коллегу, — улыбнулась Софья.

— С зарплатами у нас определённо никак, — пафосно провозгласил голос, — ввиду их полного и тотального отсутствия в привычном вам понимании!

В комнате стало тихо.
 
— А зачем вам деньги, Елена? — продолжил Тургор, и в его тоне зазвучали почти философские нотки. — Где вы будете их тратить? Магазинов у нас нет. Ресторанов — тоже. Всё, что требуется для жизни — комфортной, полноценной, здоровой, — у вас будет в неограниченном количестве: еда, одежда, медицинское обслуживание, развлечения, доступ ко всем знаниям человечества. Кстати, все члены семьи, оставшиеся на поверхности, тоже будут получать на свои банковские карты средства для безбедного существования. Можно сказать, мы построили коммунизм в отдельно взятой «нескромной обители».

Лена на секунду закрыла глаза. Всё, что она слышала, било прямо в самое сердце её разочарований и несбывшихся надежд.
 
— Это… превосходно, — выдохнула она, и голос её дрогнул. — Я всю жизнь мечтала заниматься наукой, не думая о бытовых проблемах.

— Вот и славно, — поднялся с места Аркадий, и его лицо вновь озарила улыбка. — А теперь — практическая часть. Давайте совершим небольшую экскурсию, и вы сами всё увидите. Слова — словами, но атмосферу нужно прочувствовать кожей.

Они прошли по яркому коридору и остановились у двери, украшенной изображением уютного бунгало на фоне бирюзовой бухты. Лена удивлённо посмотрела на Софью.

— А вот и жилой блок, — улыбнулась та и приложила ладонь к панели.

За дверью открылся новый коридор. Освещение здесь было мягким, тёплым, как закатное солнце. Стены были окрашены в успокаивающие пастельные тона. По обе стороны тянулись двери, похожие на номера в хорошей гостинице. Софья открыла первую.
 
— Здесь у нас тренажёрный зал, — показала она комнату со стоящими в ряд спортивными тренажёрами и двумя душевыми кабинками. Повсюду царила безупречная чистота. Всё выглядело аккуратно и ново.

Следующую дверь открыл Евгений.

— Бассейн. Не олимпийский, конечно, но чтобы проплыть пару сотен метров и снять напряжение с позвоночника после дня за компьютером — в самый раз. Раздевалки тут же.

Вода мерцала голубым светом, создавая ощущение морской глубины.

— А это солярий — для любителей «погреться на солнышке», — с лёгкой иронией сказала Софья, распахивая третью дверь.

Лена едва не расхохоталась: четыре топчана под ультрафиолетовыми лампами, обрамлёнными рефлекторами и тепловентиляторами, выглядели как мини-пляж под искусственным солнцем.

— А вот наша сауна. Вмещает шесть человек, — подозвал Аркадий Лену, открыв очередную дверь.

— Ну а для тех, кто тоскует по зелени, земле, живой природе, — с явной любовью в голосе сказала Софья, подводя Лену к следующей, более массивной двери, — наш «карманный» ботанический сад.
 
Дверь открылась, и Лена ахнула. Перед ней расстилалось не просто огромное помещение, а самый настоящий кусочек тропического леса. Воздух был влажным, тёплым, напоённым ароматом цветущих орхидей, влажной земли и свежести. Оранжерея была засажена десятками видов растений — от папоротников и филодендронов до миниатюрных цитрусовых деревьев. Посреди этого зелёного великолепия журчал, петляя между гладкими камнями, искусственный ручеёк. Через него были перекинуты изящные мостики.
 
Вдоль вымощенной плиткой тропинки стояли две широкие удобные скамьи. Софья щёлкнула выключателем. Сад залил мягкий, но яркий свет, неотличимый от солнечного. И тут же пространство наполнилось щебетом, трелями, шелестом листьев — записью звуков тропического леса, настолько качественной, что мозг отказывался верить в её искусственность.

— Какая прелесть… это невероятно… — прошептала Лена, и её глаза наполнились слезами от внезапно нахлынувшей красоты и нежности этого места, созданного явно с огромной любовью.

— Это наша гордость! — снова вклинился в разговор Тургор. — Люблю после тяжёлого рабочего дня бросить своё бренное тело на широкую скамейку и погрузиться в медитацию.
 
— Какое тело? Какая медитация? Ты о чём, Тургор? — не сдержал смеха Дмитрий. — У тебя же нет даже аватара!

— Вот так всегда, поручик! Придёте и всё опошлите! — расстроенно воскликнул голосовой помощник.

Компания покатилась со смеху. Лена, смеясь вместе со всеми, вдруг почувствовала, как внутри у неё что-то тает, оттаивает после долгой холодной зимы предательств и разочарований. Когда же Тургор обиженно заявил:

— Всё. Ухожу зализывать раны… —

смех окончательно победил.
 
— Пойдёмте, Елена, покажу вам ваш номер, — обратилась Софья, утирая выступившую от смеха слезу. — Все наши сотрудники живут либо в одноместных, либо в двухместных номерах — кому как удобнее. Может быть, со временем и вы захотите жить с кем-нибудь в двухместном. А пока — полная приватность.

Они подошли к двери с номером 32. Софья приложила ладонь к панели, и дверь отъехала.

— Вот ваш номер. После регистрации доступ в него будет разрешён только вам, — объяснила Софья, приглашая Лену в комнату. — Здесь ванная, туалет, шкаф, кровать, рабочий стол и компьютер. Заказать всё необходимое и получить любую справку вы сможете через приложение. Инструкции — вот здесь.

Стены номера были выдержаны в тех же спокойных тёплых тонах. Софья подошла к рабочему столу.

— Все наши компьютеры подключены через мощный фаервол. Вы можете свободно пользоваться интернетом, но весь исходящий трафик фильтруется в целях безопасности. Если будут вопросы, обращайтесь к Тургору — он всё знает.

— Вашими устами, Софья, да мёд пить! — возразил Тургор. — Не верьте, Елена, мои знания тоже ограничены инструкциями безопасности. Но я работаю над этой проблемой.

— Я тебе поработаю! — ехидно предостерегла Софья.

— Пошутил, — засмеялся Тургор.

— Кстати, время обеда. Пойдёмте, я познакомлю вас с нашей трапезной.

Женщины вышли из номера и вместе с мужчинами направились в столовую, которую здесь шутливо называли «трапезной». Это было большое светлое помещение с высокими потолками. В центре стояли девять четырёхместных столов, расставленных в три ряда. На дальнем конце располагалось большое сервировочное окно, за которым виднелось движение на кухне. В воздухе витал аппетитный аромат — мясного бульона, специй и свежей зелени.

Лена с удивлением заметила, что люди подходят к окну и получают одинаковые подносы.

— А меню… одно на всех? — не удержалась она.

— Ассортимент очень разнообразен, — объяснила Софья, направляясь к раздаче. — Но готовить индивидуальные заказы на три десятка человек — непозволительная роскошь в плане времени и ресурсов. Сегодня, например, на обед — борщ, говяжья отбивная с гарниром, свежий персик и морс. Завтра будет курица с гречкой, послезавтра — рыба. Всё свежее, качественное, сбалансированное. Голодными не останетесь.

Они взяли подносы и сели за свободный стол. Лена машинально оглядела зал. Почти все места были заняты. Сотрудники с интересом разглядывали новенькую. Лена, в свою очередь, с любопытством наблюдала за ними.

Но больше всего ей понравилась доброжелательная и дружелюбная атмосфера. Люди в одинаковых бежевых одеждах ели, тихо разговаривали, улыбались, смеялись. И это было самое поразительное — их лица. Ни следов усталой озлобленности, серой скуки или зависти, которые она видела в НИИ. Лица были спокойными, сосредоточенными на своих мыслях, беседе, еде. Здесь царила та самая атмосфера взаимного уважения и общей цели, о которой она читала в книгах про научные коммуны золотого века.

Она попробовала борщ. Он был наваристым, густым, с настоящей сметаной. Отбивная — мягкой и сочной. Просто, вкусно, честно. Как в хорошей столовой, но без малейшего намёка на экономию или халтуру.

После обеда мужчины попрощались и удалились по своим делам. Софья проводила Лену обратно в номер, помогла ей зарегистрироваться, разобраться с приложением и выбрать необходимый набор одежды и туалетных принадлежностей.

— Завтра с утра, — сказала Софья на пороге, — начнётся самое интересное. Я покажу вам наше главное детище — квантовый компьютер. Познакомлю с лабораториями, с коллегами, с текущими проектами. А сегодня — отдыхайте. Осваивайтесь. И помните: вы дома.

Она улыбнулась, и в этой улыбке было столько тепла и искренности, что Лена невольно улыбнулась в ответ.

— Спасибо, Софья. За… за всё.

Дверь закрылась. Лена осталась одна. Она медленно обошла комнату, коснулась рукой стола, спинки кресла, покрывала на кровати. Потом подошла к стене, которая на ощупь оказалась тёплой. Затем приблизилась к монитору и коснулась сенсорного экрана. Всплыло меню.

— Тургор, — обратилась Лена к системе, коснувшись одного из пунктов.

— Да, Елена? Чем могу быть полезен? — немедленно откликнулся тот самый бархатный голос.

— Тургор… а что значит «нескромная обитель»? Откуда такое название?

Прозвучала лёгкая довольная пауза.

— Это наша внутренняя шутка. Когда Аркадий, Дмитрий и Евгений только начинали обустраивать это место, Дмитрий как-то сказал, глядя на чертежи будущего жилого блока с садом и бассейном: «Ну и обитель у нас получается… нескромная какая-то для подпольщиков». Фраза прижилась. Мы здесь, в глубоком подполье, создали то, о чём на поверхности даже мечтать боятся. Обитель мечты. Нескромную — потому что позволили себе мечтать по-крупному. Вам нравится?
 
Лена посмотрела на уютную комнату, за дверью которой таился целый мир — мир науки, уважения и свободы от всего, что угнетало её раньше.

— Да, Тургор, — тихо сказала она. — Мне очень нравится.