Лёнька-сопля

– У-ууу гады!!! – сорвался из-за парты Лёнька и, в три маха добежав до двери, выскочил из класса…               
                Среди нас, третьеклассников, он был переростком: пересиживал в каждом классе по два-три года, обогнал по возрасту выпускников школы. Страшный  лентяй  в  учебе,  он при всем при этом был по натуре спокойным и надежным товарищем – всегда защищал от деревенских наших ребят. Кличку свою получил из-за постоянно выступающих из-под носа желто-зеленых «сталагмитов». Ленька единственный из всех нас кто заметил в машину с фанерной будкой с дверцей из металлических прутьев. Она быстро мчалась, поднимая дорожную пыль в сторону нашего детского дома. Позже он рассказал нам: – Когда я добежал  до нашего  собачника, эти сволочи уже успели отвязать двух собак и закинуть их в кузов машины. Я открыл дверцу клетки и выпустил их. Один из собачников как раз тащил очередную собачонку к машине, и я побежал ему наперерез – вцепился в удавку. Второй собачник пришел ему на помощь и вдарил мне по лицу. Я  сцепился с ним. Нас разнимал наш трудовик дядя Вася, который, конечно же, был там тоже не случайно.               
         Этих бездомных  собак разрешила нам завести директриса с тем условием, что мы сколотим  им будки, и собаки будут постоянно на привязи. Рядом с этими собачьими будками мы соорудили и клетки для кроликов. А где-то через неделю после этого случая собачники втихаря забрали-таки всех наших собак.  Леньку же вскоре перевели в городской интернат для недоразвитых детей, в нашем детском народце прозванным «УО».  Эту практику потом  ввели в норму: так избавлялись в колонии от лентяев и отстающих в учебе. Через пару лет мы приезжали в  Петрозаводск на шахматно-шашечный турнир, который проходил в стенах этого интерната. Там мы встретили многих наших ребят. В их число попал и мой дружок Толик.