Ария гончих псов. Том 2. Sub Rosa Соломона. Ч. 2

Вариант без редактирования и астерисков (рабочий)

Sub Rosa Соломона
Париж. 21- е декабря.1937 год.
 
Отто сидел за столиком парижского Кафе дю Дом на бульваре Монпарнас. Чашка крепкого кофе вкупе с сигаретой Кэмэл наполняли сорокалетний организм бодростью и приводили в порядок мысли. Все это приятно дополнялось кокетливыми взглядами очаровательной француженки, сидящей за соседним столиком с чопорным, усатым толстяком, что-то бубнящим себе под нос, и не менее заинтересованными взглядами хорошенькой, молоденькой официантки.               
М-да, - улыбаясь сам себе, подумал он, - наши родные немки, конечно же, очень даже ничего, но француженки обладают чем-то особенным, чем-то необъяснимо обворожительным, каким-то магическим, влекущим к себе обаянием. Но и я тоже вполне себе привлекательный господин. Особенно сегодня, особенно с утра. Я бы сказал очень даже, не говоря уже о костюме, обуви и часах страшно подумать какой стоимости. Видел бы меня сейчас наш до тошноты уважаемый шеф Мюллер, так заплакал бы от своей баварской ненависти ко мне.               
Отто усмехнулся, подмигнул официантке и посмотрел на часы. Они показывали без четверти десять. Он ждал Вацлава Барцевски. С этим поляком предстояло обсуждение очень важного дела, связанного с темой Палестины. С самого верха пришел приказ не только передать ему в помощь гауптшарфюрера Эйхмана, но и оказывать  все необходимое содействие лично.      Оберштурмбанфюрер СС Отто Рейнхард, являясь сотрудником Гестапо, выполняющим особые поручения Гейдриха, осуществлял координацию действий по подготовке и проведению специальных операций австрийскими национал-социалистами. Курировала работу специальная объединенная группа, состоящая из офицеров СД и Гестапо. Его кандидатуру утвердил сам рейхсфюрер СС Гиммер. Назначение в Вену получил осенью 1936, сразу после придания Гестапо статуса Общегерманской политической полиции.  Отто понимал, что Мюллеру не нравилось и то, что подчиненный имеет одинаковое с ним звание в СС, и то, что он является особо доверенным лицом Гейдриха, а заодно и то, что всегда пользуется успехом у красивых женщин. Подобный набор для завистника в лице начальника, безусловно, становиться смертельно опасным для не в меру удачливого подчиненного. Так что, расставание со своим берлинским кабинетом, не вызвало у него особых огорчений. В Австрию он приехал со шведским паспортом на имя коммерсанта Леннарта Ларссена, снял в аренду комфортабельную квартиру в центре города на Хельденплатц и вслед за этим открыл посредническую логистическую контору. За год наладил работу, завязал нужные знакомства, оброс связями, и теперь ему было даже немного грустно наблюдать, как страна почти покорно шагает в стальные объятия своего дитя Адольфа Шикельгрубера. Все понимали, что Австрию ждет аншлюс, которому федеральный канцлер Курт Шушниг, в отличие от покойного Энгельберта Дольфуса, противостоять не в силах. Мысли Отто прервал приветственный голос Вацлава Барцевски.
- Доброе утро, господин Ларссен. Классическое мужское лакомство   француза требует ещё и порцию коньяка. Я имею ввиду кофе, коньяк, сигара, - улыбаясь, поздоровался Вацлав.
- Я же швед, господин Барцевски, - ответил Леннарт и жестом руки пригласил Вацлава присесть за столик, - К тому же курю сигареты.
- Благодарю, господин Ларссен. Я, пожалуй, побалую себя большой чашкой кофе и сдобной пряной булкой с кардамоном.
Ларссен, положив сигарету в пепельницу, с иронией взглянул на Вацлава.
- Для поляка очень по-шведски. Но в таком случае, добавьте ещё брусничное варенье. 
 Вацлав попросил официантку принести кофе и посмотрел на часы.
- Не сочтите меня невоспитанным, Леннарт, это была просто дружеская шутка союзника.
- Я знаю, что все поляки очень любят задираться. Так что не переживайте. Пейте кофе и излагайте свои соображения по нашему общему делу. Потом будет моя очередь обрисовать Вам текущую ситуацию. Думаю, что такая последовательность разумна. Вы со мной согласны?
- В части задиристости поляков нет, а в части предложенной Вами последовательности, согласен. Итак. Моё понимание может не совпадать с общепринятым в среде компетентных экспертов, но в силу очень сложной задачи, поставленной перед нами, я убежден, что для выработки действенных решений, нам необходимо уйти от готовых, если можно так выразиться, лекал. Иначе получится переливание из пустого в порожнее. Я ничуть не умоляю ту огромную работу, которая уже проделана и продолжается усилиями многих ответственных представителей разных государственных и общественных организаций, но очевидно то, что желаемого результата это не дает. Почему? Ответив на этот вопрос, мы найдем ключ к наиболее эффективному решению. Я считаю, что главная проблема заключается в отсутствии единого системного подхода со стороны всех участников процесса и, безусловно, в серьезном противостоянии позиций в этом вопросе между лидерами основных еврейских организаций, вовлеченных в этот процесс. В целом все это порождает и без того излишнюю взаимную агрессию между всеми сторонами вместо того, чтобы выходить на мирное, компромиссное и взаимовыгодное решение. Это, господин Леннарт, мой общий взгляд на происходящее. А теперь я позволю себе остановиться на некоторых, по моему убеждению, самых важных деталях.
Ларссен посмотрел на чашку с остывающим кофе.
- Вацлав, Ваш кофе совсем остыл. Предпочитаете холодный? Барцевски повернулся в сторону официантки и жестом руки позвал ее.
- Месье желает что-нибудь к кофе? - стреляя взглядом в сторону я Ларссена, поинтересовалась она.
- Принесите мне горячий кофе, коньяк и сигару Montecristo.
- Сию минуту, месье, сию минуту, - кокетливо прощебетала девушка и, картинно покачивая бедрами, удалилась выполнять заказ.
Вацлав, улыбаясь, перевел взгляд на Леннарта.
- Кокетство этой очаровашки, очевидно, адресовано Вам.
Леннарт пропустил слова Вацлава мимо ушей и, щелкнув зажигалкой, прикурил сигарету.
- Господин Барцевски, давайте вернемся к нашему делу. Меня, как руководителя смешанной международной группы экспертов и специалистов по палестинской теме попросили оказывать Вам всестороннее содействие. Мы готовы приложить все свои знания и возможности для выполнения поставленной задачи. Для этого я приехал во Францию из Австрии. Так что, я очень внимательно Вас слушаю. Продолжайте, пожалуйста.
Вацлав, пригубил из бокала коньяк, прикурил сигару.
- Предпочитаете соблюдать субординацию? Ну что ж, очень хорошо. Работать с документами буду в Вашем офисе. Так что, извольте подготовить для меня кабинет. Через три дня на моем столе должны лежать подготовленные справки с анализом реального положения дел по палестинскому вопросу в отношении договора «Хаавара», а также в отношении позиций в этом вопросе со стороны официальных властей Великобритании, США, Италии, Франции, России и Ирана. Кроме этого, подумайте о том, как организовать мою встречу с Троцким. Через три недели я должен быть в Берлине. Времени, как Вы понимаете не очень много. Так что потрудитесь не затягивать с аналитикой.
- Эйхман с докладом по встрече в Каире с Файфелем Полокесом нужен? В Палестину его не пропустили англичане.
- Нет. Это нелепая история, такая же, как и затея с 
Мадагаскаром. Договариваться следует совсем не с Полокесом. 
- К слову сказать,  одним из инициаторов этой идеи был ваш посол в Германии пан Липский, если мне не изменяет моя память, - усмехнулся Леннарт, - Обещал даже памятник Гитлеру в Варшаве поставить за депортацию всех евреев. Разве Вам это неизвестно? Вы же наверняка являетесь не рядовым сотрудником Польской организации войсковой и в курсе этой истории.
- Я, господин Ларссен, имею отношение к Польской организации войсковой, примерно такое же, как Вы к шведам. Впрочем, насчет Эйхмана, Вы, пожалуй, пртавы. Его контакты с организацией Хагана, все-таки, могут представлять определенный интерес для дела. Где он сейчас находится географически?
- В Вене.
- Лучше встретиться с ним в Берлине.
- Хорошо. Это возможно.
- Вот и ладно, господин Ларссен.
Леннарт вынул из кармана пиджака визитницу и, вытащив из нее карточку, протянул Вацлаву, - Моя визитка, в ней указан адрес офиса. Я распоряжусь, чтобы для Вас подготовили рабочий кабинет. Все запрошенные Вами материалы будут подготовлены вовремя. Если я сегодня более Вам не нужен, то позвольте откланяться.
- Всего наилучшего, господин Ларссен, и до встречи в Вене.
Леннарт, выложив на салфетку несколько монет за выпитый кофе, встал из-за столика, попрощался с Вацлавом кивком головы и направился к гардеробной. Ему был неприятен Барцевски уже хотя бы потому, что поляк. Кроме этого, включение его в «палестинскую» группу, подсказывало Леннарту, что этот «напомаженный» умник имеет еврейские корни.
Он вдруг вспомнил Мюнхен, ноябрь 1923-го года, когда, будучи еще рядовым штурмовиком, оказался рядом с тяжело раненным Германом Герингом во время Пивного путча. Полиция открыла огонь, и он умудрился поймать сразу две пули. Двое товарищей прикрывали, стреляя в полицейских, а Отто вместе с двумя другими штурмовиками тащил, истекающего кровью верховного руководителя СА к дому на Резиденцштрассе 25. Самое смешное, что дом этот, как выяснилось, принадлежал еврею Роберту Баллину, который к величайшему удивлению не только дал им убежище, но и оказал первую необходимую помощь Герингу.
Так что, - рассуждал про себя Леннарт, - если бы не этот еврей, то жена нашего командира на следующий день вывозила бы его не в Австрию, а прямиком на кладбище. Впрочем, это нисколько не мешает теперь уже исполняющему обязанности рейхсминистра экономики Герману Герингу, грабить евреев Германии, обирая их до последней нитки.  Однако, точно то, что сионисты сами взяли курс на построение своего государства в Палестине любой ценой. И они сами последовательно и настоятельно вели нас к антисемитизму и репрессиям. Разве не этого они добивались? Еще пару лет и я действительно не позавидую тем евреям, которые не уберутся из Европы на свою землю обетованную.   

Вацлав, провожая взглядом Леннарта Ларссена, думал о том, что работать с этим не в меру амбициозным и категоричным гестаповцем будет очень непросто.                И уровень интеллекта, и уровень профессионализма никак не отменяет того, что нацист остается нацистом, - рассуждал Барцевски, - однако пока вся эта свора людоедов не решилась утопить в крови европейское еврейство и готова на его мирный исход, необходимо сделать все возможное и невозможное, чтобы спасти от уничтожения хотя бы его большую часть. Гитлер ждет своего второго звездного часа. Силенок у вермахта пока явно не хватает, да и генералитет с опаской относится к агрессивной политике нарванного ефрейтора внутри рейха и за его пределами. Но он непременно развяжет войну, он одержим реваншем Германии, он не остановится. И британцы с французами потакают его аппетитам. Официально нет, конечно, но это пока. И все, кто действительно допущен к реальной информации, знают это наверняка. Не за горами передел территорий. И Гитлер, не стесняясь облизывается, глядя на Австрию и Чехословакию. Похоже на то, что и мою родную Польшу он рассматривает, как будущую добычу. А дальше – больше. И плевать он хотел на договор о ненападении, подписанный три года назад при Пилсудском. Кроме этого, фюрер налаживает тесные отношения с СССР. Сталин пусть и очень осторожно, даже при наличии весьма острой идеологической дуэли и военном противостоянии в Испании, идет ему навстречу. Такой альянс, в случае своего дальнейшего развития, может стать глобальной военной катастрофой для всего мира. Гитлер очень искусно уходит из-под контроля и давления со стороны основных мировых политических центров, играя со всеми и в то же время против всех. Как умно он помог Сталину расправиться с военной оппозицией, давая тем самым понять особо несговорчивым генералам Вермахта, что их также может постичь участь Тухачевского, Якира, Егорова, Блюхера и других строптивых советских маршалов и генералов. А для пущей убедительности очень серьезно укрепляет орден СС и все его составляющие, включая войска. Чем глубже я анализирую внешнее поле, тем очевиднее становиться, что англосаксы пока в замешательстве, что привносит полный разброд и несогласованность в политические решения всех европейских лидеров. Они помешаны на коммунистической угрозе, и немцы эти настроения мастерски подогревают, заставляя думать, что правильнее выбирать из двух зол меньшее, то есть немцев. Гитлер людоед, он раскручивает огромный маховик военной промышленности и как только окрепнет по-настоящему, начнет ломать об колено и утюжить Европу так, как ей не снилось в самых дурных снах. Вот с этого самого момента на европейском еврействе будет поставлена жирная точка. Никакой пощады, то есть, тотальное уничтожение, как вида. И все структуры вовлеченные в выполнение договора Хаавара будут в одночасье ликвидированы. Что можно успеть? В том виде, как это работает сегодня, очень немного. И времени остается катастрофически мало. Необходима новая и намного более эффективная модель решения. Парадоксально, но как выясняется проблема в том, что сами нацисты, во всяком случае пока, вполне готовы рассмотреть и принять подобную модель, а вот еврейские организации, включая международные, больше дерутся между собой за власть и влияние на происходящие процессы, нежели занимаются ее созданием. Впечатление такое, что в гонке за мечтой о воссоздании Израиля на землях Палестины, очень многие еврейские лидеры готовы отдать на заклание жизни миллионов своих единоверцев. А некоторые из них, как например господин Вейцман, не стесняются заявлять об этом вслух с высоких международных трибун. Все-таки мне следует выслушать Эйхмана и может быть встретиться с Троцким. Позже добьюсь встреч с Ротшильдом, с Шифом и с Черчилем. Испания могла бы помочь, но там гражданская война и никому нет дела до евреев, в том числе и сефардов, имеющих испанские корни, но проживающих в Германии. Послушаю, что расскажет Эйхман», - Вацлав отправил потухшую сигару в пепельницу, залпом допил коньяк и жестом руки попросил официантку принести счет.