За обеденным столом

    (Так мы решили ближе познакомиться и рассказать о себе, наша группа с актерского мастерства)

За круглым столом: первые штрихи к портретам.
Никаких особых требований к меню не поступало. За огромным круглым столом постепенно рассаживались люди, едва знакомые друг с другом. Я наблюдала за этим с отстранённой внимательностью — словно за репетицией незнакомого спектакля. В такие моменты особенно остро ощущаешь себя частью некой системы, где каждый кажется лишним, но без кого-то из них механизм не заработает.

Это было похоже на погружение в вязкую субстанцию — в то самое «дерьмо», о котором я думала, когда застревала в своих проектах. Но именно здесь, среди вежливых полуулыбок и осторожных реплик, порой таятся зёрна будущих идей.

Акт первый: неловкое начало
Группа оказалась довольно милой — студенты актёрского курса, мечтающие о великих ролях. За всем происходящим внимательно следило… существо в костюме цыплёнка. Это была я — такой способ снять нервозность.

Мне подали волшебный десерт. Я откусила кусочек, запивая коктейлем, — и вдруг БАМЦ!

Словно кто-то швырнул на середину стола кусок сырого мяса и принялся его разделывать. Некоторые гости с энтузиазмом подключились к этому «действу», смакуя жуткие подробности. К горлу подступила горечь — перед глазами пронеслись все мои кошмары.

Я возмущённо вскрикнула, требуя прекратить эти разговоры. Но собеседники лишь переключились на уголовные дела об убийствах. Начало знакомства выдалось… своеобразным.

Наконец разговор свернул к театру, эстетике и актёрскому мастерству — но ненадолго.

Акт второй: история фарфоровой куколки
Моя соседка по столу напоминала фарфоровую куколку — хрупкую, изящную, с тонкими чертами лица. Её рассказ сначала подбодрил меня, а потом выбил из колеи.

Однажды, работая над спектаклем, она не получила никакой роли. Чтобы успокоить девушку, в сценарий спешно ввели новый персонаж — проститутку. Она согласилась, хотя была в ужасе. И тут началось: поток оскорблений и унижений; неприятие образа; мучительные попытки вжиться в роль. Но она выдержала. Хрупкая, словно фарфоровая, — но с внутренним стержнем, о котором никто не догадывался.

«Как бы я поступила в такой ситуации?» — думала я. Ответ придёт позже.

Акт третий: странности обслуживания
Официант выглядел озадаченным. Каждый раз, появляясь с блюдами, он словно задавал немые вопросы: «Откуда вы взялись?» «Они что, пересели?» «Чьи это заказы?!» Он метался между столиками, а мы «отлавливали» свои тарелки.

В этот момент в зал вошла опоздавшая девушка — утончённая, грациозная, с аурой воспитанности и интеллекта. Она двигалась так, что все взгляды невольно обращались к ней. Её образ невольно ассоциировался с Царевной-лягушкой — возможно, из-за недавней роли в студии, наблюдение за животными. А ещё она занималась поставками раков — странная деталь, но запоминающаяся.

Она села напротив меня. Её стул стоял неудобно — не примыкал к столу, и она не могла дотянуться до еды. С лёгким изяществом она приподняла вместе со стулом сидящего рядом «нарцисса», отодвинув его. Наконец-то можно было приступить к трапезе…

Но не тут-то было. Все уже засобирались уходить.

— Может, подождать, пока ты покушаешь? — предложила я.

— Блюдо мне не понравилось, — ответила она, даже не притронувшись к еде. — И… ой, я же совсем не пью! — залпом осушила бокал вина.

Акт четвёртый: поиски нового места
Мы вышли на воздух, пытаясь придумать, куда направиться дальше. Сначала я не понимала, зачем покидать уютный ресторан. Потом осознала — но об этом позже.

На улице моя «Царевна-лягушка» закурила электронную сигарету, но не успела сделать и двух затяжек — толпа подхватила оставшихся и понесла по центральной улице. На её лице — полное спокойствие: — Ну нет — так нет.

Мы оказались в «Рюмочной». Меня снова подташнивало — видимо, от воспоминаний о подобных заведениях 80-х, местах для алкашей. Но интерьер здесь был театрально стилизован под ту эпоху, с ноткой современной новизны.

Акт пятый: свадьба и раки
Девушка, похожая на актрису Рене Руссо, начала рассказывать историю своей свадьбы. Все слушали, затаив дыхание, и смеялись — её повествование было настолько живым, что мы словно присутствовали на празднике лично.

А на фоне, почти незаметно, витали деловые переписки и переговоры — казалось, речь шла о поставках тех самых раков, вагонами. На секунду «Царевна-лягушка» оторвалась от экрана телефона, улыбнулась и вновь погрузилась в рассказ.

Финал: первые выводы
Так прошло моё первое знакомство с людьми, с которыми предстоит учиться и играть в специально подобранном для нашей группы спектакле. Каждый из них — уже готовый персонаж: фарфоровая куколка с внутренним стержнем; Царевна-лягушка с деловым чутьём; рассказчица с даром оживлять истории; и я — в костюме цыплёнка, собирающая эти осколки реальности в единое полотно.

Следите за моими наблюдениями — всё самое интересное ещё впереди.

 
(Дата произведения 30 октября 2025 года, автор Даунгли Вероника).
 Картина моя: холст;масло.