ходить сквозь стены

Мирослава затаила дыхание и едва слышно, сухими губами, произнесла: «Прослушать».

В сообщении было всего два слова: «Кира здесь».

Тринадцать лет Мирослава не слышала голоса мужа. Сейчас он казался ей чужим и незнакомым. Она устроилась на парте, положив руку под голову, и продолжала снова и снова вслушиваться в короткое послание, пытаясь распознать интонацию, дыхание или хоть что-нибудь похожее на Павла.

Она слушала и слушала, пока не провалилась в сон.

;;;;;;;;;;
Кира смотрела на своё тело, лежащее в куче других тел, среди которых были её одноклассники, Антонина Николаевна, директор школы Борис Петрович и другие знакомые и незнакомые ей люди.

Все они лежали так, словно находились за стеклом в освещённой камере, но никакого стекла перед Кирой не было, хотя она стояла в тёмном пространстве, отделённом невидимой чертой от света.

Она не ощущала себя физически, но оставалась в сознании.

Её зрение стало иным. Теперь она не видела объекты спереди, сзади, сбоку или с какой-либо иной стороны. Она находилась повсюду, сразу, могла оказаться одновременно во всех частях пространства, разглядеть разом каждую деталь окружающих её предметов и тел.

Это было необычное состояние, которое в любой другой ситуации вызвало бы головокружение, но теперь она оказалась вне собственной головы, и кружиться было нечему. Однако даже тут Киру слегка укачивало от непривычной невесомости.

— Даже у призраков есть какое-то очертание, — думала она, вспоминая привидения из фильмов и прочитанных книг, — А у меня нет ничего. Почему я одна в этой пустоте, если сюда свалилось столько народа?

Кира размышляла, и её мысли громко звучали, отзываясь эхом, уходящим куда-то в бесконечность.

Никто не отвечал.

Она представила себе, что закрывает глаза, садится на пол, упирается руками в колени, кладёт лоб на ладони и горько плачет. Именно так бы она поступила, если бы смогла вернуться в своё физическое тело. Вдруг Кира ощутила, что действительно сидит в этой позе. Она открыла глаза и увидела свои ладони и влажные капельки слёз на них. Провела рукой по голове и ощутила длину волос точно такую же, какая была в последний раз.

Посмотрела на свои ноги и заметила те самые брюки и те самые кеды, в которых пришла.

Кира вновь обрела тело, хотя продолжала воспринимать пространство одновременно со всех сторон.

Её настоящее тело всё ещё оставалось там, где оно было раньше. Но новое тело, созданное в чёрном пространстве, выглядело, как настоящее.

— Интересно, — подумала Кира, — смогу ли я теперь проходить сквозь стены?

Она закрыла глаза и представила, как легко преодолевает высокую кирпичную стену. Открыв глаза, Кира обнаружила перед собой такую стену. Она зажмурилась и шагнула вперёд. Стена осталась позади. Кира ничего не почувствовала.

— А теперь, танцуй! — крикнула она стене.

Впервые, оказавшись в этом неизвестном пространстве, Кира произнесла слова вслух. Ее голос прозвучал настолько громко, будто рядом стояли десятки микрофонов с усилением звука. Эхо разлетелось в разные стороны, ударились о границы бесконечности и вернулись обратно. Кира закрыла уши руками, присела на корточки и завопила:

— ААААААААААА!

Теперь же, пространство, подобно глухой пустой пробке, проглотило звук. Такое происходило и с ее звучащими мыслями всякий раз, когда сверху, на светлой площадке, открывался портал и оттуда выпадало очередное тело.

Кира подняла взгляд на портал и прикрыла рот ладонью, чтобы не заорать от страха. В груду тел рухнула окровавленная нога, на которой Кира узнала кроссовок Макса.

;;;;;;;;;;
Мирослава проснулась от дикого крика, доносившегося из коридора. Выбежав из класса, она увидела Макса.

Испачканный собственной кровью, Макс в агонии катался по полу и дико выл от невыносимой боли.