Зов во Тьме

Глава 1: Явление Избранного

Вихрь звёздной пыли, что закружился у ладони Лилунэль, уплотнился, обрёл форму и опал, оставив после себя человека. Он был высок и широкоплеч, одет в тёмную кожу и потёртый мех, а за спиной виднелся эфес тяжёлого меча. Но не это поразило принцессу. Его лицо, обветренное и суровое, хранило следы сотен дорог, а в глазах цвета грозового неба горел огонь, который, казалось, мог бы растопить вечные снега. Он не походил на эльфийских витязей, изящных и холодных. В нём чувствовалась первобытная, земная сила.

— Ты звала, — его голос был низким и хриплым, как скрежет камней. Он не спросил, а утвердил. Оглядевшись по сторонам, он добавил: — Место гиблое. Тьма здесь не гостья, а хозяйка. Зачем я здесь?

Лилунэль опустила руку, её взгляд, подобный глади замёрзшего озера, встретился с его бушующим взором.

— Я Лилунэль, дочь этого края. А ты — тот, кого древние руны назвали Кайденом, Разрушителем Оков. Мой народ умирает. Договор, что некогда спасал нас, теперь стал нашей тюрьмой. Тьма, которую мы призвали для защиты, требует непомерную плату — наши души, наш свет. Я призвала тебя, чтобы ты разорвал этот проклятый договор.

Кайден усмехнулся, но в этой усмешке не было веселья, лишь горечь.

— Договоры с Тьмой не разрывают, принцесса. Их оплачивают. Кровью или чем-то похуже. Что заставляет тебя думать, будто я смогу то, чего не смогли твои бессмертные сородичи?

— Потому что в тебе нет их гордыни, — тихо ответила она. — Ты не боишься испачкать руки. Ты знаешь цену жизни и смерти. Руны сказали, что ключ к разрыву договора лежит в Сердце Зимы, древнем артефакте, сокрытом в Ледяном Шпиле. Но путь туда охраняет сама Тьма, воплощённая в стражах, порождённых нашим отчаянием. Ты пойдёшь со мной, Кайден?

Он долго молчал, вглядываясь в её лицо, в котором отчаянная решимость смешивалась с вековой печалью. Затем медленно кивнул.

— Я прошёл полмира, чтобы найти покой, но, видно, он не для меня. Веди, принцесса. Поглядим, что это за Тьма, которая так испугала бессмертных эльфов.


Глава 2: Шёпот Теней

Путь к Ледяному Шпилю лежал через Ущелье Забытых Душ — место, где ветер не утихал никогда, и в его вое слышались голоса тех, кого поглотила Тьма. Кайден шёл впереди, его тяжёлые сапоги тонули в глубоком снегу, а меч был всегда наготове. Лилунэль следовала за ним лёгкой, почти бесшумной тенью, её светлые одежды, казалось, отпугивали самый густой мрак.

— Они боятся тебя, — проговорил Кайден, не оборачиваясь. — Но не твоего света. Они боятся того, что ты можешь с ними сделать.

— Я могу даровать им покой, — её голос был полон скорби. — Эти тени — души моих предков, что первыми заплатили по договору. Тьма исказила их, превратила в стражей.

Внезапно ветер стих. Наступила звенящая, неестественная тишина. Из-за заснеженных валунов начали подниматься тёмные, полупрозрачные фигуры с горящими пустотой глазами. Они не имели оружия, но их когтистые руки тянулись к путникам, и от них веяло могильным холодом, сковывающим волю.

— Не дай им коснуться тебя! — крикнул Кайден, выхватывая меч. Клинок вспыхнул тусклым синим светом, реагируя на близость нечистой магии. — Их прикосновение высасывает не жизнь, а надежду!

Начался бой. Кайден был подобен смерчу — его меч рубил и кромсал тени, но на месте одной рассечённой фигуры тут же появлялись две новые. Он сражался яростно, но видел, что их число бесконечно. Одна из теней проскользнула мимо него и устремилась к Лилунэль.

Принцесса не сдвинулась с места. Она закрыла глаза и запела. Её голос, чистый и высокий, полился над ущельем, и в нём не было ни страха, ни ненависти — лишь бесконечная печаль и прощение. Тени замерли. Та, что была ближе всех, остановилась в шаге от неё, и в её пустых глазницах на миг промелькнуло что-то похожее на узнавание. Фигура начала таять, но не от меча, а от света, что исходил из песни принцессы. Она рассыпалась серебристой пылью, и тихий шёпот «спасибо» пронёсся по ущелью.

Остальные тени с воем отступили во мрак. Кайден опустил меч, тяжело дыша. Он смотрел на Лилунэль с новым чувством — не просто как на заказчицу, а как на воина, чьё оружие было куда сильнее его стали.

— Твоя песня… она освободила их, — проговорил он.

— Я вернула им то, что отняла Тьма, — ответила принцесса, открывая глаза, в которых блестели слёзы. — Память о том, кем они были. Но главный страж ждёт нас впереди. И его не успокоить песней.




Глава 3: Сердце Зимы

Ледяной Шпиль, пик самой высокой горы, был не просто скалой, а гигантским кристаллом, внутри которого, словно в сердце, тускло пульсировал голубой свет. У его подножия их ждал страж. Это был огромный рыцарь в доспехах из чёрного, как полночь, льда. В его руках был топор, покрытый инеем, а из-под шлема вырывалось морозное дыхание. Но самое страшное было то, что в его чертах Лилунэль узнала своего отца, последнего короля, что скрепил договор своей кровью.

— Отец… — прошептала она.

Рыцарь не ответил. Он лишь поднял свой топор, и земля под ногами Кайдена покрылась ледяной коркой. Воин понял — слова здесь бессильны. Это была уже не душа, а лишь оболочка, движимая волей Тьмы.

Бой был жестоким. Каждый удар топора рыцаря раскалывал камни, а меч Кайдена оставлял на его броне лишь царапины. Холод, исходивший от стража, пробирал до костей, замедляя движения воина. Кайден был силён, но он сражался с силой, рождённой из самой зимы и отчаяния целого народа.

В один момент рыцарь отбросил Кайдена мощным ударом. Воин откатился, с трудом поднимаясь на ноги. Страж медленно двинулся к нему, чтобы нанести последний удар. И тогда Лилунэль шагнула вперёд, вставая между ними.

— Я не дам тебе забрать ещё и его! — крикнула она, обращаясь не к отцу, а к той Тьме, что управляла им. Она сорвала с головы диадему из лунного света. Украшение вспыхнуло нестерпимо ярко. — Договор был скреплён кровью моего рода. И кровью моего рода он будет разорван!

Она прижала сияющую диадему к груди. Яркий свет окутал её, и по белому платью расползлось алое пятно. Лилунэль вскрикнула от боли, но не отступила. Свет ударил в ледяного рыцаря. Его доспехи начали трескаться, и из-под них вырывались не потоки тьмы, а лучи чистого света. С оглушительным треском фигура короля рассыпалась на миллионы снежинок, и в воздухе остался лишь его тихий голос: «Прости…».

В тот же миг Ледяной Шпиль засиял так ярко, что ослепил Кайдена. Когда он смог снова видеть, то увидел, что вечные тучи над долиной рассеиваются, и первые за много веков лучи солнца коснулись снега. В центре кристалла теперь сияло Сердце Зимы, освобождённое от тёмных чар.

Он подбежал к Лилунэль. Она лежала на снегу, бледная, но с улыбкой на губах. Рана на её груди светилась мягким светом.

— Мы… победили? — прошептала она.

— Ты победила, принцесса, — Кайден осторожно опустился рядом с ней. — Ты заплатила цену.

— Это была цена свободы… — её глаза начали закрываться. — Теперь мой народ увидит солнце…

Кайден смотрел, как свет в её ране медленно угасает. Он разорвал сотни оков в своей жизни, но впервые видел, что истинным ключом к свободе оказалась не сталь, а жертва. И судьба мира, которую он нёс на плечах, оказалась легче, чем судьба одной эльфийской принцессы, вернувшей свет своему народу.