о школе
-
Я просто спускаюсь со ступенек не глядя под ноги и поэтому оступаюсь на предпоследней дуге, которую раскрошили и не сумели собрать. Дворник маячит за пешеходным переходом и чтобы отдышаться достаёт из глубокого кармана спецовки пачку с заготовленной сигаретой, которую сожмёт губами и выронит с плевком на тротуар. Мне необходимо вернуться до звонка, чтобы сесть у кабинета со слезами, которые пойдут мимо глаз и остановятся на перекрёстке у сердца. Взяться за книжку, которая запылилась на тумбочке с часами, когда те давно погасили циферблат и не вертят стрелками, потому что талия примёрзла к оси. Бесчеловечно увести ребёнка к поляне с одним покрывалом, которое разглаживают и не дают сорвать с груди мои одноклассницы из параллельной раздевалки. Сжаться у доски с мазнёй, которую сам же не смогу разобрать и поэтому стеснительно отойду к плакату с формулами, чтобы не смотреть учителю в расклеенные по пунктам глаза. Я хочу убежать или сойти с рельс на ступень ниже, где ещё зажавшись спит у вагона непреклонный и стойкий ветер. Я слушал бредни пассажира с приподнятым к полке телефоном, который истекал неразборчивой смолой из электричества и уже просился к уху, чтобы выброситься из рук на перрон. Солнце исчезало между садиком и балконом учительницы, которая курит и не оставляет своего скользящего силуэта за рамами, когда те уже бьются о незаполненный подоконник и перебивают аромат фильтрованного тумана в клеточку. Ложка с хрустом упала к босой ступне школьника, который отвернулся от розовой каши и упёрся носиком в бесцветное плечо соседки.
-
Чтобы как-то сладить с чувством открывшейся пустоты, я отыскал в кармашке одеяла промокшую пачку со словами и когда пытался закурить, выронил у тумбочки лампочку со звездой на болтающемся фитильке. Взяв ленту и пересмотрев во тьме все кадры с участием танцующей бессонницы, я убедил себя не ощущать тяги к обезболивающей таблетке, которая попарно делилась у самой сцены и рассыпалась на первом же виске, чтобы пачкать переносицу. Город прячется за лиственной раной, которую навещают вороны и под которой могут ещё прижиться оранжевые лужи со звездой, когда та позабудет унести себя с ветром к тротуару. Жаловаться на боль в пустующей дыре между скальпелем и ответвлением луны, которую собрались надрезать и разбавить в озере с осколками из брызнувшего верхом горизонта. Я ложусь на склоне, чтобы кашлять и искать сползающий кислород в асфальтированной низине стадиона, который обжигается солнцем и водит детей за окошком площадки, словно котят с неразлучным витком от бумажной бабочки. На улице по-прежнему сыро и тюремные подъезды выжаты, чтобы сок струился из приподнятой пирамиды, которая вот-вот сложится и опрокинется к вишням у перил подвала. Солнце собралось из картонной коробки с крапивой и не долго поднимаясь уже пристало к девятиэтажной точке с группой голубей, которые пытались разобрать гнёзда на карнизе и соскользнуть вниз к парикмахерской для смены оттенков. В палату зашла женщина и села рядом со стариком, который часто опирался на стол у окна и смотрел на сосны, чтобы вызвать хотя бы сочувственный плач после укола недосказанности. Мне вспомнится церковь и золотом закрытые стены, которые держат на себе иконы и ловят свечные щелчки в жирном круге с горлышками для отвёрток.
Свидетельство о публикации №225110201723