7 мучительных минут

Мы вновь расстались с ней у подъезда её дома. Я направился к остановке, и в очередной раз подступила тревога, обыденно накрывавшая в минуты расставания.

Проходя мимо магазина, на том же месте, как и пятнадцатью минутами ранее, я встретил её родителей с собакой, снова подбежавшей ко мне, однако в этот раз у меня не было положительного предчувствия, что пёс облизнёт мне лодыжку, а не попытается укусить, и я спешно отступился от него. Пожал отцу руку, попрощался с ним и с её матерью и проводил их двоих взглядом. Мгновение спустя на доли секунды исчезнувшая тревожность вернулась, и я сорвался с места в надежде сесть на какой-нибудь, как казалось, приближавшийся автобус.

Добежав до нужного места, я сел на лавку и попытался отдышаться. В течение последующих пяти минут автобус не приехал. Мои страдания усиливались. На часах показалось 21:57. Ещё пару минут, и позвонит мать, как думал я…

И вдруг мне вспомнилась бабушкина молитва. Она часто говорила мне повторять её в подобных ситуациях, но вот всё последнее время я пренебрегал её советом, и тревога моя уходила лишь по пришествии домой. Но вот теперь, перекрестившись, я, торопясь, произносил:

– Бог Мой… будь со мной, ты впереди, я за тобой… ангелы по бокам… Аминь.

Я перекрестился во второй раз, и в третий. Стук моего сердца стал менее частым. Спустя пару минут появился автобус, на котором мне предстояло проехать всего одну остановку, а после следовало пересесть на другой.

21:59, я зашёл через заднюю площадку, приложил проездной и направился к центральному выходу.

22:01, в окне я увидел шедший в противоположную сторону автобус, чуть меньше моего, за которым показался ещё один. Остановились, я стремительно выбежал и помчался к переходу. Горел зелёный, я очутился на другой остановке и, дождавшись второй автобус, как никогда подходивший мне, неспешно зашёл через средние двери.

– 22:03, ну вот, сейчас мы приедем, и вновь начнутся 7 моих мучительных минут дороги от остановки до дома, по тёмным и мрачным улицам и подворотням…

Я остался стоять в середине. Рядом какой-то паренёк поправлял свой велосипед или с целью не мешать остальным, или чтобы никто из пассажиров не задел его ценную вещь. Я попытался отойти в сторону, чтобы не мешать ему, но он кивнул мне, что всё нормально, и я прошёл ближе к окну.

После того, как мы проехали пару остановок и из автобуса с центральной площадки вышел какой-то не очень приметный мужчина, я почему-то направился к дверям, и на пустующей остановке водитель остановился и открыл двери, по видимости, думая, что я собираюсь выйти. Мне стало неловко, я сделал вид, что читаю название остановки, не понимая, где мы, а после стал вглядываться и вовсе в лобовое стекло, якобы вчитываюсь в надписи на дорожных знаках и указателях.

Мгновение спустя перед собой я заметил пару в белоснежных одеждах: милую девушку в платье, с завязанными волосами и чуть менее белой, чем платье, сумкой, и молодого человека, в очках, светлой рубашке, тёмных джинсах и кроссовках. Она держала его за руку и что-то говорила, словно назидая. По какой-то причине эта сцена вызывала у меня умиление.

– 22:05, мы подъезжаем к Политехническому институту, а значит, скоро предстоит выходить.

Переднюю площадку остановкой ранее покинули двое молодых людей, и выход был практически незатруднителен. Пара встала со своего места. Молодой человек прошёл к двери, предварительно обратившись к сидевшим подле неё детям. Девушка стала их пропускать вперёд, разминулась с каким-то мужчиной, и мальчики оказались между парой.

– Неужто они их родители?.. – подумал я.

Пара с детьми вышла через переднюю дверь, через среднюю и я. Они вчетвером действительно пошли, как семья. Девушка выглядела довольно молодо, на двадцать с копейками лет, так же или чуть старше – молодой человек, и если бы девушке я дал бы даже и тридцать, то старший ребёнок выглядел не меньше, чем лет на десять, а не то и на все одиннадцать… Удивительно, если она действительно их мать, ведь тогда она родила их лет в 19 – 20, а этот молодой человек – её муж и, вероятно, отец этих детей.

Я не запомнил времени, когда вышел из автобуса, будучи увлечённым этой парой. Я увидел, как догорает на последних секундах светофор, и стремглав пронёсся мимо пары через пешеходный переход. Сейчас должны были начаться мои минуты страданий…

Я бы продолжил бежать так же быстро, уносясь от тревожных и губительных мыслей, но меня остановил звонок от матери. Он почему-то сбросился, и я перезвонил ей, после чего идти быстрым шагом уже не представилось для меня возможным.

Я сказал в трубку сотового, что дождя нет и всё хорошо, и, свернув в подворотню и продолжив разговаривать, направился в спокойном темпе в сторону дома.

На удивление, мысли не тревожили меня, и даже уличный мрак не беспокоил моего сознания. Два огромных высоких дома даже показались подающими какую-то надежду, а неосвещённая часть переулка моей улицы и отсутствие огней в окнах домов не терзали мою душу, как и странные звуки во дворах.

Я вышел на перекрёсток. Пустая и бездушная улица не пугала меня. Я оглянулся в левую сторону, затем в правую, и никого не встретил там мой взор… Я прошёл на свой переулок, до дома оставалось совсем немного. Я взглянул на часы и увидел на них 22:12. Наверное, я вышел из автобуса в 22:07, ведь оставалось идти всего две минуты. До дома оставалось несколько метров, я взглянул на время, и там оказалось 22:14. Как бы мне хотелось, чтобы моя догадка не оправдалась, я зашёл домой в 22:15 и тем самым выяснилось, что я вышел в 22:08… Я во второй раз посмотрел на время – 22:14, и в паре шагов от калитки в третий – 22:14, но вот я, убедившись в том, что покинул автобус в 22:07, зашёл во двор и закрыл дверь, как, посмотрев на часы, увидел 22:15. На меня лаял, не признав, мой же пёс. Он подошёл ко мне и понюхал ровно в то место, куда лизнула меня собака её родителей. Я потрогал пса за нос, пригласил на ночь в коридор и, наконец, чтобы точно заманить его на ночлег, опустился и погладил за холку. Он ни в какую не захотел идти в дом и пожелал остаться на ночь во дворе, и я зашёл и закрыл дверь в дом на ключ. Часы показали 22:16. Мой приют встретил меня атмосферой умиротворения. На этот раз – без страданий мучительных минут…


11 – 12 июля 2025 года